Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (37), 2011
ЭКОНОМИКА И ЭКОЛОГИЯ
Пахомова Н. В.
член-корреспондент РАЕН,
профессор кафедры экономической теории экономического факультета
Санкт-Петербургского государственного университета,
доктор экономических наук

Сергиенко О. И.
заведующий кафедрой промышленной экологии Санкт-Петербургского государственного университета низкотемпературных и пищевых технологий,
кандидат технических наук


Интегрированная продуктовая политика и производство экологически безопасного продовольствия: опыт ЕС и перспективы для России
В статье обобщается опыт реализации в Евросоюзе интегрированной продуктовой политики (ИПП), направленной на непрерывный процесс экологизации взаимосвязанных ступеней продукционной цепочки продовольствия, в рамках которого должны формироваться адекватные рыночные стимулы как производства, так и потребления экологически безопасных продуктов. Анализируются современные тенденции развития ИПП, включая экологизацию государственных закупок продовольствия и деятельности розничных сетевых организаций, расширение практики применения экомаркировки продукции. Выстраивание подобного интегрированного подхода в России имеет принципиальное значение для обеспечения продовольственной и экологической безопасности страны
Ключевые слова: интегрированная продуктовая политика, экологическая безопасность, экомаркировка продовольствия, экологический жизненный цикл продукции

Постановка проблемы
В российском обществе растет осознание того, что без учета экологического фактора невозможно обеспечить устойчивое экономическое развитие страны. Данный факт с новой силой подтвердили климатические аномалии последних лет, включая жесточайшую засуху, затронувшую летом 2010 г. до 1/3 сельскохозяйственных угодий страны и приведшую к существенному сокращению производства ряда важных зерновых культур. Важно также учитывать, что в условиях усиления глобальной конкуренции и роста экологического самосознания значительной части потребителей во всем мире вопросы модернизации экономики невозможно рассматривать в отрыве от решения широкого круга социально-экологических проблем. Приоритетной целью модернизации должен стать не экономический рост сам по себе, а улучшение качества жизни и здоровья населения, оздоровление экологической обстановки за счет повышения экологической и энергетической эффективности производства, существенного повышения качества продукции и услуг, в том числе путем расширения производства и потребления экологически безопасной продукции.
В этих условиях особое значение приобретает определение стратегических направлений социально-экологического развития страны с учетом соблюдения императивов социально-экологической устойчивости и безопасности, принимая при этом во внимание тенденции, свойственные странам, которыми достигнуты в этом отношении значительные результаты, включая, разумеется, и государства Евросоюза.
Современная политика охраны окружающей среды, базирующаяся на принципах устойчивости и экологической безопасности, реализуется по различным направлениям. К их числу относятся процессорная (индустриальная) политика ресурсо-, энергосбережения и обращения с отходами, управление городской экологической средой, глобальная экологическая политика и др. Одним из ведущих ее направлений, обладающих значительным потенциалом, который пока еще недостаточно осмыслен в России, является продуктовая политика. В Евросоюзе в качестве самостоятельного направления она сформировалась в 2003 г. в связи с принятием Интегрированной продуктовой политики — ИПП (Integrated Product Policy), которая в настоящее время реализуется по ряду взаимосвязанных направлений. Концепция интегрированной продуктовой политики (ИПП) исходит из принципиального вывода, что с производством, как и использованием продукции и услуг связана значительная доля негативных воздействий на окружающую среду. Причем это воздействие постоянно усиливается в связи с возрастающим разнообразием продукции, потребляемой как в государствах ЕС, так и в глобальных масштабах [см.: 1]. Главной целью ИПП является поддержка устойчивого развития посредством сокращения негативных экологических воздействий продукции в рамках ее жизненного цикла.
В РФ выстраивание продуктовой политики на основе современных подходов обозначено как одна из важных задач в связи с обеспечением продовольственной безопасности. Базовые подходы к ее решению сформулированы в Доктрине продовольственной безопасности Российской Федерации, утвержденной Указом Президента от 30 января 2010 г., N 120. Этим документом в определенной мере закладываются основы интегрированного подхода к продуктовой политике и продуктовой безопасности, включая учет концепции экологического жизненного цикла продукции, акцентирование задачи формирования современных, ориентированных на международные требования, подходов к стандартам, а также гармонизацию с международными требованиями показателей безопасности пищевых продуктов [2]. Последняя из перечисленных здесь задач представляет особый интерес в связи с усилиями по наращиванию экспортного потенциала нашего продовольственного комплекса в условиях выхода России на самообеспечение по ряду продуктовых позиций. В их числе, — мясо птицы, по которому эта цель предположительно будет достигнута уже к 2012 году [см. 3].
Важные аспекты данной проблематики в контексте модернизации государственного регулирования в сфере охраны окружающей среды были проанализированы на Государственном Совете РФ в мае 2010 г. В рамках этого обсуждения президент РФ В.А.Медведев подчеркнул необходимость разработки плана действий для устранения в стране все еще широко распространенного «экологического нигилизма» [см. 4]. В выступлениях участников рабочей группы в этой связи отмечалось, что в стране не работает система экологического мониторинга, экологическое законодательство носит противоречивый характер и, зачастую, не соблюдается, система экологического нормирования базируется на невыполнимых в большинстве случаев санитарно-гигиенических и рыбохозяйственных нормативах. К числу основных поручений, данных Правительству по итогам заседания, относятся внесение изменений в экологическое законодательство, обеспечивающее переход на принципы экологического нормирования на основе наилучших существующих технологий (НСТ) и совершенствование экологического мониторинга. В этом же ряду, — разработка системы финансовой поддержки природоохранной деятельности предприятий и предложений по применению добровольных мер повышения экологической ответственности в компаниях с государственным участием, включение экологических параметров в систему госзаказа, соблюдению экологических норм предпринимателями и др. [см. 5].
Острота проблемы безопасности продовольственной продукции на всех стадиях ее производства и использования, несмотря на предпринимаемые активные усилия, не снята с повестки дня и в ЕС, включая его наиболее развитые страны. Это, в частности, подтвердил разразившийся в январе 2011 года так называемый диоксиновый скандал, вскрывший существенные прорехи в области контроля экологической и пищевой безопасности в Германии.
Выработка новых подходов к продуктовой политике находится в поле внимания специалистов и ученых, зарубежных и отечественных. Что касается ЕС, то первоначально соответствующие исследования были ориентированы на научное обоснование необходимости принятия интегрированной продуктовой политики [см. 6]. По мере ее реализации акценты стали перемещаться на критический анализ накапливаемого опыта и дальнейшую модернизацию применяемых механизмов и подходов [см. 7]. Российские специалисты также подключаются к изучению некоторых аспектов данной проблематики, однако эти исследования должны быть существенно интенсифицированы, с приданием им более систематизированного характера.
Не ставя перед собой цель досконального анализа данной комплексной проблематики, авторы в качестве центральных выделили две задачи: во-первых, — обобщение опыта реализации интегрированной продуктовой политики в государствах ЕС и выявление новых тенденций при акцентировании внимания на продовольствии; во-вторых, — критический анализ в контексте передового зарубежного опыта российской практики с определением достигнутых в этой области результатов и наиболее актуальных задач.

Принципы интегрированной продуктовой политики и особенности ее внедрения в Европейском Союзе
В настоящее время для жителей Европы качество окружающей среды и качество продукции с точки зрения безопасности и экологичности являются важнейшими характеристиками, определяющими уровень жизни. Быстрое развитие промышленного производства, интенсивное ведение сельского хозяйства и высокая плотность населения в Европейском Союзе привели к обострению экологических проблем. Вследствие загрязнения окружающей среды многие продукты питания перестали удовлетворять запросам потребителей, а экологичные товары, производимые с минимальным ущербом для окружающей среды, изготовленные из экологически чистого сырья с применением органических методов ведения сельского хозяйства, приобретают все большую популярность. Происходит переключение внимания потребителей к вопросам здорового образа жизни и старения, наличия достоверной информации о пищевой и экологической безопасности продуктов питания, экологичности товаров, жилья и услуг. Все это вынуждает компании и правительства европейских стран вновь и вновь обращаться к поискам новых подходов к экологизации производств и рынков. Эти подходы и нашли отражение в интегрированной продуктовой политике (ИПП), разработанной во взаимодействии с широким кругом заинтересованных лиц (бизнес, государственные органы, население, академические работники, организации гражданского общества) и являющейся ответом на ряд ключевых вызовов, идентифицированных Стратегией устойчивого развития и 6-ой Программой действий по окружающей среде Евросоюза [8].
В июне 2003 г. Европейская Комиссия опубликовала Коммюнике по «Интегрированной продуктовой политике, базирующейся на экологическом мышлении в рамках жизненного цикла продукции». В этом, имеющем принципиальное значение, документе после обсуждения и консультаций с заинтересованными сторонами был предложен комплексный, широкий и добровольный подход к экологичным («зеленым») продуктам. По сравнению с принципами, обозначенными ранее в «Зеленой книге» (2001), в новом подходе акцентировано значение, во-первых, создания условий, способствующих улучшению экологических характеристик продукции на протяжении ее жизненного цикла и, во-вторых, — концентрации основных усилий на той продукции, которая имеет наибольший потенциал для улучшений с экологической точки зрения [см. 9].
В Коммюнике был также представлен план действий ЕС по внедрению ИПП, в соответствии с которым в 2005 г. Европейской Комиссией было выпущено «Практическое руководство по лучшим практикам оценки жизненного цикла (ОЖЦ)» и дискуссионный документ для обсуждения обязательств производителей по разработке продукции с учетом ее экологических воздействий. К 2006 г. был разработан план действий по экологизации системы государственных закупок; к 2007 г. планировалось определение первого набора продуктов с наибольшим потенциалом для экологических улучшений. Предполагалось, что результативность ИПП будет пересматриваться каждые три года.
В целом ИПП базируется на следующих пяти важнейших принципах:
1. формирование мышления в рамках жизненного цикла продукции (Life-cycle thinking) у основных заинтересованных сторон посредством перехода от фокусировки внимания и усилий на точечных источниках загрязнения к контролю экологических воздействий в полном жизненном цикле продукции («от колыбели до могилы»), включая безопасную утилизацию отслуживших изделий;
2. работа с рынком при учете важности обеих его сторон, т.е. введение рыночных стимулов и для производства, и для потребления экологически безопасных продуктов, включая поддержку инновационных, ориентированных на будущее и требований устойчивого развития компаний-производителей;
3. постоянство улучшений с заданием четких рубежей и критериев достигнутых позитивных результатов, но без обязывающих жестких количественных установок;
4. вовлечение всех заинтересованных сторон, включая дизайнеров продукции, ее производителей, маркетологов, занимающихся продвижением продукции на рынок, организации оптовой и розничной торговли, потребителей и др., что принципиально для перехода к управлению экологической безопасностью продукции в рамках всего ее жизненного цикла;
5. разнообразие инструментов ИПП, включая экономические стимулы, административные запреты, добровольные соглашения, экомаркировку, экодизайн и др., что соответствует многообразию производимой продукции.
В декабре 2009 г. Европейской Комиссией были опубликованы очередные Отчет и Рабочий документ «О состоянии внедрения ИПП в странах ЕС», которые охватили шестилетний период, прошедший после принятия «Коммюнике по ИПП» [1; 8]. В целом в этих документах отмечается, что ИПП является процессом, который находится в развитии и еще не достиг своей финальной стадии. Он требует высокого уровня понимания и политической воли для трансформации экологической ответственности в повседневную практическую деятельность не только у лиц, непосредственно ответственных за принятие релевантных решений, но и у всех заинтересованных сторон. К числу важных результатов ИПП отнесена разработка политических инициатив и планов действий в рамочных программах Устойчивого потребления и производства и Устойчивой промышленной политики [10].
В рамках мер, осуществляемых в ЕС по реализации ИПП, были также приняты Директивы по экодизайну энергоемкой продукции, по политике обращения с отходами, в частности, с батарейками и аккумуляторами. Стратегия обращения с отходами также определяется в Тематических стратегиях по устойчивому потреблению природных ресурсов. Создана Европейская платформа по оценке жизненного цикла, которая содержит базу данных по ОЖЦ продуктов и руководство по ее проведению. Реализация принципа «работа с рынком» привела к тому, что доля «зеленых» государственных контрактов в семи странах-членах ЕС составила в среднем 45% от общей суммы контрактов, что позволило снизить выбросы СО2 (ведущего парникового газа) на 25% при одновременном снижении затрат на производство продукции в жизненном цикле [см. 8].
Принципы ИПП создают концептуальные рамки, обеспечивающие дополнение существующих политических мер и разработку новых подходов к экологизации любых видов продукции или услуг. Что касается собственно продовольствия, то исходя из идеологии ИПП, экологизации подлежит вся продуктовая цепь от производства сельскохозяйственной, а также рыбохозяйственной продукции до потребления произведенных продуктов питания и размещения образующихся отходов в окружающей среде. Акцент на продовольственную продукцию в полной мере отвечает отмеченной выше общей направленности ИПП на идентификацию продуктовых групп, обладающих наибольшим потенциалом экологических улучшений. В качестве таковых в документах ЕС были выделены три наиболее важных экономических сектора: производство и потребление продовольствия (еда и напитки), личный транспорт и жилье. В совокупности все эти секторы и соответствующие продуктовые (сервисные) группы «отвечают», по оценкам экспертов ЕС, за 70–80% общих экологических воздействий, обусловленных личным потреблением. К числу основных форм этих воздействий были отнесены следующие: выпадение кислотных дождей, воздействия, связанные с токсичными веществами, эмиссии парниковых газов, разрушение озонового экрана и ряд др. [см. 8, P.16; 11].
Что касается принципа ИПП «работа с рынком», т.е. создания условий для стимулирования и производства, и потребления экологически безопасных продуктов, то применительно к продовольственному сектору в части экологизации производственной его фазы предусмотрены и реализуются следующие основные мероприятия [см. 8, P.12; 12]:
— улучшение распространения информации, касающейся жизненных циклов продукции;
— стимулирование применения эко-дизайна путем создания соответствующих руководств и распространения наилучших практик;
— развитие законодательства, стимулирующего производство экологически безопасных продуктов питания, в том числе в отношении органического земледелия;
— развитие экологически более чистого производства;
— повышение эко-эффективности производства продуктов питания;
— интеграция экологической составляющей в процесс стандартизации;
— расширение на новые области экологической ответственности производителей;
— увеличение числа продовольственных и сельскохозяйственных компаний, сертифицированных на соответствие требованиям ISO 9000:2000, ИСО 14000 и EMAS.
На стадии потребления, значение которой с позиции экологического жизненного цикла подчеркивается особо, в том числе по причине недостаточного внимания, которое уделялось этой стороне в недалеком прошлом, основной задачей ИПП является стимулирование спроса на «зеленые продукты». На решение этой задачи нацелены, в частности, следующие меры:
— распространение с подключением обществ потребителей информации об экологически безопасных продуктах;
— экологическая сертификация продукции и экомаркировка (обязательная и добровольная);
— увеличение государственных контрактов на производство экологически чистой продукции;
— применение дифференцированного налогообложения, включая снижение ставок НДС на экомаркированные продукты во всей продуктовой цепи.
О том, насколько успешно в рамках ЕС продвигается работа по формированию экологического сознания потребителя (оказывающего, в свою очередь, воздействие на его покупательские предпочтения), можно судить по данным ряда исследований. К ним, в частности, относится исследование «Отношение европейцев к устойчивому потреблению и производству», которое было проведено и опубликовано Евробарометром в 2009 г. Обобщение результатов опросов, охвативших 27 стран — членов ЕС, показало следующее. Более 8 из 10 горожан ЕС ныне рассматривают экологические воздействия продукции в качестве важного элемента, который оказывает влияние на их покупательские решения. При этом 55% опрошенных горожан утверждали, что, покупая и потребляя продукты, они полностью сознают или знают о наиболее важных воздействиях этой продукции на окружающую среду [см. 13, P.7].
В этом контексте может представить интерес таблица 1, в которой отражены данные о сравнительной важности экологических параметров продукции по сравнению с другими факторами, воздействующими на покупательский выбор в ЕС. Речь идет о качестве продукции, его цене и бренде. Как можно видеть, хотя лишь 7% опрошенных горожан ЕС при принятии решения о покупке расценили экологические воздействия продукции как более значимые по сравнению с его качеством, в то же время почти пятая часть отвечавших (19%) рассматривали их важнее цены и 59% — важнее бренда.

Таблица 1
Важность параметров, характеризующих экологические воздействия продукции, при принятии покупательских решений горожанами ЕС (данные за 2009 г.) [см. 13, P.12]
Экологическое воздействие ... (доля ответов в процентах)Качество продукцииЦена продукцииБренд
Важнее, чем...7%19%59%
Так же (не)важно, как...46%45%26%
Менее важно, чем...44%33%12%
Не знаю2%2%3%

Однако, несмотря на эти результаты, в Рабочем документе «О состоянии внедрения ИПП в странах ЕС» (2009 г.) отмечалось наличие существенного дополнительного потенциала по поддержке «зеленого» спроса со стороны частных потребителей [см.: 8, P.7]. Что же касается уровня потребительских предпочтений в группе «зеленого» продовольствия, то уже ранее проведенные опросы показывали, что в ряде государств ЕС они еще выше. Так, в Дании в начале прошедшего десятилетия около 80% продуктов питания, произведенных органическими методами, пользовалось спросом приблизительно 100% потребителей, в Финляндии 85% сельхозпродукции, отмеченной знаком «органический продукт», предпочитали 80% потребителей. В среднем в ЕС продукты, отмеченные марками, подтверждающими их органическое происхождение, распознавало к этому времени 61,4% населения. Что же касается стороны производства, то его уровень для удовлетворения данных активно возрастающих потребностей оценивался в тот период как недостаточный. Так, доля европейского рынка органических продуктов питания составляла от 0,4% во Франции до 2,5–2,9% в Дании и Австрии, соответственно [cм. 14].
Представляют интерес и результаты опросов горожан относительно целесообразности применения тех или иных экономических инструментов, в том числе специального налогообложения. Почти в половине стран ЕС не менее половины респондентов в рамках опроса Евробарометра (2009 г.) ответила, что для продвижения экологически дружественной продукции целесообразно снижение на подобную продукцию налогов, при применении этой меры в комбинации с повышенными налогами для экологически опасной продукции [см. 13, P. 6].
Разумеется, во введении подобного налогообложения и соответствующем изменении законодательства важная роль принадлежит органам государственной власти. В ЕС, как уже отмечалось, принят ряд директив, способствующих ускорению разработки и внедрения ИПП. Однако для их успешной реализации необходимо наращивать усилия по гармонизации в этой области национального законодательства, что позволило бы, в частности, обеспечить равные условия для конкурентной борьбы производителей на европейском рынке. Обращается внимание и на то, что принятым в рамках ЕС новым законодательством охватываются лишь некоторые аспекты продуктового жизненного цикла. Так, Директивой ЕС по экодизайну экологические воздействия энергоемкой продукции покрываются лишь на 31–36%. Та же ограниченность свойственна и Директиве ЕС по энергомаркировке [см. 10].
Стоит особо отметить, что в рамках ЕС представления о ИПП постоянно развиваются, а задачи данной политики ныне трактуются более широко. Важным шагом в этом направлении стала разработка и принятие в 2008 г. упомянутого выше Плана действий ЕС по Устойчивому потреблению и производству и Устойчивой промышленной политики. План пронизан идеями усиления комплексного подхода и достижения большего синергетического эффекта от согласованной реализации мер, предусмотренных и по другим направлениям политики. Так, усилия по реализации ИПП совместно с работой по ряду других направлений, в немалой степени способствовали достижению целей Евросоюза в области экономического развития и расширения занятости, заявленных в Лиссабонской стратегии ЕС. Результатом стало, в частности, создание 6 млн. новых рабочих мест, сокращение тем самым безработицы, как и достижение высокого уровня глобальной конкурентоспособности экономики стран ЕС [10].
План действий по устойчивому потреблению и производству, представляя собой динамичный процесс интеграции экологической устойчивости и экономического роста, с одной стороны, является неотъемлемой частью обновленной стратегии ЕС в области устойчивого развития, а с другой, — развивается на основе инициатив и инструментов, выдвинутых ООН в рамках Марракешского процессаa. Данный документ, представляя собой план дальнейшего развития и внедрения ИПП в широком диапазоне политик на уровне ЕС и на национальных уровнях, охватывает развитие производства ресурсосберегающих и экологически чистых продуктов и повышения информированности потребителей. Речь идет о целом «пакете» инициатив в области устойчивого развития, включая ряд поправок к европейским директивам по эко-дизайну, эко-маркировке, схеме EMAS и государственным закупкам [см. 10].
Усилия по согласованной реализации задач, поставленных в ИПП и Плане действий по устойчивому производству и потреблению, охватывают и ряд других инициатив. Так, в марте 2009 г. был запущен процесс формирования Форума ответственности розничной торговли и потребителей (Retail and Consumer Awareness Forum), который сконцентрировал основные усилия, во-первых, на повышении энергетической эффективности организаций торговли, во-вторых, на оптимизации логистики, в-третьих, на зеленом маркетинге и эффективных коммуникациях [15]. За год функционирования этого Форума число участвующих в нем розничных сетевых организаций увеличилось от 21 до 28 и включает ныне такие известные сети, как Auchan, C&A, IKEA, Kaufman, Lidl, Metro Group, REWE и др.
В этом же ряду находится учреждение в мае 2009 г. Европейского Продовольственного круглого стола по устойчивому потреблению и производству (The European Food SCP Roundtable). Данная инициатива нацелена на обеспечение научно-обоснованного и скоординированного подхода к устойчивому потреблению и производству в продовольственном секторе ЕС, принимающего в расчет взаимодействие экологических воздействий на всех стадиях продовольственной цепи [подробнее см. 16]. Особое значение при этом придается экологической информации, обмен которой осуществляется внутри продукционной цепочки, включая потребителей и которая должна быть научно обоснованной и надежной, понятной и не вводящей в заблуждение, и поддерживающей информированный выбор. Этот основополагающий принцип открывает дальнейшие перспективы для добровольной экологической оценки, информирования и коммуникаций в пищевой цепочке, необходимых для всех операторов и потребителей, не дискриминирующих и не переносящих экологическую нагрузку с одного участка цепочки на другие участки и исключающих нечестное ведение бизнеса. Применение этих принципов в европейской практике должно распространяться на все компании, включая малые и средние предприятия, и, следовательно, процедура оценки не должна быть слишком затратной.

Возможности применения инструментов интегрированной продуктовой политики в российских условиях
Как вытекает из представленного выше анализа, для выхода на современный уровень безопасности и качества продукции с учетом реализации императивов устойчивого производства и потребления необходима разработка и реализация интегрированных и согласованных подходов к продуктовой политике с опорой на принцип постоянных улучшений. При этом необходимо обеспечить интеграцию в процесс создания и продвижения зеленой продукции всех ключевых стейкхолдеров и применение в этих целях наиболее адекватных инструментов, что позволит добиться снижения уровня экологических воздействий соответствующей продукции со стимулированием рыночного спроса и повышением ее привлекательности для потребителей.
Выстраивание подобного интегрированного подхода к продуктовой политике в России находится пока на начальных этапах и потребует систематических усилий, которые должны быть соотнесены с активно обновляемым и модернизируемым зарубежным опытом. Как уже отмечалось выше, для формирования основ ИПП важную роль играет принятие в 2009 г. Доктрины продовольственной безопасности. К числу ее основных задач отнесено обеспечение контроля соответствия требованиям законодательства РФ в этой области сельскохозяйственной, рыбной продукции и продовольствия, в том числе импортированных, на всех стадиях их производства, хранения, транспортировки, переработки и реализации. Кроме того, ставится задача продолжить гармонизацию с международными требованиями показателей безопасности пищевых продуктов [см. 2]. Эти меры в определенной степени закладывают основы обеспечения безопасности в рамках жизненного цикла сельскохозяйственной, рыбохозяйственной и продовольственной продукции. Вместе с тем документ, подобный утвержденной в ЕС Интегрированной продуктовой политики, в котором аналогичные требования отражены, но в более широком контексте, в России пока отсутствует. Поэтому проанализируем далее, что делается в аналогичном ИПП ключе в последние годы в России и на каких актуальных направлениях этой работы надо сконцентрировать первоочередные усилия.
Прежде всего, внедрению концепции ИПП будет способствовать применение различных нормативно-правовых и экономических инструментов в координированном, взаимно дополняющем друг друга виде и наиболее эффективным способом. Речь идет о целом наборе разнообразных инструментов, которые могут применяться в зависимости от вида продукта, целей и вида рынка, варьируя от добровольных соглашений до законодательных мер, которые обобщая и имеющиеся в литературе подходыb, могут быть представлены следующим образом (табл. 2). Обратим внимание, что принципиальной особенностью этого набора является охват соответствующими инструментами, как стороны предложения, так и стороны спроса.
Таблица 2
Основные инструменты интегрированной продуктовой политики для экологизации спроса и предложения
Среди применяемых в настоящее время рычагов ИПП важная роль, наряду с оценкой ЭЖЦ продукции, принадлежит экомаркировке, особенно если в ней обобщается информация об экологическом воздействии продукции во всем жизненном цикле. Применение этого инструмента предусмотрено серией международных стандартов ISO 14000. В его использовании в нашей стране достигнуты определенные результаты, которые относятся, что также очень важно, к стороне потребления. Экомаркировка продукции является добровольным инструментом, который призван информировать потребителей об экологических аспектах производства и потребления. Информация предоставляется для определенного сегмента рынка, в частности только о тех продуктовых группах или отдельных продуктах, которые отвечают установленным критериям и являются наиболее экологически безопасными. Этот инструмент ИПП служит постепенной дифференциации или замены продукции в пределах одной продуктовой группы в пользу тех видов, которые отвечают требованиям экологически более чистого и эко-эффективного производства.
Процесс или схема экомаркирования обычно состоит из разработки соответствующей методики, включая применяемые для нее критериев, а также проведения экспертизы продукции и производств, и присвоения эко-знака. В международной практике наибольшее распространение получила экомаркировка конечной продукции, в частности предметов потребления; применение экомаркировки для услуг, например, туристического бизнеса или общественного транспорта, пока еще является исключением из этого правила. Специальные правила и схемы добровольной экомаркировки продукции существуют и в ряде стран ЕС, в их числе немецкий «Голубой ангел», скандинавский «Белый лебедь», американская «Зеленая печать», а также экознак Европейского Союза — «Евроцветок». В большинстве случаев в разработке схем экомаркировки принимают участие экологические и потребительские организации, производители или их ассоциации, профсоюзы и государственные органы.
Что касается России, то здесь рынок также начинает осознавать и использовать потенциальные возможности экологически безопасной продукции. До недавнего времени понятия «экологически безопасный» продукт не существовало. Национальная система экомаркировки, основанная на требованиях международного стандарта ISO 14041, впервые начала разрабатываться в 1999 году, но из-за отсутствия интереса промышленников и общественности от этой идеи отказались. Только в 2001 году проект получил продолжение, после того как Санкт-Петербургский Экологический Союз при поддержке Санкт-Петербургской торгово-промышленной палаты, а также Администрации города поддержали проект по внедрению экомаркировки продукции, который внедряется в настоящее время при участии Санкт-Петербургского государственного университета низкотемпературных и пищевых технологий. В результате впервые в истории экологически безопасного производства был представлен и официально зарегистрирован как торговая марка экознак «Листок жизни».
При разработке данного проекта организаторы также впервые предложили применить этот экознак к экологически безопасным продуктам питания. Обычно применительно к продуктам питания под термином «безопасность» понималось отсутствие токсичных, канцерогенных и других веществ, отрицательно влияющих на человеческий организм, в случае если потребление данных продуктов не превышает обоснованных норм. Однако с учетом концепции ЭЖЦ понятие экологической безопасности шире и подразумевает не только традиционную пищевую безопасность или традиционное качество произведенных пищевых продуктов, но и безвредность сырьевых ресурсов, используемых для производства, влияние процесса производства и хранения продукции на окружающую среду, а также образование отходов.
При организации схемы экомаркировки по так называемому типу I, т.е. в виде добровольной процедуры, проводимой независимой третьей стороной, организация или компания получает права на экологическую маркировку продукции (ГОСТ Р ИСО 14024–2000) [17]. Добровольный характер Санкт-Петербургской процедуры экомаркировки, соответствие принципам ИСО, взаимосвязь с другими стандартами данной серии, возможность постепенного повышения достоверности и надежности информации за счет проведения дополнительной сертификации аккредитованной организацией, независимая проверка, выполняемая третьей стороной, — все это подтверждает возможность придания ей национального, регионального или международного характера.
Среди наиболее серьезных препятствий для внедрения экомаркировки продукции исследователи отмечают отсутствие мотивации и осознания необходимости повышения эко-эффективности производств, а также информации, необходимой как для потребителей, так и для производителей эко-маркированной продукцииc. Иногда сами производители опасаются усиления конкуренции между собственными эко-маркированными и традиционными видами продукции. Кроме того, с теоретической точки зрения, экомаркировка может способствовать снижению расходов потребителей и продавцов из-за уменьшения затрат времени и усилий для получения информации о продукции. Однако, имеющиеся данные о затратах на экомаркировку и достигаемых результатах пока не позволяют сделать обоснованное заключение об эффективности данного инструмента.
В деле обеспечения продовольственной и экологической безопасности важная роль принадлежит реформе технического регулирования, которая, однако, по мнению ряда экспертов, в нашей стране носит «ползучий» характер и осуществляется недостаточно активно [18]. Об этом свидетельствует незначительное количество принятых технических регламентов, хотя полный переход к новой системе технического регулирования предусматривалось завершить к 2010 г. Кроме того, внесение поправки в закон «О техническом регулировании» в 2007 г [19]. и разработка проекта нового закона «О стандартизации» свидетельствуют о сворачивании реформы и постепенному возврату к традиционному регулированию. Проект технического регламента «Об экологической безопасности», разработанный еще в 2005 г., также до сих пор не принят [20]. Между тем, реформа могла бы существенно снизить рынок обязательного подтверждения соответствия. Так, например, в пищевой отрасли в России до недавнего времени обязательной сертификации подлежало около 80% всей выпускаемой и ввозимой продукции, тогда как в странах ЕС это соотношение диаметрально противоположное, и обязательную сертификацию проходит около 20% продукции [21, C.40].
В отношении экологической сертификации продукции ситуация осложняется тем, что в нашей стране она изначально носит добровольный характер за исключением объектов оборонной отрасли и оборудования опасных промышленных объектов, эксплуатация которых может привести к техногенным авариям [см. 22, ст.22]. Под экологической сертификацией понимают подтверждение соответствия экологическим требованиям, установленным в нормативно-технической документации. Объектами экологической сертификации могут выступать предприятия и производства, продукция, производство или использование которой сопровождается ущербом для окружающей среды, а также системы экологического менеджмента предприятий. Установление статуса экологического сертификата и экологического знака соответствия гарантирует со стороны специально уполномоченных органов соблюдение требований природоохранного законодательства, стандартов экологической безопасности и рационального природопользования [23, C.389].
В российских условиях большинство производителей конкурирует на локальных рынках с отечественными же продавцами, не имеющими ни экологических сертификатов, ни знаков экомаркировки. В результате, значительная доля на рынке несертифицированной продукции сдерживает спрос на экологическую сертификацию. Вместе с тем выборочные исследования, проведенные в 2008–2009 гг. показали, что доля предприятий в пищевой отрасли, удачно сертифицировавших продукцию по международным стандартам, возросла до 25,8% за период 2001–2004 гг. (для сравнения, в 1998–2000 гг. положительный результат получили только 10,9% предприятий) [cм. 24]. Сертификацию по международным требованиям в основном осуществляли успешные предприятия с устойчивым финансовым положением, в том числе, и компании-экспортеры.
Активизация российских предприятий в отношении экологического подтверждения соответствия продукции может произойти также и при изменении покупательских предпочтений российских потребителей в пользу экологически безопасной продукции. Пищу для размышлений в этом отношении дают результаты социологического исследования по вопросам поведения потребителей, проведенного в 17 странах мира, включая Россию, организацией «National Geographic» в 2009 г. Согласно этим результатам, по экологическому индексу «продуктов питания» Россия заняла десятое место, незначительно опередив Испанию, Венгрию, США, Бразилию, Японию, Аргентину и Мексикуd. Так, российские респонденты снизили потребление питьевой бутилированной воды «ежедневно или несколько раз в неделю» с 47% до 41%. Россияне употребляют мясо и рыбу, как минимум, 1 раз в неделю, отдавая предпочтение продуктам местного происхождения. Возможно, эти положительные изменения связаны не только с лучшим пониманием экологически устойчивого потребления, но, скорее всего, объясняются влиянием экономического кризиса, снижением доходов и покупательской способности населения.
Для информирования потребителей или ликвидации асимметрии информации необходима специальная подготовка и производителей экологически безопасной продукции. Это особенно важно для продвижения технически сложных устройств. Однако и в случае производства продуктов питания такие усилия также необходимы, они должны сопровождаться профессиональной рекламой со стороны оптовых и розничных продавцов, транспортных организаций. Иными словами, актуальна подготовка не только специалистов по экологически чистому производству и зеленому маркетингу, но и журналистов, телеведущих и PR-специалистов, способных правильно вырабатывать коммуникативную политику, доносить до потребителей информацию об экологических выгодах новых видов продукции по сравнению с традиционной номенклатурой.
Большое значение для реализации интегрированного подхода к продуктовой политике имеет модернизация производственных процессов на основе принципа наилучших существующих технологий. Решению этой задачи последние годы в России также уделяется заметное внимание. При этом предстоит не только модернизировать с ориентацией на НСТ производственные процессы в ключевых отраслях, но и настроить на эти технологии всю систему экологического нормирования. Для разработки конкретных предложений по внедрению принципов НСТ потребуется время, поскольку подобные технологии должны отвечать последним экономически доступным достижениям науки при минимальном воздействии на окружающую среду. Кроме того, при разработке инновационных технологий, особенно в критических областях, необходимо обеспечить их экологическую безопасность во всем жизненном цикле, поскольку только в этом случае можно гарантировать их минимальное экологическое воздействие. То же касается и намечаемого в РФ перехода к экологическому нормированию и последующему взиманию экологических платежей на основе НСТ. Этот переход тоже не может осуществиться мгновенно, так как для этого необходимо, во-первых, составить реестр наилучших существующих технологий по шести тысячам видов, и, во-вторых, определить путем сравнения с НСТ, опасные и критичные технологии, которые потребуют немедленной замены. В РФ планируется завершить работу над составлением реестра НСТ к 2014 г., увеличить плату за негативное воздействие на окружающую среду в пять раз в 2011 г. и в двадцать раз к 2016 г.e
Что касается разработки других инструментов интегрированной продуктовой политики в целях экологизации спроса и предложения, то применительно к российским условиям с учетом масштаба предстоящих задач важно наметить приоритетные цели. Так, по аналогии со снижением энергоемкости ВВП на 40% к 2020 г. за счет рационального и экологически ответственного использования энергии и энергоресурсов [cм. 25; 26], следует установить количественные цели также и для снижения ресурсоемкости ВВП, что подстегнет перестройку сознания основных стейкхолдеров в сторону экологического жизненного цикла продукции. Применение экологической маркировки и сертификации продукции, разработка и проектирование экологически безопасной продукции, внедрение систем экологического менеджмента, повышение экоэффективности процессов, продукции и услуг на предприятиях, в муниципалитетах и на уровне регионов за счет изменения практики хозяйствования и внедрения подходов экологически более чистого производства должно стать первым этапом экологической модернизации экономики. Осуществление этого этапа позволит ускорить переход к новым «прорывным» технологиям и повысить конкурентоспособность российской экономики в целом. Вместе с тем, определяя предстоящие задачи и сроки их реализации, представляется целесообразным соотнесение этих ориентиров с реализуемыми в ЕС перспективными изменениями.


Литература
1. «On the State of Implementation of Integrated Product Policy». Report from the Commission to the Council, the European Parliament, the European Economic and Social Committee and the Committee of the regions. Brussels, SEC (2009)1707 final.
2. Об утверждении Доктрины продовольственной безопасности Российской Федерации. Указ Президента Российской Федерации от 30 января 2010 г. № 120
3. http://top.ru/society/22/01/2011/531638.shtml
4. Стенографический отчет о заседании президиума Государственного совета по вопросам совершенствования государственного регулирования в сфере охраны окружающей среды от 27 мая 2010 г. Электронный ресурс. http://www/kremlin/ru/news/7980
5. Перечень поручений по итогам заседания президиума Государственного совета. От 7 июня 2010 г. Электронный ресурс. http://www/kremlin/ru/news/7980
6. Oosterhues F., Rubik F., Scholl G. Product Policy in Europe: New Environmental Perspectives. 1996. Dordrecht, Boston, London: Kluwer Akademic Publishers.
7. Rehfeld A K.-M., Rennings K., Ziegler A. Integrated Product Policy and Environmental Product Innovations: An Empirical Analysis // Ecological Economics. 2007. Vol.61. Issue 1. P. 91–100.
8. «Оn the State of Implementation of Integrated Product Policy». Commission Staff Working Document accompanying the Report from the Commission to the Council, the European Parliament, the European and Social Committee and the Committee of the regions. Brussels, COM (2009) 693 final.
9. «Integrated Product Policy — Building on Environment Life-Cycle Thinking». Communication from the Commission to the Council and the European Parliament of 18 June 2003. Brussels, COM (2003) 302 final.
10. Sustainable Production and Consumption/ Sustainable Industrial Policy framework with the 2008 SCP/SIP Action Plan. Brussels, COM (2008) 397.
11. Rohn H., et al. Identification of technologies, products and strategies with high resource efficiency potential — results of a cooperative selection process. WP 1.3 Wuppertal, 2009.
12. A study analyzing national and international developments with regard to Integrated Product Policy in the environment field and providing elements for an EC policy in this area. European Commission, DGXI. Ernst&Young and Science Policy Research Unit March 1998.
13. «Europeans’s attitudes towards issue of sustainable consumption and production». The Flash Eurobarometer (Flash № 256). Analytical Report.
14. Giraud G. Organic and Origin-Labeled Food Products in Europe: Labels for Consumers or from Producers? // W. Lockeretz (ed). Ecolabels and the Greening of the Food Market. Proceedings of a Conference, November 7–9, 2002. Tufts University, Boston, Massachusetts, 2003.
15. Retailers’ Environmental Action Programme / http://ec.europa.eu/environment/industry/retail.pdf/reap-tor.pdf.
16. http://www.food-scp.eu/
17. Sergienko O., Nemudrova N. Environmentally Friendly Food Production in St. Petersburg, Russia: Consumers’ Awareness and Ecolabeling Scheme Development // W. Lockeretz (ed). Ecolabels and the Greening of the Food Market. Proceedings of a Conference, November 7–9, 2002. Tufts University, Boston, Massachusetts, 2003.
18. Краснова П.В. Система технического регулирования в России: возможное и ожидаемое воздействие на конкуренцию // Вопросы экономики. — 2009. — № 11. — C. 110–123.
19. ФЗ от 1 мая 2007 г. № 65-ФЗ «О внесении изменений в закон «О техническом регулировании».
20. . Проект ФЗ «Об общем техническом регламенте «Об экологической безопасности». — Электронный ресурс http://www.allmedia.ru/newsitem.asp?id=745382.
21. Сергиенко О.И. (ред.) Управление пищевой безопасностью. — СПб.: СПбГУН и ПТ, 2008.
22. ФЗ от 21 июля 1997 г. № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (с изменениями от 30 декабря 2008 г.).
23. Пахомова Н.В., Эндрес А., Рихтер К. Экологический менеджмент. — СПб.: Питер, 2003.
24. Авдашева С. Спрос на сертификацию: теория и данные о модернизации российских предприятий // Вопросы экономики. — 2009. — № 11. — С. 136–149.
25. Указ Президента РФ №889 от 04.06.2008 «О некоторых мерах по повышению энергетической и экологической эффективности российской экономики»
26. ФЗ РФ от 23 ноября 2009 г. № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации.
27. http://esa.un.org/marrakechprocess/index.shtml/
28. Kozlovska B., Coevering H. Product-related Environmental Policy//I. Zbicinski, L. Ryden (eds.) Product Design within Environmental Management Systems. Working material. Uppsala: The Baltic University Programme, 2003. P. 211.
29. Молчанов Я.П., Гусев Т.В. Международный опыт экологической маркировки: перспективы применения в России // Компетентность 5/56/2008. С.23–30.
30. Анисимов И.В., Гордышевский С.М., Сорокин Н.Д. Экологическая маркировка как инструмент современного маркетинга: получение, применение и преимущества. 2008 // http://www.ecounion.ru.
31. Greendex 2009: Consumer choice and the environment — a worldwide tracking survey. Highlights Report, May 2010. — National Geographic, Globescan, 2009

1 Марракешский процесс, инициированный в 2003 г. для политической поддержки усилий по реализации Йоханесбургского Плана действий в части раздела III (Изменение практики неустойчивого потребления и производства), представляет собой платформу для обсуждения и разработки 10-летней Рамочной программы по устойчивому потреблению и производству. Ее первые результаты предполагается обсудить на совещании на высоком уровне, которое планируется провести при участии UNEP (Экологической программы ООН) в начале 2011 г. [cм.: 27].
2 Наряду с официальными документами, в том числе принятыми в ЕС в последние 2–3 года (напр., Sustainable Production and Consumption/ Sustainable Industrial Policy framework with the 2008 SCP/SIP Action Plan), соответствующие предложения содержатся и в научной литературе [cм., напр.: 28]. См. также аналитические отчеты: Green Transformation towards Sustainable Industrial Policy. Sustainable Production and Сonsumption. Institute of Industrial Ecology, 2009; Systemic changes and sustainable consumption and production. Cases from product-service systems/ O. Mont, T. Emtairah. The International Institute for Industrial Environmental Economics (IIIEE), Lund, 2008.
3 Вопросы восприятия информации об экологических характеристиках продукции и формы ее представления, доступные и понятные для потребителя, пока не исследованы; отдельные результаты приводятся, например, в следующих работах [см.: 29; 30].
4 При этом экологический индекс понизился в России в 2009 г по сравнению с 2008 г. с 60,3 до 59,0 [cм.: 31].
5 Об этих целях шла речь в докладе Ю.П. Трутнева «О состоянии и мерах по улучшению экологической безопасности Российской Федерации» на «Правительственном часе» 21 октября 2009 г., г. Москва.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2021
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия