Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 4 (32), 2009
ЭКОНОМИКА, УПРАВЛЕНИЕ И УЧЕТ НА ПРЕДПРИЯТИИ
Аркин П. А.
проректор по экономике Санкт-Петербургского государственного
технологического института (технического университета),
доктор экономических наук, профессор

Соловейчик К. А.
Генеральный директор ОАО «Ленполиграфмаш»,
кандидат экономических наук


Менеджмент интеллектуальных ресурсов предприятий при формировании региональных кластеров
В статье показано, что необходимость распространения передовых технологий, в том числе в рамках регионального кластера, обусловливает проблему кодификации знания, т.е. перевода его из имплицитной в эксплицитную форму. Определены индикаторы, указывающие на наличие в компании интеллектуального капитала. Раскрывается механизм CALS-технологий, представляющих собой пример полной кодификации знаний в рамках системы, которой может выступать региональный кластер
Ключевые слова: предприятие, интеллектуальный капитал, человеческий капитал, структурный капитал, организационный капитал, инновационный капитал, региональный кластер

При формировании региональных кластеров существует много проблем, в том числе проблем оценки вклада каждого предприятия, его материальных и нематериальных активов. Одной из таких проблем является оценка интеллектуального капитала каждого предприятия, предполагаемого для включения в кластер. Его определение в литературе носит общий характер и обычно подразумевает сумму знаний всех работников компании, которая обеспечивает ее конкурентоспособность. Это определение является условным, поскольку не связано с такими категориями стоимости капитала как цена, рента и т.д. Получение разного рода технологических и организационных преимуществ над конкурентами является основной функцией интеллектуального капитала.
Как известно, с позиций бухгалтерского учета, интеллектуальный капитал отождествляется с понятием нематериальных активов предприятия [1]. Будучи включенной в баланс, стоимость нематериальных активов увеличивает, с бухгалтерской точки зрения, стоимость капитала предприятия. Однако данное понимание с нашейточки зрения является узким. В ряде теорий интеллектуального капитала обосновывается более широкое толкование, которое опирается на утверждение, что именно интеллектуальный капитал является причиной расхождения между рыночной и балансовой стоимостью предприятия, именно благодаря нему рыночная стоимость превышает балансовую оценку активов. Например, П. Страссман пишет, что стоимость знаний компании можно представить как разницу между ее отчетными финансовыми активами и реальной рыночной стоимостью [2]. Он приводит данные по семи странам ОЭСР, характеризующие соотношения между интеллектуальным капиталом и балансовой стоимостью активов предприятия (таблица 1). Как видно из табл. 1, в большинстве стран интеллектуальный капитал составляет примерно 40–50% от балансовой стоимости активов. Относительно низкое значение этого соотношения в Канаде объясняется тем, что в ее экономике роль природных ресурсов выше, чем в других оцениваемых странах. В Германии интеллектуальный капитал намного превышает «физический». Примечательно, что в выборки по странам попали предприятия не только высокотехнологичных отраслей, но также и средне- и низкотехнологичных отраслей, в том числе добывающей промышленности.
Таблица 1
Соотношение интеллектуального капитала и балансовой стоимости активов предприятий [3]
Отметим, что показатель, используемый П. Страссманом, напоминает по смысловому содержанию коэффициент q Дж. Тобина, отражающий превышение рыночной стоимости компании над стоимостью замещения ее материальных активов и, что значение коэффициента Тобина у 500 крупнейших мировых компаний составляет в среднем 8:1, т.е. лишь 12% стоимости компаний приходится на их материальные активы [4].
Однако утверждение, что вся «дополнительная» стоимость фирмы создается за счет ее интеллектуального капитала, справедливо оспаривается многими учеными. Так, Дж. Коулмен [5] выделяет следующие виды ресурсов предприятия:
● биофизический капитал — земля, природные ресурсы, эксплуатируемые предприятием или принадлежащие ему;
● финансовый капитал — финансовые активы фирмы, а также физический капитал — его основные фонды и внеоборотные активы;
● интеллектуальный капитал — нематериальные активы фирмы, а также ее рабочая сила и другие объективированные формы интеллектуальных ресурсов;
● социальный капитал — внешние и внутренние связи организации.
В работе Крога [6] выделяются следующие виды так называемых «неосязаемых» или «комплиментарных» активов, не относящихся к балансовым активам предприятия и создающих ему конкурентные преимущества:
● интеллектуальный капитал — знания, технологии, связи с клиентами, способности сотрудников, их практический опыт;
● человеческий капитал — индивидуальные знания и навыки;
● структурный капитал — та часть интеллектуального капитала, которая остается у предприятия после ухода работника (в основном, это так называемые кодифицированные знания, т.е. информация, изложенная в некоем формализованном виде — алгоритмы, инструкции и т.п.).
Интеллектуальный капитал, по мнению исследователей, также не является однородной категорией. По мнению менеджеров компании «Skandia AFS», которая одной из первых включила интеллектуальный капитал в стоимость фирмы, он может иметь следующую структуру, отраженную на рис. 1.
Рис. 1. Структура интеллектуального капитала компании «Skandia AFS»
Структурные элементы интеллектуального капитала определяются следующим образом.
Человеческий капитал — совокупность знаний, практических навыков и творческих способностей персонала компании, предложенная к выполнению текущих задач. Сюда также относятся моральные ценности компании, культура труда и общий подход к делу (организационная культура компании). Человеческий капитал — это способность предлагать неочевидные решения, он — источник обновления и прогресса. Человеческий капитал прирастает двумя способами:
● во-первых, компания может максимизировать объем знаний своих сотрудников;
● во-вторых, можно увеличить число сотрудников, владеющих знаниями, способными принести пользу компании.
Следует иметь в виду, что при квалифицированном менеджменте максимальная сумма прибыли от инвестиций в человеческий капитал почти втрое превышает прибыль от инвестиций в материальные активы. Исследование зависимости производительности труда от образования показало: при повышении уровня образования на 10% производительность возрастает на 8,6%. При таком же увеличении акционерного капитала производительность растет на 3–4% [7].
Структурный капитал — то, что остается в компании после ухода ее работников. Структурный капитал, подобно человеческому капиталу, эффективен только в контексте стратегических целей компании. Ценность структурного капитала, как и капитала вообще, определяется не его наличием, а эффективностью использования. Таким образом, можно утверждать, что структурный капитал является проявлением организационных способностей компании отвечать требованиям рынка, возможности их использования вновь и вновь для создания новых ценностей.
Структурный капитал включает капитал клиентов и организационный капитал. Капитал клиентов складывается из базы данных клиентов, характера связей с ними и их потенциала. Капитал клиентов (потребительский капитал) — это отношения компании с потребителями ее продукции. Характеризуется такими качествами, как глубиной (степенью) проникновения, шириной (распространением), постоянством, уверенностью в том, что потребители и впредь будут отдавать предпочтение данной компании. Потребительский капитал компании распространяется и на ее поставщиков. Он достаточно легко поддается учету. Верность торговой марке, например, представляет собой форму потребительского капитала, для которой существует четкая методика оценки. Это делается путем подсчета надбавки, которую покупатели согласны платить за фирменный продукт, предпочитая его другим.
Организационный капитал — это систематизированная и формализованная компетентность (способность эффективно действовать в различных ситуациях) компании, системы, усиливающие ее творческую эффективность, а также организационные возможности, направленные на создание продукта и стоимости. Организационный капитал включает инновационный капитал и капитал процессов. К инновационному капиталу относятся защищенные права интеллектуальной собственности, другие нематериальные активы и ценности, обеспечивающие инновационную способность компании. Капитал процессов включает системы организации производства, сбыта, послепродажного обслуживания и других процессов, в процессе которых формируется стоимость продукта, т.е. технологические процессы.
Данного подхода к структуре интеллектуального капитала предприятия придерживаются и российские специалисты. Например, Институт сертификации и оценки интеллектуальной собственности и бизнеса выделяет в структуре интеллектуального капитала три части:
● человеческий капитал — квалификация, знания, способности, профессиональные навыки, т.е. все те качества, которые определяют способность рабочей силы генерировать эффективные решения и заниматься производством продукции. К этой же категории относятся имущественные и неимущественные права персонала предприятия;
● клиентский капитал — технологии фирмы по привлечению и закреплению клиентов, права потребителя и гарантии производителя или продавца;
● организационный капитал — права предприятия на патенты, товарные знаки, а также потенциальные возможности предприятия по использованию собственных ресурсов и технологий [1].
При всех указанных различиях главным и общим моментом в изучении нематериальных ресурсов является то, что все они создаются с участием интеллектуального труда и на базе накопленных или вновь приобретенных (привнесенных) знаний, следовательно, являются элементами интеллектуального капитала предприятия.
Важно, что эффективность и ценность интеллектуального капитала не являются всеобщими универсальными категориями. Их значимость может быть определена и может возрастать только в контексте конкретной стратегии развития компании в рамках кластера. При иной стратегии, имеющиеся интеллектуальные ресурсы могут быть малопригодны. Наиболее успешно интеллектуальный капитал может развиваться в русле целенаправленной деятельности по созданию новой продукции и организационно-структурных мероприятий для освоения новых ниш на товарных рынках. Развитие зависит от того, насколько масштабно компания может для этого организовать исследования и разработки, сконцентрировать необходимые интеллектуальные, материальные и финансовые ресурсы. Причем интеллектуальные ресурсы нуждаются в долговременности и системности своего структурного построения.
Главным носителем интеллектуального капитала является специально подобранный и подготовленный персонал компании. Отметим, что, несмотря на существование большого количества различных методик по оценке величины и стоимости интеллектуального капитала, абсолютно точных вещественных измерителей творческого потенциала компании, величины ее интеллектуального ресурса по аналогии с другими ресурсами, необходимыми для производства продукции или оказания услуг, не существует. Сложно найти надежные способы измерения коллективных знаний сотрудников компании, их опыта и интуиции, интеллектуальной собственности, усвоенной ими информации. Соответствующим образом отобранные, организованные, сконцентрированные и нацеленные на определенную сферу деятельности, в совокупности именно они позволяют компании создавать новую продукцию.
Тем не менее, можно определить индикаторы, указывающие на наличие в компании интеллектуального капитала.
1. Первым признаком наличия интеллектуального капитала компании является ее рыночная капитализация, превышающая бухгалтерскую стоимость основных фондов, материальных и финансовых средств. По данным за 1998 г., стоимость интеллектуального капитала в американских высокотехнологичных компаниях составляла 69% общей стоимости капитала, а на начало 2001 г. она превышала 80%. При оценке надежности компании с точки зрения ее кредитоспособности или участия в долгосрочных совместных проектах оценщики и инвесторы исходят из того, что стоимость интеллектуального капитала должна составлять не менее 40% в общей структуре капитала компании [1]. Другой подход заключается в том, что отношение интеллектуального капитала к стоимости материальных активов и финансового капитала в таких компаниях должно находиться в пределах от 5:1 до 16:1[7]. В то же время, отсутствие на балансе предприятия значительного количества материальных ресурсов в виде основных фондов и оборотных средств, используемых в процессе основной производственной деятельности, не является принципиальным, поскольку современная интеллектуальная компания может их привлекать со стороны, оплачивая как оказываемые услуги (то есть, используя аутсорсинг). Такая крупная корпорация, как «Microsoft», имея рыночную капитализацию в сотни миллиардов долларов, числит на своем балансе материальных активов всего несколько миллиардов долларов [8].
2. Важным признаком интеллектуальной компании является объем инвестиций, направляемых на исследования и разработки: если они превысили объем инвестиций в основные фонды, то этот показатель также может служить определяющей характеристикой интеллектуальности компании.
3. Еще одним индикатором наличия в компании интеллектуального капитала является высокий уровень образования и квалификации ее кадров, а также проводимая компанией политика по организационному обучению, подготовке персонала, изучению лучшего опыта и т.п.
Технологии, реализуемые предприятиями, будучи знаниями, используемыми для производства продукции, естественно, являются важным компонентом интеллектуального капитала. Производственные или информационные технологии, которые обычно представлены в виде определенным образом структурированной информации, могут отчуждаться от их создателей и достаточно легко передаваться другим участникам рыночных отношений, в том числе в рамках единого пространства реионального кластера. Таким образом, их следует относить к нематериальным активам предприятия (хотя эффективность их использования определяется готовностью и способностью персонала предприятия, а сама возможность их применения часто требует дополнительного обучения персонала). Ценность же многих управленческих технологий неразрывно связана с их создателями и носителями. Такие технологии очень часто выступают в форме имплицитных, неформализованных знаний и либо не могут быть отчуждены от их носителей, либо требуют длительного, часто коллективного обучения. Одним из важных видов неформализованных знаний являются навыки. Другим — способы и модели общения. Единственный путь передачи таких знаний — специфический вид социального взаимодействия с целью выработки подходящих взаимоотношений. Это взаимодействие не может продаваться и покупаться на рынке, а его передача очень чувствительна к социальному окружению [1,2].
Необходимость распространения передовых технологий, в том числе в рамках регионального кластера, обусловливает проблему кодификации знания, т.е. перевода его из имплицитной в эксплицитную форму. Кодификация знания означает, что знания превращаются в информацию, которая может быть с легкостью передана через информационную инфраструктуру.
Различие между кодифицированным и неформализованным знанием очень важно для понимания природы современной экономики. В гипотетическом мире, в котором все элементы знания могли бы быть превращены в общедоступные информационные коды, глобализация экономической деятельности была бы всеобъемлющей, а единственным фактором специализации стали бы природные условия и масштабы деятельности. Не было бы бедных стран и регионов, а высококвалифицированные специалисты зарабатывали бы столько же, сколько и неквалифицированные рабочие. Это была бы экономика, где не было бы стимулов к получению новых навыков или развитию новых технологий, поскольку не было бы механизмов, позволяющих извлекать доход из таких инвестиций.
Кодификация имеет особое значение для экономического развития по следующим основным причинам:
● кодификация позволяет сокращать затраты на приобретение знаний и распространение технологий;
● через кодификацию знание приобретает все больше черт товара, т.е. облегчаются рыночные трансакции, уменьшается неопределенность и асимметричность информации при таких трансакциях;
● кодификация облегчает распространение знаний и позволяет предприятиям приобретать больше знаний при прежних издержках;
● кодификация прямо ускоряет процесс создания знаний, инноваций и экономических изменений.
Процесс кодификации знаний является сложным и не всегда успешным. Существует несколько причин того, что кодификация не всегда способствует передаче знаний. Одна из причин — быст­рые изменения. В условиях быстрых изменений только те, кто производят знания, имеют к ним доступ. Это объясняет территориальную концентрацию некоторых областей деятельности (Силиконовая долина в США, а также региональная специализация в некоторых низкотехнологичных отраслях, таких как текстильная промышленность). Это также обусловливает формирование индустриальных сетей и межфирменных альянсов, нацеленных на технологическое развитие [3].
Изменения во внешней среде сами по себе препятствуют кодификации. С развитием кодификации отдельных элементов знания темп изменений увеличивается. В результате кодификация остальных элементов знания становится более трудной и менее привлекательной (тот факт, что основные поставщики информационных систем — IBM и «Apple» сталкиваются с серьезными проблемами при управлении бизнесом, показывает, что невозможно полностью формализовать управленческое поведение в форме экспертной системы в условиях непрерывных перемен во внешней среде).
Можно выделить следующие две основные проблемы, препятствующие проведению кодификации. Во-первых, кодифицированные и неформализованные знания сосуществуют и дополняют друг друга, так что между ними нет четкой границы. Кодификация никогда не будет полной, а некоторые формы имплицитных знаний всегда будут играть решающую роль. Во-вторых, увеличение кодификации не приведет к уменьшению важности неформализованных знаний — навыков и способностей, получаемых в процессе обучения и накопления знаний. Наоборот, облегчение и удешевление доступа к информации ужесточает требования к ее отбору и эффективному использованию.
Кодификация знаний, таким образом, дает ряд преимуществ стабильным экономическим системам со специфическими требованиями к передаче знаний и коммуникациям. К таким системам относятся:
1. «Сети» или альянсы предприятий, в которых существуют некоторые общие «коды» и имплицитные знания для их интерпретации.
2. Стабильные инновационные системы, в которых инновации возникают на базе накопленных знаний, в результате их повторного использования или рекомбинации. Созданный однажды формализованный алгоритм может быть использован многократно и с различными целями.
3. Системы, нуждающиеся в длительной организационной памяти (например, предприятия, производящие продукцию с длительным жизненным циклом, предприятия с большими объемами оборота, предприятия, сталкивающиеся со значительной технологической бифуркацией). В таких предприятиях недостаточный объем кодифицированных знаний может привести к риску безвозвратной потери ценной информации (знаний, навыков). В частности, в исследовательских организациях всегда существует риск потери имплицитных знаний при смене поколений ученых и инженеров. То же может происходить и на производственных предприятиях при уходе, например, высококвалифицированных рабочих.
4. Системы со специфическими требованиями к описанию деятельности их элементов (например, для удовлетворения стандартам качества или патентоспособности или для установления длительных контрактных отношений с партнерами). Сюда также могут быть отнесены системы, сталкивающиеся с неэффективными рыночными трансакциями — те, в которых традиционные механизмы юридической защиты, страхования, создания деловой репутации и т.п. не позволяют смягчить негативные последствия социальной асимметрии. Использование стандартизированных записей для описания производственного процесса позволяет снизить влияние асимметрии в таких системах.
5. Предприятия, сталкивающиеся с ситуацией, когда цели повышения производительности вследствие применения информационных технологий достигаются не в полном объеме из-за неполной кодификации. Обычно применение новых технологий требует не только их внедрения, но и соответствующих организационных изменений. При этом предприятие в процессе изменения своей организационной структуры не должно терять возможности эффективно функционировать. Таким образом, при разработке новой организационной структуры предприятия его старые функции не должны быть утеряны. Если слишком много старых функций выражалось через имплицитные знания, это может привести к потере функциональности предприятия [4].
Отметим, что максимально полная кодификация знаний возможна при условии изменения не только структуры, но и формы предприятия. Так, практически полная кодификация достижима при интеграции процессов проектирования, конструкторской и технологической подготовки производства на основе применения CALS-технологий. Такая интеграция возможна либо на крупных предприятиях, либо при создании виртуальных предприятий (консорциумов разработчиков, заказчиков, поставщиков и производителей сложной наукоемкой продукции). В рамках такого предприятия создается единое информационное пространство, в котором и применяются CALS-технологии.
CALS-технологии (Continuous Acquisition and Life-cycle Support) направлены на создание единого информационного пространства для всех участников проектов разработки и реализации сложной наукоемкой продукции, включая ее заказчиков и поставщиков основных ресурсов. Основными элементами CALS выступают:
1. Автоматизация технического документооборота (управление процессами разработки технической документации и ее хранения).
2. Информационное обеспечение систем менеджмента качества:
— поддержка планирования процессов;
— поддержка реализации процессов;
— поддержка измерения процессов и продуктов;
— поддержка анализа результатов измерения;
— поддержка улучшения процессов (управление изменениями).
3. Интегрированная логистическая поддержка — направлена на оптимизацию затрат на всех этапах жизненного цикла изделия.
Техническими элементами CALS являются:
— инструментальный комплекс технических и программных средств автоматизированного проектирования изделий (CAD — Computer Aided Design);
— системы автоматизации технологической подготовки производства (CAM — Computer Aided Manufacturing);
— системы инженерного анализа (CAE — Computer Aided Engineering);
— средства реализации технологии параллельного тотального проектирования в режиме группового использования данных (Concurrent Engineering);
— система управления проектными и инженерными данными (EDM — Enterprise Data Management);
— системы визуализации всего процесса разработки документации;
— мощные средства обмена данными;
— средства разработки прикладного программного обеспечения;
— методики анализа процессов проектно-технологической, производственной и управленческой деятельности;
— системы управления ресурсным обеспечением предприятия (MRP — Material Resource Planning, MRPII, ERP — Enterprise Resource Planning);
— различные автоматические системы управления производством и предприятием. Общая схема использования CALS-технологий представлена на рисунке 2.
Наиболее успешным стало применение CALS-технологий в наукоемких отраслях машиностроения, прежде всего, в оборонно-промышленном комплекса — авиастроении, судостроении, приборостроении [5].
В последние пять лет количество корпораций в США, работающих на основе CALS-технологий, составило несколько десятков тысяч. Европейские страны вплотную приблизились к американскому уровню в использовании этих технологий. Активные разработки ведутся в Китае и странах Юго-Восточной Азии [9].
Применение CALS-технологий позволяет:
— создать дополнительные возможности для ускоренной модернизации продукции;
— обеспечить сокращение «стоимости владения» за счет оптимизации процессов обслуживания, ремонта, снабжения запчастями;
— осуществить переход на безбумажную технологию проектирования, изготовления и эксплуатации продукции;
— предоставить новый вид сервиса при эксплуатации и обслуживании продукции за счет создания интерактивных электронных технических руководств;
— повысить конкурентоспособность российской промышленности на мировом рынке за счет снижения цен, сокращения сроков вывода новых образцов на рынок;
— обеспечить участие российских производителей в международной кооперации за счет использования международных CALS-стандартов, стандартов ЕС, НАТО, АСЕАН и т.д.;
— преобразовать существующие на предприятиях бизнес-процессы в высокоавтоматизированные и интегрированные процессы управления жизненным циклом продукции;
— создать единое информационное пространство и единообразные способы информационного взаимодействия заказчиков, поставщиков, эксплуатирующих и ремонтных организаций;
— стандартизировать, формализовать, упростить и ускорить обмен информацией между организациями и предприятиями в ходе проектирования, производства, эксплуатации и сервисного обслуживания продукции;
— обеспечить эффективность и сокращение затрат при составлении технического задания, проектировании, технологической подготовке производства, производстве продукции;
— повысить качество продукции, ускорить выполнение НИОКР, снизить издержки при производстве и эксплуатации изделий.
Рис. 2. Схема реализации единого информационного пространства с помощью CALS-технологий
По сути дела, CALS-технологии представляют собой пример полной кодификации знаний в рамках определенной системы (виртуального предприятия или консорциума предприятий). Однако внедрение CALS-технологий является инновационным проектом — дорогостоящим и рискованным, что требует оценивать его преимущества с экономической точки зрения.
Таким образом, кодификация знания является важным фактором успеха для предприятий, распространяющих новые технологии. Однако именно имплицитность знаний придает им такие качества, повышающие экономическую ценность ресурсов как редкость, трудность имитации, невозможность полной замены. Следовательно, неполная кодификация знания не должна становиться препятствием, как для использования технологии, так и для ее передачи в рамках предприятий единого регионального кластера.


Литература
1. Климов С.М. Интеллектуальные ресурсы общества. — СПб.: ИВЭСЭП, Знание, 2002. — 199 с.
2. Страссман П. Как измерить знания? // Computerworld Россия. — 1998. — № 15.
3. Strassman P. The value of knowledge Capital //American Programmer. — 1998. — March.
4. Браверман А., Цветков В. Еще один фактор капитализации // Эксперт. — 2002. — № 43. — С. 50–52.
5. Coleman J.S. Foundations of Social Theory. — Cambridge, Mass. — Harvard University Press, 1990.
6. Крог Г. фон, Венцин М. Роль менеджмента знаний в достижении устойчивых конкурентных преимуществ // Инновационный и технологический менеджмент. Тематический сборник статей. Вып.8. — М.: Гл. ред-ция междун. ж-ла «Проблемы теории и практики управления», 2001. — С. 9–16.
7. Стюарт Т. Богатство от ума. — Минск: Парадокс, 1998.
8. Бендиков М.А., Джамай Е.В. Интеллектуальный капитал развивающейся фирмы: проблемы идентификации и измерения // Менеджмент в России и за рубежом. — 2001. — № 4.
9. Сухарев О.С. Экономическая методология и политика реструктуризации промышленности. — М.: Академия наук о земле, 2000. — 180 с.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2019
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия