Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (5), 2003
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ГЛОБАЛИЗАЦИЯ
Акинин А. А.
доцент кафедры экономической теории Санкт-Петербургского государственного университета,
кандидат экономических наук

Шевелев А. А.
доцент кафедры экономической теории экономического факультета
Санкт-Петербургского государственного университета,
кандидат экономических наук


САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ РАЗВИТИЯ НАЦИОНАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ В КОНТЕКСТЕ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

Многополюсность мира при глобализации: иллюзия или реальность?
Основное противоречие процесса глобализации может быть представлено как противоречие между глобальной интернационализацией экономики, относительным обособлением национальных хозяйств и развитием региональных интеграционных формирований. Обособление в рамках глобализации проявляется, в частности, в национально ориентированных программах опоры на собственные силы, реализация которых обеспечивает некоторую самодостаточность экономического развития.
Экономическая глобализация - это формирование целостного мирового хозяйства на основе усиления ресурсной, технологической и финансовой взаимозависимости национальных экономик. В то же самое время результатом процесса глобализации являются растущая социальная поляризация в мире, ассиметричность развития, феномены "разных скоростей" и "догоняющего развития". Таким образом, глобальная экономика представляет собой сложно структурированное, неоднородное и внутренне противоречивое пространство.
В связи с этим в последние годы, как нам представляется, произошла подмена идеи прогрессивного развития человечества идеей глобализации (на наш взгляд, в ее американском варианте).
Абсолютизация подобной идеи прогресса может создать серьезные препятствия на пути развития национальной экономики. В истории зачастую происходило поступательное развитие ("прогресс") ложных, тупиковых форм социальной и государственной жизни, на деле означавших инволюцию оснований человеческого бытия. Вместе с тем, оценка прогрессивности того или иного пути развития требует критерия, сверяясь с которым только и можно утверждать, что имеется определенный прогресс. Необходимо избегать соблазнов упрощения, неоправданной универсализации частного опыта, навязывания собственных, региональных ценностей другим цивилизационным общностям, упрощенных схем, противопоставляющих Запад Востоку, Север Югу, западную цивилизацию - "исламской". Мир - это соединение самобытных культур, которые развиваются не линейно, а циклически, не растворяясь в процессах всемирной универсализации (но в ряде случаев успешно адаптируясь к ним). Редуцированная идея прогресса к тому же камуфлирует корыстные интересы и имперские амбиции, в первую очередь, США, воздвигающих протекционистские барьеры перед странами из "мировой периферии", отвергающих Киотский протокол по сокращению вредных выбросов в атмосферу и подрывающих систему международного права при ставке на военную силу в целях реализации собственных геополитических и геоэкономических интересов.
Глобальная экономика в настоящее время находится на пороге системного кризиса, грозный симптом которого - кризис международных финансовых рынков. Его источником является противоречие между усилением интеграционных процессов на глобальном уровне и возрастанием изолированности рынков на региональном (ведущей и к протекционистским войнам). Мировое хозяйство - многоярусная и многополюсная структура, несмотря на создание центра силы в лице США и стремление к формированию "однополюсного" мира (объективно не достижимого).
Россия и в экономическом, и в культурном отношениях тяготеет к развитию тесных связей с Евросоюзом, и вместе с тем к сотрудничеству с другими "центрами силы" (США, Китаем), осознавая растущее значение партнерских отношений, учета общих интересов и того факта, что глубокая интеграция в Евросоюзе в состоянии в перспективе покончить с глобальной гегемонией доллара. Стратегической задачей России является, в частности, активное участие в становлении общеевропейского дома, способное усилить ее позиции в нестабильном и полицентрическом мире.
При своем геополитическом положении и военном потенциале РФ не должна быть и не будет "младшим партнером" других великих держав. Она обречена внести свой вклад в становление "многополярного" мира, стать еще одним реальным, а не номинальным центром силы, развивая собственную экономику.
Между Сциллой изоляционизма и Харибдой открытого общества
Вопрос о самостоятельности экономического развития нуждается в специальной научной разработке. При этом следует избегать соблазна увлечением идеями как экономического изоляционизма, так и "открытого общества".
По мнению К.Поппера, "закрытое общество" - это конкретная группа конкретных индивидуумов, объединенная общей жизнью, участием в общих делах. "Открытое общество" он трактовал (при всех сделанных им оговорках) как абстрактное общество атомизированных индивидуалистов, утверждая, что "большинство социальных групп современного открытого общества... являются не более, чем суррогатами, поскольку они не создают действительных условий для общественной жизни"[1] . Несмотря на это наши отечественные либералы-западники считают такое общество идеалом для России.
Думается, что это ложная позиция. Несравненно более плодотворен творческий синтез разнородных начал организации общественной жизни, традиций и либеральных ценностей. Однако для формирования такой позиции метафизике позитивизма необходимо противопоставлять живую диалектику общего дела и общей национальной судьбы, возрастания свободы (и социальной ответственности) личности, но лишь в рамках самостоятельного социализированного целого.
Каким образом самостоятельность соотносится с открытостью?
Не претендуя на всеобъемлющее определение, отметим, что самостоятельность экономического развития - это способность страны обеспечивать себя факторами производства, необходимыми для стабильного роста валового национального продукта и повышения благосостояния всех слоев общества. Она не имеет ничего общего с изолированностью и означает поддержку государством национальных рынков и производителей, формирование условий для долгосрочного и стабильного экономического роста. При этом создание емкого внутреннего рынка увязывается с ростом экспортных поставок, обеспечивающих не только достаточные объемы производства отечественным производителям, но и стимулирующих качественное улучшение их товаров.
Самостоятельность и изолированность национальных экономик не тождественные понятия. Напротив, самостоятельность служит условием оправданной их открытости. Отрицая квазилиберальную концепцию "открытого общества", она способствует консолидации хозяйствующих субъектов для выполнения общезначимых и национально ориентированных задач, повышения конкурентоспособности всей национальной экономики, а не только отдельных секторов, связанных с экспортом природных ресурсов и продукции первого передела.
Самостоятельность как модель развития экономики: российский вариант
Динамизм экономического развития во многом обусловливается возможностями взаимодополняемости новых и традиционных отраслей промышленности и сельского хозяйства. Экономика постиндустриального типа сама по себе пока еще не в состоянии обеспечить достаточные уровни занятости и доходов подавляющей части домохозяйств. Напротив, в наших условиях направление ресурсов на развитие индустриальных производств и соответствующей инфраструктуры все еще играет роль локомотива в подъеме народного хозяйства. Разумеется, подъем может быть достигнут только при условии проведения достаточно активной структурной политики, аналогичный той, что проводила Япония после Второй мировой войны, концентрируя ресурсы в приоритетных отраслях обрабатывающей промышленности. Развитие эффективных (главным образом, рыночных) механизмов такого перераспределения - необходимое условие создания сбалансированной национальной экономики, предполагающее и разработку целевых государственных программ, применение механизмов протекционистской защиты и субсидирования.
Эффективное позиционирование на мировых рынках в принципе невозможно при полном открытии высокотехнологичных секторов хозяйства для иностранных конкурентов (защитная политика стран Евросоюза служит тому подтверждением), третировании государственного вмешательства как абсолютного зла для экономики.
Важную роль должны играть вертикально-интегрированные национальные холдинги, ориентированные на проведение единой инвестиционной политики, оптимизацию товарных и финансовых потоков. В конечном счете, их задача - преодолеть преимущественно сырьевую экспортную направленность производства, увеличить удельный вес добавленной стоимости в конечном продукте.
В настоящее время в РФ в структуре экспорта, например, лесной промышленности 90% составляет необработанное сырье (круглый лес). В сырьевом комплексе паразитируют посреднические фирмы, которые занижают цены на сырье и "корректируют" финансовые потоки с помощью оффшоров.
Создание национально ориентированных коммерческих структур позволит привлечь в страну ранее вывезенный капитал (в том числе под видом иностранного),отказаться раз и навсегда от политики бюджетного профицита, уменьшить налоговое бремя, увеличить государственные инвестиции и сконцентрировать ресурсы в "точках роста".
Самостоятельное развитие национальной экономики требует особого подхода к формированию стоимости на "базовые" товары (электроэнергию, газ, уголь, металлы) и структуры производственных издержек. Их уровень должен определяется ресурсным потенциалом страны, стоимостью рабочей силы, транспортными условиями и климатическим факторами. Известная позиция, связывающая обретение экономикой России рыночного статуса с приближением внутренних цен к "мировому уровню", на наш взгляд, способствует подрыву конкурентоспособности российских экспортеров и выгодна в основном лишь европейским и американским компаниям. Усилия естественных монополистов, нацеленные на перманентное повышение цен и тарифов, также противоречат интересам национальных производителей и экономики в целом. По межотраслевым расчетам рост инфляции в 2001-2002гг. как минимум на 50% был обусловлен ростом тарифов. Увеличение вдвое тарифов на электроэнергию, например, рождает импульс к сокращению ВВП на 15-20%[2].
Субсидирование определенных сфер экономики посредством ценовой политики представляется оправданным. Оно обусловливается уровнем доходов населения, структурной безработицей, разрывами в бюджетной обеспеченности регионов, технологической неготовностью отраслей к свободному ценообразованию и конкуренции. Псевдолиберальная же риторика, как правило, способствует принятию антидемпинговых и антисубсидийных мер, отвечающих, скорее, интересам не России, а ее конкурентов.
Самостоятельное развитие экономики и транснационализация производства и капитала при наличии ряда условий перестают быть взаимоисключающими процессами. Важнейшее из этих условий - создание государством механизма, который, с одной стороны, ограничивал бы деятельность мультинациональных ТНК, с другой - направлял ее в позитивное русло в интересах страны. Государство не в праве самоустраниться от оценок иностранных бизнес-проектов (исходя из экономической и социальной эффективности и соответствия экологическим стандартам). В конечном счете, не столь важно, какой капитал (иностранный или отечественный) обеспечивает прирост занятости и национального дохода. Важны управленческие, технологические и продуктовые инновации, высокие стандарты производственной культуры, благодаря которым может и должно сопровождаться привлечение в экономику транснационального капитала. Прагматичная государственная политика обязана учитывать этот фактор в долгосрочной стратегии развития (пока, по существу, отсутствующей), в системе народнохозяйственных приоритетов, гармонизировать иностранное участие и национальные интересы (что вполне достижимо при наличии политической воли и необходимых институциональных механизмов).
К сожалению, названные аспекты проблемы оказались отодвинутыми в сторону форсированным переговорным процессом по вступлению России в ВТО без ясной и просчитанной стратегии действий.
Для России вступление в ВТО при крайне инерционной структуре народнохозяйственного комплекса и преимущественно сырьевом экспорте, на наш взгляд, не сулит в обозримом будущем стратегических прорывов, а главное - повышения благосостояния подавляющей части населения. Более важен переход от идеологии адаптации к идеологии создания сильного государства, персонифицирующего общенациональные, а не частнокорпоративные и клановые интересы. Идеология самостоятельного развития должна по-новому расставить акценты в экономической политике, способствовать созданию благоприятных условий для импортозамещения, ослаблению налогового прессинга по отношению к отечественным производителям, противодействовать усилению конкуренции со стороны импортируемых товаров, инофирм, зачастую субсидируемых своими правительствами.
США то и дело используют нерыночные меры, далекие от принципов свободной торговли, легко нарушают последние, однако, резко протестуют, когда протекционистская политика других стран угрожает их интересам. Это относится и к нарушению принципов ВТО со стороны других развитых государств. В данном контексте ВТО можно рассматривать и как "интернационал протекционистов", поставленный в правовые рамки унифицированных правил и стандартных процедур, но имеющий мало общего со свободой торговли.
Страны, добившиеся наиболее впечатляющей динамики ВВП в конце прошлого века, осуществляли постепенную и дозированную внешнеэкономическую либерализацию, сочетали ее с селективным протекционизмом. При этом рост ВВП в решающей степени был связан с развитием внутреннего рынка. Имеются в виду, в частности, Южная Корея, Тайвань, Индия, КНР, Польша.
Роль государства при вступлении России в ВТО должна состоять в обоснованном определении приоритетных и субсидируемых отраслей, создании механизмов их селективной защиты, квот для иностранного капитала, в том числе в суммарном капитале банков.
Самостоятельное развитие национальной экономики, вместе с тем, неразрывно связано с формированием сектора малого предпринимательства, способного обеспечить занятость и источники доходов для значительной части домохозяйств (в 2001г. в РФ было официально зарегистрировано только 800 тыс. малых фирм, данный сектор в целом произвел 6-8% ВВП).
Приходится, однако, учитывать то обстоятельство, что в России малый бизнес, представленный этническими диаспорами, состоящими преимущественно из иммигрантов, достаточно успешно конкурирует с аналогичным отечественным предпринимательством. Повсеместная разобщенность последнего не позволяет эффективно соперничать со сплоченными бизнес-сообществами, организованными по этническому признаку, которые умеют концентрировать ресурсы, оптимизировать издержки трансакций и умело подкупать чиновников. Сегодня в России находится свыше 5 млн. нелегальных иностранцев (около 1 млн. только в Московском регионе, официально же зарегистрировано всего лишь 300 тыс. трудовых мигрантов). В итоге из страны ежегодно вывозится несколько миллиардов долларов без уплаты пошлин и налогов.
В данной ситуации необходимы активная самоорганизация отечественного малого предпринимательства, преодоление в его среде ущербного индивидуализма, не позволяющего малым фирмам развиваться в условиях конкурентной борьбы. Принципы солидарной взаимопомощи должны возобладать и в российском бизнес-сообществе.
В то же время нельзя допускать экономически неоправданного доминирования той или иной этнической группы, ведущего к усилению социальной напряженности в стране. Создание конкурентной среды - во многом этносоциальная и этнокультурная проблема, требующая взвешенного подхода к ее решению, особенно в связи с необходимостью приема в РФ до миллиона трудовых мигрантов в год.
Самостоятельное развитие требует также отказа от безответственной концепции упразднения "неэффективных" секторов экономики, взвешенной структурной и ценовой политики, учитывающей российские реалии, эффективного регулирования миграционных потоков, последовательного ограничения сферы деятельности теневого бизнеса, нелегальной и криминальной экономической деятельности в целом.
Нелегальность во внешнеэкономическом измерении
Условием самостоятельного экономического развития является активное противодействие контрабанде при экспорте и импорте, теневым финансовым потокам, аккумулируемым в оффшорных зонах. Эти виды незаконной деятельности - один из источников коррупции и один из факторов, способствующих перемещению предпринимательской активности в сферу теневого оборота. По некоторым оценкам, контрабандный товарооборот только на оптовых рынках РФ составляет 400 млрд. руб. в год, потери государства от безпошлинного ввоза одной только обуви - около 1 млрд. долл.
Однако введение таможенных ограничений, в частности, на "челночную торговлю" должно сопровождаться созданием условий для альтернативной занятости, особенно в регионах с застойной безработицей. По данным Института международных экономических и политических исследований РАН, в России около 10 млн. человек живет за счет челночного бизнеса, который ежегодно добавляет 12-15% к официальному внешнеторговому обороту страны. Не может считаться целесообразным способом регулирования и протекционистская политика в отношении некоторых отраслей промышленности, которая лишает источника доходов значительную часть населения.
Важнейшая задача государства - создание институциональных механизмов, противодействующих незаконному выводу финансовых активов за границу с помощью фиктивных импортных контрактов, валютного дилинга, сокрытия экспортной выручки, создания искусственной кредиторской задолженности перед инофирмами, махинаций с государственными долговыми обязательствами и вывоза наличной валюты физическими лицами. Пассивность в отношении нелегального вывоза капитала из страны тесно связана с заинтересованным участием чиновников в этом вывозе. (Так, инсайдерская информация чиновников, переданная некоторым бизнес-структурам накануне дефолта 1998г., позволила последним своевременно продать пакеты ГКО и вывести средства за рубеж.) Уровень оттока капитала достигал в 90-е гг. 10% ВВП. В 2000 году чистый экспорт частного капитала составлял 25,3 млрд. долл., "черный" экспорт (отраженный в статье платежного баланса "чистые ошибки и пропуски") - 9,3 млрд. долл.[3]
Радикализация мер с целью сокращения незаконного вывоза капитала, естественно, не должна препятствовать таким стратегическим решениям, как:
- перевод российских фирм и банков на международные стандарты финансовой отчетности и аудита;
- создание информационной базы данных и систематическая аналитическая работа по всем крупным сделкам коммерческих структур в Комитете по финансовому мониторингу при Минфине РФ;
- правоохранительное обеспечение основных финансовых потоков с помощью федеральных служб;
- присоединение России к международной конвенции "О признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений" с целью возврата денег в страну с помощью международных арбитражных судов (в настоящее время решения российского арбитража рассматриваются за границей как рекомендательные)[4];
- ужесточение порядка лицензирования внешнеэкономической деятельности (в 2001г. примерно половину юридических лиц в России составляли фирмы-однодневки, зарегистрированные по поддельным документам, не представившие налоговых отчетов или сдавшие "нулевые" балансы);
- развитие международного сотрудничества с целью реализации Конвенции ООН о борьбе против транснациональной организованной преступности, Страсбургской Конвенции об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности;
- проведение разовой легализации теневых капиталов.
При возможном проведении последней акции полезно учитывать опыт, например, Казахстана, исключившего из легализации капиталов (в 2001 г.) деньги, полученные в результате коррупционных правонарушений, преступлений против личности, мира и общественной безопасности. В Турции амнистия граждан в связи с легализацией капиталов (1998г.) возвратила в легальный экономический оборот около 20 млрд. долл. США.
Нельзя признать правомерным требование о полной отмене обязательной продажи государству части экспортной выручки и полной либерализации внутреннего валютного рынка. В.В.Ивантер с основанием подчеркивал, например, что валютное регулирование и валютный контроль в современной России, предполагающие обязательную продажу части валютной выручки на валютных биржах и обеспечивающие должный уровень публичности и прозрачности соответствующих сделок, как раз и создают относительную "рыночную свободу" и равные права доступа на валютный рынок. Напротив, обвальная либерализация внутреннего валютного рынка в состоянии привести лишь к монополизму крупных корпораций-экспортеров и обслуживающих их уполномоченных банков, замене реальной продажи валюты формальными бухгалтерскими проводками, оставляющими всю сумму выручки в распоряжении экспортеров[5] .
Путь самостоятельного развития - путь консолидации общества
Наибольшую опасность самостоятельному развитию национальной экономики представляет всевластие коррумпированной бюрократии.
Феномен российской коррупции - результат сращивания собственности и власти, фискально-запретительного характера государственного регулирования, неэффективного перераспределения собственности; разрешительной практики во взаимоотношениях бизнеса и государственного аппарата; влияния на депутатские решения олигархических группировок; несовершенства законодательства, создающего благоприятные условия для присвоения рентных выгод недобросовестными субъектами рынка, "управления" бюджетными потоками на разных уровнях власти; несовершенства системы оплаты труда чиновников разного ранга и т.д. Трудно не заметить и того, что борьба с коррупцией в России блокируется политически и экономически выгодными для коррупционеров проявлениями лояльности к федеральной власти.
Только реформа госаппарата, дебюрократизация власти и ограничение чрезмерной "опеки" бизнеса со стороны чиновников могут сформировать систему противодействия этому социальному злу. Только ясно сформулированные цели экономической политики могут способствовать оптимизации кадрового, финансового, информационного обеспечения деятельности государственного аппарата. Ситуативно-конъюнктурные реорганизации лишь имитируют его реформу. "Командная" модель формирования аппарата власти привела к появлению кланов в системе госслужбы, лидеры которых не только защищают своих "вассалов",[6] но и оказывают сопротивление политическим силам, стремящимся создать "конкурентный порядок" (В.Ойкен)[7] .
Не менее важное значение, чем изменение структуры и функций госаппарата, имеет муниципальная реформа, создание полноценного местного самоуправления, законодательное оформление распределения полномочий между муниципальными образованиями, муниципальными округами, субъектами РФ и федеральным центром, в том числе в сфере межбюджетных отношений. Необходимо стимулировать процессы самоорганизации общественной жизни, приближая власть к народу.
Самостоятельное развитие требует и духовной консолидации нации, которая, однако, не может возникнуть в результате действий политтехнологов, манипулирующих массовым сознанием (и превративших свою деятельность в доходный промысел). Как справедливо отмечал Э.Фромм, кукловоды задают ложную систему координат. Мощный канал воздействия на электорат - коммерчески ориентированные и одновременно административно контролируемые масс-медиа, все более агрессивно формирующие усредненное сознание. "По сути дела, сила внушения, которой обладает правящая группа, определяет и власть этой группы над остальным населением или, уж как минимум, она должна уметь пользоваться изощренной идеологической системой, которая снижает критичность и независимость мышления... "[8] .
По утверждению А.С.Панарина, с которым нельзя не согласиться, не общий рынок, а единый просвещенческий проект объединяет нацию. Единая система просвещения дает гарантии и национального подъема и единства нации[9] . Проблема лишь в том, что просвещение нужно начинать с представителей власти. Общественному самосознанию россиян еще только предстоит признание установки на "симфоническое (хоровое) единство многонародной нации Евразии"[1 0], в котором культурно-историческая традиция претерпит метаморфозу, воплотившись в обновленном и адаптированном к современным реалиям духовном мире (ментальности). Тем не менее, необходим долгосрочный политико-экономический проект, с которым духовный мир был бы согласен. Ведь это две стороны одной медали (при идеальном варианте): идеология (а также стратегия) развития и общие схемы восприятия, оценивания и действия, присущие общественному сознанию, т.е. то, что выдающийся социолог П.Бурдье обозначил термином "габитус"[1 1].
Переход России на национально ориентированный путь развития вполне возможен, но лишь при системном видении насущных проблем и перспектив представителями власти, способными оказать воздействие на разработку и осуществление прогрессивной стратегии социально-экономических преобразований, лишь при достижении либерально-консервативного консенсуса, преодолении синдрома "догоняющего развития" и рыночного фундаментализма.


1 Поппер К. Открытое общество и его враги. Т.1. Чары Платона. М.,1992. С.220.
2 См.:Узяков М. Тарифная математика //Ведомости. 2002. 5 февраля.
3 См.:Федорин В. Инвестировать лучше дома//Ведомости. 2002. 14 января.
4 См.: Московские новости. 2001. 27 марта-2 апреля. С.10.
5См. Ивантер В. Не руби сук, на котором ты сидишь //Известия. 2002. 5 августа.
6 См. Хазин М. Управление правительством //Ведомости. 2002. 15 января.
7 Ойкен В. Основные принципы экономической политики. М. 1995.
8 Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности. М., 1994. С. 172, 178.
9 См.: Литературная газета. 2002. 13-19 марта. С. 11.
10 См.: Трубецкой Н.С. Наследие Чингисхана. М., 2000. С. 504.
11 Бурдье П. Практический смысл. СПб., 2001. Гл. 3.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия