Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (41), 2012
ЭКОНОМИКА АГРОПРОМЫШЛЕННОГО КОМПЛЕКСА
Иконникова О. В.
доцент кафедры бухгалтерского учета, аудита, статистики
филиала Всероссийского заочного финансово-экономического института в г. Архангельске,
кандидат экономических наук


Основные подходы к определению понятия «устойчивое развитие сельских территорий»
В статье рассматривается современный этап развития экономики, который характеризуется повышением роли социальных вопросов и вопросов, связанных с защитой окружающей среды. На первый план выходит концепция устойчивого развития, появление которой является началом нового этапа в истории человечества. Рассматривается трактовки термина «устойчивое развитие» и его соотношение с понятиями «устойчивость» и «экономический рост»
Ключевые слова: экономический рост, устойчивое развитие, окружающая среда, сельская территория, устойчивое развитие сельских территорий
УДК 338.43; ББК 65.32   Стр: 349 - 352

Устойчивость социально-экономической системы связывается, как правило, либо с ее безопасностью и надежностью, либо с относительной неизменностью и способностью сохранять динамическое равновесие. Однако всё чаще и чаще ученые начинают связывать устойчивость со способностью системы развиваться.
Достижение стабильного экономического роста являлось одной из основных целей любого государства в XX веке. Бездумное стремление любой ценой продемонстрировать миру рост валового внутреннего продукта, не подкрепленное внедрением новых технологий и заботой об окружающей среде, едва не привело к глобальному коллапсу. Вдруг оказалось, что природа не в состоянии удовлетворить растущие потребности человечества.
В 1972 году Римскому клубу — международной общественной организации, внесшей весомый вклад в пропаганду идеи гармонизации отношений человека и природы, — был представлен знаменитый ныне доклад «Пределы роста», подготовленный Донеллой и Деннисом Медоуз и их коллегами, вызвавший огромный общественный резонанс и впервые так явно и громко обозначивший проблему критического состояния биосферы как целостной самоорганизующейся системы. Ученые смогли показать, что при сохранении нынешних тенденций увеличения объема производства и численности населения планеты пределы роста на Земле могут быть достигнуты уже в ближайшем будущем. И хотя спрогнозированные ими сценарии развития ситуации во многом были построены на ошибочных предположениях, ценность этого доклада несомненна.
В 1972 году была проведена Конференция Организации Объединенных Наций по окружающей человека среде и создана Программа ООН по окружающей среде, что свидетельствовало о том, что к решению указанной проблемы мировое сообщество подключается уже на государственном уровне.
Одним из первых международных документов, в котором упоминался термин «устойчивое развитие», была Всемирная стратегия охраны природы, разработанная Международным союзом охраны природы и природных ресурсов, Комитетом ООН по окружающей среде и Всемирным фондом дикой природы, в которой подчеркивалась необходимость учета экологических факторов в процессе социально-экономического развития.
В 1983 году под эгидой ООН была создана Всемирная комиссия по окружающей среде и развитию, которую возглавила Гру Харлем Брундтланд, с именем которой теперь ассоциируется доминирующая ныне трактовка термина «устойчивое развитие». В 1987 году комиссия опубликовала доклад «Наше общее будущее», в котором устойчивое развитие определялось как развитие, при котором удовлетворение потребностей нынешнего поколения не подрывает способность будущих поколений удовлетворять свои собственные потребности.
В 1992 году на Конференции ООН в Рио-де-Жанейро была утверждена Декларация по окружающей среде и развитию [1], один из принципов которой — обеспечение справедливого удовлетворения потребностей нынешнего и будущих поколений. Центральное место в усилиях по обеспечению устойчивого развития в соответствии с Декларацией занимает забота о людях, которые имеют право на здоровую и плодотворную жизнь в гармонии с природой. Неотъемлемую часть процесса развития должна составлять защита окружающей среды.
Там же, в Рио-де-Жанейро, была принята и Повестка дня на XXI век — в ней отмечалось, что для решения проблем окружающей среды и развития требуется создать новую форму партнерских отношений, которая обязывает все государства осуществлять постоянный и конструктивный диалог, определяемый необходимостью создания более эффективной и справедливой мировой экономики, учитывая все большую взаимозависимоcть сообщества наций, для чего требуется преодолеть дух конфронтации и стремиться к созданию атмосферы подлинного сотрудничества и солидарности.
В 2002 году на состоявшемся в ЮАР Всемирном саммите по устойчивому развитию был сделан вывод о том, что мир за два десятилетия так и не пошел по пути устойчивого развития. Участники саммита подтвердили свою приверженность Повестке дня на XXI век и Декларации, утвержденной в Рио-де Жанейро, однако принятые на саммите рекомендации, в основном, так и остались на бумаге. Большинство экологических, экономических, социальных и политических проблем продолжают усугубляться.
Не следует думать, что проблемы защиты окружающей среды и разработка принципов устойчивого развития волновали только зарубежных ученых. Еще в 1964 году в географической редакции издательства «Мысль» вышла книга советского географа и эколога Давида Львовича Арманда «Нам и внукам», в которой было отмечено, что «моральный долг каждого поколения оставить следующему природные богатства в лучшем состоянии и в большем количестве, чем оно получило от предыдущего» [2].
Можно сказать, что предшественницей концепции устойчивого развития была «концепция о ноосфере», выраженная российским ученым В.И. Вернадским, в которой ноосфера определяется как высшая стадия эволюция биосферы, на которой человечество превращается в новую геологическую силу, своей мыслью и трудом преобразующую лик планеты.
Концепция устойчивого развития объединяет три основные составляющие: экономическую, социальную и экологическую. Экономическая составляющая основана на теории максимального потока совокупного дохода, социальная — ориентирует на сохранение стабильности социальных и культурных систем, а экологическая — стремится обеспечить целостность биологических и физических природных систем.
Как отмечает П.И. Мунин, «существует множество определений понятия «устойчивое развитие». В их основе лежит антропоцентрическое представление об устойчивом обществе, которое способно осуществлять свою деятельность практически бесконечно долго в течение жизни многих поколений» [3].
Отдельные исследователи ставят знак равенства между терминами «устойчивый рост» и «устойчивое развитие», что является совершенно неправомерным, ибо, как справедливо замечает Т.В. Ускова, «рост — это, прежде всего, количественное изменение показателей, а развитие предполагает, в первую очередь, качественное преобразование (изменение) всей системы, ее переход на какой-то новый качественный уровень» [4].
Неоднозначность толкования термина «устойчивое развитие» во многом объясняется не вполне точным переводом на русский язык принятого в мировой практике словосочетания sustainable development, которое можно обозначить и как «продолжающееся, самодостаточное, сохраняющееся, поддерживаемое развитие».
Академик Н.Н. Моисеев предлагал интерпретировать термин «sustainable development» как стратегию переходного периода к такому состоянию природы и общества, которое можно охарактеризовать как эпоху ноосфер, коэволюции, т.е. совместного развития природной среды и общества [5]. Он полагал, что ближе всего по смыслу и содержанию к искомому варианту выражение «допустимое развитие».
Как отмечают Р.И. Гарипов и Е.Н. Гарипова [6], выделяют три доминирующих концепции устойчивого развития. В рамках неоклассической теории устойчивость характеризуется как неуменьшение душевого потребления, зависящего от неотрицательного изменения с течением времени величины запасов капитала. Сторонники консервационистского подхода полагают, что эластичность замены произведенного и природного капиталов равна нулю, а технический прогресс оказывает негативное или весьма ограниченное влияние на природный капитал, и устойчивое развитие определяется ими как максимальное, которое может быть достигнуто без уменьшения активов природного капитала нации. Эколого-экономический подход основан на необходимости согласования строгих ограничений на качество окружающей среды с социальными и экономическими потребностями.
Предлагается трактовать устойчивое развитие и как развитие, которое осуществляется в направлении положительных изменений в различных отношениях и сферах общественной жизни, которые приводят к способности не только повышать уровень благосостояния граждан данной территории, но и увеличивать ее потенциал для следующих поколений [7].
Приведем и еще одно определение — одно из наиболее лаконичных и точных по сути — «под устойчивым развитием следует понимать установление сбалансированных, гармоничных отношений между человеком, обществом и природой» [8].
В настоящее время устойчивое развитие принято связывать в том числе и с развитием инновационных технологий. Так, А.В. Золотухина считает, что «понятие «устойчивое развитие» должно трактоваться, с учетом принятого в мировом сообществе значения, как возможность сохранения природы при дальнейшем экономическом росте и научно-техническом прогрессе на базе замещения использования природных ресурсов инновационными технологиями производства» [9].
Не менее интересным представляется исследование понятия «устойчивое развитие» и применительно к сельским территориям, под которыми в отечественной науке обычно понимаются территории за пределами городов. Интерес этот обуславливается не только огромным значением сельской местности вообще и аграрного производства в частности для национальной и мировой экономик, но и тем, что многие исследователи (например, лауреат Нобелевской премии по экономике Гуннар Мюрдаль) полагают, что исход борьбы за устойчивое долговременное развитие будет решаться именно в аграрном секторе [10]. Более того, отдельные ученые считают, что и сама идея устойчивого регионального развития зародилась в сельской местности.
В Концепции устойчивого развития сельских территорий [11] к сельским территориям относятся территории сельских поселений и соответствующие межселенные территории. Зачастую вопросы разграничения городов и сельской местности решаются на уровне субъектов Российской Федерации. Так, например, в Республике Башкортостан под сельской местностью понимаются населенные пункты в пределах муниципального района Республики Башкортостан, на территории которых преобладает деятельность, связанная с производством и переработкой сельскохозяйственной продукции» [12].
При этом необходимо признать, что обычно термин «сельский» имеет территориальный акцент вне зависимости от преобладания сельскохозяйственного или другого вида деятельности.
Следует отметить и некоторые различия в определении указанного понятия в российской и зарубежной практике. Так, документы Всемирной торговой организации к сельским территориям относят местность вне зоны больших городов, где экономика базируется на традиционных для сельского населения занятиях, местных производствах, на использовании природных ресурсов. Данная дефиниция показывает, что в зарубежных странах в состав сельских территорий, как правило, включают и малые города (с численностью до 250 тыс. человек), являющиеся центрами этих территорий, в которых обычно сосредоточена значительная часть производств по переработке сельскохозяйственной продукции.
Российская Федерация занимает 1-е место в мире по территории, но только 5-е место по площади сельскохозяйственных угодий. Территория России превышает 17 млн кв. километров, из которых 400 млн гектаров (23,4%) составляют земли сельскохозяйственного назначения.
Особенностью сельских территорий является низкая плотность населения (2,3 человека на 1 кв. километр), занятого преимущественно сельскохозяйственным трудом. В сельской местности проживают 38,2 млн человек (27% общей численности населения). Поселенческий потенциал насчитывает 155,3 тыс. сельских населенных пунктов, из которых 142,2 тыс. сельских населенных пунктов имеют постоянных жителей. В сельском расселении преобладает мелкодисперсность — 72% сельских населенных пунктов имеют численность жителей менее 200 человек, а поселения с численностью свыше 2 тыс. человек составляют 2%.
Доля работающих в сельском, лесном и рыбном хозяйствах сократилась с 48% в 1992 году до 27% в 2009 году, доля занятого населения в торговле и гостинично-бытовой сферах выросла более чем в 2 раза (до 13%), в финансово-управленческих видах деятельности — в 1,3 раза (до 15%), на транспорте и в связи — в 1,3 раза (до 7%).
И всё-таки сельское хозяйство в большинстве административных районов по-прежнему остается основной сферой приложения труда жителей сельских территорий, вследствие чего сельскую экономику можно характеризовать как моноотраслевую. Такая ситуация обусловлена низким уровнем производительности труда в отрасли (по различным оценкам, в 8–10 раз ниже по сравнению с наиболее развитыми странами), рост которой сдерживается не только инвестиционно-технологическими факторами, но и неразвитостью на селе альтернативной сферы деятельности, призванной сосредоточить избыточную рабочую силу, высвобождаемую из аграрного производства.
Уровень жизни сельского населения остается крайне низким, увеличивается разрыв между городом и селом по уровню доходов. Так, в 2009 году средняя заработная плата в сельском хозяйстве, охоте и лесном хозяйстве составляла всего 51,6% от среднероссийской.
Два миллиона человек, проживающих в сельской местности, — безработные. В 1 квартале 2011 г. уровень безработицы среди сельских жителей в 1,7 раза превышал уровень безработицы среди горожан.
Несмотря на то, что и общественность, и органы власти на федеральном и региональном уровнях признавали важность устойчивого развития сельской местности, в Российской Федерации долгое время не было основополагающего документа, определявшего общие принципы и конкретные меры, направленные на достижение такого развития. Так, в Концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию (Указ Президента РФ от 1 апреля 1996 г. № 440) проблемы устойчивого развития сельского хозяйства даже не затрагивались.
Впрочем, сельскому хозяйству не привыкать к вспомогательной роли — именно такую роль ему на протяжении многих десятилетий отводили руководители страны. Промышленность была призвана играть роль флагмана в развитии национальной экономики, сельское же хозяйство выступало в качестве поставщика сырья и дешевой рабочей силы.
И хотя в 2002 г. была принята Федеральная целевая программа «Социальное развитие села до 2010 года», она касалась лишь одного из многочисленных направлений развития сельской местности, и выделяемые на ее реализацию средства не позволили решить даже означенную в ней проблему.
И только в 2010 году были утверждены Доктрина продовольственной безопасности Российской Федерации (Указ Президента Российской Федерации от 30 января 2010 г. № 120) и Концепция устойчивого развития сельских территорий. В указанной Концепции устойчивое развитие сельских территорий трактуется как стабильное социально-экономическое развитие сельских территорий, увеличение объема производства сельскохозяйственной и рыбной продукции, повышение эффективности сельского хозяйства и рыбохозяйственного комплекса, достижение полной занятости сельского населения и повышение уровня его жизни, а также рациональное использование земель.
В Повестке дня на XXI век, принятой Конференцией ООН по окружающей среде и развитию в 1992 г., отмечается, что для создания условий, благоприятствующих устойчивому ведению сельского хозяйства и развитию сельских районов (САРД), необходимо внести значительные коррективы в национальную и международную сельскохозяйственную, экологическую и макроэкономическую политику, как в развитых, так и в развивающихся странах. Основная задача САРД заключается в устойчивом наращивании объема производства продуктов питания и повышении продовольственной безопасности. Это предполагает осуществление инициатив в области просвещения, использование экономических стимулов и разработку соответствующих новых технологий, что позволит обеспечить стабильное снабжение адекватным с точки зрения питательности продовольствием, доступ к этим продуктам уязвимых групп населения, а также производство для продажи, обеспечение занятости и условий для получения дохода с целью снижения остроты проблемы нищеты, рациональное использование природных ресурсов и охрану окружающей среды.
Рассматривая сельскую территорию как систему, исследователи (например, Т.В. Вострецова, Т.А. Галлиев [13]) обычно выделяют три подсистемы: экономическую, социальную и экологическую, каждую из которых также можно представить в виде систем, состоящих из совокупности элементов. Означенный подход вполне согласуется с парадигмой устойчивого развития, при которой устойчивое развитие, как уже отмечалось, рассматривается именно в контексте трех составляющих.
Рассматривая сельские территории как социо-эколого-экономические системы, Н.Л. Курепина и др. предлагают выделить следующие ее структурные элементы:
— сельская территория как базис для проживания сельского населения и осуществления жизненных потребностей, посредством которых живет соответствующая человеческая общность;
— организационно-производственная структура, обеспечивающая развитие производства на данной территории и при данной совокупности населения;
— эколого-хозяйственный баланс территории, то есть устойчивое стабильное развитие сельского хозяйства с применением сохраняющих природную среду интенсивных, экологически безопасных технологий» [14].
Однако мы полагаем, что в системе сельских территорий, помимо традиционных экономической, социальной и экологической подсистем, следует выделять еще, как минимум, три не менее важные подсистемы — политическую, культурную и информационную. Отвечая на предполагаемые возражения, связанные с возможностью включения политических, культурных и информационных систем в социальную подсистему, хочется заметить, что, несмотря на то, что в теории под социальной составляющей понимается и сохранение социальной стабильности, и сохранение культурного многообразия, и еще многое другое, на практике всё сводится обычно исключительно к вопросам, связанным с демографической ситуацией, уровнем жизни населения и социальной инфраструктурой.
В.М. Баутин также относит проблемы развития культуры, традиций, права участия населения в принятии решений к социальной составляющей устойчивого развития, но справедливо отмечает что, «проблему устойчивого развития часто связывают, главным образом, с состоянием окружающей среды, недооценивая другие, не менее важные факторы устойчивого развития — социальные, политические, экономические, культурные, этнические и многие другие» [15].
Между тем, американский социолог Т. Парсонс отмечал, что общество взаимодействует как четыре подсистемы: экономическая, политическая, социальная и духовная.
Не признавая значимость политической подсистемы, мы тем самым умаляем значение участия сельских жителей в регулировании их собственной деятельности путем формирования партий, создания органов местного самоуправления, участия в разработке тех самых важнейших нормативных документов, которые будут определять и развитие сельских территорий страны в целом, и каждого отдельного жителя в частности.
Недооценка культурной подсистемы может губительно сказаться на возможности сохранения нематериального культурного наследия. При этом еще на Всемирном саммите по устойчивому развитию в Йоханнесбурге было отмечено, что необходимо защищать не только биоразнообразие, но и разнообразие культур.
А именно сельское население по-прежнему сохраняет исторические и культурные ценности народа и является носителем традиционных знаний о природопользовании — тех самых знаний, которые помогали нашим предкам жить в согласии с окружающей средой.


Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта РГНФ «РК 2011 Русский Север: Архангельская область», проект № 11-12-29003а/С

Литература
1. Рио-де-Жанейрская декларация по окружающей среде и развитию. Утверждена Конференцией ООН по окружающей среде и развитию, Рио-де-Жанейро, 3-14 июня 1992 года [Электронный ресурс]. - URL: http://www.un.org/russian/documen/declarat/riodecl.htm;
2. Арманд Д.Л. Нам и внукам. - М.: Мысль, 1964.
3. Мунин П.И. Теория устойчивого развития: Информационные основы. - М.: ЛИБРОКОМ, 2009, С. 32.
4. Ускова Т.В. Управление устойчивым развитием региона. - Вологда: ИСЭРТ РАН, 2009, С. 23.
5. Моисеев Н.Н. Стратегия переходного периода // Вестник РАН. - 1995. - Том 65. - № 4 [Цит. по: Василенко В.А. Устойчивое развитие регионов: подходы и принципы / Под ред. А.С. Новоселова. - Новосибирск: ИЭОПП СО РАН, 2008. - С. 32].
6. Гарипов Р.И., Гарипова Е.Н. Устойчивое развитие экономических систем: теоретико-методологические подходы. - Челябинск: ООО «Полиграф-Мастер», 2009. - С. 25.
7. Устойчивое развитие сельских территорий в Республике Башкортостан / Под ред. У.Г. Гусманова, Л.М. Кликич. - Уфа: Башкирский ГАУ, 2009. - С. 10.
8. Чепурных Н.В., Мерзлов А.В., Антипов А.Н. Устойчивое развитие сельской местности в России: концепции и рекомендации. - М.-Иркутск, 2000. - 86 с. [Цит. по: Третьякова Л.А. Организационно-экономические основы устойчивого развития сельских территорий: монография. - Орел: изд-во Орел ГАУ, 2008. - С. 9];
9. Золотухина А.В. Проблемы инновационного и устойчивого развития регионов. - М.: КРАСАНД, 2010. - С. 164;
10. Экономика развития. Третий мир [Цит. по: Устойчивое развитие сельских территорий (под ред. В.М. Баутина). - М.: ФГНУ Росинформагротех. - 2004. - С. 12];
11. Концепция устойчивого развития сельских территорий Российской Федерации на период до 2020 года, утв. распоряжением Правительства Российской Федерации от 30 ноября 2010 г. № 2136-р;
12. Постановление Правительства Республики Башкортостан от 27 ноября 2007 г. № 343;
13. Управление развитием сельских территорий муниципального района /Т.В. Вострецова, Т.А. Галиев. - Уфа: БГАУ, 2010. - С. 9.
14. Устойчивое развитие сельских территорий как фактор обеспечения экономической безопасности / Ю.С. Богзыков, Б.А. Гольдварг, С. Д. Дурдусов и др.; под общ. ред. Н.Л. Курепиной. - Элиста: Изд-во КГУ, 2009. - С.18;
15. Устойчивое развитие сельских территорий / Под ред. В.М. Баутина. - М.: ФГНУ Росинформагротех. - 2004. - С.17.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2019
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия