Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (25), 2008
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ГЛОБАЛИЗАЦИЯ
Товма Н. А.
докторант кафедры менеджмента и бизнеса Казахского национального университета им. аль-Фараби (г. Алматы),
кандидат экономических наук


Глобальные предпосылки активизации социальной политики

Социальная политика является одним из главных направлений деятельности государства в современном обществе. Необходимыми условиями для успешного продвижения реформ, построения социального государства, решения проблем человеческого развития выступают ее научная обоснованность, взвешенность, результативность и перспективность.
Формирование активной социальной политики в Республике Казахстан вызвано глобальными и общегосударственными факторами. Действие глобальных факторов обусловлено начавшимся на рубеже III тысячелетия переходным периодом к постиндустриальной цивилизации и вызванными им процессами: ускорением темпов перемен, нарастанием угрозы экологической катастрофы и негативных социальных последствий научно-технического прогресса. К ним относятся также такие явления в мировом социальном пространстве, как, во-первых, глобализация общемировых социальных проблем (безработицы, массовой международной миграции рабочей силы), а во-вторых, провозглашение новой парадигмы устойчивого человеческого развития, основанной на приоритете человеческой жизни и нашедшей отражение в таких основополагающих правовых актах и документах РК, как Конституция, Гражданский кодекс, Отчет по человеческому развитию за 1994 год, составленный для Программы развития ООН, и Программа действий Всемирной встречи на высшем уровне в интересах социального развития, состоявшейся в марте 1995 года в Копенгагене. Общегосударственными факторами являются, прежде всего, нежелательные явления в РК на фоне перехода от плановой к рыночной экономике: ухудшаются демографические показатели, растет дифференциация населения по доходам, снижается уровень удовлетворения потребностей его большей части, наблюдаются научный, технологический и интеллектуальный кризисы [1].
Разработка модели активной социальной политики государства переходного периода должна проводиться с учетом всех предпосылок, чтобы создать основы для развития человека в будущем. В зависимости от этого ее задачи могут быть как перспективными, так и тактическими. Перспективные связаны с созданием базы для реализации концепции человеческого развития, а тактические — с обеспечением выживания человека в условиях радикальных экономических преобразований.
Отечественными и зарубежными учеными все больше внимания уделяется глобальным проблемам человечества и возможностям их разрешения. Социальное пространство видится ими антигуманным, антисоциальным, деформированным, то есть ущербным для человека [2].
Серьезными предостережениями для государства и мировой цивилизации являются предсказания Карла Поланьи, который считает, что прогресс достигается, как правило, ценой социальных сдвигов в обществе, но в случае, если величина их слишком велика, «человеческие существа, будучи лишенными защитного панциря культурных институтов, погибнут от социальной обнаженности; они умрут как жертвы этого социального сдвига от своих пороков, извращений, преступления и истощения. Природа распадется на составные элементы; окружающая среда и ландшафты будут разрушены, реки загрязнены, мир на земле подвергнется опасности, потенциал производства продуктов питания и сырья будет уничтожен» [3]. В этой связи, как никогда остро, стоит вопрос оптимизации и активизации социальной политики, создания основы для ее будущего с целью достижения всестороннего развития личности. Следовательно, актуальным принципом перспективной социальной политики должен стать принцип эффективности, который предполагает получение максимального социального эффекта при минимальных затратах социальных ресурсов.
Научная картина существующего и прогнозируемого мира дает основание предполагать, что эффективная реализация социальной политики современного государства возможна не только в рамках национальных границ, но и при условии объединения усилий всех стран, широкого международного сотрудничества. Но вместе с тем, при устранении серьезных противоречий, вызванных коренными политическими, экономическими и социальными преобразованиями государств с переходной экономикой, в том числе и РК, необходимо учитывать особенности и специфику экономического развития, а также степень социальной напряженности в каждой конкретной стране.
Тенденции в социальной сфере РК имеют неоднозначный, двойственный характер. Если, с одной стороны, они являются глобальными и находят аналогии в ряде зарубежных стран, то с другой, – по мнению некоторых ученых, – они носят специфический и уникальный характер.
В современном научном мире все чаще поднимаются проблемы разбалансированности нынешнего социального пространства, вызванной нарушением социальных приоритетов, неразвитостью экономических структур, политической дестабилизацией, неготовностью научного знания уберечь систему «человек-семья-общество» от негативных воздействий переходной экономики, рынка, научно-технического прогресса и грядущей экологической катастрофы.
Все эти обстоятельства диктуют потребность в определении сущности и перспектив социальной политики переходного периода, которая пока не выдерживает испытания на прочность в новых условиях и не отвечает тенденциям становления постиндустриальной цивилизации. Поиск новых перспективных путей ее развития должен основываться на анализе существующих позитивных и негативных явлений в функционировании системы «человек-семья-общество» в условиях переходной к рынку экономики, научно-технического прогресса, а также во взаимодействии ее с экологической политикой.
Социальные эффекты переходной экономики и рынка (как позитивные, так и негативные), с одной стороны, тождественны, а с другой – имеют специфические оттенки. Радикальная экономическая реформа вызвала резкую трансформацию системы «человек-семья-общество». Это обстоятельство диктует необходимость применения мер с целью жизнеобеспечения и защиты населения от ее отрицательных последствий. Государственное регулирование в этот период должно отличаться более продуманным, решительным и оперативным вмешательством в управление социальным развитием, поиском нетрадиционных путей решения возникающих задач. Причем в условиях переходной экономики реализация тактических задач должна осуществляться на локальном уровне.
Вместе с тем, сущность процесса активизации социальной политики состоит в учете мировых тенденций и закономерностей, то есть стратегических задач. Заботы современного государства о выживании человека не должны отвлекать его от создания основ социально обустроенного общества будущего.
Как показывает международный опыт, развитому рынку в отличие от переходной экономики соответствует более развитое социальное пространство, обеспечивающее определенное равновесие системы «человек-семья-общество», что позволяет государству проводить линию, направленную в основном на развитие личности. Рынок, так же, как и переходная экономика, вызывает побочные социальные эффекты: резкую социальную деформацию; безработицу, обесценение личности человека, обогащение одних и резкое обеднение других, постепенное отчуждение человека от общества. Вместе с тем в условиях рыночной экономики более высокие и жесткие требования предъявляются к качеству рабочей силы, что способствует постепенному вытеснению с рынка труда неквалифицированных рабочих. Это обстоятельство ставит перед государством задачи, связанные не только с трудоустройством высвобожденных трудовых ресурсов, но и с перестройкой всей системы их образования. Так, например, в начале 60-х годов в развитых странах эта категория рабочих сократилась до минимума, определяемого техническими возможностями экономики (в США — до 5,5% всей рабочей силы против 10% в 1930 г., в Японии — до 5% и т.п.). На Западе целенаправленное формирование трудовых ресурсов творческого типа началось в 60-х годах и сразу же было возведено в ранг государственной политики. В ведущих промышленно развитых странах были приняты законы, стимулирующие деятельность государства и предпринимателей, направленную на развитие интеллектуального потенциала рабочей силы, поощряющие компании к «инвестициям в человека», путем соответствующих налоговых мер, льготных кредитов, общественного поощрения [4].
Отечественные и зарубежные исследователи рассматривают в качестве одной из наиболее важных глобальных тенденций мирового развития накануне XXI века новый этап научно-технического прогресса, который, очевидно, будет служить причиной переориентации социальных функций государства в связи с существенным изменением положения человека в общественном производстве. Возникнув на фоне существующих нерешенных проблем – неравенства и неравномерности развития различных регионов, социальной несправедливости и т.д., передовые технологии порождают и ряд новых проблем. В литературе анализируются как положительные, так и негативные, текущие и отдаленные последствия научно-технического прогресса для человека. С одной стороны, его положительное воздействие будет обеспечено за счет облегчения и улучшения условий труда, появятся новые возможности для совершенствования условий жизни, быта и отдыха, для самореализации и духовного развития.
Наряду с этим, как предполагают многие ученые, негативное воздействие НТП для человека возьмет верх над благом: это в основном может выражаться в социальной разобщенности, одиночестве, усилении зависимости от экологии и техники, что будет связано с дополнительными нагрузками и испытаниями.
Государству в условиях экономики инновационного типа предстоит играть координирующую и контролирующую роль. Через совершенствование налоговой системы, стимулирование и поддержку учреждений социальной инфраструктуры и другие механизмы оно цивилизованным путем будет осуществлять косвенную поддержку каждому человеку. Вместе с тем о своей материальной защищенности здоровый и полноценный человек позаботится сам, государство же обязано будет обеспечить заботу о тех, кто не в состоянии самостоятельно, без посторонней помощи обеспечить себе существование.
В связи с резким изменением структуры личного потребления на фоне научно-технического прогресса ожидается рост спроса на новые или усовершенствованные виды товаров и услуг. В США на нужды потребления уже ежегодно идет в среднем 3/4 общего объема ВВП, в том числе 2/3 — на личное потребление населения, остальная часть — на социальные услуги государства (расходы на образование и здравоохранение) [5].
Социальная роль государства постепенно изменится в связи с изменением потребностей и запросов человека, который в будущем станет требовать от государства значительно высокого уровня социальных услуг, реального обеспечения конституционных прав (безопасности жизни, защиты чести, достоинства), создания условий для экологизации сферы личного потребления и получения на всех уровнях образования, соответствующего новым технологиям.
Конечно, можно согласиться с тем, что «самой важной характеристикой будущего является то, что мы не можем знать о нем всего. Прогнозы, касающиеся будущих цен, продаж или благ, никогда не будут достоверными, и чем дальше отстоит от нас будущее, тем меньше надежность прогнозов» [6]. Но тем не менее прогнозные оценки необходимы с целью предупреждения кризисных ситуаций и социальных взрывов. Важно предусмотреть страховочные мероприятия заранее, чтобы в условиях кризиса экономики не расплачиваться высокой ценой человеческой жизни и не проводить меры реанимационного характера.
В этой связи как никогда актуальным представляется мнение о том, что «правительство, бизнес и труд — основные элементы нашего общества — должны заняться планированием будущего, установлением национальных приоритетов, согласованием целей и стратегий» [7]. Социальный распад, сопровождаемый ростом преступности, распадом классической семьи, ненадежным функционированием системы медицинского обслуживания и опасным колебанием промышленности, по мнению Элвина Тоффлера, знаменует начало новой цивилизации.
Принципиально важным аспектом для выделения приоритетов современной социальной политики становится ДОМ, который для футуролога Элвина Тоффлера приобретает весьма серьезное новое значение в цивилизации Третьей волны: «Распространение электронного коттеджа, изобретение новых организационных структур в бизнесе, автоматизация и демассификация общества — все указывает на возрождение дома в качестве центральной ячейки общества завтрашнего дня, ячейки с развитыми, а не ослабленными экономическими, медицинскими, образовательными и социальными функциями. Вместо высокоцентрализованного общество Третьей волны признает ценность децентрализованного принятия решений» [8].
Другая подобная идея принадлежит известному американскому футурологу Дж. О’Нэйллу, который также высказал гипотезу о том, что миру через сто лет будет свойственна тенденция к децентрализации, что повлечет за собой на Земле процесс переселения из крупных городских центров в сравнительно небольшие. В этих городах, по его мнению, «станет возможным достичь наиболее комфортных условий жизни с искусственным климатом», потому что такие проблемы, как преступность и обезличивание человека, на его взгляд, появляются там, где речь идет о городах-миллионерах [9].
Учитывая предсказания футурологов, можно предположить, что современную социальную политику необходимо строить на основе работы в масштабах небольших населенных пунктов. Есть смысл создавать микросоциальные программы, которые могут разрабатываться для каждого населенного пункта, независимо от территориальных размеров. Эти программы могут носить краткосрочный и долгосрочный характер, что будет способствовать тому, чтобы люди, живущие в каждом населенном пункте страны, видели реальную перспективу своего будущего.
Существенную разницу между индустриальным и постиндустриальным обществом подметил Д. Белл. Он полагает, что «если капитал и труд являются главными структурными чертами индустриального общества, то информация и знания являются таковыми для постиндустриального общества». Следовательно, перед государством стоит важная «задача выработки социально оптимальной политики вкладов в производство знания» [10].
Социальную политику постиндустриального общества, по-видимому, будут характеризовать следующие важные особенности: гибкость, способность адаптироваться к быстро меняющимся потребностям населения, децентрализованное решение задач. Информационная инфраструктура даст возможность осуществлять более конкретный, дифференцированный подход к каждому человеку, учитывать его индивидуальные запросы и потребности, то есть актуальными принципами социальной политики будущего будут являться принципы качественности обслуживания и индивидуализации. То есть приоритетом социальной политики в условиях инновационной экономики будет выступать не только человеческая личность, но и качество обслуживания человека в сфере личного потребления, обучения, торговли и услуг.
Вместе с тем, как утверждают многие ученые-экологи, научно-технический прогресс порождает и ряд глобальных экологических феноменов: загрязнение природы, технологические катастрофы, образование озоновых дыр и др. В связи с этим ими высказывается предположение, что НТП — это одна из немногих сфер социальной деятельности, в которой положительные и отрицательные тенденции далеко не исчерпаны.
Повышение экономической эффективности производства в странах с рыночной экономикой путем внедрения достижений научно-технического прогресса и одновременное ухудшение экологической ситуации требует значительных государственных затрат. Так, в США капиталовложения с целью устранения этих проблем достигли своего пика в 70-е годы, составив 4% общей ежегодной суммы всех капиталовложений в экономику [11].
Учеными-экологами высказывается мнение о необходимости включения в социальную политику экологической составляющей. Ее смысл состоит в переходе от концепции «повышения уровня жизни и ВВП» к концепции «повышения качества жизни», которая предполагает создание экологически чистой жизненной среды, гуманизацию социальных отношений, нацеленность на духовный рост и самореализацию человека [12].
Грядущий новый этап НТП способен внести в модель самого человека свои специфические черты. Принцип экологизации и предлагаемая учеными ориентация, направленная на формирование «экологического человека», в основном, выражаются в проведении мероприятий по развитию и поддержке иной организации экономики, называемой «неформальным» сектором, задачи которого сводятся к обеспечению занятости населения не на производстве, а на садовых участках и на дому. Большое значение уже сегодня необходимо придавать созданию групп взаимопомощи, развитию народного творчества и т.д.
При формировании современной активной социальной политики нельзя не учитывать того, что бесплатные прежде ресурсы – сырье, вода, энергия и воздух – со временем станут более дефицитными и, следовательно, платными. Это обстоятельство вызывает необходимость экологического образования масс как элемента социальной политики.
Учитывая то обстоятельство, что качество жизни постепенно связывается в общественном сознании с решением экологических проблем и снижением риска для здоровья даже ценой замедления экономического роста, регулирующая роль современного государства должна сводиться к решению широкого спектра проблем, в числе которых защита здоровья потребителей от экологически вредных товаров; производство безопасных продуктов, лекарств и косметики; пропаганда здорового образа жизни; определение критериев экологичности товаров.
Так, в частности, вопросы охраны окружающей среды для миллионов американцев стали важным критерием, по которому они оценивают деятельность и государства, и бизнеса. Здесь публикуются «черные списки» предприятий, нарушающих природоохранное законодательство, установлены стандарты токсичности выхлопных газов и топливной экономичности, осуществляются программы по борьбе с отходами, по экологической маркировке продукции и т.д. [13].
Таким образом, актуальным принципом активной социальной политики в современной России выступает принцип «экологизации», суть которого состоит в экологическом образовании человека, повышении качества его жизни, развитии неформального сектора экономики и т.д.
Следовательно, необходимость вмешательства государства в управление социальными процессами диктуется как на этапе перехода к рыночной экономике, так и в условиях развитого рынка, – «технологической» и «экологической» цивилизации.
Однако в условиях свободной рыночной системы воздействие государства на благосостояние граждан вызвано необходимостью смягчения недостатков рыночной системы, негативного воздействия экологии, научно-технического прогресса, защиты наиболее уязвимых слоев населения, а в обстоятельствах переходного периода социальная политика нацелена, прежде всего, на обеспечение условий для выживания населения. Подведем итог нашим рассуждениям.
1. Трудности становления рынка ведут к процессу научной и технологической деградации, что ставит во главу угла задачу осознания государством сущности и перспектив социальной политики на пути к постиндустриальной цивилизации, разработке долгосрочной стратегии постепенного создания предпосылок для развития человека, рационального и сбалансированного взаимоотношения его с природой.
2. Становление активной социальной политики в современной РК обусловлено как глобальными, так и локальными факторами, которые нацеливают на выделение в ней как тактических, так и стратегических задач. Стратегические задачи направлены на создание основ для будущего развития человека через перестройку общественного интеллекта и его составляющих — науки, культуры, образования; охрану окружающей среды; воспитание «экологического» человека и т.д. Тактические — обусловлены факторами сегодняшнего дня и включают в себя задачи, связанные с жизнеобеспечением и стабилизацией уровня жизни человека в условиях переходной экономики. За решение тактических задач в большей мере ответственность должны нести региональные, а за стратегические — центральные органы власти.
3. Процесс активизации социальной политики в государстве переходного периода проявляется в следующем:
– в учете глобальных и общегосударственных факторов формирования социальной политики;
– в создании основ для реализации новой концепции человеческого развития, включении в модель социальной политики не только современных, но и перспективных задач;
– в утверждении новой концепции «развития» с ее принципами индивидуализации и эффективности, качественности и экологизации, уважения достоинства и прав человека;
– в децентрализованном решении социальных проблем.
4. Важным элементом активной социальной политики могут выступать микросоциальные программы краткосрочного и долгосрочного характера, разрабатываемые для каждого населенного пункта, независимо от его территориальных размеров.


Литература
1. Трипольский Р.И. Выбор модели рыночной экономики в России: теоретический аспект смены порядка развития // Общество и экономика. – 1994. – N 5–6. – С. 19.
2. Богдан В.В., Иванов В.Н. Информатизация и технологизация социального пространства: проблемы предотвращения катастроф, взрывов и напряжений // Междунар. конф.: Тез. докл. – М. – Ниж. Новгород, 1994. – С. 5.
3. Поланьи К. Саморегулирующийся рынок и фиктивные товары: труд, земля и деньги // Теория и история экономических и социальных институтов и систем / А.В. Полетаев и др. — М.: Начала-пресс, 1993. – С. 15.
4. Бушмарин И. Интеллектуализация труда в странах с рыночной экономикой // Проблемы теории и практики управления. – 1994. – N 2.
5. Василевский Э. Ориентация производства на потребителя: опыт США // Проблемы теории и практики управления. — 1994. — N 2. — С. 58.
6. Кеннет Дж. Эрроу Возможности и пределы рынка как механизма распределения ресурсов // Теория и история экономических социальных институтов и систем /А.В. Полетаев и др. — М, 1993. — С. 59.
7. Кан Г., Фелпс Дж. Настоящее и будущее экономики //Шахназаров Г.X. Американская модель с будущим в конфликте. — М., 1984. – С. 28.
8. Элвин Тоффлер. На пороге будущего // Шахназаров Г.X. Американская модель с будущим в конфликте. — М., 1984. — С. 38.
9. Джерард О Нейлл. Америка и мир через сто лет // Шахназаров Г.X. Американская модель с будущим в конфликте. — М., 1984. — С. 11.
10. Даниел Белл. Постиндустриальное общество // Шахназаров Г. X. Американская модель с будущим в конфликте. — М., 1984. — С. 24.
11. Василевский Э. Ориентация производства на потребителя: опыт США. // Проблемы теории и практики управления. — 1994. — N 2. — С. 62.
12. Новоженова И. Хозяйственная жизнь и природа: новые тенденции в период смены цивилизаций // Россия и Европа: тенденции развития на пороге 3 тысячелетия /Ред. Т.Г. Пархалина и др. — М.: ИНИОН, – 1995. – С. 208.
13. Абалкина И.Л. Зеленая революция на рынке потребительских товаров // США: Экономика, Политика, Идеология. – 1993 – N 10. – С. 112
14. Шохин А. Н. Социальные проблемы перестройки. — М: Экономика, 1989. – С. 5.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2019
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия