Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 4 (40), 2011
ФИНАНСОВО-КРЕДИТНАЯ СИСТЕМА. БЮДЖЕТНОЕ, ВАЛЮТНОЕ И КРЕДИТНОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ЭКОНОМИКИ, ИНВЕСТИЦИОННЫЕ РЕСУРСЫ
Соколов Б. И.
профессор кафедры теории кредита и финансового менеджмента экономического факультета
Санкт-Петербургского государственного университета,
доктор экономических наук

Воронов В. С.
доцент кафедры финансов Санкт-Петербургского государственного экономического университета,
кандидат технических наук


Инструменты финансирования, обеспеченные интеллектуальными активами
Статья посвящена формированию нового арсенала инструментов для финансирования инновационных организаций. Отмечено, что в отличие от традиционных финансовых инструментов, новые инструменты должны максимально учитывать особенности интеллектуальных активов, как важнейшего источника инвестиционных ресурсов. Рассмотрены вопросы нормативно-правового обеспечения процесса разработки и вывода новых инструментов на финансовый рынок. Дано описание перспективных инструментов
Ключевые слова: инвестиции, интеллектуальная собственность, интеллектуальный актив, промышленная собственность, обеспечение обязательств, патент, финансовый рынок, финансовый инструмент, залог
УДК 336.713; ББК 65.26

Анализ понятийного аппарата в сфере интеллектуальной собственности, инструментов и институтов рынка интеллектуальных активов, его роли в инновационной экономике, позволяет под особым углом зрения рассматривать современный рынок интеллектуальной собственности, который сформировался и действует как механизм, основными элементами которого являются спрос, предложение и цена.
Интеллектуальная собственность учитывается в процессе хозяйственной деятельности как нематериальный актив, одновременно обладающий следующими характеристиками:
● отсутствие материально-вещественной (физической) структуры;
● возможность идентификации (выделения, отделения) организацией от другого имущества; в) использование в производстве продукции при выполнении работ или оказании услуг либо для управленческих нужд организации;
● использование в течение длительного времени, т.е. срока полезного использования, продолжительностью свыше 12 месяцев или обычного операционного цикла, если он превышает 12 месяцев;
● организацией не предполагается последующая перепродажа данного имущества;
● способность приносить организации экономические выгоды (доход) в будущем;
● наличие надлежаще оформленных документов, подтверждающих существование самого актива и исключительного права у организации на результаты интеллектуальной деятельности (патенты, свидетельства, другие охранные документы, договор уступки (приобретения) патента, товарного знака и т.п.). [7]
Интенсивность операций на рынке и взаимодействие партнеров по сделкам в последние десятилетия многократно возросли, в том числе, за счет бурного развития информационных технологий. Так же как рынки традиционных товаров, мировой рынок интеллектуальной собственности имеет количественные характеристики, отраслевую и географическую структуру, тем не менее, для него характерны специфические правовые нормы, разновидности контрактов и подходы к оценке активов.
Отметим, что вопросы, связанные с инструментами финансирования, обеспеченными интеллектуальными активами, должны привлечь внимание практиков в связи с развитием потенциала человеческого капитала вузов.
Особая форма сделок, присущая рынку интеллектуальной и промышленной собственности, подразумевает монопольное право использования интеллектуальной и промышленной собственности только для партнеров таких сделок и не допускает ее свободного использования конкурентами. Это условие позволяет сохранить главное (с точки зрения предпринимателей) свойство потребительной стоимости изобретений — способность приносить прибавочную стоимость только автору (владельцу) изобретения или его партнерам, приобретающим у него эту способность за вознаграждение.
В настоящее время на различных сегментах финансового рынка финансовые посредники по большей части используют интеллектуальную собственность лишь как эквивалент материальных активов. Это ограничивает использование широкого набора инструментов для финансирования и стимулирования инвестиций, в том числе инвестиций в НИОКР. Тем не менее, даже в сфере обращения кредитных инструментов постепенно получают распространение нововведения, которые затрагивают меры, направленные на защиту имущественных интересов кредитора при возможном нарушении заемщиком-патентовладельцем принятых на себя обязательств. Эти нововведения уже реализованы в установленных законодательством способах обеспечения исполнения обязательств, среди которых наиболее эффективным является залог.
Предметами залога, которые владелец интеллектуальной собственности имеет возможность предоставить в обеспечение обязательств, продолжая ее использование, в том числе с получением дохода, могут быть:
1. Исключительные права на объекты интеллектуальной и промышленной собственности, удостоверяемые патентами и свидетельствами;
2. Денежные потоки (в том числе ожидаемые) роялти, поступающие владельцу интеллектуальной собственности по существующим лицензионным соглашениям об использовании, уступке и переуступке его исключительных прав.
В российском законодательстве возможность залога (в том числе последующего залога) исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности предусмотрена статьями 1232 и 1233 части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), вступившей в силу в 2008 году. Пунктом 5 статьи 1233 установлено, что залогодатель (правообладатель) вправе, в течение срока действия договора о залоге, использовать предмет залога — результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, и распоряжаться исключительным правом на такой результат или на такое средство без согласия залогодержателя, если договором не предусмотрено иное. Перечень результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана государства, и которые прямо названы в ГК РФ интеллектуальной собственностью, установлен пунктом 1 статьи 1225. Статья 1226 признает исключительное право, являющееся имущественным правом, на все перечисленные в ней объекты интеллектуальной собственности.
При рассмотрении залога в отношении объектов интеллектуальной собственности необходимо выделять как общие положения, так и особенности, относящиеся к разным группам. Общие положения обусловлены, по большей части, срочным характером исключительных прав. В соответствии с пунктом 1 статьи 1230 ГК РФ исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации действуют в течение определенного срока, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. В частности, сроки действия патентов для объектов промышленной собственности составляют:
1. для изобретений — 20 лет;
2. для полезных моделей — 10 лет;
3. для промышленных образцов — 15 лет.
Срок действия патента имеет важнейшее значение с точки зрения кредитора в случае неисполнения обязательства должником, поскольку основным способом обеспечения защиты кредитора является обращение взыскания на заложенные исключительные права и их реализация. Как начальная продажная цена заложенного патента, так и интерес потенциальных приобретателей напрямую зависят от того, в течение какого срока после приобретения этого патента, например, на торгах, можно будет использовать соответствующий объект интеллектуальной собственности, запрещать такое использование другим лицам и распоряжаться исключительными правами на этот объект. Среди других общих особенностей важной также является необходимость государственной регистрации договора о залоге исключительного права на объект интеллектуальной собственности в случаях, когда установлена необходимость государственной регистрации самого объекта (пункты 2 и 3 статьи 1232 ГК РФ). В частности, государственной регистрации подлежат следующие объекты:
● программы для ЭВМ и базы данных (статья 1262 ГК РФ, осуществляется по желанию правообладателя);
● изобретения, полезные модели, промышленные образцы (статья 1353 ГК РФ);
● селекционные достижения (статья 1414 ГК РФ);
● топологии интегральных микросхем (статья 1452 ГК РФ, осуществляется по желанию правообладателя);
● товарные знаки (статья 1480 ГК РФ);
● наименования места происхождения товаров (статья 1518 ГК РФ).
Порядок государственной регистрации договоров о залоге (последующем залоге) исключительных прав на изобретение, полезную модель, промышленный образец, зарегистрированную топологию интегральной микросхемы, был установлен Постановлением от 24 декабря 2008 № 1020 Правительства РФ. Федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, осуществляющим государственную регистрацию договоров (а также расторжение и изменение их существенных условий) назначена Федеральная служба по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам (Роспатент). Постановлением установлено, что обязательными условиями государственной регистрации являются: наличие действующей правовой охраны указанных объектов интеллектуальной собственности (т.е. они должны быть зарегистрированы в соответствующих государственных реестрах); возмездность договора; отсутствие в нем внутренних противоречий.
Еще одной важной общей особенностью залога исключительных прав является наличие у владельца объекта интеллектуальной собственности правомочия запрещать другим лицам использовать этот объект. В частности, пункт 2 статьи 1250 ГК РФ устанавливает применение способов защиты интеллектуальных прав, предусмотренных Кодексом, как по требованию правообладателей и организаций по управлению правами на коллективной основе, так и по требованию иных лиц в случаях, установленных законом. Тем не менее, залогодержатели (кредиторы) не названы в числе лиц, которые могут защищать интеллектуальные, в том числе исключительные, права.
В связи с этим, стороны в договоре о залоге вправе дополнительно указывать на обязанность залогодателя предъявлять соответствующие требования к нарушителям заложенного исключительного права. Неисполнение залогодателем такого обязательства может являться основанием для досрочного возврата средств, полученных по обеспеченному залогом кредитному договору.
Из особенностей, относящихся к разным группам объектов интеллектуальной собственности, рассматриваемым в качестве предмета залога, наиболее важны особенности, характерные для указанных выше объектов патентных прав — изобретений, полезных моделей и промышленных образцов. Исключительные права на такие объекты действуют при условии периодической (в РФ — ежегодной) уплаты патентных пошлин за их поддержание в силе. Это обстоятельство накладывает на залогодателя-патентовладельца обязательство контролировать сроки, производить своевременную уплату пошлин, и предоставлять залогодержателю-кредитору соответствующие доказательства. На практике, в подобных договорах рекомендуется указывать на обязательство залогодателя поддерживать в силе патент, удостоверяющий закладываемое исключительное право, а также на право залогодержателя, в случае неуплаты залогодателем патентной пошлины в установленный срок, уплатить патентную пошлину за залогодателя, с возложением на последнего понесенных затрат. Кроме того, в таком договоре обычно предусматривается, что неисполнение залогодателем обязательства по поддержанию патента в силе может служить основанием для досрочного возврата средств, полученных по обеспеченному залогом кредитному договору [4].
В отечественной экономической периодике сообщения об использовании объектов интеллектуальной собственности в качестве обеспечения кредитных обязательств до выхода в 2008–2009 гг. основных нормативных документов, регламентирующих залог исключительных прав, были очень немногочисленными. Однако 2009 г. стал переломным в этом процессе — в Годовом отчете Роспатента было сообщено о регистрации 16-и договоров о залоге в отношении товарных знаков. В 2010 г. было зарегистрировано 8 договоров о залоге исключительных прав на изобретения и полезные модели, и 62 договора о залоге в отношении 195-и товарных знаков, причем, в 60-и договорах фигурируют российские правообладатели (145 товарных знаков) [6].
В 2011 г. сообщения о регистрации договоров о залогах патентов и товарных знаков стали обычным явлением в разделах прочих объявлений Бюллетеней «Изобретения. Полезные модели» и «Товарные знаки, знаки обслуживания и наименования мест происхождения товаров», выпускаемых Роспатентом в электронной и бумажной форме, соответственно, первый — 3 раза, второй — 2 раза в месяц. В качестве залогодержателей в договорах фигурируют, во-первых, российские коммерческие банки, такие как Сбербанк РФ, Альфа-банк, Россельхозбанк, Новикомбанк, Эргобанк и др.; во-вторых, иностранные банки: Дойче Банк Актиенгезельшафт, Коммерцбанк АГ, Кредит Суисс АГ, Роял Бэнк оф Скотленд ПЛС (Великобритания) и др.; в-третьих, небанковские организации, такие как Государственная Корпорация «Российская корпорация нанотехнологий», Казенное предприятие «Дирекция по реализации республиканских целевых программ развития Республики Мордовия», ЗАО «Сигма» и другие.
По срокам действия договоров уже можно выделить краткосрочные, от нескольких месяцев до года; среднесрочные — от 1 года до 5–6 лет; и долгосрочные — на десять и более лет, включая договоры, в которых срок действия ограничен окончанием срока действия патентов. В последнем случае срок действия договора залога может достигать 19–20 лет.
Таким образом, тенденция к быстрому расширению практики кредитования под залог интеллектуальной собственности не только подчеркивает востребованность данного вида финансирования, но также подтверждает правильность выбранного направления формирования законодательной базы.
Зарубежная практика более обширна, особенно в отношении использования в качестве залога авторских прав на музыкальные произведения, кинофильмы, телевизионные серийные передачи. То же относится к использованию денежных потоков, в том числе будущих поступлений роялти от лицензирования исключительных прав на перечисленные виды объектов. Не менее многочисленны сообщения об использовании в качестве залога патентов на изобретения и товарных знаков. В частности, уже в 2007 г. результат опроса компаний малой и средней капитализации, работающих в сфере высоких технологий на северо-востоке США (6 штатов) показал, что 18% из них использовали свои патенты для обеспечения финансирования [14].
Банки не всегда берут на себя риск выдачи кредитов, обеспеченных одними только интеллектуальными или другими нематериальными активами, поэтому во многих случаях для таких активов применяют механизмы повышения кредитного качества. Часто для структурирования подобных сделок привлекаются специализированные страховые компании, такие как американская компания IPISC (Intellectual Property Insurance Services Corp., http://www.patentinsurance.com) имеющая 20-летний опыт работы на рынке интеллектуальной собственности. Ею были созданы и впервые опробованы на практике многие страховые продукты, предназначенные для эффективного управления патентными рисками и повышения качества кредитных обязательств, обеспеченных патентами.
В этом же направлении несколько лет активно работает Samian Underwriting Agency — специальное розничное отделение английской компании Safeonline, LLP, (http://www.samian-underwriting.com) и ряд других страховщиков, а также финансовые компании, предоставляющие финансовые гарантии. В частности, финансовый пакет, включающий страховой полис, финансовую гарантию, и расчет стоимости патентов, выполненный профессиональным оценщиком, позволил небольшой технологической компании GIK Worldwide (Калифорния) привлечь кредит в сумме $17 млн на основе общей оценки ее патентного портфеля в сумме $57 млн
В целом соотношение объема кредита к оценочной стоимости интеллектуального актива (LTV) в пределах 10%–40% наиболее характерно для такого вида сделок. Например, компания IP Innovations Financial Services, Inc (США), предоставляет заемщикам гарантии по кредитам, обеспеченным активами промышленной собственности. Если такой актив является лицензированным патентом с доходными потоками роялти, то соотношение суммы кредита к стоимости актива может достигать 40%; если стоимость патента трудно оценить, заемщик может рассчитывать лишь на 10%.
В отношении исполнения гарантии в случае дефолта заемщика указанная компания отводит на ликвидацию объекта интеллектуальной собственности 6 месяцев, вместо 2–3 месяцев в случае продажи обычных долгов или материальных активов [12].
Интеллектуальные активы уже использовались в качестве обеспечения и в кредитных сделках с вторичным залогом (Second-lien loan). Структура таких сделок бывает различной, но в частности предусматривается, что, действуя как страховая защита для кредита, выданного в виде субординированного финансирования под реальные материальные активы, интеллектуальный актив, в случае дефолта заемщика, поступает в распоряжение кредитора в качестве дополнительного необремененного залога. Поскольку в таких случаях вторичные кредиторы получают преимущество первой очереди на интеллектуальные активы, и второй очереди — на материальные, такие сделки дают им намного более выгодную позицию в отношении залога [10]. Например, в 2004 г. по такой схеме была структурирована сделка рефинансирования задолженности компании Lewi Strauss. По условиям сделки Bank Of America выдал кредит в сумме $500 млн рассчитанный на 6 лет, и обеспеченный в качестве первичного залога стоимостью товарных знаков, а в качестве вторичного — текущими активами компании. Стороны посчитали важным отметить в итоговых пресс-релизах, что этот залоговый пакет представляет существенную стоимость по отношению к сумме выданного кредита и находится в старшей позиции относительно необеспеченной задолженности компании [13].
Как правило, такие сделки доступны лишь компаниям средней и высокой капитализации, владеющим активами, превышающими $100 млн и обладающими хорошими кредитными историями. Кредиторов такие сделки привлекают повышенными процентными ставками, часто на 600–800 базисных пунктов выше ставки LIBOR. Этот факт особо притягателен для инвесторов, требующих повышенной отдачи, таких например, как хеджевые фонды.
Таким образом, узкие спрэды в сделках с первичным залогом (как правило, превышение ставки LIBOR составляет не более 200–300 базисных пунктов) и рыночная конкуренция заставляют инвесторов искать более доходные сделки на рынке кредитов с вторичным залогом, и как результат, более глубоко вникать в структуру капитала компаний, использовать более нетрадиционные, в том числе интеллектуальные активы для генерации доходов.
Выше уже отмечалось, что предметами залога, которые владелец интеллектуальной собственности имеет возможность предоставить в обеспечение своих обязательств, являются также денежные потоки роялти и других лицензионных платежей, поступающие в качестве компенсации за использование объектов интеллектуальной собственности от лицензиатов. В частности, в 2004 г. ATD Corp., производитель современных изоляционных материалов, получила кредит $2 млн, выданный финансовой компанией GMAC Commercial Finance под обеспечение патентами на изобретения, товарными знаками и лицензионными платежами. Этот кредит являлся лишь частью программы, в которой другие кредиты покрывались дебиторской задолженностью и прочими материальными активами компании. Еще более крупный револьверный кредит в сумме $15 млн сроком на три года был выдан в том же году Лондонским банком Lloyd’s TSB исследовательской компании Cambridge Display Technology — разработчику передовых технологий производства плоских ЖК-дисплеев. В качестве обеспечения кредита был использован портфель фундаментальных патентов компании и лицензионные платежи, поступающие, в том числе от таких производителей, как Siemens и Philips. Эти кредиты также были получены с использованием механизма повышения кредитного качества активов в виде финансовых гарантий, выданных вышеупомянутой компанией IP Innovations.
Выше рассмотрен наиболее распространенный в настоящее время (в том числе и в России) механизм кредитования под залог патентов. Однако в мировой практике быстрыми темпами набирают обороты более сложные сделки с интеллектуальными активами. Это способствует существенному ускорению внедрения финансовых инноваций. Особый интерес представляют: 1) различные виды неконтролирующего долгового финансирования; 2) схемы на основе продажи интеллектуальной собственности с возвратом лицензии; 3) секьюритизация интеллектуальных активов.
Практика организации финансирования корпораций, готовых использовать свою интеллектуальную собственность для обеспечения заимствований с помощью различных долговых инструментов получает все большее распространение. В частности, для неконтролирующего финансирования американских компаний средней рыночной капитализации, которым необходимы средства для целей расширения бизнеса, приобретений, поглощений, выкупов и рекапитализаций предлагается финансирование, часто структурируемое как обеспеченный долг в форме выкупаемых привилегированных акций, в диапазоне $10–$25 млн на инвестицию. Претенденты должны иметь следующие параметры: а) сильный портфель интеллектуальной собственности (например, портфель патентов, имеющих подтвержденную высокую стоимость, и не вызывающих сомнений у контрагентов в отношении своей действительности); б) квалифицированный и опытный управленческий персонал, имеющий значительную долю участия в бизнесе; в) предсказуемый денежный поток, достаточный для покрытия долга в течение срока действия прав на интеллектуальную собственность; г) показатель EBITDA, превышающий $5 млн; д) устойчивые рыночные позиции и потенциал роста.
Для финансовых посредников также может представлять интерес наличие инвестиционных возможностей при банкротствах и кризисах клиентских компаний в тех случаях, когда рынок не сумел распознать истинной стоимости их интеллектуальной собственности, включая ситуации, когда текущий владелец не считает их стратегическим активом, или когда компания не обладает достаточными собственными ресурсами или знаниями для раскрытия полной стоимости своих интеллектуальных активов.
Инвестиции такого рода обычно структурируются в виде обеспеченного долга со следующими основными характеристиками:
— интерес финансового посредника: получение дохода наличными или в ценных бумагах;
— участие в капитале: в форме подвижных варрантов (Detachable Warrant) с номинальной ценой исполнения;
— обеспечение: первичное — вся интеллектуальная собственность, вторичное — все остальные активы заемщика;
— сроки: не превышают сроков действия прав на интеллектуальную собственность (например, патентов, оцененных квалифицированными экспертами).
Менеджеров компаний и владельцев интеллектуальной собственности такое финансирование привлекает минимальным размытием собственного капитала, оно обеспечивает участие лучших в отрасли консультантов по управлению интеллектуальными активами и доступ к лучшим стратегиям по увеличению доли рынка, улучшению конкурентных позиций. Для инвесторов не менее важна минимизация опасности размытия капитала, рост доходности, повышение качества и количества EBITDA за счет долгосрочных поступлений от лицензирования объектов интеллектуальной собственности, рост конечной стоимости. Старшие кредиторы получают дополнительный капитал и рост доходов от использования интеллектуальной собственности, а также улучшение финансового положения заемщика [8].
Другим, менее известным видом финансирования является так называемая продажа интеллектуальной собственности с возвратом лицензии, или IP S/L-B (Intellectual Property Sale/License-Back). Эту опцию финансовые посредники предлагают «продвинутым» патентовладельцам, чьи портфели интеллектуальных активов достаточно наполнены высоколиквидными патентами, в том числе, не дающими быстрой отдачи на текущий момент, но требующими постоянного внимания и затрат на поддержание в силе.
Структура сделки IP S/L-B предусматривает создание компании специального назначения, называемой в данном случае патентным инвестором, или PIE (Patent Investment Entity). Эта компания приобретает портфель патентов у компании — исходного патентовладельца. Одновременно с приобретением патентов PIE выдает неисключительную лицензию исходному патентовладельцу на использование последним данных патентов в производстве. Далее патентовладелец продолжает использовать эти патенты в своей производственной (или иной) деятельности, выплачивая роялти патентному инвестору [2].
Выгодность такой схемы для патентовладельца обусловлена, прежде всего, тем, что он получает единовременное финансирование в объеме стоимости своего патентного портфеля по ставке ниже, чем у любого другого альтернативного источника. Финансирование имеет «чистое» происхождение и транспарентно с точки зрения отчетности. При стратегическом или финансовом приобретении (поглощении) или в совместном предприятии, неиспользуемые интеллектуальные активы генерируют доход, повышается качество управления.
В сделке типа IP S/L-B банк может выступать в качестве кредитора компании специального назначения, или организовать заимствование в качестве посредника. Обеспечением обязательств являются титулы интеллектуальной собственности (патенты), получаемые по сделке от исходного патентовладельца (см. рис.1). Таким образом, происходит перераспределение финансового и операционного риска на компанию специального назначения. В связи с этим в некоторых источниках сделки типа IP S/L-B квалифицируются как сделки секьюритизации.
Рис. 1. Структура сделки продажи патента с возвратом лицензии (IP S/L-B) при участии специализированного финансового посредника
Накопление большого количества различных по форме интеллектуальных активов и информации об их источниках позволило финансовым посредникам перейти к структурированию сделок секьюритизации. Как и в классических схемах секьюритизации ABS (Asset Backed Securitization), построенных на разумно предсказуемых денежных потоках, в секьюритизации интеллектуальных активов используются потоки лицензионных платежей, генерируемые активами промышленной собственности или авторского права, для выпуска новых ценных бумаг, обеспеченных этими активами. Одна из первых сделок была структурирована в 1997 г. для выпуска облигаций, обеспеченных потоком роялти от издания звукозаписей известного рок-музыканта Дэвида Боуи. Однако в последующее десятилетие были отработаны на практике и схемы, построенные на лицензионных платежах, генерируемых патентными активами, преимущественно в фармацевтической и биотехнологической промышленности.
Если в 2005 г. сообщалось о ежегодных объемах таких сделок в сумме около $1 млрд, то на рубеже 2007–2008 гг. было публично объявлено о 27-и сделках на сумму свыше $3 млрд Сделки стали дифференцировать по видам. Во-первых, были выделены сделки секьюритизации потоков роялти, которые уже существуют и поддаются достаточно точной количественной оценке — их часто называют соглашениями о выкупе роялти (Royalty Purchase Agreement). Ко второму виду относят более сложные и рискованные инвестиции в ожидаемые будущие доходы от лицензированных продуктов и услуг, которые еще не генерируют денежный поток, но находятся в высокой степени готовности к выпуску на рынок. Поскольку потока еще нет, инвестор в этом случае получает более выгодные для себя условия, апеллируя к более высокому уровню риска. Состоялись также гибридные сделки, сочетающие черты первой и второй моделей [11].
В структуре секьюритизации интеллектуальных активов, как и в структуре традиционной ABS, обычно используется компания специального назначения, или SPV (Special Purpose Vehicle), как официальная, защищенная от банкротства организация, главным назначением которой является накопление денежных средств и управление их потоками, поступающими держателям долга и активов. Долговые инструменты выпускаются в виде одного класса бумаг или различных классов, включая старшие и субординированные. Эмитент (особенно в сделках второго вида) может приобрести участие в активах. Держатели активов получают весь дополнительный денежный поток после того, как держатели долга получат полное погашение по своим бумагам. Так же как в сделках ABS, используются механизмы внутреннего повышения кредитного качества (Internal Credit Enhancement) за счет структурирования долга, активов и дополнительного обеспечения. Внешнее повышение кредитного качества (External Credit Enhancement) достигается участием финансовых гарантов и перестрахованием.
Известные преимущества секьюритизации дополняются новыми, специфичными с точки зрения новой участвующей стороны — лицензиаров, владельцев патентов на изобретения и другие виды промышленной собственности, которые являются продавцами своих интеллектуальных активов. Важнейшим преимуществом является то, что финансирование осуществляется исключительно за счет низколиквидной интеллектуальной собственности, стоимость которой, возможно, могла бы не быть реализована совсем. Часто, особенно на начальном этапе развития компании, такое, даже одноразовое поступление, полученное с большим дисконтом, важнее для выживания, чем будущий, ожидаемый, поток лицензионных платежей. Полученные средства особенно значимы, когда возможности компании по привлечению капитала ограничены, или его стоимость слишком высока. Кроме того, секьюритизация интеллектуальной собственности, структурированная в форме долгового финансирования, также не приводит к размыванию капитала акционеров.
Безотзывность проданных обязательств фактически защищает продавца активов, во-первых, от риска возможного дефолта лицензиата в выплате роялти; во-вторых, от того, что патент может потерять силу, освобождая лицензиата от обязанности платить роялти; в-третьих, от быстрого старения технологии, и как следствие, уменьшения потока роялти; в-четвертых, агрессивное нарушение прав патентовладельца может привести к долгой, дорогостоящей и рискованной судебной тяжбе, даже если патент или другие права остаются в силе. Если интеллектуальная собственность не секьюритизирована, все эти риски остаются у лицензиара.
Нетрадиционные интеллектуальные активы конвертируются в рыночные финансовые инструменты высокого качества. Поскольку, по общему мнению, интеллектуальные активы всё еще остаются недоиспользованными, секьюритизация позволяет получить в перспективе больший прирост капитала от таких активов.
Наконец, секьюритизация интеллектуальной собственности может быть инструментом приобретения (поглощения). Например, выпуск приобретателем облигаций, обеспеченных интеллектуальными активами приобретаемой компании, позволяет организовать сделку в форме LBO (Leveraged Buyout). Объектом приобретения может быть также лишь таргетируемый портфель интеллектуальной собственности.
С точки зрения инвестора, секъюритизация интеллектуальной собственности отделяет технологический риск от различных операционных рисков. Кроме того, инвестор получает возможность прямого участия в развитии узких технологий или отдельных изобретений (в зависимости от структуры сделки). В результате этот вид финансирования является более тонким инструментом, например, для венчурного инвестора, вкладывающего средства в развитие конкретного изобретения (но не предприятия) с целью получить ликвидность быстрее, чем при обычной продаже или IPO. В более общем виде, инвесторы, участвуя в таких сделках, покупают денежные потоки от лицензирования технологий, а не акции самих компаний. Отделение интеллектуальных активов от бизнеса, и соответственно, финансового и операционного риска от их владельцев, благоприятно влияет на рынок и развитие технологий. Поскольку инвесторы могут делать более осознанную ставку на технологии, становится возможным привлечение дополнительных инвестиций в технологический сектор и дальнейшее развитие инноваций.
Еще одним результатом развития, как залога исключительных прав, так и секьюритизации, может стать улучшение ликвидности интеллектуальной собственности, вызванное необходимостью ликвидации интеллектуальных активов в случаях наступления дефолтов. В своё время объемы продаж заложенных домов и автомобилей через аукционы значительно возросли в результате эмиссий ценных бумаг, обеспеченных ипотечными и авто-кредитами. Рост объемов залога и секьюритизации патентных активов может дать аналогичный результат [8; 9]. Тем не менее, секьюритизация интеллектуальных активов до сих пор не приобрела масштабов, которых достигла классическая ABS. Главными причинами этого является отсутствие общепринятых методик оценки рисков и стоимости. Использование различных методологических подходов часто приводит к существенно расходящимся оценкам одного и того же или сходных активов. По сравнению с методами, применяемыми для материальных активов, методы оценки интеллектуальной собственности пока не достигли уровня точности, которого требует финансовый, в частности, долговой рынок. В результате кредиторы и инвесторы не имеют надежной базы для учета рисков и принятия решений.
В настоящее время практически все заметные на рынке сделки, связанные с секьюритизацией патентных активов, привязаны к биотехнологическим и фармацевтическим лицензиям, характеризуются выпусками облигаций на срок 3–7 лет и основаны на потоках роялти, измеряемых сотнями миллионов долларов. Повышенная осторожность инвесторов к сделкам секьюритизации и надежности рейтингов пока оставляет открытым вопрос о том, достаточно ли созрел аппарат секьюритизации активов интеллектуальной и промышленной собственности для структурирования сделок в других отраслях, обеспечения выпусков более краткосрочных и долгосрочных облигаций, оправдывающих ожидания инвесторов и их восприятие рисков.
Таким образом, процессы развития новых структурных подходов к обеспечению долговых обязательств дают возможность инновационным компаниям реализовать потенциал интеллектуальных активов как перспективного источника финансирования. Практика показывает, что самые простые технологии уже находят применение в российской экономике. Дальнейшая адаптация к новому классу активов требует совершенствования нормативно-правовой базы сделок и продолжения исследования процессов формирования новых видов инструментов, появляющихся как на финансовом рынке в целом, так и в отдельных его сегментах, связанных с оборотом интеллектуальной собственности.


Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта РГНФ «Формирование человеческого капитала в системе высшего экономического образования как приоритетный фактор инновационного развития экономики», проект № 10-02-00696 а/Б.

Литература
1. Воронов В.С. Инструменты финансового рынка инновационной экономики // Финансы и бизнес. — 2010. — № 4. — С. 60–73.
2. Воронов В.С. Финансовое посредничество на рынке интеллектуальной собственности: институты и инструменты. — СПб.: Изд-во СПбГПУ, 2011.
3. Инновационные процессы в Российской Федерации: проблемы и тенденции развития. — СПб.: Изд-во МБИ, 2010.
4. Кастальский В.Н. Залог исключительных прав. — М.: Статут, 2008.
5. Конов Ю. Стоимость права на патент, товарный знак и ноу-хау как предмет залога // Интеллектуальная собственность. — 1998. — № 3. — С. 3.
6. Официальный сайт Роспатента: http://www.rupto.ru
7. Соколов Б.И. Экономика. М.: Экономистъ, 2006. — С. 104–105.
8. Соколов Б.И., Воронов В.С. Новый формат финансового посредничества в инновационной экономике: институциональная среда финансовых инноваций // Проблемы современной экономики. — 2010. — № 3 (35). — С. 218–223.
9. Соколов Б.И., Воронов В.С. Новый формат финансового посредничества в инновационной экономике: инновационные финансовые услуги (окончание) //Проблемы современной экономики. — 2010. — № 4 (36). — С. 182–185.
10. ABL MM Lenders Look To IP Collateral For Second Lien Loans //Bank Loan Report. 2005. Vol. 20. № 6. P. 1, 11, 12.
11. Jung J.A., Tamisiea J.P. Intelligent Risk-Taking //The Deal Magazine, 2009, June 15. — http://www.thedeal.com/newsweekly/community/intelligent-risktaking.php
12. Rutberg S. IPI Offers Guaranties on Loans Secured by Intellectual Property//The Secured Lender. Jul/Aug 2004.
13. Sarti M. Tailoring An Asset-Based Deal For Levi’s. Bank of America. June 2004. http://www.bofasecurities.com/public/
14. Venkatachalam A.R. Use of Patents in Securing Financing: A Survey of New England Firms. Enterprise Integration Research Center, University of New Hampshire, September, 2007. — http://wsbe2.unh.edu/files/Survey_Summary_FINAL.pdf

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2019
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия