Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 3 (31), 2009
ПРОБЛЕМЫ СОЦИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ
Черкасская Г. В.
доцент кафедры экономики и финансов Ленинградского государственного университета им. А.С. Пушкина (г.Санкт-Петербург)

Конфликтность в системах социальной защиты: понятие, виды, особенности
В статье рассматриваются вопросы конфликтности как совокупности противоречий, конфликтных ситуаций и конфликтов, находящихся одновременно в различных динамических фазах и обусловленных целями, нормами и реальной практикой функционирования конкретной системы социальной защиты, выделяются основные противоречия, вызывающие конфликты в указанных системах, анализируются особенности и составляющие конфликтности пенсионной системы
Ключевые слова: социальная защита, система социальной защиты, конфликт, конфликтная ситуация, пенсионная система

На сегодняшний день можно с уверенностью утверждать, что системная социальная защита (sp — social protection) населения стала одной из обязательных функций современного развитого государства и общества. Практически никем не ставится под сомнение ее необходимость и востребованность, однако весьма горячие споры о видах, формах, способах и конкретных мероприятиях, создающих ту или иную модель национальной системы социальной защиты, указывают на наличие определенной и даже весьма высокой степени конфликтности, существующей в данной сфере. В связи с этим, анализ конфликтности в системах социальной защиты является необходимым инструментом для выявления причин неэффективности функционирования таких систем.
С точки зрения политической экономии, социальная защита охватывает совокупность отношений, складывающихся в обществе по поводу производства, распределения, перераспределения и потребления общественного продукта в целях обеспечения адекватной социальной адаптации и интеграции индивидов, нарушенной воздействием социальных рисков. [1] Как социально-экономический институт социаль-ная защита представляет собой совокупность общественно признанных правил по поводу выявления субъектов и объектов социальной защиты разного порядка (уровня), а также их прав и обязанностей.
Объектом социальной защиты могут быть человек как член общества, в крайнем случае — социальная общность (семья и др.). Объект защищается от социальных рисков, возникновение и воздействие которых обусловлено самим человеческим обществом (его существованием, деятельностью и т. д.). По­скольку социальная защита — это функция всего общества, то субъектами социальной защиты также могут выступать человек, социальная группа, организация, общество и государство как совместно, так и раздельно, с определенной степенью ответственности субъектов. Виды социальной защиты могут быть дифференцированы следующим образом: от самых простых — индивидуальной помощи и благотворительности, через защиту все более расширяющихся групп (родственных, территориальных, профессиональных, религиозных) до специально организованных институтов социальной защиты (страхования, обеспечения, помощи, обслуживания и др.), которые могут действовать и за рамками национального государства и общества. На сегодня существует более широкое толкование международного термина sp, согласно которому в системы социальной защиты промышленно развитых стран входят не только традиционные системы социального страхования и обеспечения, но и отрасли социальной инфраструктуры (образование, здравоохранение, общественный транспорт, муниципальное жилье, охрана окружающей среды). [2, С.10–12] То есть, система социальной защиты теоретически может быть распространена практически на все обслуживающие насущные нужды населения отрасли экономики, что, на наш взгляд, не является правильным, поскольку система социальной защиты имеет ограниченную функцию по сравнению с общей системой жизнеобеспечения. В любом случае, система социальной защиты — это совокупность субъектов и объектов социальной защиты разного порядка (уровня) и вида, а также их прав и обязанностей, реализуемых посредством направленного взаимодействия в разнообразной форме.
Системный характер социальная защита, по нашему мнению, приобретает только при условии активного участия в ней государства как объективно наиболее значимого и ресурсообладающего субъекта защиты. При этом социальная защита, осуществляемая непосредственно государством как высшим органом управления территориально и политически обособленного общества, является только частью совокупности форм социальной защиты, реализуемых в данном обществе. В то же время совокупность форм социальной защиты, осуществляемой государством, является механизмом практической реализации некоторых направлений его (государства) социальной политики в отношении населения страны. Однако государство может и должно (по необходимости) воздействовать собственными методами (административно-правовыми, экономическими и проч.) и через собственные структуры (систему образования) на формирование и функционирование всех остальных форм социальной защиты, закрепляя общественно необходимое распределение ответственности между субъектами, в том числе, предупреждая и минимизируя конфликты.
С самой общей точки зрения конфликт — это наиболее острый способ разрешения значимых противоречий, возникающих в процессе взаимодействия сторон [3:12]. В этой связи, мы предлагаем понимать под конфликтной ситуацией (для социальных конфликтов) совпадение в пространстве и времени объективно разнонаправленных мотивов социальных субъектов, т.е. объективное существование некоего социального противоречия. Тогда социальный конфликт, по нашему мнению, — это специфический вид социального взаимодействия, который характеризуется активными и противоположно направленными действиями социальных субъектов (сторон конфликта) вследст­вие осознания ими враждебности своих мотивов. То есть, конфликт представляет собой реальное столкновение участников, их противостояние и противоборство, началом которого становится осознание ситуации как конфликтной и инициирование конфликтного взаимодействия хотя бы одним из них. Давно признано, что конфликты и конфликтные ситуации являются вполне естественным явлением для человеческого общества, важнейшим условием функционирования и развития социальных отношений.
Для диагностики социальных конфликтов в современных условиях уместно использовать понятийный аппарат, предложенный Ю. Растовым и группой авторов [4] для социологических исследований конфликтного общества, включающий дефиниции «конфликт», «конфликтогенность», «конфликтирование», «социальная напряженность» и «конфликтность социума». Эти понятия дают возможность более полно описывать ситуационный фон (одну из структурных характеристик конфликта) всех конфликтов, происходящих в конкретной точке времени и пространства. Основная предпосылка разработки данной теории состоит в том, что эмпирические социологические исследования, проведенные Ю. Растовым и его коллегами, фиксируют недовольство большинства россиян своим трудом, бытом, отдыхом, здоровьем, социальным статусом, материальным достатком, перспективами его улучшения, криминогенной ситуацией, поведением непосредственных и вышестоящих руководителей, политикой властных структур, судьбой России и ее народа, многими другими гранями личной и социальной жизни. В такой ситуации происходит интегрирование ранее разрозненных противодействий социальных субъектов, их слияние в единый поток конфликтности социума. Разнотипные конфликты ныне
стимулируют и усиливают друг друга, что порождает дополнительный деструктивный эффект синэнергетического свойства. В силу этого, считают ученые, сегодня в России недостаточно изучать отдельные (пусть даже особо значимые массовые) конфликты, оставляя без внимания факт возникновения качественно нового феномена — конфликтного общества, не акцентируя внимания на механизмах взаимодействий социальных конфликтов. Системное осмысление феномена конфликтности, по мнению Ю. Растова, предполагает, прежде всего, четкое разведение понятий «конфликт», «конфликтогенность» (предрасположенность к конфликту), «конфликтирование» (реальное участие социальных субъектов в открытых противодействиях), «социальная напряженность» (феномен общественного сознания и поведения, возникающий вследствие рассогласования потребностей и интересов, ценностных ориентаций и установок, норм и традиций реальных субъектов, некомпетентности лидеров, природных катаклизмов и многих иных причин) и «конфликтность социума» (интегрированная характеристика конфликтогенности и конфликтирования людей, их групп и социальных институтов). [4, С.164-175].
Конфликтность в системах социальной защиты можно охарактеризовать как совокупность противоречий, конфликтных ситуаций и конфликтов, находящихся одновременно в различных динамических фазах и обусловленных целями, нормами и реальной практикой социальной защиты, ограниченной рамками конкретной системы. Такая конфликтность всегда связана с взаимоотношениями основных субъектов и объектов, однако в каждом из элементов системы конфликты могут вызываться различными факторами. В то же время, поскольку система социальной защиты является определенной разновидностью социальной организации, то в ней могут присутствовать следующие виды противоречий как первичной основы возникновения конфликтов:
1. Системные (в т.ч. организационные, структурные, коммуникационные) — противоречия, вызванные погрешностями системного (организационного) дизайна. В случае социальной защиты организационный дизайн касается как ее контролируемой государством части, которая формируется путем создания необходимого отраслевого законодательства, так и негосударственных компонентов, не подпадающих под данное законодательство (благотворительные фонды и др.).
2. Ресурсные — противоречия, вызванные принципами формирования и распределения ресурсов (материальных, финансовых, власти, ответственности и др.) в системе.
3. Ценностные — противоречия, вызванные групповыми особенностями восприятия субъектами и объектами социальной защиты друг друга и выполняемых ими ролей.
4. Персональные — противоречия, вызванные индивидуально-психологическими особенностями личностей, персонифицирующих субъекты и объекты (в системе социальной защиты), а также их (личн.) субъективным восприятием друг друга и выполняемых ими ролей.
5. Информационные — противоречия, вызванные дефектами информационных потоков в системе и информации (внутренней и внешней по отношению к системе).
Указанные группы противоречий охватывают все наиболее важные, с нашей точки зрения, источники конфликтов и конфликтных ситуаций, которые могут характеризовать как общую конфликтность в национальных, территориальных и корпоративных системах социальной защиты, так и в тех подсистемах, которые фактически составляют действующую систему социальной защиты (социального страхования, пенсионного обеспечения и т.п.), в том числе и в нашей стране.
Для целей анализа можно определить следующие действия граждан и организаций как формы выражения своих интересов и методов борьбы за свои интересы, которые, в зависимости от факта, веса и частоты проявления, могут служить индикаторами уровня напряженности конфликтной ситуации или показателями степени проявления конфликта:
• массовые и индивидуальные публичные выступления мирного характера (митинги, шествия, демонстрации, забастовки, голодовки, акты гражданского неповиновения, препятствование в выполнении государственных обязанностей и т. д.);
• публичные действия насильственного характера (акты самосожжения, террористические акты, захват административных зданий, препятствование в выполнении должностных обязанностей и т. д.);
• требования работников по нормативам социальной защиты, реализуемые через тарифные соглашения (трехстороннее, отраслевые, коллективные договора);
• публичные и декларативные заявления общественно значимых персоналий или организаций от имени каких-либо социальных общностей (ультиматумы представителей профсоюзов, заявления глав партий, руководителей предприятий, министерств и ведомств и т. д.);
• определенные виды правонарушений, принимающие массовый характер (сознательное уклонение от уплаты налогов и страховых взносов работодателями, уклонение от уплаты налогов и страховых взносов работниками и т. д.);
• провокационные мероприятия любого характера и уровня, направленные на дискредитацию противоположных сторон и т. д.;
• преследование и/или физическое уничтожение лиц, относящихся к маргинальным социальным группам (бомжей, мигрантов, инвалидов, нищих и т.п.) должностными лицами органов правопорядка, органов власти, организованными группами молодежи и т.д.;
• уклонение от принятия или выполнения управленческого решения, явный и неявный отказ от выполнения служебных обязанностей органами власти, государственными организациями, должностными лицами и т. д.;
• предложения различных ведомств, негосударственных структур, частных предприятий и иных организаций, не несущих прямых обязанностей по формализации реформы системы социальной защиты, оформленные в виде нормативных документов по данной тематике и представляемые в различные органы власти и государственные структуры;
• обращения в ведомственные и вышестоящие органы и инстанции;
• обращения к органам и представителям законодательной и исполнительной власти;
• обращение в судебные инстанции;
• обращение в прокуратуру;
• обращение в СМИ, в том числе в интернете;
• опубликование или распространение через СМИ информации определенной направленности, в том числе дефектной или заведомо ложной;
• открытые и закрытые дискуссии в СМИ, а также программы, репортажи и т.п. по вопросам практики социальной защиты;
• публикация и обсуждение художественных фильмов и книг, поднимающих вопросы социальной защиты;
• бытовые столкновения граждан на почве различия взглядов на практические вопросы оказания социальной защиты;
• состав и число преступлений, совершенных против объектов социальной защиты, в том числе должностных, и должностными лицами — представителями субъекта социальной защиты (государства).
Поскольку наибольшее количество конфликтов вызывают, по нашему мнению, наиболее продолжительные социально-экономические отношения, то целесообразно проанализировать конфликтность в пенсионной системе, поскольку именно в данном случае организационные принципы затрагивают несколько поколений одновременно.
Особенность конфликтных ситуаций, связанных именно с пенсионным обеспечением (а не со всей системой социальной защиты населения), состоит в том, что основополагающие конфликтные ситуации здесь по своей сути глобальны, т.е. существуют на макроуровне — между крупными социальными общностями (поколениями), социально-профессиональными группами, стратами (классами). На наш взгляд, это обусловлено глобальностью (затрагивает все общество) и самими принципами государственного пенсионного обеспечения, принятыми повсеместно, в том числе: принципом солидарности поколений, трудовой и профессиональной солидарности, ответственности общества за каждого нетрудоспособного, принципом разделения ответственности между работниками и работодателями. Путь решения глобальных социальных конфликтов в современном обществе, прежде всего, политический — через Закон. Закон формально закрепляет достигнутый консенсус (или его отсутствие) интересов элементов общества. Для целей анализа примем утверждение, что Закон — это формальное закрепление консенсуса рациональных интересов общностей. Для формального закрепления интереса требуется вербализация последнего. Правильная вербализация интереса социальной общности требует осознания его всей общностью, и организованное (конструктивное) участие ее в процессе формализации интереса — процессе принятия решения. Однако мы считаем, что полная организованность всех сторон и субъектов глобальных конфликтов принципиально невозможна. Под организованностью здесь мы понимаем осознание социальной общностью (а не отдельными ее составляющими) себя как участника, субъекта и стороны конфликта, осознание собственного интереса, выделение персональных представителей, идентификацию противоположной стороны и осуществление направленных согласованных действий по достижению собственных интересов. Поэтому интересы общности всегда будут вербализировать, декларировать и интерпретировать конкретные личности, выдвинутые этой общностью, ее социально активной частью (частями) или самовольно присвоившие себе подобные полномочия. В данном случае практически всегда возникает эффект перевернутой пирамиды, поскольку указанные конкретные личности, оказавшись наверху пирамиды представительства (социальная общность — активная группа — партия/общественная организация — властная элита), наиболее последовательно представляет обратную пирамиду интересов (собственные интересы — партийные интересы — интересы активной группы — интересы социальной общности). Такой негативный эффект в политической системе обычно нивелируется только осознанным стремлением служить своей стране (Родине, народу) и последовательным высокопрофессиональным выполнением должностных функций, исходя из государственных интересов. В то же время, интересы тех групп или личностей, кого никто персонально не представляет, либо не учитываются вообще, либо (как в нашем случае) должны учитываться априорно специалистами по пенсионному обеспечению, участвующими в процессе принятия управленческих решений.
В таком случае, когда истина иллюзорна, но, тем не менее, должна быть учтена, возникает вероятность столкновения точек зрения специалистов (предвзятость не учитывается), т.е. вероятность когнитивного конфликта. Последствия когнитивных конфликтов становятся заметны при практической реализации неверных решений. Интересный пример — принцип солидарности поколений: так называемый «договор поколений» никогда и нигде не был общественно вербализован, мнения второй стороны этого договора — будущего поколения в момент принятия решения о таком договоре объективно узнать нельзя, но, тем не менее, этот принцип с подачи специалистов пенсионного обеспечения используется как основной принцип построения государственных пенсионных систем, так как по идее может обеспечивать неиссякаемый и постоянно возрастающий (с ростом экономики) объем средств к перераспределению.
Однако эта идея может оказаться с изъяном: например, численность нового поколения оказывается меньше предыдущего, и социальная нагрузка на одного работающего возрастает, поскольку именно он создает общественный продукт, который делится между трудо- и нетрудоспособными, в том числе детьми; или размер пенсий уходящему поколению был установлен в соответствии с предыдущим высоким уровнем заработной платы, а экономика вошла в фазу спада и депрессии, и пенсии стали выше зарплат, и т.д. Проблема состоит в том, что потреблять можно только то, что создано и материализовано в благах и услугах на конкретный момент времени. И никакое экономическое чудо, случившееся тридцать лет назад, не спасет нетрудоспособного от голодной смерти сейчас, если тот, кто работает, не поделится с ним произведенным сегодня продуктом. Ответственность же за определенное социальное экономическое состояние страны в тот или иной период времени объективно несут все живущие на данный момент времени в стране, кроме несовершеннолетних, поскольку своим участием или неучастием позволили совершиться тем или иным общественно важным событиям, поэтому и пенсии в принципе не могут быть выше зарплат. С другой стороны, и накопительный принцип формирования будущих пенсий также не панацея. Превышение общественно необходимого уровня сбережений ведет к перегреву экономики и очередному упадку. Получается, что и в том, и в другом случае без постоянного реального экономического роста существует опасность образования своеобразной финансовой пирамиды, когда отложенные номинальные пенсионные обязательства станут непосильной ношей для всей национальной экономики, как это прогнозируется, например, в США [5]. В случае США, кстати, это может стать проблемой мировой экономики, пока доллар, вопреки всем экономическим обстоятельствам, является общемировой резервной валютой. Таким образом, сочетание принципов распределения (солидарной ответственности) и накопления (индивидуальной ответственности) в формировании пенсионных выплат является единственным способом минимизации части противоречий пенсионной системы, связанных с обеспечением постоянного финансового потока на входе.
В то же время, указанные противоречия, несмотря на свою значимость, не являются единственными. Для выделения всех возможных противоречий необходимо рассматривать схему процесса пенсионного обеспечения. Функционально участниками процесса пенсионного обеспечения, т.е. заинтересованными сторонами, будут являться:
1. Финансирующая сторона (источники средств) — плательщики взносов, иные источники средств. Основной интерес — минимизация расходов.
2. Потребляющая сторона — получатели пенсий, пособий и услуг. Основной интерес — максимизация доходов.
3. Организующая сторона — государственные органы, государственные и негосударственные организации. Основной интерес — минимизация расходов, максимизация доходов.
В связи с объективным наличием у всех участников процесса общей цели, т. е. цели обеспечения функционирования механизма пенсионной системы, то, как желание минимизировать расходы, так и желание максимизировать доходы, имеют некие общественные ограничители. Так, совокупность всех расходов финансирующей стороны не может быть сведена к нулю, совокупность всех доходов потребителей не может быть больше величины средств, направленных на распределение, организующая сторона обязана поддерживать системный баланс доходов и расходов, используя на собственные нужды минимально возможную величину.
Рассмотрим и классифицируем по отдельным субъектам стороны процесса пенсионного обеспечения.
Финансирующая сторона — источники средств.
Плательщиками страховых пенсионных взносов по законодательству являются:
• работодатели — организации и индивидуальные предприниматели (в обязательной и добровольной форме);
• работники — работники по найму и самозанятые (в обязательной и добровольной форме).
К иным источникам средств можно отнести:
• государство (в лице госорганов) как источник покрытия дефицита бюджета ПФР или как плательщика некоторых видов пенсий;
• кредитные учреждения, предоставляющие средства в пенсионную систему на возвратной основе;
• организации, осуществляющие размещение пенсионных средств в целях их приращения.
Получатели пенсий, пособий и услуг.
Основное деление получателей пенсий происходит по временному фактору. Таким образом, мы получаем категории реальных и потенциальных получателей пенсий в РФ. Реальные получатели пенсий — лица, являющиеся в данный момент времени пенсионерами по любому основанию, в том числе: получающие общие пенсии по инвалидности; по случаю потери кормильца; социальные пенсии по старости; трудовые пенсии по старости; досрочные трудовые пенсии: за выслугу лет; за работу в особых условиях труда; по льготным основаниям (многодетные матери, матери инвалидов с детства, инвалиды 1 группы по зрению, инвалиды Отечественной войны, больные гипофизарным нанизмом); получающие пенсии по старости для военнослужащих и приравненных к ним лиц; досрочные пенсии для военнослужащих и приравненных к ним лиц (по льготному стажу — за «горячие точки», плавание на атомных подводных лодках и др.); пенсии по инвалидности для военнослужащих и приравненных к ним лиц; по случаю потери кормильца для военнослужащих и приравненных к ним лиц; пенсии по специальным законам — «О ветеранах», «Об инвалидах», по Чернобыльской программе; пенсии, назначаемые государственными органами по специальным основаниям (депутатам Федерального собрания, федеральные государственные служащие, судьи, прокурорские работники, космонавты, за особые заслуги перед Отечеством и др.).
Распределение совокупности реальных получателей пенсий в целях нашего анализа можно произвести также по следующим параметрам:
1. Размеры получаемых пенсий — минимальный, средний, максимальный, выше максимального.
2. Размер возмещаемого дохода — полный заработок (100%), 70–100%, 50–70%, 30–50%, 10–30%, меньше 10%, больше 100%.
3. Право на дополнительные к пенсии выплаты и услуги — участники ВОВ, участники военных действий, жители блокадного Ленинграда и т. д.
4. По возможности трудиться — трудоспособные, нетрудоспособные.
5. По состоянию здоровья — требующие ухода на дому, не требующие ухода на дому.
6. По наличию иждивенцев или требующих ухода — имеющие иждивенцев, не имеющие иждивенцев.
7. По количеству получаемых пенсий — одна, две и более.
8. По источникам пенсий — только государственная(ые), государственная и негосударственная.
9. По надбавкам на иждивенцев и на уход за нуждающимися — имеющие право и получающие, имеющие право и не получающие, не имеющие права.
10. По наличию семьи — одинокие, семейные.
К потенциальным получателям пенсий относятся: все живущие в настоящий момент времени лица, которые по действующему законодательству имеют право на получение пенсии, но на настоящий момент времени не имеют оснований для ее получения; лица, еще не родившиеся (определение не совсем корректное, но передающее основную мысль).
Среди совокупности уже живущих потенциальных получателей можно выделить следующие категории согласно характеризующим признакам:
1. По способности трудиться — трудоспособные, нетрудоспособные (дети, инвалиды, другие иждивенцы).
2. По отношению к трудовому процессу — работающие, не работающие (постоянно, временно).
3. По степени самостоятельности труда — имеющие работодателя, не имеющие работодателя.
4. По обязанности участия в финансировании — плательщики взносов (добросовестные и недобросовестные), неплательщики взносов.
5. По возможности приобретения права на льготную пенсию: — удовлетворяющие предъявляемым первичным требованиям (по профессиональному, половому и т. д. признакам); — не удовлетворяющие предъявляемым первичным требованиям.
6. По ориентации на получение особой пенсии (досрочной, повышенной, по специальному законодательству) — ориентированные, неориентированные.
7. По степени выполнения условий по стажу, необходимых для получения досрочной пенсии, — менее половины, половина и более.
8. По отношению к дополнительному пенсионному обеспечению — участвующие (пассивно, активно), не участвующие.
Кроме вышеперечисленных группировок наиболее важными являются такие достаточно общие и более привычные, как группировки по профессиональному, отраслевому, производственному, половому, возрастному, образовательному и семейному признаку.
Организующая сторона.
К организаторам процесса на данном этапе правомерно отнести только сами органы и организации, осуществляющие, регулирующие и контролирующие процесс пенсионного обеспечения, без выделения должностных лиц этих организаций.
Распределение можно произвести по следующим параметрам:
1. Государственный статус — государственный (имеющие и не имеющие властные полномочия), негосударственный.
2. Ролевой статус — принятие решения, исполнение решения.
3. Выполняемые функции: законодательное оформление процесса пенсионного обеспечения — федеральные органы законодательной и исполнительной власти; нормативное оформление общего процесса пенсионного обеспечения — федеральные министерства; основное осуществление собственно процесса пенсионного обеспечения — сбор средств, выплата пенсий, учет; вспомогательное осуществление процесса пенсионного обеспечения — пересылка и доставка пенсий, предоставление вариантов размещения временно свободных средств и т.д.; контроль за процессом и его участниками — ФНС, Минфин, Минсоцразвития и др.; вспомогательные функции обеспечения правильности процесса — научные организации, суды и т. д.
4. Вид органа или организации: органы законодательной власти — федеральные, территориальные; органы исполнительной власти — федеральные, территориальные; Пенсионный фонд России и его территориальные подразделения; Министерство здравоохранения и социального развития, его подразделения; отраслевые министерства и ведомства; общие министерства и ведомства; научные организации и ученые; банки, негосударственные пенсионные фонды, компании по управлению активами НПФ, страховые компании, общественные объединения (Ассоциации работодателей, НПФ, КУАПФ, страховщиков, профессиональные объединения работников).
Классификация составляется на определенный момент времени и может в дальнейшем изменяться.
Анализируя эту общую схему процесса, можно выявить наиболее очевидные группы противоречий:
1. Противоречия между консолидированными сторонами:
1.1. Между потребляющей и организующей сторонами.
1.2. Между потребляющей и финансирующей сторонами.
1.3. Между организующей и финансирующей сторонами.
2. Противоречия между субъектами внутри сторон:
2.1. По распределению ответственности между субъектами финансирования, основной интерес — конкретная сумма расходов конкретного субъекта при определенном результате.
2.2. По распределению общей суммы имеющихся средств между субъектами потребления, основной интерес — величина реального возмещения группы потребителей и каждого конкретного потребителя.
2.3. По распределению полномочий, прав и обязательств между субъектами, организующими процесс пенсионного обеспечения, основной интерес — максимизация власти, минимизация ответственности.
Кроме собственно участников процесса пенсионного обеспечения, которые в той или иной форме упоминаются в нормативных актах, регулирующих этот процесс, и которые могут иметь в той или иной форме разнонаправленные интересы, порождающие конфликтную ситуацию, большое значение для развития конфликтных отношений могут приобретать лица и организации, не имеющие прямого отношения к процессу пенсионного обеспечения, но использующие прямо или косвенно для достижения собственных целей определенную конфликтную ситуацию. В связи с тем, что результат социального взаимодействия в некий момент времени есть величина одномоментная и многофакторная, то у исследователей, пытающихся в дальнейшем проанализировать такие конфликтные процессы с целью определить факторы влияния и вывести какие-либо закономерности объективно возникают значительные трудности из-за отсутствия полной и достоверной информации о мотивах их участников.
Переходя к результатам анализа, можно сделать вывод, что в ходе функционирования и реформирования пенсионной системы возникает или проявляется (становится видимым для исследователей) значительное количество конфликтных ситуаций и конфликтов в различных стадиях, в различных проявлениях, на различных уровнях, связанные между собой общим формальным поводом, которые и образуют собственно так называемый совокупный конфликт интересов. Исходя из ситуационного анализа совокупного конфликта интересов, можно выделить следующие группы конфликтных ситуаций:
1. Конфликтные ситуации, обусловленные неудовлетворительным (объективно/ субъективно) функционированием дейст­вующей пенсионной системы.
1.1. Открытый конфликт между потребляющей и организующей стороной. Идентифицированные стороны — организованные реальные пенсионеры и органы власти (Правительство, Президент и т.д.).
При этом наступающая сторона — пенсионеры определенных категорий (ветераны, чернобыльцы и др.), представляемые общественными движениями (Союз пенсионеров, профсоюзы, ветеранские организации и т. д.), политическими партиями (коммунисты и т. д.). Отличительная черта данной конфликтной ситуации — возможность использования проблем пенсионеров для решения политических задач (популистские лозунги, отсутствие конструктивных предложений и т.д.), что делает достаточно сложным положение Президента, Правительства и подчиненных им структур. Сильно выражен личностный фактор конфликта — политические деятели как лица, представляющие интересы совокупности носителей социального интереса; особое значение приобретают средства массовой информации как основные источники информации для сторон глобального конфликта.
Сюда же относятся конфликтные отношения отдельных пенсионеров с органами соцобеспечения, вызывающие жалобы в вышестоящие инстанции, депутатам и т. д.
1.2. Латентный конфликт между финансирующей и организующей стороной, выраженный в настоящее время наиболее явно в массовом уклонении от выполнения своих обязанностей плательщиками пенсионных взносов (через серые и черные схемы выплат заработной платы). Данное явление, поскольку поддерживается самими работниками, может расцениваться и как проявление другого латентного конфликта — между потенциальными и реальными пенсионерами.
1.3. Внутренний конфликт организующей стороны (конфликт территорий), спровоцированный недостаточностью ресурсов и принципом солидарности регионов, который проявлялся фактами сознательного неперечисления средств территориальными администрациями в федеральные фонды.
1.4. Бытовые конфликтные ситуации между реальными пенсионерами, связанные с ощущением социальной несправедливости при назначении пенсий (равные суммы за неравный вклад и т. д.).
2. Конфликтные ситуации, обусловленные процедурой принятия решения.
2.1. Локальные политические и бюрократические (номенклатурные, аппаратные) конфликты между ветвями власти, внутри органов власти, между и внутри государственных организаций (министерств и ведомств), по своим причинам часто не имеющие непосредственного отношения к собственно проблеме реформирования, но связанные с ней. Характеризуются повышенным влиянием личностного фактора, при этом конфликтная ситуация чаще всего локализована и определяется прежде всего самой конфликтной личностью, с устранением личности устраняется конфликтная ситуация или сам конфликт.
2.2. Когнитивные конфликты (конфликты в области знаний), вызванные различными компетентными точками зрения на стратегию и механизмы пенсионной реформы специалистов различных ведомств, осуществляющими собственно разработку стратегий и механизмов. Отличительная черта — вероятное превалирование интересов государства как государственной машины перед интересами всего общества (что, собственно, вполне естественно для развитой бюрократии).
2.3. Конфликты, вызванные недостаточностью и неясностью существующей нормативно-правовой базы вообще и для негосударственного пенсионного обеспечения в частности, между организациями и государственными контролирующими органами (Минфин, ФСБ и др.).
2.4. Конфликты, связанные с лоббированием пенсионных интересов определенных профессиональных групп (досрочные пенсии учителей, врачей, повышение пенсий для летчиков и т. д.).
3. Конфликтные ситуации, обусловленные декларацией необходимости проведения реформирования пенсионной системы.
Достаточно четко выраженные конфликты старых и новых организаций, а также и между новыми организациями за контроль над формированием, управлением и распределением материальных ресурсов.
4. Конфликтные ситуации, обусловленные обнародованием или осуществлением мер, проведение которых признается специалистами необходимым для повышения эффективности действия пенсионной системы («монетизация льгот» и др.).
4.1. Явные и неявные конфликты между реальными и потенциальными потребителями, группами потенциальных потребителей, группами реальных потребителей; между субъектами финансирования, субъектами организации, а также между финансирующей и организующей сторонами процесса.
Анализ конфликтности системы социальной защиты в целом можно проводить в соответствии с предложенным алгоритмом. В случае необходимости можно ориентироваться не на фактически определенные составляющие, а на теоретические модели желаемой конфигурации.
Таким образом, исследования конфликтности систем социальной защиты способны выявить не только экономические, но организационные и социально-психологические моменты, оказывающие в конечном итоге негативное влияние на устойчивость и эффективность таких систем. При этом реформирование систем социальной защиты должно ставить своей целью изменение существующего порядка таким образом, чтобы избежать обострения социальных конфликтов между различными категориями населения и организациями. В связи с этим, по нашему мнению, помимо строго научного подхода к организации и управлению в таких системах, становится целесообразным не только постоянное разъяснение общественности сути, целей и принципов, принятых в конкретной системе социальной защиты, но и обязательное постепенное воспитание экономической и социальной культуры подрастающего поколения.


Литература
1. Черкасская Г.В. Социальная защита: междисциплинарный подход к определению // Вестн. С.-Петерб. Ун-та. Сер. 5. Экономика. — 2008. — Вып. 2. — С.25–33.
2. Хижный Э. Государственная система социальной защиты граждан в странах Западной Европы / РАН ИНИОН; Центр науч-информ. исслед. глобальных и региональных проблем; Отдел стран Зап. Европы и США; Отв ред. В.Г. Былов — М., 2006.
3. Новосельцев В.И. Системная конфликтология. — Воронеж: Кварта, 2001. — 174 с.
4. Растов Ю. Корректировка методологического аппарата социологии конфликтов // Социология на пороге ХХI века. — М.: Интеллект, 1998.
5. Котликофф Л. Скотт Б. Пенсионная система перед бурей: то, что нужно знать каждому о финансовом будущем своей страны. — М.: ИРИСЭН, 2008.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2021
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия