Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (41), 2012
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РЕГИОНОВ И ОТРАСЛЕВЫХ КОМПЛЕКСОВ
Иванов С. А.
заведующий лабораторией проблем развития человеческого потенциала и воспроизводства трудовых ресурсов региона Института проблем региональной экономики РАН (г. Санкт-Петербург),
доктор экономических наук

Ложко В. В.
научный руководитель Санкт-Петербургского института управления развитием человеческих ресурсов,
кандидат медицинских наук, магистр менеджмента


Роль социального пространства в развитии инновационных свойств человеческого потенциала региона
В статье анализируются структура и факторы социального пространства, оказывающие влияние на развитие человеческого потенциала, его инновационных свойств. Дается теоретическая интерпретация категории «социальная среда». Приводятся данные экспертного опроса, проведенного в пяти Федеральных округах РФ по проблеме формирования человеческого потенциала, необходимого для современной инновационной экономики
Ключевые слова: человеческий потенциал, социальная среда, социальное пространство, инновационные свойства человеческого потенциала, социальная инфраструктура
УДК 331.1, 378.14; ББК 65.01   Стр: 243 - 248

Перевод экономики нашей страны на инновационный путь развития и одновременно придание ей в большей степени социальной направленности, являются важнейшими приоритетами стратегического социально-экономического развития России. Обе эти задачи тесно связаны и решение их во многом зависит от формирования нового качества человеческого потенциала. Не случайно «развитие человеческого потенциала России» обозначено первым в ряду главных направлений перехода к инновационному социально ориентированному типу экономического развития в Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года [1] (далее — Концепция).
При этом решение самой проблемы развития человеческого потенциала включает, как отмечено в этой же Концепции, системные преобразования двух типов: а) направленные на повышение конкурентоспособности кадрового потенциала, рабочей силы и социальных секторов экономики; б) улучшающие качество социальной среды и условий жизни людей [1].
Первый тезис о необходимости развития кадрового потенциала, на наш взгляд, не требует особых комментариев. Об этом написано и сказано много и проблема с кадровым обеспечением экономики очевидна — она имеет как количественный (дефицит кадров), так и качественный аспект (неполное соответствие уровня подготовки кадров, имеющейся квалификации работников требованиям работодателей).
А вот тезис о качестве социальной среды, как и сама эта относительно новая для экономической теории категория, требуют уточнения, поскольку традиционно и экономисты и социологи оперировали чаще всего терминами «социальная сфера», «социальное пространство», «непроизводственная сфера» и пр.
В этой связи представляется методологически важным, прежде всего, определиться по трем вопросам:
Во-первых, каково соотношение категорий «социальная среда» и «социальное пространство»;
Во-вторых, какова структура обеих этих категорий;
В-третьих, какое влияние на развитие человеческого потенциала, его инновационных свойств оказывает «социальная среда» и «социальное пространство».
Начнем с того, что в отечественной экономической теории достаточно длительное время в этом контексте фигурировали два других основных понятия, а именно: сфера материального производства и непроизводственная сфера. Более того, как отмечали авторы последнего советского фундаментального издания по проблемам развития экономики и общества, взаимосвязь развития материального производства и непроизводственной сферы сводится, во-первых, к примату материального производства; во-вторых, к признанию сложности и многообразия конкретных видов труда, формирующих структуру непроизводственной сферы [2].
Для выяснения взаимовлияния материального производства и непроизводственной сферы выделялись главные специфические области последней (ее макроструктура). Таких областей — по признаку специфичности полезных результатов функционирующего в них труда — три: 1) духовная созидательная деятельность; 2) услуги; 3) деятельность по созданию социальных условий существования и развития — общественно-политическая и иная общественная деятельность, государственное управление, охрана порядка, оборона и т.д. Из данной трактовки непроизводственной сферы отчетливо вытекает ее понимание как чего-то подчиненного, вспомогательного, обслуживающего цели развития материального производства, причем, эти цели совсем необязательно могут вытекать из содержания цивилизованного, гуманитарного развития общества в целом и каждого из его членов — в частности.
Первым этапом развития нового понимания содержания непроизводственной сферы стал переход к преимущественному использованию авторами категории «социальная сфера». К концу XX века она не только прочно вошла в научный оборот, но и почти полностью вытеснила понятие непроизводственной сферы. Однако содержательной новой теоретической интерпретации новая категория, практически не получила.
Так, например, Кураков Л.П. и Викторов В.Н. емкое понятие социальной сферы сводят фактически к совокупности отраслей социально-культурного комплекса [3], и это является достаточно распространенным явлением [4]. В ряде случаев авторы искусственно сужают область социальной сферы до некоей «совокупности всех услуг и работ, осуществляемых объектами социальной инфраструктуры» [5], либо представляют социальную сферу как некий «территориально-отраслевой комплекс, складывающийся из социальной инфраструктуры и сферы социального обслуживания» [6].
Такая трактовка этой категории ни в коей мере не способствует пониманию содержания тех многогранных социально-экономических процессов, которые разворачиваются сегодня в индустриально развитых странах, включая и постсоветское пространство.
В этой связи попытаемся определить сущность категории «социальная среда», как интегративной социально-экономической категории, отражающей условия жизнедеятельности социума (локального, регионального и пр.).
Если исходить из того, что целью стратегического развития страны является рост качества жизни людей, и что социальная политика направлена, с одной стороны, на повышение качества человеческого потенциала, для развития которого необходимо создание соответствующих инфраструктурных объектов, а с другой — на обеспечение социальной стабильности в обществе, подразумевающей налаживание консенсус ориентированных социальных отношений, необходимых, в том числе и для развития экономики, мы можем постулировать следующий тезис.
Композиционно социальная среда объективируется и проявляется, во-первых, в социальной инфраструктуре, представляющей собой комплекс соответствующих отраслей, социальных учреждений, во-вторых, в системе социальных связей, социальном пространстве, в котором реально осуществляется деятельность индивидов, их общение, взаимодействие, многочисленные социальные связи. Иными словами, первый аспект проявления социальной среды охватывает, условно говоря «рукотворную природу», социальную инфраструктуру: жилищные, поселенческие и градообразующие комплексы с соответствующим набором социальных учреждений, второй — собственно систему общественных отношений, социальных связей.
Таким образом, в общем виде под социальной средой мы можем понимать сегмент окружающей среды, объединяющий общественные, материальные, экономические, политические и духовные условия и пространство жизнедеятельности отдельного человека, различных социальных групп и общества в целом.
Структурно социальная среда включает: а) инфраструктурный блок — комплекс соответствующих отраслей, социальных учреждений (здравоохранения, образования и пр.); б) институциональный блок — комплекс социальных связей, отношений, институтов, регулирующих деятельность индивидов, их общение, взаимодействие, социальные связи. Этот блок и образует то, что мы можем назвать социальным пространством. (рисунок 1).
Рис. 1. Соотношение социальной сферы, социального пространства и социальной среды
Исследование социального пространства вообще имеет давнюю традицию. Однако в основном эта категория использовалась социологами и рассматривалась как пространство взаимодействия социальных статусов, ролей и пр.
Для целей управления социально-экономическим развитием сведение категории социального пространства лишь к системе социального взаимодействия, причем в основном взаимодействия межличностного, является малопродуктивным. Экономистам эту категорию необходимо рассматривать не только как пространство отношений социальных субъектов, но и как сферу действия социальных институтов, сферу жизнедеятельности, имеющую собственные объекты инфраструктуры (социальной инфраструктуры), собственные нормативные и иные механизмы регуляции отношений и пр.
В этом смысле в состав элементов социального пространства следует относить помимо населения также социальные институты, обеспечивающие функционирование региональных социально-экономических систем, социальные процессы и взаимодействия, социальные структуры, соотнесенные с конкретным периодом развития страны.
Кроме того, социологи всегда подчеркивают отсутствие связи социального пространства с какой бы то ни было территорией. Этот подход принципиально отличается от, условно говоря, «экономического» подхода, когда исследование любых процессов, явлений опосредовано рамками той или иной территории, на которой размещаются производительные силы, действуют соответствующие нормативные акты, реализуется экономическая политика.
Сегодня есть острая потребность в анализе социального пространства с широких междисциплинарных позиций в силу его все более ощутимого влияния на формирование экономической политики, социальное воспроизводство в целом. При этом теоретический синтез концепции социального пространства, выполненный известными исследователями социологической школы, может и должен составить основу для дальнейшего его анализа и операционализации.
К категории «социальное пространство» в своих работах в той или иной степени обращались многие мыслители: Гоббс, Декарт, Лейбниц, Дюркгейм, Вайгель, Ратцель, Зиммель, Богардус. Но наиболее системно и глубоко к анализу этой категории подошли, пожалуй, П. Сорокин [7, 8] и П. Бурдье [9].
П. Сорокин, отмечая многомерность социального пространства в качестве его важнейшей характеристики, выделял такие его атрибуты, как «социальная дистанция», «социальное перемещение», «социальное взаимодействие», «социальные связи». Делая акцент на социальных отношениях, П. Сорокин как бы подчеркивал этим отличие социального пространства от любого другого — территориального, объемного, геометрического. «Определить положение человека или какого-либо социального явления в социальном пространстве означает определить его отношение к другим людям и другим социальным явления, взятым за такие «точки отсчета» [8]. Иными словами социальное пространство, или как однажды назвал его П. Сорокин — «социальная вселенная» — это пространство отношений социальных субъектов, характеризующееся определенной дистанцией, детерминированной их социальным положением. Чем дальше в «иерархии рангов» — социальной структуре находятся индивиды, тем длиннее между ними социальная дистанция и меньше вероятность сближения в социальном пространстве.
П. Бурдье, отталкиваясь, в известной степени, от трактовки социального пространства П. Сорокина как системы отношений, значительно развивает его подход.
Во-первых, П. Бурдье, в социальном пространстве выделяет «поля» или «подпространства», детерминированные структурой распределения различных видов капитала (экономическим, символическим, культурным и пр.), которыми обладают социальные субъекты («индивидуальные агенты» и «группы»).
Во-вторых, он подчеркивает, что «позиция данного агента в социальном пространстве может определяться по его позиции в различных полях» [9] Соответственно, социальное поле П. Бурдье характеризует как «многомерное пространство позиций, в котором любая существующая позиция может быть определена, исходя из многомерной системы координат...». Иными словами, П. Бурдье понимает социальное пространство как совокупность позиций, которые занимают «агенты» в различных полях в силу обладания тем или иным объемом соответствующего капитала. При этом сами поля тесно взаимосвязаны и в значительной степени подчинены «экономическому полю» [10, 11].
Опираясь на принцип сегментации социального пространства на подпространства или поля и, локализуя социальное пространство территорией региона, мы выделяем в структуре социального пространства, как одной из двух составляющих социальной среды, следующие подпространства (компоненты):
— экономическое подпространство — сложившиеся в регионе условия ведения экономической деятельности, регулируемые как федеральными, так и региональными нормативными актами и неформальными образцами действия;
— культурное подпространство (в привычных терминах — культурная среда) — условия существования материально-духовной сферы жизни людей, включающая в себя предметные результаты деятельности человека, исторически сложившиеся в регионе национальные и этнические особенности (при этом обособляется этническая среда — языково-культурно-бытовая обстановка жизнедеятельности человека/группы людей, которая оказывает влияние на его/их самоидентификацию, образ жизни);
— духовное подпространство, включающее: а) условия производства, распределения и потребления духовных ценностей в сферах науки, культуры и искусства, значимых для духовного развития отдельного человека, социальных групп и регионального сообщества в целом; б) условия и правила отношения людей к миру, друг и другу и самим себе, предписываемые той или иной традицией, религией, стереотипами;
— собственно социальное подпространство — понимаемая двояко: с одной стороны, как условия взаимодействия человека с социальной группой или обществом в целом, с другой стороны — как совокупность институтов и учреждений социальной сферы;
— семейное подпространство — условия жизнедеятельности конкретной семьи, включающие и языково-культурно-бытовую обстановку, определенный психологический микроклимат и т.д., оказывающие то или иное воздействие на каждого члена семьи;
— информационно-виртуальное подпространство — подпространство, возникающее в результате деятельности электронных средств массовой информации, а также виртуальная интерактивная среда (социальные сети, блоги, Интернет в целом);
— образовательно-воспитательное подпространство — условия, в которых осуществляются процессы обучения и воспитания человека (в его роли могут выступать институты семьи, образования, СМИ и др., а также профессиональная, этническая, религиозная, информационно-виртуальная среды);
— профессиональная среда — условия, в которых человек осуществляет свою профессиональную деятельность.
Потенциально возможно выделение и некоторых других компонентов социального пространства.
Рис. 2. Мнения экспертов по вопросу о том, способствуют ли сегодня развитию необходимых инновационных свойств человеческого потенциала различные составляющие социального пространства» (удельный вес утверждающих, что способствуют)
Рассмотрим теперь вопрос о том, какое влияние на развитие человеческого потенциала, его инновационных свойств оказывает социальное пространство как элемент социальной среды.
Для этой цели приведем результаты исследования, проведенного в 2011 году сотрудниками лаборатории проблем развития человеческого потенциала и воспроизводства трудовых ресурсов региона Института проблем региональной экономики РАН [12].
В качестве респондентов выступали эксперты, специалисты, занятые в четырех сферах деятельности: системе профессионального образования, реальном секторе экономики, органах управления, научно-инновационной сфере.
Исследование охватило пять субъектов Российской Федерации, представляющих пять Федеральных округов РФ: Москва (Центральный федеральный округ), Санкт-Петербург (Северо-Западный федеральный округ), Республика Марий Эл (Приволжский федеральный округ), Красноярский край (Сибирский федеральный округ), Владивосток (Дальневосточный федеральный округ).
Всего было опрошено 83 эксперта, в том числе работников системы профессионального образования и подготовки кадров — 25 чел., представителей реального сектора экономики — 27 чел., представителей органов власти и управления — 9 чел., работников научно-инновационной сферы — 22 человека.
Основной вопрос формулировался так: «Способствуют ли сегодня, на ваш взгляд, развитию необходимых инновационных свойств человеческого потенциала отдельные составляющие социального пространства?». При этом экспертам задавался перечень этих составляющих, и предлагались варианты ответов от «активно способствуют» до «абсолютно не способствуют».
Как показали результаты этого исследования, наиболее позитивное влияние на развитие человеческого потенциала оказывают сегодня отношения, которые складываются в экономической сфере, виртуальное пространство (Интернет, социальные сети), а также культурные ценности, сохранившиеся и культивируемые в российском обществе. Четвертая часть экспертов выделила также образовательное пространство как фактор, позитивно влияющий на процесс формирования инновационных свойств человеческого потенциала.
Вместе с тем, по мнению экспертов, влияния даже наиболее действенного сегмента социальной среды (системы экономических отношений) сегодня явно недостаточно, что бы говорить о действительно эффективном воздействии на развитие человеческого потенциала, формирование его инновационных свойств. Слабее всего, по мнению экспертов, развитию человеческого потенциала способствуют национальные ценности, которые свойственны социальному пространству, в котором находится большинство населения страны (рис. 2).
Одновременно, если посмотреть на долю негативных оценок в части влияния различных составляющих социального пространства на развитие человеческого потенциала, то картина окажется еще более тревожная.
Почти половина всех экспертов (45,6 %) считают, что действующие сегодня в российском обществе социальные нормы, отношения между людьми никак не способствуют формированию и развитию необходимых свойств человеческого потенциала. Двое из пяти опрошенных считают, что этому процессу только мешают и средства массовой информации, и доминирующие, а где-то и культивируемые национальные стереотипы, и даже сама культурная среда, в которой вращается сегодня большинство россиян (Рисунок 3).
В заключение еще раз подчеркнем, что переход нашей страны к инновационной экономике напрямую зависит от решения проблемы формирования инновационных свойств человеческого потенциала, того, что Стратегия инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 года («Инновационная Россия — 2020») называет «инновационным человеком».
Развитие этих свойств человеческого потенциала во многом определяется условиями жизнедеятельности людей, характеристиками того социального пространства, в котором находятся индивиды, социальные группы, региональное сообщество в целом.
В значительной степени содействовать развитию человеческого потенциала должна система образования, которая сегодня сама находится не в лучшем состоянии. Органам управления следует также обратить внимание на роль средств массовой информации, которые, по мнению экспертов, сегодня слабо содействуют формированию «инновационного человека», необходимость которого для новой экономики на федеральном уровне заявлена в качестве одного из приоритетов.
Что касается научного обеспечения процесса развития человеческого потенциала инновационного общества, то, представляется, что эта проблематика должна оказаться сегодня в центре внимания исследователей из всех отраслей обществоведческой науки: от философов и социальных психологов, до представителей теории региональной экономики и рынка труда. Только на путях междисциплинарного синтеза можно создать эффективные механизмы управления развитием человеческого потенциала и формирования его свойств, необходимых для инновационной экономики.
Рис. 3. Мнения экспертов по вопросу о том, способствуют ли сегодня развитию необходимых инновационных свойств человеческого потенциала различные составляющие социального пространства» (совокупный удельный вес утверждающих, что «абсолютно не способствуют» и «скорее не способствуют»)


Литература
1. Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года. Утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 17 ноября 2008 г. № 1662-р.
2. Экономический строй социализма. В 3-х т. Т.1. Основные черты экономического строя социализма / Редкол.: Е.И. Капустин и др. — М., 1984. — С. 120–123.
3. Кураков Л.П., Викторов В.Н. Роль и значение социальной сферы в региональном развитии // Основы экономической теории. Кн.2. — Чебоксары, 1997. — С. 178–197.
4. Родионов А., Галанц В. Социальная сфера: новый взгляд на проблемы развития // Человек и труд. — 1998. — № 1. — С. 23–26.
5. Алексеев А. Социальная инфраструктура муниципального района // Предпринимательство. — 1997. — № 1–2.
6. Горбунов Г.Ф. Стратегия развития социальной сферы региона. — СПб.,1998.
7. Сорокин П.А. Социологические теории современности. — М., 1992.
8. Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество. — М.: Политиздат,1992.
9. Бурдье П. Социология политики: Пер. с фр./ Сост., общ. ред. и предисл. Н.А. Шматко — М.: Socio-Logos, 1993.
10. Бурдье П. Начала. Choses dites: Пер. с фр./ Pierre Bourdieu. Choses dites Paris, Minuit, 1987 / Пер. Н.А. Шматко — М.: Socio-Logos, 1994.
11. Бурдье П. Социальное пространство: поля и практики / Пер. с франц.; Отв. ред. перевода, сост. и послесл. Н.А. Шматко. — М.: Институт экспериментальной социологии; СПб.: Алетейя, 2005.
12. Человеческий потенциал для инновационной экономики: Колл. монография / Под. ред. С.А. Иванова; ИПРЭ РАН. — СПб.: ГУАП, 2011.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия