Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 3 (27), 2008
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РЕГИОНОВ И ОТРАСЛЕВЫХ КОМПЛЕКСОВ
Дегтерева В. А.
доцент кафедры государственного и муниципального управления Санкт-Петербургского государственного инженерно экономического университета,
кандидат экономических наук


Государственное регулирование сферы сервиса как основы активизации региональных факторов экономического роста
В статье рассматриваются и анализируются факторы государственной политики в макрорегионах, которые оказывают влияние на уровень развития сферы сервиса. Определены возможности государственного регулирования постиндустриальной (сервисной) экономики. Проанализирована сущность комплексной программы развития производства товаров народного потребления и сферы услуг на 1986–2000 гг.
Ключевые слова: сфера сервиса, развивающиеся страны, экономическое развитие, структура общественного воспроизводства, рынок услуг, государственное регулирование, индикативное планирование, программа развития сферы услуг

Уровень развития сферы сервиса является одной из важных характеристик эффективности региональной социально-экономической политики. С. Цирель (5, С. 108–109) в ходе анализа влияния государственного вмешательства в экономику и социального неравенства на экономический рост, в числе наиболее важных факторов государственной политики в макрорегионах называет показатели, непосредственно связанные со сферой услуг (см. табл.).
Таблица
Средние значения и стандартные отклонения наиболее важных факторов государственной политики в четырех регионах
Источник: //http://www.anrb.ru/isei/cf2004/d767.htm
Значения показателей, представленные в таблице (например, большая вариация, характерная для Восточной Азии), показывают, что основной причиной различий являются не цивилизационные особенности, а различия в уровне душевого ВВП. Единственное значимое отклонение от регрессионных кривых с душевым ВВП – это как раз сам уровень государственных расходов, более высокий в Восточной Европе, чем в Восточной Азии. Однако и в этом случае важную роль играют не только цивилизационные, но и ситуационные различия: с одной стороны, недавнее социалистическое прошлое всех стран Восточной Европы, а с другой – уже состоявшееся или предстоящее вхождение большей части из них в ЕС и ориентация на стандартны ЕС. Хотя, конечно, одной из основных причин отсутствия отклонений от регрессионных кривых является неполнота показателей Всемирного экономического форума для проведения подобных исследований. Но в принципе можно говорить об общности факторов экономического роста во всем мире и значимом воздействии на экономические процессы общемировых тенденций, в том числе глобализации, быстрого прогресса ICТ-технологий и т. д. (5, с. 109).
Ю. Шишков (6, с. 9–12), исследуя тенденции глобальной дивергенции подушевых доходов, отмечает, что в развитых странах дивергенция подушевых доходов меньше, чем в развивающихся и переходных. Но в первой группе стран проживает 14% мирового населения, во второй – 86%. Следовательно, основной резерв сокращения глобальной дивергенции подушевых доходов – эта вторая часть человечества. И резерв этот тем успешнее служит уменьшению неравномерности распределения мирового дохода, чем выше темпы экономического роста в странах второй группы, а точнее, чем больше они опережают темпы экономического роста первой группы стран.
В 1980-х годах по темпам роста ВВП развивающиеся страны опережали развитые в 1, 2 раза, а в 1990–2003 гг. – уже почти вдвое. При этом самыми высокими темпами роста и показателями опережения отличались страны с низкими доходами, где проживает 71% населения развивающегося мира и 57, 3% – всего мира. Конечно, еще важнее соотношение темпов роста подушевого ВВП. Поскольку население развивающихся стран растет гораздо быстрее, чем развитых, соотношение этих темпов не столь впечатляет. В 1980-х годах развивающийся мир в целом даже отставал от развитого на 30%, но в 1990-2003 гг. уже опережал его на 62 %. Особенно значительное опережение показывала нижняя подгруппа развивающихся стран: в 1980-х годах подушевые доходы росли здесь в 1, 7 раза быстрее, чем в развитых, а в 1990–2003 гг. – в 3,4 раза. Решающую роль при этом играют Китай и Индия. Среднегодовой прирост подушевых доходов в Китае (без Гонконга и Макао) в 1980-х годах составил 8, 7%, в последние 13 лет – 8, 9%, в Индии – соответственно 3,5 и 4% (5, с. 9–12).
Уровень фертильности и темпы роста населения в менее развитых регионах мира постепенно снижаются. Во второй половине 1990-х годов оно росло здесь в среднем на 2, 7% в год, тогда как в развитых регионах – на 1, 4%. Опережение составляло 1, 3%. По прогнозам ООН, во второй половине 2010-х годов оно уменьшится до 1%, еще через десять лет – до 0, 6% (5, с. 24–25). Уже в силу этого проблема преодоления отставания в уровне жизни мирового арьергарда заметно облегчится.
В развитых же странах, где продолжительность жизни значительно больше, а уровень рождаемости едва обеспечивает репродукцию численности населения, либо и вовсе ее не обеспечивает, растет доля нетрудоспособных и повышается коэффициент зависимости. Если в 1995 г. один нетрудоспособный член общества приходился в среднем на двух трудоспособных, то в 2030 г. эта пропорция составит 1: 1.6; в 2040 г. – 1: 1,5, а в 2050 г. – 1: 1,4. Соответственно, здесь возрастают, с одной стороны, подоходный налог на работающих, сокращая тем самым платежеспособный спрос на потребительские товары и замедляя рост внутреннего рынка, а с другой стороны – налоги на бизнес, ограничивая накопление капитала и сужая рынок инвестиционных товаров. И то и другое существенно замедлит экономический рост развитых регионов и темпы повышения их доходов на душу населения. В менее развитых регионах это бремя, напротив, ощутимо уменьшится по сравнению со второй половиной ХХ в., способствуя ускорению экономического роста (4, с. 9–12).
Отмеченные противоречия экономического развития во многом обусловлены специфическими тенденциями сферы услуг, удачно обобщенными Е.А. Бреусовой (3, 17–19).
1. В настоящее время фактом радикального изменения структуры общественного воспроизводства в целом в ряде стран послужила стремительная динамика высокоинтеллектуальных отраслей сферы услуг. «Третичный» сектор экономики приобретает значение на продвинутых стадиях индустриализации. В результате роста значимости сервисного сектора произошла трансформация индустриальной экономики в «индустриально-сервисную» социально ориентированную экономику.
2. В индустриально-сервисной экономике сектор услуг является крупнейшим. В экономиках наиболее развитых стран мира его доля составила к концу XX века в среднем 70 % в валовом внутреннем продукте, при этом в общей численности занятых – свыше 70% и более 50% – в общем объеме капиталовложений. Как и ранее, в настоящее время на динамику «третичного» сектора оказывает влияние ряд основополагающих долговременных макроэкономических факторов развития экономики: процесс гуманизации экономического роста, «социологизация» экономического развития, затрагивающая все общество в совокупности и закон возвышения потребностей. Все эти факторы приводят к разнообразию отраслей сферы услуг и повышенным качественным требованиям к исходному сектору.
3. В социально ориентированном обществе, в силу специфики воспроизводства, обусловлена необходимость создания товара и услуги, приобретающих специфическую общественно-экономическую роль всеобщей значимости. Подавляющая часть услуг имеет смешанную, многопрофильную, многофункциональную направленность, поэтому уточнена категория «услуга» и выявлена ее роль в развитии индустриально-сервисного характера экономики. Классификация услуг способствует пониманию изучаемого явления, позволяет выделить отличительные черты каждого вида, определить специфику методов управления.
4. Рынок услуг является одним из сегментов рынка, выделяющимся из единого ранее рынка физических товаров и услуг. Между тем рынок услуг и рынок материально-вещественных товаров четко разграничить невозможно, так как оказание услуг часто сопряжено с продажей и эксплуатацией физических товаров, и, наоборот, реализация товаров зачастую предполагает продажу комплекса услуг. Функционируя как подсистема рыночного хозяйства, он выступает как система, увязывающая между собой спрос и предложение на услуги; производителей услуг и их потребителей – собственников денег. Кроме этого, рынок услуг способствует развитию рынка материально-вещественных благ, обеспечению сбалансированности воспроизводственного процесса, соответствующего качества жизни путем удовлетворения разнообразных потребностей населения.
5. Структура и макроэкономическая динамика развития отечественного рынка услуг определяются сложившейся социально-экономической ситуацией в стране и в отдельных ее регионах, уровнем доходов населения, платежеспособностью, объемом и характером предложения услуг на рынке, притоком инвестиций в сферу услуг и рядом других факторов. Это можно объяснить как воздействием конкуренции со стороны товаров-заменителей, так и изменением в уровне и стиле жизни людей. Главными ограничениями рыночного спроса на услуги являются низкие доходы значительной части населения, ограниченность ассортимента услуг и низкое их качество, преобладание «самообслуживания» населения.
6. Государственное регулирование, представляющее собой систему организационно-правовых и экономических мер государства, направлено на развитие экономики, в частности, сферы услуг. К задачам современного государственного регулирования целесообразно отнести следующие: приведение в соответствие с практикой и условиями индустриально-сервисного характера экономики налогового, бюджетного и финансового законодательства, стимулирование организационной упорядоченности деятельности предприятий сферы услуг.
Д. Белл (1, с. 9–12) определил следующие возможности государственного регулирования постиндустриальной (сервисной) экономики, понимаемого им как национальное планирование.
Координация в области информации. Почти все большие предприятия сегодня разрабатывают пятилетние, а то и десятилетние планы по таким показателям, как продукция, капиталовложения, потребности в рабочей силе, в новых помещениях и т. д. Будь у нас создана национальная компьютеризованная служба, можно было бы сводить воедино всю важную информацию такого рода и на ее основе корректировать правительственную и корпоративную политику.
Моделирование. Используя экономические матрицы входа-выхода – вроде тех, например, какие предложил В. Леонтьев – можно выверять различные альтернативы экономической политики с тем, чтобы в точности уяснить воздействие правительственных решений на те или иные секторы экономики. В еще более радикальном варианте, который предложил советский экономист Л. Канторович, речь идет о создании национальной компьютерной системы, которая, регистрируя различные цены и распределение товаров, помогала бы определять отклонения от запланированных экономических целей и выявлять моменты диспропорционального использования ресурсов в различных секторах экономики.
Индикативное планирование. В этой модели, которая, к примеру, используется Французским комиссариатом планирования, несколько тысяч отраслевых комитетов координирует свои планы экономической деятельности, и эти скоординированные планы становятся основой для правительственных решений, направленных на стимулирование или, напротив, замедление развития тех или иных отраслей методами кредитной политики.
Национальные цели. В этой модели правительство ставит ряд национальных целей – например, совершенствование жилищной политики или ускорение темпов экономического роста – и осуществляет общее наблюдение за реализацией этих целей, при необходимости принимая благоприятствующие им меры (налоговые послабления, расширение кредита и т.д.).
Директивное планирование. Это, в сущности, «военная экономика», воплотившаяся, например, в деятельности Управления по военному производству в США во время второй мировой войны. В этой системе определяются ключевые цели (уровень производства стали, ассортимент машин, численность танков и т. п.), и правительство на основе приоритетов физически распределяет материалы и рабочую силу между соответствующими предприятиями. В данном случае не экономика планируется, а ее ключевые секторы предельно жестко контролируются. Описанные способы планирования варьируются от прямого контроля, с одной стороны, до «элементарной» координации информационной деятельности – с другой. Какой способ планирования больше подходит данному обществу – вопрос политики. При нынешней взаимозависимости и наличии у решений побочных эффектов некоторая, довольно значительная степень планирования, возможно, просто необходима. Разрабатываемые сейчас компьютерные и коммуникационные системы вполне позволяют осуществлять такое планирование, однако остается весьма сложным вопросом, как совместить его с индивидуальной свободой.
Программу развития сферы услуг, легкой, пищевой и перерабатывающей промышленности на ближайшие годы подготовил Сахалинский областной комитет по промышленности и торговле. Основная цель программы – всестороннее обслуживание шельфовых проектов Сахалина. Согласно программе, уже в следующем году на Сахалине появятся новые точки общепита, прачечные, гостиницы и другие предприятия этой сферы. На строительство в Южно-Сахалинске двух гостиниц не ниже уровня трех звезд подали заявки две компании, еще 10 компаний высказали намерения о строительстве гостиниц на Сахалине (5, с. 17).
В программе приоритеты отдаются дальнейшему развитию пищевых предприятий (таких как Южно-Сахалинский молокозавод), ресторанного бизнеса, оптовых поставок продуктов питания и сферы услуг (парикмахерские, прачечные и так далее). Финансирование программы планируется осуществлять из различных финансовых источников: банков, кредитных учреждений и лизинговых компаний, также будут привлекаться инвестиции за счет повышения численности акционеров сахалинских компаний и предприятий. На 2002 г. общий инвестиционный пакет на реализацию данной программы запланирован в объеме более 15 млн. долл. (5, с. 18).
Однако такое комплексное видение перспектив и средств развития сферы услуг в регионе – скорее исключение, чем правило. К. Г. Зайнашева (4, с. 31) отмечает, что даже в достаточно прогрессивных регионах, к каковым относятся Республики Башкортостан и Татарстан, Московская, Нижегородская, Самарская, Свердловская, Челябинская области, Краснодарский край, города Москва и Санкт – Петербург, до настоящего времени не имеется конкретных программ по целевому развитию сферы сервиса на среднесрочную и долгосрочную перспективу.
Более системный характер имело государственное регулирование сферы услуг в советский период. Так, в 1985 г. была принята комплексная программа развития производства товаров народного потребления и сферы услуг на 1986–2000 гг. (КПТУ) – целевая комплексная программа, вошедшая составной частью в Основные направления экономического и социального развития СССР на 1986–1990 годы и на период до 2000 года. Она была разработана в соответствии с решениями XXVI съезда КПСС и утверждена постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР в сентябре 1985 г. Предполагалось, что КПТУ воплотит новый подход партии и государства к решению многообразных проблем, связанных с дальнейшим подъемом жизненного уровня народа, усилением социальной направленности экономики, активизацией человеческого фактора. КПТУ ориентировала экономику на значительное увеличение производства товаров народного потребления, улучшение их качества и ассортимента, расширение различных услуг, оказываемых населению. Для этого предусматривалось ускоренное развитие отраслей, занятых производством товаров, создание широко разветвленной системы платных услуг. К производству товаров и оказанию услуг подключались все министерства и ведомства, независимо от их основной деятельности.
Расширение производства товаров и услуг для населения основывалось на использовании достижений научно-технического прогресса, что предполагало возможность поднять на новый уровень их качество, значительно расширить ассортимент. КПТУ охватывала непродовольственные товары, объем производства которых в 1990 г. по сравнению с 1985 г. должен был увеличиться не менее чем в 1, 3 раза, а в 2000 г. – в 1,8 – 1,9 раза. Программа содержала конкретные задания по продукции отраслей легкой промышленности (ткани, трикотажные и швейные изделия, обувь), производству товаров культурно-бытового и хозяйственного назначения (радиоприемные устройства, магнитофоны, телевизоры, холодильники и морозильники, стиральные машины, автомобили, мотоциклы, велосипеды, различные кухонные машины, машины для механизации труда в личных подсобных и садовых участках, мебель и т. д.). Отдельно устанавливались задания по развитию местной промышленности, укреплению ее материально-технической базы (4, с. 19).
Специальный раздел КПТУ был посвящен развитию торговли и общественного питания, повышению культуры обслуживания населения в городах и сельской местности, внедрению прогрессивных, удобных для покупателей форм обслуживания, существенно сокращающих затраты времени на приобретение товаров. В программе было заложено совершенствование деятельности по изучению спроса и формированию разумных потребностей населения, рекламе товаров, расширению сети общедоступных предприятий общественного питания, повышению качества продукции. Объем платных услуг, предоставляемых населению в 1986 – 2000 гг., должен был увеличиться в 2,1 – 2,3 раза, в том числе в двенадцатой пятилетке – в 1,3 –1,4 раза (4; с. 21).
Впервые в КПТУ была предусмотрена целостная система всех видов платных услуг населению: бытовых, транспортных, услуг связи, жилищно-коммунальных, услуг, предоставляемых учреждениями культуры, туризма и спорта, курортными, детскими и некоторыми лечебными учреждениями, юридическими консультациями и нотариальными конторами, органами Госстраха и сберкасс, а также услуг, осуществляемых предприятиями и организациями потребительской кооперации, совхозами и колхозами. Задания по производству непродовольственных товаров народного потребления и сферы услуг были установлены в КПТУ по каждой из союзных республик как на двенадцатую пятилетку, так и на период до 2000 г. с учетом профиля их экономик, природных условий и других факторов. Комплексный характер программы подкреплялся содержащимися в ней мерами по научно-техническому прогрессу и развитию материально-технической базы производства товаров и сферы услуг, обеспечению этих сфер кадрами рабочих и специалистами, мерами по совершенствованию управления производством. Важное место уделялось углублению международного сотрудничества со странами-членами СЭВ. В развитие КПТУ был принят ряд постановлений партии и правительства.


Литература
1. Белл Д. Социальные рамки информационного общества // Новая технократическая волна на Западе. – М., 1986.
2. Бобков В. Уменьшение бедности: к разработке Национальной программы // Человек и труд. – 2005. – № 8. – С. 14–19.
3. Бреусова Е.А. Индустриально-сервисное направление макроэкономического развития российской экономики: Автореф. канд. дисс.: 08.00.05. – Ростов-на-Дону, 2007.
4. Зайнашева К.Г. Государственное программирование динамичного развития сферы услуг //http://www.anrb.ru/isei/cf2004/d767.htm.
5. Цирель С. Влияние государственного вмешательства в экономику и социального неравенства на экономический рост // Вопр. экономики – 2007 – № 5 – С. 108–109.
6. Шишков Ю. Демографический переход и экономический рост // Мировая экономики и международные отношения. – 2005. – № 8.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия