Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 3/4 (7/8), 2003
РЕГИОНАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА
Зайдфудим П. Х.
директор Центра региональных проектов и программ ОАО « Институт микроэкономики» (г. Москва),
доктор биологических наук, кандидат философских наук,
профессор, академик РАЕН

Голубчиков С. Н.
доцент Московского государственного открытого педагогического университета им. М.А.Шолохова,
кандидат географических наук


АКТУАЛЬНЫЕ ЗАДАЧИ ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОГО ЭТАПА В ОСВОЕНИИ СЕВЕРНЫХ РЕГИОНОВ
"С развитием транспортных средств и линий
коммуникаций жизнь в отдаленных арктических
районах в будущем, возможно, будет мало чем
отличаться от жизни во многих местах,
расположенных в зоне с умеренным климатом.
Вероятно, с течением времени в Арктике будут
созданы курорты, дома отдыха, санатории, в
которых человек сможет отдохнуть от городской жизни".*
Коре Родаль

Перспективы развития российского Севера связаны с энергетикой, транспортом, информацией, развитием энергетической, транспортной и информационной инфраструктуры.
В 1987 г. в докладе Международной комиссии по окружающей среде и развитию, была сформулирована идея " новой эры зкологизированного экономического развития" как развития, которое "удовлетворяет потребности настоящего времени, но не ставит под угрозу способность будущих поколений удовлетворять свои собственные потребности"1 . Мы должны использовать ресурсы Земли, но с таким расчетом, чтобы не создавать " ресурсного голода" в будущем. Поскольку Север - последняя ресурсная "кладовая" планеты, именно здесь, в первую очередь, необходимо хозяйствование на таких принципах.
Прогресс в области микроэлектроники, вычислительной техники и информационных технологий требует вместо экстенсивного освоения ограниченных природных ресурсов интенсивного их использования и в нашей стране на принципах устойчивого развития.
При переходе к постиндустриальной экономике освоение Севера для России - задача не менее важная, чем освоение космоса,2 поскольку не в последнюю очередь именно с Севера, с территорий с экстремальными условиями, начинается вступление приарктических стран в постиндустриальную эру.
В США ассигнования на исследования Арктики выросли в 1988-1998 гг. с 96 до 190 млн. долл. (у нас в этот период, к сожалению, сократились втрое). В таких приарктических странах, как Исландия, Финляндия, Канада, отмечен самый высокий в мире уровень компьютеризации, они (прежде всего Канада) лидируют и по развитию человеческого потенциала, использованию наукоемких технологий, чему немало способствует правильно сориентированная государственная политика. Достаточно сказать, что на Аляске около 70% самодеятельного населения работает уже не в секторе материального производства (в РФ эта доля не превышает 30-40%).
Север требует государственной помощи, как и освоение космоса, исследования мирового океана или развитие фундаментальных исследований. И названые страны оказывают государственную поддержку своим северным территориям по многим каналам. Это, прежде всего, строительство шоссейных дорог в перспективных горнопромышленных районах (такая практика началась на канадском Севере в 50-х годах ХХ в. со строительства "дорог к ресурсам"). На основе государственных программ осуществляется развитие 40% территорий в Великобритании, 90% - в Норвегии. Для северного региона Швеции - провинции Норланд разработана целевая программа, в соответствии с которой в экономику провинции направляется из централизованных источников более трети стоимости используемых ресурсов.
Государственная поддержка и северных регионов России должна стать более дифференцированной и строго адресной. Нельзя считать, в частности, обоснованным объединение в один район среднего Приобья или Приангарья, Ямала и Гыдан. Совершенно прав и К.П. Космачев, утверждающий, что безосновательно в районах, резко различающихся по географическим условиям, по существу используются одни и те же нормативы. В результате использования подобного рода "осредненных нормативов" (или "укрупненных показателей") своеобразие местных природно-экономических условий того или иного района не может быть должным образом учтено при информационной подготовке освоения. А это приводит к заметному снижению качества проектных решений, особенно по вновь осваиваемым районам"3 .
Бюджеты северных территорий Канады на 60-70% обеспечиваются федеральной казной. Создание за счет отчислений работающих на Севере фирм региональных кредитных фондов, которые используются в случае каких-либо кризисных ситуаций, позволило Аляске накопить за1976-1998 гг. 23 млрд. долл. На наш взгляд, такие региональные кредитные фонды - надежные гаранты стабильности4 . Горнопромышленные компании Канады полностью освобождаются от уплаты налогов в течении 3-5 лет после ввода предприятий в действие, а в случае эксплуатации месторождений, близких к истощению, подлежащая налогообложению прибыль уменьшается на треть. Учитывается, что доля затрат на материалы, энергию, топливо в общей стоимости горнодобывающей промышленности на Дальнем Севере почти вдвое выше, чем в этой промышленности в целом, что стоимость бурения одной разведочной скважины в этом районе в 45 раз выше, чем в основной нефтедобывающей провинции страны - Альберте.
Роль государства в данном случае заключается не столько в прямых финансовых, инвестиционных влияниях, сколько в создании благоприятного инвестиционного климата, в проведение продуманной инвестиционной политики, сочетающей как рыночные механизмы, так и меры государственного воздействия, рассчитанные на формирование развитой транспортной, энергетической, коммуникационной инфраструктуры.
Экстремальные условия Севера требуют внедрения самых передовых технологий, новейших достижений автоматики, робототехники, компьютеризации, спутниковой связи, современных телекоммуникаций, создания самой передовой инфраструктуры. По нашему мнению, именно северные территории должны стать полигоном отработки информационно-коммуникационных технологий будущего. Можно с уверенностью сказать, что и вступление России в постиндустриальный век начнется не с Москвы, а с Севера (кстати, по индексу развития человеческого потенциала, определяемому по ВВП на душу населения, средней продолжительности жизни и уровню образованности, в России лидирует Мурманская область, Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа). Не случайно, Финляндия, треть территории которой расположена в Заполярье, стала мировым лидером в области использования ресурсов Интернета: каждая третья семья в этой стране имеет доступ к глобальной системе связи, половина семей имеет персональный компьютер. Сходное положение и в других странах Скандинавии, в Канаде, Исландии. По числу пользователей Интернетом в расчете на душу населения Финляндия вдвое превосходит США и является лидером по числу сотовых телефонов на тысячу жителей.
Северянам России тоже есть чем гордиться. Например, каждая третья семья в Надыме имеет свой персональный компьютер, а число подписчиков на журнал "Домашний компьютер" в 40-тысячном Ханты-Мансийске вдвое больше, чем в 5-миллионом Санкт-Петербурге.
Вместе с тем, в целом обеспеченность телефонной связью городского населения Севера в РФ остается одной из самых низких. Поэтому задачи по созданию электронных коммуникаций в слабозаселенных районах Севера, формированию здесь единого информационного пространства сегодня не менее важны, чем задача строительства Транссиба в начале прошлого века.
Объекты энергетической и транспортной инфраструктуры в условиях Севера требуют использования и новейших технологий строительства. Строительные работы на российском Севере сегодня обходится на порядок дороже, чем в центральных районах, в то время как на арктических территориях Северной Америки они лишь в 4 раза дороже, чем в центре страны. Здесь крайне необходимо и уменьшение продолжительности строительства. В Канаде, например, железная дорога длиной 700 км к Пайн-Пойнту было сооружена всего за два сезона.
Новейших технологий требует и освоение нефтегазоносных месторождений арктического шельфа. Суровые условия Арктики многократно удорожают добычу углеводородного сырья (по сравнению с аналогичной его добычей на шельфе южных морей). Удешевить разработку месторождений может лишь полная автоматизация нефтегазодобычи. В этом отношение весьма ценен опыт освоения месторождений Кайстер и Мардок в южной части Северного моря. Добыча газа полностью автоматизирована и осуществляется с использованием систем дистанционного управления с берегового терминала через спутники связи.
Интересное конструктивное решение было найдено и в США при строительстве трансаляскинского нефтепровода длиной 1288 км от крупнейшего на полуострове месторождения Продхо-Бей до незамерзающего порта Валдиз на юге Аляски. Северный его 680-километровый отрезок проложен над землей, на специальных шестиметровых опорах с парожидкостными термосифонами. Это сделано в связи с тем, что нефть, поступающая из скважин на поверхность, имеет температуру 80 С, что не позволяет прокладывать трубы в зоне вечной мерзлоты. Южный же отрезок проложен в траншеях глубиной 4-6 м, так как в конце трассы нефть уже охлаждается до температуры 30 С. Трасса на всем своем протяжении не мешает проходам оленей (в районе нефтепровода кочуют оленьи стада численностью до 100 тыс. голов)5 . Строительство трубопровода длилось всего два года, но ему предшествовало пять лет тщательных изысканий. Стоимость его сооружения составила 9 млрд. долл., 25% из них было потрачено на экологические цели6 .
В то же время в связи с ограниченностью пропускной способности трубопроводов альтернативой трубопроводной системе становится танкерная транспортировка нефти, которая эффективна на расстояние свыше 3 тыс. км (именно так завозит нефть Япония). Специалисты указывают на выгоды танкерной транспортировки углеводородов даже при сложной ледовой обстановке, трудностях с обустройством портовых сооружений в условиях Арктики.
Особую роль в развитии северных территорий могут сыграть техноэкополисы - особые комплексы, создаваемые на основе высокотехнологичных наукоемких производств и научно-образовательных систем. В условиях Севера они могут воспрепятствовать оттоку научно-инженерной элиты, без которой немыслимо дальнейшее развитие экономики арктических регионов. Вообще важнейшими элементами государственной политики в развитых странах уже стали программы создания техноэкополисов, научных технопарков. Активно создаются техноэкополисы во многих странах Азиатско-Тихоокеанского региона, в том числе в Китае
Северные техноэкополисы в России могли бы стать и центрами сохранения нетронутой природы, в них могли бы отрабатываться уникальные технологии, сохраняться пространства естественной природы, что позволили бы и серьезно скорректировать все развитие планеты на ближайшие столетия. Такие центры обычно имеют университеты для подготовки специалистов в области новых технологий, развитую транспортную инфраструктуру. В отличии от горнодобывающих и лесоэксплуатирующих предприятий тезноэкополисы рассчитаны на "вечное" многопрофильное функционирование. В России Закон "О соглашениях о разделе продукции" позволяет при создании техноэкополисов ускорить ввод в эксплуатацию особо сложных для разработки месторождений, пополнить бюджеты городов и регионов нового освоения. Уже в настоящее время 40% бюджета Ненецкого автономного округа составляют отчисления от совместных предприятий, разрабатывающих месторождения Тимано-Печерской провинции7 .
Первый в России техноэкополис "Комсомольск-на-Амуре, Амурск, Солнечный" позволяет формировать и развивать далее крупнейшую на Дальнем Востоке промышленную агломерацию, в состав которой уже вошли предприятия ВПК, судостроения, машиностроения, черной и цветной металлургии, нефтеперерабатывающей и химической промышленности, железнодорожного, воздушного, трубопроводного, автомобильного транспорта, энергетики, научные, проектно-конструкторские учреждения, высшие учебные заведения.
Проект "Техноэкополис "Комсомольск-Амурск-Солнечный" стал первым российским опытом по разработке и реализации на практике нового подхода к развитию проблемных регионов страны. Зону технополиса формируют единая энергосистема, лесосырьевая база, сельскохозяйственная зона, единая база стройиндустрии, транспортно-распределительная инфраструктура, финансово-кредитная система, единая система высшего и среднего образования.
Предприятия, участвующие в реализации проекта техноэкополиса "Комсомольск-на-Амуре - Амурск - Солнечный", в первое время освобождаются от уплаты налога на прибыль (зачисляемой в краевой бюджет в размере 41,5% от общей суммы суммы налога на прибыль).
Техноэкополис ускорил экономическое развитие всего региона, стал мощным фактором привлечения инвестиций как из центра, так и из местных бюджетов. Предприятия, входящие в техноэкополис, сотрудничают с фирмами 32 государств. Основу экспорта (около 69%) составляет продукция машиностроения: летательные аппараты, основания для нефтедобывающих платформ (в том числе и для платформы "Моликпак" для добычи нефти и газа на шельфе Сахалина), суда и другая продукция. Экспортируются и черные и цветные металлы, нефтепродукты и древесина. Предприятия малого и среднего бизнеса участвуют в организации и производстве новых видов продукции: буровых инструментов, подшипников, металлоконструкций, швейных изделий, комплектующих для производства цветных телевизоров, упаковочных материалов.
Развитие техноэкополиса резко уменьшило отток населения, прежде всего высококвалифицированных специалистов.
Перспективно создание техноэкополисов и в других регионах России, в том числе на крайнем ее Севере. Так, будущее Сахалинского техноэкополиса определят инвестиционные проекты освоения шельфовых ресурсов углеводородов, организация нефтепереработки и сжижения природного газа для последующего экспорта. Освоение нефтегазовых ресурсов, месторождений цветных и драгоценных металлов, лесосырьевых ресурсов будет преобладать в прогнозируемых техноэкополисах в широтном Нижне-Ангарском промышленном поясе. Профиль Магаданских техноэкополисов определят решения, связанные с крупномасштабным переходом золотопромышленности на освоение рудных месторождений и развитие локальных топливо-энергетических баз в труднодоступных районах страны. Перспективно создание наукоградов на базе научно-исследовательских учреждений и университетов в Апатитах, Сыктывкаре, Якутске, Магадане.
При масштабном освоении Севера сеть техноэкополисов может стать опорным каркасом северных "коридоров развития". При этом научные и технологические центры должны быть объединены сверхскоростным транспортом, едиными системами информации и подготовки кадров.8


* Коре Родаль, норвежский ученый-исследователь Арктики


1 Наше общее будущее. М.: "Прогресс", 1989.
2 Зайдфудим П.Х. Лицом к Северу. М.: "Глобус", 2000.
3 Комачев К.П. Географическая экспертиза: методологические аспекты. - Новосибирск, 1981.
4 Котляков В.М., Агранат Г.А. Российский Север - край больших возможностей //Вестник РАН. - 1999. - N1.
5 Максаковский В.П. Географическая картина мира. Ч. 11. - Ярославль, 1998.
6 Зиновий Каневский. Горести полуострова Ямал // Евразия. Экологический мониторинг. -1996. - N2.
7 Зайдфудим П.Х., Мизун Ю.Г. Российский Север. Проблемы развития. - М.:1997.
8 Зайдфудим П.Х., Громыко Ю.В., Крупнов Ю.В. Зачем России Север? - М.: Научная книга, 2000.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2019
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия