Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (21), 2007
СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ГОСУДАРСТВ ЕВРАЗИИ
Алиев И. М.
доцент кафедры экономики труда и трудовых ресурсов Санкт-Петербургского государственного экономического университета,
кандидат экономических наук


К вопросу о сочетании экономического роста с повышением уровня и качества жизни населения России

Под экономическим ростом понимается увеличение объема производства в течение определенного периода времени, связанное с развитием производительных сил и обладающее в том числе способностью решения социальных вопросов, прежде всего, повышение уровня и качества жизни населения. Отсюда социальная функция экономики заключается в формировании сбалансированной и устойчивой социальной структуры и регулировании процессов, связанных с ее качественными и количественными изменениями с целью обеспечения национальной безопасности общества.
Проблема воздействия экономического роста на качество жизни стала особенно остро обсуждаться в связи с возникновением так называемого `Римского клуба` - организации, основанной в Риме в апреле 1968 г. итальянским промышленником и экономистом Аурелио Печчели и имеющей главной задачей формирование общественного понимания новых глобальных мировых процессов в целях самосохранения и обеспечения будущего человечества.
В 1970-х годах специалисты Римского клуба пришли к выводу, что успех или крах экономического, социального и культурного развития нации, в конечном счете, определяется уровнем их человеческого потенциала и эффективностью его реализации. По свидетельству современных ученых, конец XX века ознаменовался резким изменением системы ценностей, целевых ориентиров и критериев общественного прогресса. На первое место вышли факторы, определяющие условия жизнедеятельности человека, качество его жизни. В настоящее время человеческий потенциал признается главной составляющей национального богатства и основной движущей силой экономического роста. Согласно новейшим методикам расчета, около 2/3 национального богатства 92 стран мира определяют затраты на развитие человеческого капитала. В связи с этим проблема повышения уровня и качества жизни россиян стала насущной практической задачей.
Анализ динамики (за 1998 - 2005 гг.) основных показателей российского экономического роста, с одной стороны, и индикаторов качества жизни населения, с другой, свидетельствует, что на фоне явных признаков экономического роста мы, к сожалению, не наблюдаем сколько-нибудь существенных позитивных тенденций в ключевых показателях качества жизни российского населения. Стремление найти объяснение подобной ситуации приводит к необходимости поиска ответов на более общие вопросы:
 Можно ли объяснить этот феномен исключительно спецификой российских исторический условий, сложившихся на рубеже XX и XXI веков?
 Что, вообще, первично в формировании качества жизни населения: человеческий потенциал, в частности, совершенствование систем образования, здравоохранения, развитие наук и человеческих свобод или экономический рост и индустриализация?
Принципиальный ответ на последний вопрос, безусловно, зависит от того, какую позицию занимает исследователь в выборе между двумя следующими обсуждаемыми в специальной литературе альтернативными парадигмами социально-экономического развития.
Парадигма (А). Развитие как процесс, нацеленный на экономический рост и индустриализацию. Соответственно, в рамках этой парадигмы постулируется необходимость `жесткого` подхода к развитию, ставящего во главу угла показатели экономического роста (в первую очередь, ВВП) и индустриализацию. Эта жесткость требует сознательного пренебрежения к различным второстепенным, с точки зрения этого подхода, целям развития: сфере социальных услуг, финансовым льготам, благосклонного отношения к гражданским и политическим правам и благам демократии и т.п.
Парадигма (Б). Развитие как процесс расширения человеческих свобод, определяющих, в конечном счете, качество жизни населения. При этом, расширение свобод рассматривается одновременно и как цель, и как средство социально-экономического развития. В первом случае говорят об основополагающей роли свобод в процессе развития, а во втором - об инструментальной.
Правомерно и обсуждение возможности существования целого спектра `промежуточных` (между (А) и (Б)) парадигм социально-экономического развития. Выбор конкретной версии из этого спектра определяется спецификой страны и исторического момента.
Первый (`жесткий`) подход к развитию страдает определенной узостью понимания целей развития, хотя и может оказаться весьма продуктивным в `околокризисных` ситуациях.
В долгосрочной перспективе второй подход к развитию представляется более оправданным и для российского общества, реальное состояние которого позволяет утверждать, что признаки экономического роста страны не всегда являются достаточным условием повышения качества жизни ее населения. [*]
Этот тезис обсуждается и обосновывается рядом социологов и экономистов. В частности, нобелевский лауреат Амартия Сень называет `живучим предрассудком` расхожее в экономических и политических кругах мнение о том, что развитие человека, человеческого потенциала (и в первую очередь, процессов совершенствования систем здравоохранения, образования, науки) является роскошью, которую могут позволить себе лишь богатые страны. В качестве контрпримеров приводятся, в частности, следующие:
а) эпоха Мейдзи в Японии (середина и вторая половина XIX века), когда уровень грамотности японцев был выше, чем европейцев, при том, что уровень жизни и индустриализации в то время был выше в Европе; однако это явилось базой для дальнейшего бурного экономического развития Японии;
б) так называемое `восточноазиатское чудо` второй половины XX века, которое в значительной мере основано на тех же причинных связях.
Согласно оценкам экспертов ООН, население находится за чертой бедности, если заработная плата работников меньше 2 долларов в час (16 долларов в день, 320 долларов в месяц). В России же средняя зарплата составляла: в 2000 году - около 80 долл., в 2001 г. - около 110 долл., в 2002 г. - около 150 долл., в 2003 г. - около 175 долл., в 2004 г. - около 200 долл., в 2005 г. - около 240 долл. в месяц.
В то же время, согласно международным методикам исчисления национального богатства, Россия считается потенциально богатой страной. Несмотря на огромные экономические потери, понесенные в ходе реформ, страна располагает ресурсами, достаточными для качественного улучшения воспроизводственной структуры и обеспечения высоких темпов экономического роста. Стоит напомнить, что Россия занимает одно из первых мест в мире, как по абсолютной, так и по относительной (на душу населения) величине национального богатства. На 1 жителя приходится около 400 тыс. долл. национального богатства. Но его структура существенно отличается от развитых стран: 40% приходится на природный капитал (природные ресурсы), 10% - на воспроизводимый (машины, оборудование, здания и т.д.) и 50% составляет человеческий капитал. Для сравнения: в Западной Европе доля природного капитала равна 2%, воспроизводимого -23%, человеческого - 75%.
Наша держава сохраняет лидирующее место в мире по природной составляющей национального богатства. США и Канада, вместе взятые, отстают от России по `природному капиталу` на душу населения в 10, а Западная Европа - в 27 раз! Уже из одного этого следует, что Россия располагает наибольшими среди других индустриальных стран мира возможностями социально-экономического развития.
В то же время, мы не можем пока по целому ряду важнейших параметров развития экономики конкурировать с Западной Европой и США. Так, если удельный расход энергоносителей на обогрев 1 м2 жилой площади в США составляет 55 кВт-час, в Германии - 260 кВт-час, то в России - 418 кВт-час. Значительно выше у нас стоимость добычи полезных ископаемых, выше транспортная составляющая издержек. Наша страна располагает самыми крупными в мире разведанными запасами природного газа, одними из крупнейших в мире запасами сырой нефти, каменного угля, золота, алмазов, платины. Но по удельному показателю обеспеченности активными запасами (соотношение запасов и текущей годовой добычи) Россия по основным видам минерального сырья заметно уступает отдельным зарубежным странам.
Если взять сегодняшнюю мировую практику ранжирования стран по уровням развития, то выстраивание начинается от уровня состояния человеческого капитала. В его полное понятие обычно входят объем ВВП в целом и на душу населения (что играет решающую роль), продолжительность жизни населения (у нас она снизилась за последние годы примерно на 5 лет), уровень образования (раздельно для лиц с высшим и средним образованием) и массовость этого процесса.
Если по первым двум позициям Россия существенно отстает от развитых стран, то по уровню образования, научного потенциала и даже технологического развития мы можем сравниться со странами-лидерами.
Так, по показателю валового национального продукта (ВВП) на душу населения Россия отстает от США в 5 раз, от Японии - в 4, от Германии (и ряда других западноевропейских стран) - в 3,5 раза.
По продолжительности жизни (чуть более 65 лет) Россия занимала в 2005 г. 100-е место из 162 стран. Из этого следует, что человек, доработав до пенсии, в среднем по статистике умирает уже через 6 - 11 лет. Во многом именно показатель средней продолжительности жизни служит обобщенным индикатором экономического и нравственного здоровья общества, при этом он жестко не детерминирован уровнем душевого дохода.
Уровень грамотности взрослого населения в России является одним из самых высоких в мире (по этому показателю страны Восточной Европы и СНГ прочно входят в первую десятку), а по коэффициенту охвата учащихся третьей ступенью обучения естественным наукам, то есть в вузах Россия опережает многие развитые страны.
Однако за последнее десятилетие Россия снизила свою долю в секторе мировой наукоемкой продукции примерно в восемь раз. Наше отставание в этой области от США увеличилось с четырех раз в 1992 г. до 38 раз в 2005 г. Ликвидировать такой разрыв будет крайне сложно, особенно учитывая резкое сокращение у нас расходов на исследования и разработки на фоне высокой и стабильной нормы этих расходов в ВВП ведущих стран Запада. Вследствие этого Россия теряет потенциал для выхода на уровень мировых научно-технических достижений. Такое отставание России от ведущих стран мира в этой важнейшей области является недопустимым.
Для эффективного использования научного потенциала России требуется серьезная качественная модернизация общественного сектора хозяйства. Несмотря на дискуссии о реформировании образования, поддержке науки и некотором увеличении федеральных бюджетных расходов на эти цели, состояние их остается кризисным. Доля общественного сектора ВВП составляет всего 15-16%, что крайне мало для их полноценного развития. Без существенного увеличения финансирования общественного сектора, прежде всего инвестиций в человеческий капитал, он не сможет стать двигателем `человеческого развития` российской экономики.
Пока в России остается высокой степень политического и финансового риска для иностранных инвестиций, поэтому показатель их капитализации (отношение иностранных инвестиций к ВВП) составлял в 2005 году 5 % (сравним с 35% в отдельных странах Юго-Восточной Азии).
Для повышения рейтинга уровня развития страны необходимо сделать существенные вложения в социальную сферу и распределять их в направлении повышения качества человеческого капитала - в науку, образование, медицину, культуру в самом широком смысле слова, экологию, как обеспечивающую условия жизнедеятельности человека. И здесь приходится сталкиваться с самыми серьезными проблемами, поскольку ситуация развивается в варианте худшем, чем было до распада СССР. Ныне эти сферы финансируются меньше, чем тогда, когда средства выделялись им по `остаточному принципу`.
Происходит и другой негативный процесс - коммерциализация социальной сферы. Это становится массовым явлением: теряя государственную поддержку, нарождаются все новые платные, но не полноценные учреждения. Однако главная опасность состоит в том, что это доступно в основном только гражданам, имеющим высокий доход.
Можно констатировать, что социальная цена реформ в России оказалась критической. Уровень и качество жизни основной массы населения значительно ухудшились, дифференциация в доходах усилилась, а социальное расслоение продолжается.
Среди многих причин сложившейся ситуации можно выделить главные. На начальной стадии реформ государство почти полностью устранилось от установления и регулирования цен, оплаты труда и, соответственно, реальных доходов населения. Начатая в 1992 г. либерализация цен, сопровождавшаяся высокой инфляцией и кризисом в экономике, вызвала резкое снижение уровня жизни абсолютного большинства населения. В результате использования неэффективных методов приватизации значительная часть национального богатства (а, следовательно, и источник будущих доходов) оказалась в руках крайне узкой прослойки населения (олигархов), что резко усилило социальное расслоение российского общества и вызвало крайне негативное восприятие значительной частью россиян происходящих экономических преобразований.
Переход к рыночным отношениям неизбежно должен был усилить расслоение населения по уровню жизни, но столь быстрое и не увязанное с результатами труда увеличение социальной дифференциации связано преимущественно с ошибочными решениями и несвоевременным принятием, а в ряде случаев просто отсутствием, компенсирующих мер. Оно неоправданно ни экономически, ни социально, и именно так воспринимается подавляющим большинством людей. Проблема возникновения широких бедствующих слоев населения в первые годы реформ вообще не принималась во внимание, хотя их наличие резко дестабилизирует общество и недостойно современного уровня цивилизации.
О степени неравенства можно судить, сопоставляя показатели дифференциации доходов по странам, при оценке которых ориентиром являются индикаторы, характерные для передовых экономик. Достигнутый ими уровень снижения дифференциации в распределении доходов, является важнейшим фактором обеспечения социального мира, условием расширения платежеспособного спроса, доступности образования широким слоям населения (следовательно, накопления человеческого капитала), развития малого предпринимательства.
Статистически степень неравенства определяется на основе распределения индивидуальных доходов между различными категориями населения. Синтетическим показателем, позволяющим сравнивать страны по степени дифференциации доходов, является коэффициент Джинни (его также называют индексом концентрации доходов). Он характеризует степень отклонения реального распределения доходов от идеально равномерного, когда на долю каждой группы доходов получателей приходится одинаковая доля совокупного дохода или потребления. Нулевое значение коэффициента Джинни свидетельствует об абсолютном равенстве; когда его величина составляет 100%, то налицо абсолютное неравенство. Чем ближе этот коэффициент к 100, тем неравномернее распределение доходов, а чем дальше от 100, тем оно равномернее. Так, например, уровень дифференциации доходов в развитых странах гораздо ниже, чем в латиноамериканских.
В России коэффициент Джинни (по оценкам Всемирного банка) в 1999г. хотя и не достигал показателей Бразилии или Мексики, тем не менее находился на уровне Венесуэлы - 48,7%, что свидетельствует о значительной неравномерности распределения доходов в нашей стране. По данным Госкомстата, этот показатель ниже, а именно: 29% - 1992 г. и 34,6 - в 2004 г., однако тенденция к росту вполне очевидна. Большинство исследователей полагают, что реальная дифференциация доходов в России гораздо выше.
Еще одним показателем степени дифференциации населения по уровню доходов служит соотношение величин доходов, приходящихся на долю 10% наименее обеспеченных и 10% наиболее обеспеченных граждан. В 2004 г. разрыв в доходах между этими группами в США был максимальным (в 16 раз); в европейских странах - в пределах 6-10 раз; в странах Латинской Америки он достиг десятков раз. Россия, к сожалению, тяготеет к последним - в 23 раза.
Структура государственных расходов России приближается к структуре, характерной для стран с рыночной экономикой. Однако и по доле в ВВП, а тем более по абсолютной величине, социальные расходы отнюдь не соответствуют европейским стандартам. Так, согласно отечественной статистике, доля расходов на здравоохранение (вместе с физической культурой) составляла в 2004г. 3,2% ВВП, на социальную политику - 8,4% ВВП. Крайне мала у нас и доля расходов на образование - 3,6% ВВП.
Все это, конечно, не способствует более равномерному распределению доходов. К тому же, при ограниченности ресурсов, которыми располагает правительство, они тратятся крайне неэффективно.
Не помогает выравниванию доходов и налоговая политика. Большим достижением наше правительство считало и, видимо, продолжает считать введение плоской школы подоходного налога в размере 13%. В развитых странах этот налог всегда был прогрессивным, т.е. дифференцированным. Реформы, направленные на снижение предельных ставок налогообложения, начались здесь лишь в 1980 - 90-х гг., когда уровень экономики этих стран достиг высокой степени зрелости, а доля среднего класса, доходы которого и являются главным источником бюджетных поступлений, значительно увеличилась.
Если учесть, что низшие ставки налогов в развитых странах составляют примерно 15-20 %, то станет ясно, что и сегодня налоговые системы развитых стран в значительной мере сохраняют прогрессивный характер. При этом подоходный налог с населения (важнейший источник государства) дает до четверти всех поступлений. У нас же подавляющая часть населения еще очень бедна, а преуспевающее меньшинство только начинает привыкать платить налоги. Поэтому для нашей страны необходимо изменение налоговой системы в сторону ее большей адекватности рыночным отношениям и ориентации на экономический рост. Однако не менее важно позаботиться о повышении благосостояния широких слоев населения. Глубокая его дифференциация по уровню доходов вряд ли оправдывает дальнейшее существование прежней системы индивидуального налогообложения: представляется необходимым проведение более гибкой налоговой политики.
В докладе ООН о социальном положении в мире в 2005 г. ставится под сомнение одна из главных ценностей западного мира - экономическое развитие. Оказывается, что экономический рост сам по себе имеет весьма отдаленное отношение к улучшению уровня жизни населения.
За последние 20 лет, отмечается в докладе, социальная дифференциация, несмотря на высокие темпы роста мировой экономики, значительно возросла. Неравенство увеличивается как между странами, так и внутри самих государств: богатые становятся богаче, а бедные еще беднее (2,8 млрд человек по - прежнему живут на сумму меньше 2 долл. в день).
Самый высокий экономический рост традиционно наблюдается в странах с переходной и развивающейся экономикой, но, подчеркивается в докладе, в этих странах `экономический рост не привел к улучшению уровня жизни людей, ликвидации нищеты, а также решению многих социальных проблем`. В качестве примера, в докладе ООН приводятся такие страны как Китай и Индия, показывающие высокий экономический рост доходов населения. Однако, разрыв в благосостоянии богатых и бедных в этих странах, как подчеркивают эксперты, весьма значителен и не сгладился в процессе реформ.
Отдачу от высокого экономического роста чувствует на себе лишь небольшая прослойка богатых людей, которые становятся еще богаче, считают эксперты ООН. Они предложили отказаться от доходов, рассматривавших экономический рост в качестве панацеи для решения проблем человечества. Однако без экономического роста невозможно создать новые рабочие места и повысить уровень доходов населения. Что касается слабой отдачи от высоких темпов роста - это дело времени. `В развивающихся странах - нулевой стартовый уровень экономического роста. Поэтому, каким бы он ни был, результат в виде улучшения уровня жизни населения можно будет увидеть лет через 15 - 20`, - считают многие эксперты.
В то же время аналитики признают правоту экспертов ООН, которые заявляют о необходимости наряду с наращиванием темпов роста экономики проводить разумную социальную политику: `Действительно, Китай показывает высокие темпы роста, но этот рост создается особыми экономическими зонами, а подавляющее большинство областей страны никакой отдачи от рекордных показателей не чувствует. При разумной политике этот точечный рост должен распространиться через какое-то время на всю территорию страны. Но во многих странах этого так и не происходит. Например, в Африке уже много десятилетий подряд наблюдается исключительно точечный рост`.
В России ситуация схожая: есть несколько регионов - локомотивов роста, таких как Москва, Санкт-Петербург, Ханты-Мансийск, Тюмень, остальные живут на дотации из Федерального бюджета.
Поэтому для обеспечения устойчивого роста качества жизни населения важно добиваться роста конкурентоспособности региональной экономики и соответственно более полного удовлетворения потребностей населения на местах. Прежде всего, путем создания инновационных сфер экономики, достаточного количества рабочих мест, формирования справедливой оплаты труда, позволяющей большинству населения удовлетворять спрос на все больший спектр товаров и услуг, включаемых в стандарты качества жизни человека. Успешное решение этой задачи позволит обеспечить устойчивое снижение уровня бедности населения, а адресная социальная помощь нуждающемуся населению будет призвана поддержать его лишь в период неблагоприятно складывающихся обстоятельств.
В новых условиях эффективность работы системы государственных органов власти будет определяться эффективностью работы системы финансовых механизмов, включаемых в общую систему управления развитием территории. В составе таких механизмов целесообразно рассматривать следующие:
- механизм оптимизации структуры доходов бюджета и внебюджетных фондов между федеральным и региональными уровнями управления;
- механизм перераспределения доходов бюджета (и внебюджетных фондов) между территориями (наиболее богатыми и бедными);
- механизм перераспределения доходов между сферами деятельности (бизнеса) с учетом необходимости обеспечения комплексного развития и получения минимально необходимой нормы прибыли;
- механизм перераспределения доходов населения (между наиболее богатыми и бедными слоями);
- механизм оптимизации структуры расходов, направляемых на текущее потребление и накопление;
- механизм оптимизации структуры расходов, направляемых на удовлетворение экономических аспектов благосостояния и на создание страховых резервов;
- механизм оптимизации структуры бюджетных расходов, направляемых на управление территорией, социальные нужды и охрану окружающей среды.
Важно, чтобы каждый из перечисленных механизмов обеспечивал эффективную реализацию задачи, на решение которой он направлен и при этом достигалось взаимная согласованность в их работе.
Решение основных социальных проблем территорий могут обеспечить именно регионы, которые должны стать субъектами устойчивого развития, основанного на социальной рыночной экономике, в наибольшей степени соответствующей требованиям грядущего информационного общества.


Литература
1. Волгин Н.Н. Социальные факторы экономического роста: гармонизация интересов работников и работодателей достижима // Человек и труд. - 2005. - N2. - С. 31-33.
2. Осадчая И.И. Экономический рост и распределение доходов: прямая и обратная связь // Человек и труд. - 2005.- N 6. - С. 59-65.
3. Караваева И.В. Социальная стабильность как фактор экономического роста и финансовые механизмы ее реализации// Финансы. - 2002. - N8. - С. 61 - 64.
4. Райская Н.Н. Оценка качества экономического роста //Вопросы статистики. - 2005. - N2. - С. 11 - 14.
5. Шевяков А.И. Социальное неравенство, бедность и экономический рост // Общество и экономика. - 2005. - N3. - С.5-18.
6. Яременко Г.А. Некоторые проблемы современной политики доходов населения в России // Проблемы прогнозирования. - 2005. - N3. - С. 94-101.
7. Ржаницына Л. Экономический рост должен сопровождаться повышением уровня жизни населения // Человек и труд. - 2004. - N1 -С. 20-25.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2019
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия