Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (37), 2011
ПРОБЛЕМЫ НАУКИ И ОБРАЗОВАНИЯ
Балыхин М. Г.
проректор по инновационной работе Московского государственного университета технологии и дизайна,
кандидат экономических наук

Свиридова А. Э.
доцент кафедры повышения квалификации Российского университета дружбы народов (г. Москва)

Полезно ли для России объединение с Европой в сфере образования?
(проблемы менеджмента и маркетинга отечественных образовательных услуг)
Рассматриваются вопросы вхождения российского образования в систему европейского образования, последствия, с которыми может быть связан этот процесс, повышения качества и конкурентоспособности образовательных услуг
Ключевые слова: качество образования, управление образованием, человеческий капитал, образовательное пространство

Несмотря на то, что Российская Федерация встала на путь реформирования отечественной системы образования и объективно добилась немалых положительных результатов, тем не менее, в российском образовании существуют проблемы, которые не удается разрешить оптимальным образом, а именно:
— средства, выделяемые на развитие образования, не соответствуют его масштабам и потребностям;
— продолжается снижение качества образования;
— снижается конкурентоспособность учреждений образования и их выпускников на глобальном рынке;
— структура системы образования не соответствует потребностям экономики;
— образование перестает работать как механизм социального перемещения;
— высшая школа не готовит инноваторов.
Есть ли в этой связи у российского образования реальные шансы занять весомые позиции в системе европейского образования? Каковы на современном этапе взаимосвязи международного рынка образовательных услуг с международным рынком труда? Теоретически рынок образовательных услуг и рынок труда должны полностью коррелировать, т.е. находиться в тесной взаимосвязи друг с другом. Студентами на современном этапе выбираются программы подготовки в области определенных наук, а именно: бизнес, лингвистика, социальные, юридические, инженерные науки. Выбираются они потому, что данные специальности востребованы на европейском рынке труда. О тесной связи образовательного рынка и рынка труда свидетельствуют такие факты: большие промышленные корпорации, занимаясь формированием собственного человеческого, профессионального капитала, предлагают профессионально ориентированные образовательные программы для специалистов необходимого им профиля. Это один из путей преодоления функциональной неграмотности.
В Европе, как известно, составляются краткосрочные и долгосрочные прогнозы в отношении спроса на образовательные услуги и потребности рынка труда. В России, как мы знаем, рынок перенасыщен юристами, экономистами, но не хватает инженеров, квалифицированных врачей и т.д. Планирование еще на этапе выделения вузовских мест под ту или иную специальность должно учитывать потребности рынка труда.
Итак, понятно, что вхождение России в международный рынок — требование времени. С какими негативными для России последствиями может быть связан этот процесс? Россия не должна отвергать новаций, как и слепо копировать их. Профессор Вербицкий А.А. в одной из своих статей собрал аргументы оппонентов по поводу того, будет ли полезно для России объединение с Европой в сфере образования. Во-первых, введение многоуровневой системы ведет к разрушению традиционной для России подготовки кадров. Вместе с тем эта система хорошо себя зарекомендовала в нашей стране и других странах, для которых мы готовили и готовим специалистов. Во-вторых, дифференциация ступеней образования — один из скрытых способов сокращения его финансирования: мы знаем, что за магистратуру платит в большинстве случаев учащийся, а не государство. В-третьих, российский рынок труда не готов рассматривать бакалавров как людей с высшим образованием. В-четвертых, более широкое признание российских дипломов на Западе может расширить масштабы утечки мозгов и приведет к отрицательным последствиям в науке и образовании России. В-пятых, создание сопоставимой с европейской системы степеней изменит обучение. Акцент с процесса обучения сместится на его результат, оценку. Поэтому можно сказать, что реформы необходимы, но они должны опираться на понятную россиянам научную основу, соответствовать лучшим традициям российского образования, не провоцировать социальные и экономические потрясения.
Возникает — в связи с обсуждаемой темой — закономерный вопрос: в чем сущность обострения конкуренции на рынке образовательных услуг? В 1970-е — 80-е гг. ХХ в. распространение получила концепция «футурологии образования» О. Тоффлера, суть которой сводится к следующему: изменение роли знания в обществе дает жизнь новому способу создания общественного богатства. Трансформируется само понятие власти в обществе. В разные исторические периоды характер господствующей власти определяли три источника: сила, деньги и знание. Знание сейчас все очевиднее признается властью высшего качества и эффективности, обладая рядом очевидных преимуществ: бесконечностью, неисчерпаемостью, общедоступностью, демократичностью. Наконец, именно знание подчинит силу и деньги.
Российский академик А. Субетто, конкретизируя концепцию информатизации общества, выделяет главные тенденции развития как мировой цивилизации, так и российского общества: 1) сосуществование двух классов мировых экономик — «горячих» или интеллектуалоемких и «холодных», использующих традиционные технологии и низкоквалифицированное население; 2) возрастание системности и связанности экономик. В механизмах конкуренции «горячих» экономик происходит уже сейчас революция качества (переход от ценовой конкуренции и конкуренции качества товаров к конкуренции технологий, инвестиций, качества человека и образования; появляются — наряду с товарной конкуренцией — конкуренция качества интеллектуальных ресурсов, экспортирование интеллекта, интеллектуализация производительных сил, уравнивание в правах систем образования.
В свете наблюдаемых перемен требует обсуждения следующая проблема: какие социально-экономические меры могут сделать отечественное образование не только международно-ориентированным, но и стрессоустойчивым? Управление образованием можно считать важнейшим ресурсом обеспечения его устойчивости. Даже финансовая устойчивость, будучи самодостаточной, не все решает в этом вопросе. Традиционно к количественным критериям устойчивости любой организации и образования в частности относятся: доля рынка, уровень технологий, прибыль, объем продаж и затрат, уровень использования ресурсов и возможностей. Значимы и качественные критерии, к примеру, знание рынка, способность избегать рисков, ряд других. Вместе с тем, для отечественного образования важны и результаты управления им, и собственно процесс управления. В таком случае, на наш взгляд, критерии и приоритеты устойчивости выглядят следующим образом: обеспечение минимума затрат при достижении постоянного результата (так называемая организованность), способность сохранять основные показатели эффективности при изменении задач (универсальность), способность достигать целей при изменении параметров деятельности (результативность), управляемость. Последнее предполагает императив развития, изменения, качества.
Что в настоящее время принято понимать под качеством образования, с помощью каких механизмов на европейском рынке оно достигается? В понятие качество включают, как минимум, 5 составляющих: качество профессорско-преподавательского состава (его научный и педагогический потенциал); качество контингента учащихся (их базовые знания, желание и умение учиться); качество управления учебным процессом, менеджмент учебного процесса (его логичное построение, разбиение на модули, организация междисциплинарных связей); качество учебных, образовательных программ, учебников, пособий и их соответствие стандартам. Как известно, стандарт — это гарантии государства и вуза перед человеком, желающим получить образование в конкретной стране и конкретном вузе; контроль качества (наличие системы объективных экзаменов, например, в письменной форме, ясных для учащегося критериев оценки, объективность процедуры проведения и т.д.);
Эти 5 составляющих являются механизмами достижения качества образования. В Европе предпринимаются разные меры для достижения и сохранения качества образовательных услуг: к примеру, создана централизованная система сертификации качества образовательных услуг.
Анализируя причины фактического отсутствия российских вузов в международном рейтинге, нельзя не задаться вопросом: в чем причина фактического отсутствия российских вузов в международном рейтинге? какими могут быть последствия сложившейся ситуации? В рассуждения на данную тему можно выделить две глобальные причины, которые отмечают аналитики и функционеры в области образования: политическая и системная. Существует два наиболее престижнейших международных рейтинга: рейтинг Шанхайского университета и рейтинг специализированного приложения к лондонской Times (The Times Higher Education Supplement). Оба эти рейтинга частично отличаются в критериях отбора и ранжирования вузов, но схожи в одном — в них практически не присутствуют российские вузы (МГУ занимает 90 место в Лондонском рейтинге и 70 место — в Шанхайском). Нередко объясняют сложившуюся ситуацию «происками конкурентов» и политическими аспектами, в соответствии с которыми России не дают развиваться, всячески усложняют процесс вхождения в ЕОП и привлечения иностранных студентов. Критерии отбора таковы: по качеству образования, качеству преподавательского корпуса, избирательности при приеме, финансовым ресурсам.
В критерии отбора вузов по шанхайскому рейтингу включены: число выпускников, получивших Нобелевскую премию или медаль Филдса, число преподавателей — лауреатов Нобелевской премии или медали Филдса; цитируемость исследователей вуза в журналах Nature и Science, число статей сотрудников вуза, включенных в международные индексы цитируемости.
Критериями отбора вузов по рейтингу The Times Higher Education Supplement являются: мнение научного сообщества (опрос 3703 ученых по всему миру о ведущих вузах в их области знаний); мнение работодателей (опрос 736 кадровиков); соотношение числа студентов и преподавателей; число иностранных преподавателей и сотрудников; доля иностранных студентов; соотношение показателя цитируемости сотрудников университетов и числа исследователей в вузе.
В числе причин отметим и системную причину. Уже несколько лет в России официальный рейтинг вузов составляется Министерством образования и науки. Все вузы подразделяются на несколько категорий: отдельно сравниваются классические университеты, отдельно — технические и технологические вузы, отдельно — медицинские и так далее. Каждый вуз оценивается по 40 с лишним параметрам; данные для оценки предоставляют сами вузы. При этом критериями оценки являются: число докторов наук, кандидатов наук, членов РАН, общее число штатных преподавателей, число защищенных диссертаций, объем госбюджетных работ и освоенных грантов на научные исследования. По этим параметрам нельзя полноценно судить о качестве предоставляемого образования для абитуриентов. Итак, причины — неадекватные параметры отбора, бюрократический аспект предоставления информации вузами, отсутствие данных о трудоустройстве и заработной плате выпускников и т.д.
Существуют различные способы повышения мотивации вузов к инновационной деятельности, один из них — налоговое регулирование. Какие налоговые механизмы стимулируют инвестиции в развитие человеческого капитала? Как известно, вузы приравниваются к некоммерческим организациям. Если взять за пример опыт стран ЕС, то там вузы освобождены от уплаты таких налогов, как налог на имущество, на землю, на прибыль от инновационной деятельности. В РФ подобные меры, к сожалению, не прижились. Российские вузы платят налоги и за землю, и за имущество, облагаются налогом на прибыль на общих основаниях. Однако снижение или отмена налога на прибыль от осуществления НИОКР может не только значительным образом стимулировать вузы к созданию высоких технологий и инноваций, но и расходовать полученную прибыль на оснащение лабораторий или обновление материально-технической базы, что в сложившейся ситуации вузам абсолютно не выгодно. То же касается и бизнеса. Если предприятие активно вкладывает средства в повышение квалификации своих работников и создает наукоемкую продукцию, то этим предприятиям также можно предоставлять налоговые льготы (НДС и НП) по определенным позициям.
Россия занимает третье место в мире по числу ученых, входит в число лидеров по государственным расходам на научную деятельность. Почему по результатам научной деятельности наша страна находится далеко не на передовых позициях? Анализируя данную проблему, можно обнаружить, как минимум, две объясняющие ситуацию причины: во-первых, это прямое следствие слабого взаимодействия научных и образовательных организаций, государства, бизнеса; результат недостаточного привлечения частных инвестиций в науку. Если бизнес вкладывает средства в исследования, это должно стимулироваться государством через систему налогов, субсидий и т.д. Мы должны максимально эффективно использовать государственные ресурсы, направляемые в науку, и сосредоточивать эти ресурсы на фундаментальных и прорывных направлениях, особенно в тех сферах, от которых зависит безопасность страны и здоровье человека.
Во-вторых, это подтверждается проведенным нами эконометрическим анализом: расходы на образование и инвестиции в основной капитал обладают свойством так называемого замедленного действия — имеется в виду, что эти расходы дают не моментальный результат, а требуют определенных временных затрат (в нашем исследовании по расходам на образование — 2 года, по инвестициям — 1 год). Но это математические выкладки, которые не в полной мере учитывают все аспекты реальной экономики. В реальности временной лаг от момента начала активного финансирования образования до получения ощутимого результата может длиться и 5, и 10 лет.
Правомерен вопрос о том, как сделать Россию, ее образование привлекательными для иностранцев? Очевидно, что в этой связи основными задачами для увеличения иностранного контингента в России являются следующие: обновление аппаратного и технического оснащения вузов; создание условий оперативного получения визы, возможность частичной занятости, создание условий проживания, соответствующих европейским стандартам; гарантии личной безопасности; академическая мобильность преподавателей и студентов; придание известности вузам на международном рынке; создание специализированных программ для иностранцев; предоставление вариантов широкого выбора вузов для обучения; соответствие мировым образовательным стандартам; предоставление стипендий/грантов.
Как известно, Россия идет по пути формирования экономики и общества знаний. В обществе знаний собственно знания должны быть открытыми для желающих. Однако цены на образовательные услуги растут. Существует ли некоторый выход из данной противоречивой ситуации? Исторически образование рассматривалось как процесс предоставления и получения знаний. Однако в эпоху постиндустриального общества и формирования экономики и общества знаний образование приобретает новые свойства — свойства услуги. Соответственно, как и любая другая услуга, образование включает следующие составляющие, а именно: спрос — предложение — стоимость. Поэтому за знания приходится платить. И чем эксклюзивнее знания, тем выше плата за них. Вместе с тем определенный выход из данного противоречия есть. Это электронное или сетевое обучение, с помощью информационных и коммуникационных технологий. Оно уже сейчас широко предлагается в открытых и телеуниверситетах как on-line обучение, управляемое обучение и самообучение.
Позволит ли улучшить ситуацию на рынке образовательных услуг создание и/или восстановление единого образовательного пространства стран СНГ? РФ — потенциально главный образовательный центр для СНГ. Россией сделано в отношении стран СНГ немало: созданы российско-национальные университеты, образовательные ресурсы данных стран пополняются российскими учебниками для детей, школьников, студентов. Россия постоянно и гибко увеличивает квоты на обучение представителям данных стран. Таким образом, страны СНГ имеют право взвешенного выбора, в котором сильны позиции нашего государства. Они во многом определяют контуры рынка образовательных услуг и статус российского образования, а также рынка труда.


Литература
1. Балыхин Г.А. Управление развитием образования: организационно-экономический аспект. — М.: Экономика, 2003.
2. Вербицкий А.А. Реформирование образования в России и Болонский процесс // Высшее образование сегодня. — 2008. — С. 51–56.
3. Гершунский Б.С. Философия образования для ХХI века (В поисках практико-ориентированных образовательных концепций). — М.: Совершенство, 1998.
4. Зарецкая С.Л. Образование в контексте глобализации // Экономика образования.- 2001. — № 4. — С. 34–45.
5. Садовничий В.А. Высшая школа России: ориентиры на будущее (Доклад на VI съезде Российского союза ректоров) //Alma mater. — 2000. — № 2. — С.3–9.
6. Филиппов В.М. Болонский процесс и «Дорожная карта Россия — Евросоюз» // Высшее образование сегодня. — 2008. — № 10. — С.36–39.
7. Фурсенко А.А. Нашему университетскому образованию должен быть возвращен изначальный смысл — неразрывная связь профессиональной подготовки с конкурентоспособными исследованиями // Высшее образование сегодня. — 2008. — № 8. — С. 4.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2021
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия