Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 3 (31), 2009
ПРОБЛЕМЫ НАУКИ И ОБРАЗОВАНИЯ
Ищук Т. Л.
доцент кафедры финансов и учета Томского государственного университета,
кандидат экономических наук


Система стратегических планов в высшей школе
В статье проведен анализ состояния стратегического планирования системы высшего образования в РФ, который позволяет сделать следующие выводы: стратегия на уровне государства носит декларативный характер, на уровне округов она отсутствует как таковая, нет четких ориентиров на уровне регионов. Для системы стратегического планирования системы высшего образования, имеющиеся государственные стратегические планы являются в большей степени лишь ориентиром и базовыми принципами. По мнению автора должна быть единая стратегия, содержащая измеримые показатели, которые лишь детализируются в конкретных проектах — в целевых программах, а не наоборот. Предложен авторский алгоритм стратегического планирования в высшей школе РФ
Ключевые слова: стратегическое планирование, высшая школа, алгоритм стратегического планирования

Систему стратегического планирования высшего образования в настоящее время невозможно рассматривать отдельно от стратегического планирования в России в целом. Однако в системе образования есть ряд специфических особенностей. Сегодня в основу стратегического планирования таких базовых отраслей в системе социальных отношений как здравоохранение и образование, положено создание и реализация единой и функциональных стратегий. В других же сферах планирование основывается на переносе ретроспективных тенденций направления деятельности на долгосрочную и среднесрочную перспективы. Последние нацелены на достижение заданной результативности посредством реализации комплекса процедур и последовательности выполнения ряда научно-инновационных, маркетинговых, экономических, структурно-организационных, финансовых и социальных мер.
Решение задач в сфере стратегического планирования высшего образования требует перераспределения имеющихся у государства материальных и нематериальных благ путем создания более эффективной налоговой системы, формирования государственного бюджета, увеличения финансовых средств на социальные программы.
Современное стратегическое планирование в высшей школе может быть представлено, схемой, представленной на рис. 1.
Рис. 1. Система стратегического планирования высшего образования в системе стратегических планов РФ
Стратегические направления развития системы образования в. т.ч. и высшего определяются в Стратегии развития страны на 15–20 лет. Однако данный документ лишь расставляет приоритеты развития и является очень общей базой для разработки перспектив. В настоящее время основные усилия направлены на то, чтобы завершить создание новых стандартов образования, адекватных потребностям инновационного развития страны. При формировании профессиональных стандартов высказываются рекомендации о привлечении сообщества работодателей, что учтено в новых правилах разработки федеральных образовательных стандартов (Постановлением Правительства РФ от 24 февраля 2009 г. № 142 «Об утверждении Правил разработки и утверждения федеральных государственных образовательных стандартов»).
В концепции отражена необходимость четко зафиксировать права ребенка и родителей по отношению к обучению в школе, к организации учебного процесса. В прогнозе социально-экономического развития России до 2020 г. отражена планируемая динамика расходов на образование, так к 2011 г. объем государственного финансирования образования должен достичь 4,6% ВВП, а в 2020 уже 5,5% [1]. В официальной позиции государства («О стратегии развития России до 2020 года») особое внимание уделено образованию в РФ. Будущее России, успехи в экономике зависят от образования и здоровья людей, от их стремления к самосовершенствованию и использованию своих навыков и талантов. Развитие национальных систем образования становится ключевым элементом глобальной конкуренции и одной из наиболее важных жизненных ценностей [2]. Сейчас стратегической целью образования провозглашается становление практической компетентности (социальной, интеллектуальной, профессиональной, этнокультурной, нравственной и др.) студента как личности, способной к самоопределению, самообразованию, саморегуляции, самоактуализации, конкурентоспособности на рынке труда [3].
Министерство образования и науки РФ определило следующие стратегические цели своей деятельности на 2008–2010 гг. в сфере модернизации российского образования и создания прогрессивной модели образования:
1. Обеспечение доступности качественного образования для всех слоев населения как основы социальной мобильно­сти и снижения социально-экономической дифференциации в обществе.
2. Обеспечение текущих и перспективных потребностей экономики и социальной сферы в профессиональных кадрах необходимой квалификации, создание условий для развития непрерывного образования.
3. Создание условий для активного включения детей и молодежи в социально-экономическую, политическую и культурную жизнь общества.
4. Создание условий для развития и эффективного использования научно-технического потенциала.
5. Создание условий для активизации инновационной деятельности.
Приведенные цели являются направлениями, и не отвечают одному из главных требований: измеримости. Таким образом, на государственном уровне для целей стратегического планирования системы высшего образования, имеющиеся документы являются в большей степени лишь ориентиром и базовыми принципами.
Как следствие в государстве отсутствует стратегическое планирование кадрового потенциала. В то же время, ряд специфических особенностей развития экономической деятельности современной экономики России на федеральном и региональном уровнях (высокие показатели роста производства по отдельным группировкам ОКВЭД, объективное наличие эффекта «низкой базы» (показатели роста наблюдаются в видах экономической деятельности практически с нулевого уровня), значительное сокращение сроков реализации инвестиционных проектов по развитию производств на фоне сравнительно продолжительных периодов подготовки специалистов) приводят к снижению достоверности прогнозных моделей и дают возможность краткосрочного прогнозирования.
Специалисты в области стратегического планирования [4, с. 10] высказывают точку зрения о необходимости выработки новых подходов к построению моделей для прогнозирования уровня кадрового потенциала по видам экономической деятельности, которые позволят разработать алгоритмы прогнозирования в разных временных масштабах, в том числе и стратегических. При этом высказывается точка зрения, что для проведения стратегического планирования на федеральном уровне необходимо использовать новые макропоказатели экономики России в отраслевых разрезах [4, с. 11].
Достаточно информативен такой документ государственного уровня как Стратегия развития науки и инноваций в РФ на период до 2015 года [5]. Он содержит конкретные показатели реализации стратегического плана:
1) Внутренние затраты на исследования и разработки в процентах к ВВП,
2) Удельный вес внебюджетных средств во внутренних затратах на исследования и разработки (%),
3) Удельный вес вузовского сектора науки во внутренних затратах на исследования и разработки (%),
4) Удельный вес научных организаций, имеющих доступ в Интернет по выделенным каналам связи (%),
5) Коэффициент изобретательской активности (число патентных заявок на изобретения, поданных российскими заявителями в стране, в расчете на 10 тыс. населения),
6) Удельный вес инновационной продукции в общем объеме продаж промышленной продукции на внутреннем рынке (%),
7) Удельный вес организаций и предприятий промышленности, осуществлявших технологические инновации, в общем числе организаций (%),
8) Удельный вес предприятий, осуществлявших организационные инновации, в общем их числе (%).
В документе дана характеристика отдельных инструментов реализации Стратегии, среди которых проекты, фонды, центры трансферта технологий, технико-внедренческие зоны. На наш взгляд, именно инструменты реализации стратегии в данном документе требуют дальнейшей конкретизации. Однако ряд показателей должен быть использован при разработке стратегии развития высшего образования РФ.
Стратегия развития федеральных округов как таковая пока отсутствует и представляет собой набор Федеральных целевых программ, курируемых различными министерствами. Это приводит к тому, что нет полной картины перспективного видения. По мнению специалистов [6] стратегия развития федеральных округов должна содержать информацию по конкретным межрегиональным и региональным проектам с указанием источников их финансирования, исполнителей, механизмов контроля. С нашей точки зрения этого недостаточно, должна быть единая стратегия, содержащая измеримые показатели, которые лишь детализируются в конкретных проектах — целевых программах, а не наоборот. Мы должны исходить из того, что есть конечный результат, к которому мы стремимся, а для этого мы предпринимаем конкретные действия (целевые программы). В настоящее время невозможно спрогнозировать итоговый результат или даже синергетический эффект от реализуемых дифференцированно федеральных целевых программ.
Следовательно, если стратегия на уровне государства имеет декларативный характер, то на уровне округов она отсутствует как таковая. То есть, нет четких ориентиров для планирования на уровне регионов.
В настоящее время реализуется Национальный проект Образование [7]. В рамках проекта планируется развивать «Инновационное образование». В лучших своих образцах оно ориентировано не столько на передачу знаний, которые постоянно устаревают, сколько на овладение базовыми компетенциями, позволяющими затем — по мере необходимости — приобретать знания самостоятельно. Именно поэтому такое образование должно быть связано с практикой более тесно, чем традиционное. Система образования в инновационном вузе должна быть открыта современным научным исследованиям и современной экономике. В учебном плане такого вуза должны присутствовать такие формы обучения, как проектные разработки, тренинги, стажировки на производстве, в научно-исследовательских организациях. Технологическое оснащение учебного процесса должно соответствовать уровню передовой науки.
Вузы принимают участие в конкурсах и, обретая статус «инновационного», получают дополнительное финансирование. Полученные средства целевым образом направляются на реализацию инновационных образовательных программ: переподготовку и повышение квалификации преподавателей, приобретение лабораторного оборудования, программного обеспечения и модернизацию учебных аудиторий.
Так, главной отличительной чертой реализации приоритетного национального проекта в Томской области является активное привлечение вузов и их влияние на систему образования региона в целом. В число лучших вузов России вошли Томский государственный университет, Томский университет систем управления и радиоэлектроники, Томский политехнический университет. Победа в конкурсе на 2006–2007 гг. ТГУ и ТУСУР позволила на более высоком уровне продолжить многолетнюю работу по внедрению новых образовательных технологий и развитию образовательной инфраструктуры. Это и научно-образовательные центры, и центры коллективного пользования уникальным оборудованием, и лаборатории группового проектного обучения, и студенческие бизнес-инкубаторы и многое другое. Продолжилась модернизация учебных и научных подразделений, совершенствуется кадровое, научное, технологическое, методическое и материальное обеспечение учебного процесса. Активно идет создание инновационных предприятий, которые заложены в проектах университетов в качестве результатов выполнения инновационных образовательных программ.
Общий объем финансирования проекта по государственной поддержке Томских вузов, реализующих инновационные образовательные программы в 2006–2007 гг. составил 1995,09 млн руб.
К недостаткам стратегических характеристик программы можно отнести опять же отсутствие четких индикаторов и показателей деятельности, то есть присутствуют только финансовые показатели. Вторая аксиома системы стратегического планирования гласит — управлять можно только тем, что можно измерить. Следовательно, цели, которые не обозначены конкретно, скорее всего, достигнуты не будут. Кроме того, проект реализуется как самостоятельное направление.
Как показывает анализ, стратегическое планирование на уровне регионов зачастую никак не связано с округами и уровнем федерации. Сохраняются декларативные тенденции учета направлений, заложенных в Стратегии развития РФ, однако, они не имеют четких показателей и не могут служить реальными ориентирами.
В России есть отдельные примеры формирования стратегических планов на уровне региональной системы образования [8, с. 86]. Так, КГПУ им. К.Э. Циолковского координирует деятельность всех учебных заведений на территории Калужской области.
Разрабатываемые региональные стратегии в основном связаны с возможностями (сильными сторонами) региона, носят имиджевый характер в ущерб экономическому эффекту. Они практически не согласованы с федеральными и отраслевыми стратегиями, а также со стратегиями других регионов, они несбалансированны по энергетике, инфраструктуре и кадрам, оторваны от процессов принятия текущих управленческих решений. При этом стратегические цели по образованию опять же не носят конкретного характера.
Недостаточное развитие стратегического планирования высшего образования на уровне региона ставит под сомнение реализацию кластерного подхода в новой инновационной экономике, поскольку именно регионам в нем уделяется большое значение. Именно региональный уровень непрерывного профессионального образования позволяет в оптимальном режиме создавать адаптивные, динамично развивающиеся, многоцелевые и многофункциональные образовательные организации, оперативно реагирующие на изменение внешней социальной среды, рынка труда, и корректировать их структуры, целевые ориентиры, стратегии управления [9, с. 33].
На уровне города со стратегическим планированием дела обстоят еще хуже. Как правило, планы перспективного развития городов являются элементами региональных стратегий. Территориальное стратегическое планирование, понимаемое нами как самостоятельное определение местным сообществом целей и основных направлений устойчивого социально-экономического развития в динамичной конкурентной среде, получило распространение в развитых странах с восьмидесятых годов XX в. В России, по мере становления местного самоуправления и рыночных реформ, у местных властей и городских сообществ также возникла потребность и появилась возможность перехода от административного иерархического планирования к стратегическому планированию. В 2002 г. было проведено исследование стратегического планирования на уровне муниципальных образований [10]. Высокие оценки по уровню и качеству планирования получили стратегические планы таких городов, как Волхов, Сортавала, Владимир, Гдов, Киров. В настоящее время разработаны стратегии развития целого ряда крупных россий­ских городов, таких как Москва, Санкт-Петербург, Екатеринбург [11], Новосибирск [12], Казань.
По мнению ученых [13] теоретические подходы к созданию стратегического плана, разработанные в Санкт-Петербурге, являются наиболее проработанными и используются при разработке основной массы стратегических планов социально-экономических систем на территории России. Несмотря на всю экономическую и социальную полезность, данные не дают основы для стратегического плана в сфере высшего образования.
На наш взгляд, наиболее структурированным является стратегический план развития Казани [14]. При этом целью № 1 плана является создание столичной образовательной системы, соответствующей современным требованиям, укрепление позиции Казани как университетского центра. В связи с этим «Стратегия» предусматривает меры по совершенствованию условий получения и повышения качества образования на основе развития единого образовательного пространства. Центральным элементом этой системы должны стать вузы города, на базе которых будут формироваться комплексы «школа-вуз» для повышения уровня образования в средней школе и профессиональной ориентации школьников... [15]. Несмотря на обширную детализированную формулировку и в этом плане поставленная цель не содержит индикаторов ее выполнения и проектов для реализации.
С нашей точки зрения, стратегическое планирование на уровне городов — это следующий этап детализации и конкретизации показателей. Стратегическое планирование социально-экономического развития имеет огромное значение, в том числе и в сфере согласования групповых интересов внутри сообщества, ограничений и благоприятных факторов; определения реально осуществимых задач и целей; формирования программ и планов действий для достижения эффективного развития.
Ситуация складывающаяся в области стратегического планирования на уровне вузов крайне неоднозначна. Хотя именно на этом уровне, приложение современных подходов и концепций наименее трудоемко. Исследования ряда авторов [15, с. 43–50] показывают, что стратегическое планирование в вузах строится преимущественно на уровне программ без детализации в конкретные проекты. Глубина планирования, как правило, не превышает 4–5 лет. Исследования, проведенные Древниной А. [16, с.120] в рамках проекта Национального фонда подготовки кадров, показали, что 30% российских университетов системно внедряют стратегическое управление в практику управления вузом и имеют четко выраженную уникальную миссию. Однако разработка миссии, это только первый шаг стратегического планирования, лишь определение маяка, к которому «яхта — вуз» должна двигаться посредством выбранного курса — стратегии. В бизнесе, разработка миссии осуществляется в рамках стратегической сессии, и занимает время от 3–4 часов до 3 дней, поэтому многомесячный процесс формулирования миссии вузами скорее парадокс, чем достоинство.
Некоторые авторы [17] в результате проведенного анализа обозначили стратегии, сформированные российскими вузами, среди них: Стагнация и Консервативная стратегия, Комбинированные стратегии, Стратегия «Максимальное качество», «Финансовое благополучие», «Диверсификация», «Глобализация».
Проанализируем стратегии некоторых вузов. Активная стратегия с ориентацией, прежде всего, на высокое качество всегда была присуща Московскому государственному университету. Программа В.А. Садовничего на очередные пять лет работы его ректората, называется «Московский университет: к устойчивому развитию». Главная цель программы — «обеспечить устойчивое развитие Московского университета в условиях новой экономики и реформы образования и науки». С точки зрения отдельных ученых, предложенная стратегия экспансии и господства рыночных отношений в главном государственном университете страны неизбежно приведет к потере лица вуза, главное для которого — это качество, наука, фундаментальность и поиск талантов [18].
Среди стратегий, обозначенных российскими вузами, можно привести следующие.
Московская финансово-промышленная академия обозначила 5 стратегических направлений, среди которых технологическое и организационное разнообразие (все технологии и организационные приемы приемлемы, если они работают на результат); рациональное единство живых и виртуальных технологий обучения, живых и виртуальных конструкций образовательного контента; кадровая готовность к реализации новых подходов, сетевой организации обучения и инновационного академического менеджмента; рыночно-ориентированная (главным образом — практико-ориентированная) программа экспансии образовательных услуг, в том числе обеспечение возможностей развития непрерывного обучения, обучения «через всю жизнь»; акцент на качество обучения как на важнейшую предпосылку конкурентоспособности предлагаемых услуг на национальных рынках. [19, с.50]
МАДИ (ГТУ) своим основным стратегическим направлением развития назвал подготовку специалистов и научных кадров высшей квалификации, отвечающих современным требованиям экономики страны и способных эффективно работать в условиях конкуренции и свободного рынка труда. [20, с.9]
Однако авторы ничего не говорят о наличии стратегических планов. Недостаточно иметь стратегию-направление, она лишь определяет сторону приложения усилий, но не содержит конкретного инструментария.
Упоминается наличие стратегических планов в Вятском Государственном университете экономики и науки [21, с.3]. Приведенные в статье Древниной А.[22, с.120] стратегические цели Нижегородского государственного университета, разработанные с использованием древа целей, в основной своей массе носят декларативный характер. Например, выполнение такой цели как «создавать условия для расширения и укрепления научно-педагогических школ ННГУ, для широкого привлечения талантливой молодежи к научно-образовательной деятельности», очень сложно оценить. В каком случае она будет считаться реализованной? Вполне возможно, автор не указал, что данные цели детализируются измеримыми задачами, т.к. только в этом случает они имеют смысл. Общие цели представлены и в стратегическом плане развития Тверского государственного университета [23]. Достаточно информативной является Программа стратегического развития Ижевского государственного технического университета на 2006–2010 гг. [24] и Стратегический план развития ДВГТУ [25], которые включают в себя цели, задачи, программы развития, основные пути, количественные показатели и новое, что приносит реализация поставленных целей. Измеримые цели сформулированы в Стратегическом плане развития Воронежского государственного университета [26], однако в нем отсутствуют мероприятия по их достижению. В Воронежском государственном университете сформирована своя методика стратегического планирования [27] и выбраны уровни планирования — университетский (корпоративный уровень), — факультетов (уровень «бизнес-единиц», обладающих определенной автономией), — функциональный (персонал, маркетинг, и т.д.) — и в рамках управления университетом и в рамках факультета. Выработка стратегических целей должна осуществляться в рамках Рабочей Группы (РГ) с обязательным включением в нее представителей факультетов. Стратегические цели могут быть сформированы только с учетом приоритетов факультетов, во избежание конфликта интересов, т.к. определенный уровень автономии может позволить факультетам блокировать решения университета. В этот процесс, прежде всего, вовлекаются все руководители (всех уровней, подразделений). Предлагаемая методика содержит общий порядок, но не обозначает инструментов стратегического планирования. Воронежский вуз — институт экономики и социального управления разработал среднесрочную программу развития [28, с.53], которая включает в себя маркетинговые, операционные цели и цели по персоналу. Программа детализируется набором измеримых индикаторов и мероприятий. Во многом используемая методика содержит элементы BSC.
Автор полностью согласен с группой специалистов [29], придерживающихся точки зрения, что при разработке стратегий на уровне вуза необходимо опираться на Стратегии развития российского государства, Концепцию реформирования высшего образования в РФ, общемировые тренды развития рынков образовательных услуг и научно-технической продукции, внешние системы управления процессами деятельности вузов, ресурсный потенциал вуза (его структуру и качественные характеристики), конкурентные преимущества российской системы высшего образования и университета в частности, характер взаимоотношений вуза с отечественными и зарубежными инвесторами.
Наличие стратегий у отдельных вузов, бесспорно, является преимуществом, однако при отсутствии целей более высокого уровня (на уровне города, региона, страны), планы университетов определенно могут содержать как высокую долю потенциально нереализуемых проектов, так и просто не учитывать иные интересы, кроме своих. Хотя современным специалистам в области университетского менеджмента необходимость формулирования миссии и стратегии университета понятна без дополнительных обоснований, их принятие широким вузовским сообществом представляет собой серьезную проблему. Отсутствие глубоких традиций в этой области, существование в общественном мнении легенд о «самоуправляемости» вуза и патерналистский настрой значительной части академического сообщества затрудняют возможность даже самой постановки проблемы определения университетской миссии [30, с.26].
На наш взгляд, при разработке системы стратегического планирования на уровне вуза необходимо определить полный состав участников процесса стратегического планирования в вузе, в него обязательно должны входить:
— руководство вуза, представители вузовского сообщества;
— организаторы выражения интересов, ориентаций и потребностей граждан и работодателей;
— независимые консультанты, эксперты, аналитики;
— работодатели;
— граждане (родители, абитуриенты, студенты);
— субъекты вузовской деятельности: учебной, научной, деловой, хозяйственной, общественной;
— специалисты, обеспечивающие методическую поддержку процесса разработки программ, проектов и планов;
— администрация вуза и его бизнес-окружение;
— консультанты и эксперты, привлекаемые к реализации программ, проектов и планов.
При этом за каждым из участников стратегического планирования должны быть закреплены некоторые роли и функции.
Последовательность разработки планов, с нашей точки зрения, в большой степени определяется существующей в университете структурой управления. Можно вести разработку планов как начиная с более верхнего уровня к нижнему, так и наоборот. Важно то, что в основе процесса планирования должен лежать анализ выполнения планов предыдущего периода. При этом необходимо вести учет влияния различных внешних по отношению к уровню планирования факторов.
В сложившейся и действующей системе процесс планирования должен начинаться с анализа выполнения планов самого нижнего уровня. При создании системы планирования и введении ее в практику организационной работы этот процесс может начинаться с верхнего уровня — разработки стратегического плана. При этом планы следующих уровней должны составляться с учетом уже используемых на практике. В плане каждого уровня должны быть указаны ресурсы (финансовые, материально-технические, кадровые), которые необходимы для его реализации в намеченные сроки. При этом желательно специфицировать ресурсы — указать их отношение к различным планируемым показателям. Кроме того, следует включить в план описание нормативно-методической базы, которая является основой механизма практической реализации планов.
Рис. 2. Алгоритм стратегического планирования высшей школы
Представляется, что стратегическое планирование высшей школы должно содержать ряд базовых шагов (рис. 2). Первым является анализ корневых компетенций и формулировка миссии высшей школы, ее предназначения на современном этапе. Затем необходим анализ внешней среды (PEST, SWOT,) для формулировки стратегии как направления, как действий по достижению миссии. Следующим необходимым шагом является уточнение стратегии с использованием портфельных технологий, на базе отраслевого анализа.
После уточнения стратегии разрабатывается стратегическая карта как пошаговый процесс ее достижения. На основе стратегической карты формируются целевые показатели (индикаторы), которые систематизируются в виде плана. Для реализации стратегии, данный план декомпозируется до годового плана и программ развития.
Для более эффективной реализации стратегии необходимо создать комплексную систему управления, которая пронизывала бы все уровни управления и включала все подразделения, установить четкую взаимосвязь стратегического и оперативного планирования, показатели достижения стратегических целей формировать измеримыми, по возможности количественными показателями, создать соответствующую систему внутренней отчетности.


1 Прогноз СЭР РФ до 2020 // http://www.perm.ru/finanses/prognozrf
2 В выступлении президента РФ Путина В.В., на расширенном заседании Государственного совета «О стратегии развития России до 2020 года» // Официальный сайт Президента РФ http://archive.kremlin.ru/text/appears/2008/02/159528.shtml
3 Мухаметзянова Г. Проектно-целевой подход — императив формирования профессиональной компетентности // Высшее образование в России. — 2008. — № 8.
4 Пучков Л., Петров В. Сколько инженеров нужно для инновационной экономики? (модели построения прогнозов) // Высшее образование в России. — 2008. — № 6. — С. 10.
5 Стратегия развития науки и инноваций в РФ на период до 2015 года. http://ric.istu.edu/statii/analitika/docs/strateg.zip
6 Кулешов В.В. Новая стратегия экономического развития Сибири//http://econom.nsc.ru/eco/Arhiv/ReadStatiy/2005_09/Kuleshov.htm
7 Совет при президенте по реализации приоритетных национальных проектов// http://www.rost.ru/projects/education/education_main.shtml
8 Дробышев Ю. КГПУ им. К.Э. Циолковского: прошлое, настоящее и будущее // Высшее образование в России. — 2008. — № 4. — С. 86.
9 Шмарион Ю. Кузьмина Е. Караваева Ю. Системная интеграция основных процессов КНПЮ //Высшее образование в России. — 2008. — № 3. — С. 33.
10 Состояние стратегического планирования в России и общий подход к оценке // Леонтьевский центр — грант MО1-0516 Фонда Евразия «Оценка качества и обмен опытом стратегического планирования на муниципальном уровне».
11 Стратегический план развития г. Екатеринбурга // http://www.strategy-burg.ru/index.php?page=catalog&down=1&text=1
12 Стратегический план устойчивого развития г. Новосибирска // http://www.nsk2000.ru/index/cat/33
13 Бузырев В.В. Противозатратный механизм в строительстве. — Л.: Стройиздат. Ленингр. отд-е, 1990.
14 Стратегический план развития Казани до 2015 года // http://www.invest.kazan.ru/strateg4.htm
15 Клюев А.К., Корунов С.М. Стратегии вузовского развития (по материалам пилотного семинара проекта «Стратегическое планирование в российских университетах») // Университетское образование. — 2003. — № 3 (26). — С 43–50.
16 Древнина А. Проектирование миссии университета // Высшее образование в России. — 2008. — № 3. — С. 120.
17 Титова Н.Л. Результаты стратегического развития российских вузов за 1999–2005 гг.// http://www.socpolitika.ru/rus/social_policy_research/applied_research/document656.shtml
18 Плаксий С.И. Стратегия развития российских вузов // Матер. конф. «Высшее образование для XXI века». — 2006. — № 4.
19 Рубин Ю. E. Learning как предпосылка становления интегрированного обучения на российском рынке образовательных услуг // Высшее образование в России. — 2008. — № 6. — С.50.
20 Беседа с Журавским В.М. Инженерная педагогика современной эпохи // Высшее образование в России. — 2008. — № 4. — С. 9.
21 Пименов Е., Дармов И., Трушкова И. Инновационная программа Вятского госуниверситета // Высшее образование в России. — 2008. — № 3. — С.3.
22 Древнина А. Проектирование миссии университета // Высшее образование в России. — 2008. — № 3. — С. 120.
23 Стратегическая программа развития вуза // http://university.tversu.ru/general/strategy/
24 Программа стратегического развития Ижевского Государственного Технического Университета на 2006/2010 гг. // http://www.istu.ru/istu/2653/
25 Стратегический план развития ДВГТУ// http://www.fentu.ru/content/view/651/158/1/2/
26 Стратегический план развития университета до 2010 года // http://www.vsu.ru/russian/university/strateg/strateg_plan.html
27 Эйтингон В.Н. Стратегическое управление: основы методики в приложении к университету // http://www.vsu.ru/russian/university/strateg/index.html
28 Дурденко В.А., Мельникова Р.И., Спиридонова С.В. Проблемы разработки и реализации стратегии: опты муниципального ВУЗа // Университетское управление. — 2005. — № 7. — С. 53.
29 Борисов И.И., Ладыжец Н.С., Трещевский Ю.И Стратегия интеграции университета в точки роста региона // Университетское образование. — 2003. — № 1.
30 Стронгин Р., Грудзинский А. Проектно-ориентированное управление инновационным университетом // Высшее образование в России. — 2008. — № 4. — С. 26.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2021
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия