Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
Проблемы современной экономики, N 2 (42), 2012
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ГЛОБАЛИЗАЦИЯ И ПРОБЛЕМЫ НАЦИОНАЛЬНОЙ И МЕЖДУНАРОДНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
Удовенко С. П.
заведующий кафедрой экономики таможенного дела
Санкт-Петербургского им. В.Б. Бобкова филиала Российской таможенной академии,
доктор экономических наук, профессор


О преодолении узкопрофессиональных подходов к исследованию проблематики экономической безопасности России
В статье рассматриваются проблемные вопросы экономической безопасности России, находящиеся на стыке экономики и права. Раскрываются последствия использования узкопрофессиональных подходов к исследованию экономической безопасности государства. Обосновываются направления и способы учета теоретических достижений при разработке концептуальных документов в области национальной и экономической безопасности
Ключевые слова: стратегия национальной безопасности РФ, угрозы экономической безопасности, пороговое значение, фактическое значение, индикатор экономической безопасности
УДК 338.23; ББК 65.9 (2 Рос)–98   Стр: 108 - 110

Как известно, выделение в объекте исследования различных аспектов и их обособленное, раздельное изучение допустимо на определенном этапе научных изысканий — стадии анализа. Однако, не менее важен и другой этап — синтез, т.е. восприятие и исследование объекта в единстве всех его аспектов.
Между тем, в последние годы в области проблематики экономической безопасности России прослеживается следующая тенденция: экономисты анализируют содержание, формы проявления и взаимосвязи экономической безопасности государства, как правило, в соответствии со своим понятийным аппаратом, а представители юридической науки уделяют преимущественное внимание технике подготовки правовых актов в этой области.
Одно из следствий такого подхода: аспекты (стороны, моменты) проблематики экономической безопасности, находящиеся на границе экономики и права, остаются зачастую вне поля зрения ученых. Соответственно, если нет взаимного обмена подходами, идеями, научными достижениями, в том числе и по «пограничным» вопросам, нетрудно предположить, что и процесс перевода (трансформации) теоретических конструкций, положений в строгие формулировки концептуальных документов и в правовые нормы может сопровождаться серьезными издержками.
К примеру, в Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года [1] представлены, в частности, такие конфигурации понятий, которые являются, на наш взгляд, дискуссионными.
В связи с этим сформулируем, находящиеся на стыке экономики и права, следующие взаимосвязанные вопросы:
1) Есть ли пробелы, недостаточно раскрытые моменты в теоретических наработках в области экономической безопасности государства, свидетельствующие о незавершенности построения системы ключевых понятий в данной сфере и затрудняющие в определенной степени подготовку качественных концептуальных документов по обеспечению национальной и экономической безопасности России?
2) Учитываются ли и в какой степени в концептуальных документах теоретические достижения в области экономической безопасности?
Начнем с ответа на первый из поставленных вопросов.
Среди многочисленных публикаций, посвященных проблематике экономической безопасности России, центральное место, на наш взгляд, занимает фундаментальный труд, подготовленный коллективом авторов под руководством профессора В.К. Сенчагова [2].
Своего рода каркасом в их теоретической концепции стала разработанная ими индикативная система экономической безопасности [2, с. 48–72], основными элементами (ключевыми понятиями) которой являются: экономическая безопасность государства; национальные интересы России; критерии экономической безопасности; угрозы экономической безопасности; индикаторы экономической безопасности; пороговые и фактические значения индикаторов экономической безопасности.
В связи с тем, что содержание и функции указанной системы достаточно подробно раскрыты в вышеназванной работе, остановимся на тех моментах, которые, с нашей точки зрения, требуют дополнительного обсуждения, уточнений, конкретизации.
Вначале кратко охарактеризуем соотношение ряда ключевых понятий.
Угрозы экономической безопасности (далее — ЭБ) получают количественное выражение в индикаторах ЭБ [2, с. 55], которые суть показатели, предназначенные для оценки состояния и уровня ЭБ как по экономике в целом, так и по отдельным ее сферам, сегментам, отраслям, территориям и т.д.
Для выявления того, в какой зоне — опасной или безопасной — находится экономика в целом или отдельные ее сферы, сегменты и т.д., в качестве рабочих инструментов используются два понятия. Одно из них — пороговые значения индикаторов ЭБ, которые можно определить как предельные значения этих индикаторов, выход за которые означает вхождение экономики (или ее части) в опасную зону, что препятствует нормальному развитию экономики и приводит, при определенных условиях, к разрушительным последствиям в экономике. Второе понятие — фактические значения индикаторов ЭБ, сведения о которых могут содержаться в статистических изданиях (по линии Росстата, Банка России и т.д.) и других достоверных источниках.
Сопоставление фактических и пороговых значений индикаторов ЭБ позволяет определить, по каким индикаторам экономика (или ее часть) находится в опасной или безопасной зоне, а если оно проводится за длительный временной период, то и динамику приближения к опасной зоне или удаления от нее или динамику превышения пороговых значений индикаторов ЭБ.
Если вышеприведенная характеристика соотношения угроз ЭБ, индикаторов ЭБ, пороговых и фактических значений индикаторов ЭБ, полное описание которого содержится в рассматриваемом труде, выглядит вполне рациональной и понятной, то по вопросу о том, когда и каким образом можно определять последствия и ущерб для экономики от действия угроз ЭБ, позиция отдельных авторов представляется очень общей и в ряде моментов дискуссионной.
Конечно, можно в целом согласиться с тем, что ущерб от каждой угрозы ЭБ может проявляться в самых разных явлениях, которые часто не могут быть выражены в четких количественных параметрах [2, с.766]. Не вызывает, на первый взгляд, возражения и тезис, что ущерб от действия угроз ЭБ может иметь количественную оценку по некоторым формам проявления, и тогда его необходимо рассчитать; не иметь количественной оценки, и тогда необходимо его качественное описание [2, с.766]. Приемлемо, в общем, и то, что необходимо ранжирование всех угроз ЭБ по масштабам негативных последствий и срокам их наступления [2, с.766].
Возражение вызывает сам подход (изложенный, правда, в неявной форме), из которого можно сделать вывод, что действие угрозы ЭБ непосредственно (без каких-либо промежуточных ступеней, звеньев) ведет к ущербу и / или негативным последствиям. О такой позиции свидетельствует и нижеследующая таблица [2, с.766].

Таблица 1
Схема ранжирования угроз экономической безопасности по масштабам негативных последствий и срокам их наступления
Угрозы экономической
безопасности, вызывающие
негативные последствия
Сроки наступления
негативных последствий
до 2 летот 3 до 5 летпосле 5 лет
Особо крупные
Крупные
Некрупные

Во-первых, если верно то, что определение угрозы ЭБ начинается с ее качественной характеристики, которая раскрывается посредством словесной формулировки, а количественным выражением угрозы ЭБ служат индикаторы ЭБ, то очевидно, что о степени опасности этой угрозы свидетельствуют данные о соотношении фактических и пороговых значений индикаторов ЭБ. Во-вторых, возникновение негативных последствий и ущерба для экономики от действия этой угрозы наступает при выходе за пороговые значения индикаторов ЭБ, т.е. при вхождении экономики (или ее части) в опасную зону.
Таким образом, между угрозой ЭБ и негативными последствиями и ущербом от ее действия находится важное функциональное звено — индикаторы ЭБ с их пороговыми и фактическими значениями.
Кроме того, известная неопределенность содержания используемых в рассматриваемой работе понятий — «негативные последствия», «ущерб» — затрудняет не только их применение в качестве инструментов познания, но и нахождение места этих понятий в теоретической системе экономической безопасности России.
Для снятия указанной неопределенности предлагаем принять негативные последствия и ущерб за различные характеристики более общего понятия, например, «результаты». В этом случае негативные последствия — качественная характеристика результатов, ущерб — их количественная характеристика. Поясним это на конкретном примере.
Одним из индикаторов ЭБ в подгруппе «Индикаторы развития отечественной промышленности и степень ее защищенности от импортной экспансии» [2, с.769] является «доля импортных товаров в ресурсах розничного товарооборота». Пороговое значение данного индикатора составляет, как известно, 30%. По данным Росстата [3], фактическое значение указанного индикатора составляло: 1995 г. — 54%; 2000 г. — 40%; 2005 г. — 45%; 2006 г. — 46%; 2007 г. — 47%; 2008 г. — 45%.
Таким образом, в течение длительного времени фактическое значение данного индикатора существенно превышало его пороговое значение. Следовательно, резонно предположить, что по этому индикатору экономика (точнее, какая-то ее часть) находилась все эти годы в опасной зоне.
Поскольку индикатор ЭБ «доля импортных товаров в ресурсах розничного товарооборота» является одним из количественных измерителей такой угрозы ЭБ, как чрезмерная зависимость экономики страны от импортной экспансии, постольку для конкретизации результатов опосредованного действия этой угрозы необходимо осуществить следующие шаги:
1. Определить цепочку вероятных негативных последствий от нахождения экономики в опасной зоне по рассматриваемому индикатору ЭБ.
К примеру, чрезмерная доля импортных товаров (например, продовольственных) может привести:
— к снижению выпуска аналогичных отечественных товаров;
— к сокращению числа отечественных предприятий, выпускающих аналогичную продукцию;
— к сокращению доходной части соответствующих бюджетов;
— к увеличению численности безработных в тех или иных регионах страны и т.д.
2. После определения негативных последствий от чрезмерного импорта товаров следует переходить к расчету ущерба для экономики от наступления и нарастания указанных последствий.
Естественно, что здесь возникает целый ряд вопросов. В порядке постановки сформулируем некоторые из них. Во-первых, какой период времени, в течение которого наблюдается выход за пороговые значения тех или иных индикаторов ЭБ, должен пройти, чтобы можно было определять негативные последствия и оценивать ущерб для экономики? Во-вторых, готова ли официальная статистика представлять данные о производстве отечественных товаров по той же товарной классификации, какая применяется в настоящее время в рамках Таможенного союза ЕврАзЭС (единая ТН ВЭД)? В-третьих, может быть следует определять последствия и ущерб тогда, когда они становятся очевидными и явно опасными?
Если исходить из того, что ощутимыми и явно опасными негативные последствия и ущерб становятся на этапе их масштабного нарастания, а также принять во внимание, что последствия и ущерб могут оказаться разрушительными для экономики, то, как нам представляется, процесс выявления последствий и оценки ущерба необходимо начинать в первые годы превышения пороговых значений индикаторов ЭБ.
Оценивая результаты современного этапа исследований проблематики экономической безопасности России, следует отметить, что здесь есть не только дискуссионные вопросы, нуждающиеся в дальнейшем обсуждении, не только так называемые «белые пятна», но и, что важно подчеркнуть, безусловные достижения, среди которых стоит назвать и индикативную систему экономической безопасности.
Основываясь на содержании и характере взаимосвязей ключевых элементов (понятий) этой системы, сформулируем положения, которые, на наш взгляд, следует учитывать при подготовке (или корректировке) концептуальных правовых документов в области национальной и экономической безопасности.
Общее правило: по каждой сформулированной угрозе ЭБ России должны быть определены конкретные индикаторы ЭБ, количественно отражающие эту угрозу.
Игнорирование этого принципиального, на наш взгляд, положения может привести к следующим ситуациям:
1) Угроза ЭБ в документе сформулирована, а индикаторы ЭБ по этой угрозе не определены. В этом случае очевидно, что аналитическую работу по выявлению степени опасности этой угрозы осуществить невозможно и, соответственно, нельзя разработать меры по ее устранению или нейтрализации. Следовательно, потребуется доработка документа в части определения конкретных индикаторов ЭБ по данной угрозе;
2) В документе определены индикаторы ЭБ, в том числе и такие, которые можно было бы использовать для количественного выражения вполне конкретной угрозы ЭБ, но сама эта угроза (точнее, ее формулировка) в документе отсутствует. Понятно, что и в этом случае потребуется его доработка:
— если предполагаемой, но не сформулированной в документе, угрозы ЭБ не существует в действительности, то содержащиеся в документе соответствующие индикаторы ЭБ подлежат исключению из него;
— если такая угроза ЭБ, по которой в документе определены индикаторы ЭБ, реально имеет место, то ее надо сформулировать в документе.
3) В документе сформулированы угрозы ЭБ, определены индикаторы ЭБ, но их сопоставление на предмет соответствия конкретных индикаторов ЭБ конкретным угрозам ЭБ показывает, что представленные в документе индикаторы ЭБ могут количественно отражать такие угрозы ЭБ, формулировки которых в этом документе отсутствуют. Очевидно, что в этом случае для сформулированных в документе индикаторов ЭБ необходимо определить соответствующие им угрозы ЭБ.
Разумеется, помимо указанных основных ситуаций, могут иметь место различные их сочетания, модификации и т.п.
Теперь можно перейти к ответу на второй из поставленных в начале статьи вопросов.
В Стратегии национальной безопасности РФ до 2020 года (далее — Стратегия) сформулированы главные стратегические угрозы национальной безопасности в экономической сфере на долгосрочную перспективу [1, п.55]. Там же [1, п.112] приведен перечень основных характеристик состояния национальной безопасности, которые предназначаются для оценки состояния национальной безопасности. Судя по смысловому содержанию, термин «характеристики состояния национальной безопасности» является синонимом более распространенного термина «индикаторы национальной безопасности», разновидностью которого служит термин «индикаторы экономической безопасности».
Руководствуясь раскрытым выше функциональным назначением индикативной системы экономической безопасности и, в частности, тем, что угрозы ЭБ получают количественное выражение в индикаторах ЭБ, сведем в нижеследующей таблице стратегические угрозы ЭБ и основные характеристики состояния национальной безопасности, представленные в указанной Стратегии.
Вначале дадим краткое пояснение составленной нами таблице. В левом столбце приведены угрозы ЭБ России, в правом — основные характеристики состояния национальной безопасности (далее — НБ) или, другими словами, индикаторы НБ. Кроме того, как известно, понятие «национальная безопасность» по своему содержанию шире понятия «экономическая безопасность». Поэтому сопоставлять с указанными угрозами ЭБ на предмет соответствия им необходимо не все индикаторы НБ, представленные в таблице, а только те из них, которые можно отнести к индикаторам ЭБ. Таковых получается пять (с № 1 по № 5 включительно).
Сопоставление угроз ЭБ России (с первой по седьмую) с индикаторами ЭБ (с первого по пятый) дает, на наш взгляд, основание сделать следующие выводы. Во-первых, ни по одной угрозе ЭБ не определены адекватные каждой из них индикаторы ЭБ, за одним, пожалуй, исключением: угрозе ЭБ под № 6 соответствует, хотя весьма и весьма опосредованно, индикатор ЭБ под № 4. Во-вторых, ни один из индикаторов ЭБ не является количественным выражением ни одной из семи угроз ЭБ, за одним исключением: индикатор ЭБ под № 4, по своей направленности, может быть количественным выражением угрозы ЭБ под № 6.
Нельзя не отметить и другое. К сожалению, среди угроз ЭБ России, представленных в Стратегии, не названа такая реальная угроза ЭБ (реальная и в 2009 г., когда была утверждена рассматриваемая Стратегия), как глубочайшее расслоение населения страны по доходам [4], хотя один из индикаторов ЭБ, адекватных этой угрозе, в числе индикаторов присутствует под № 2 — децильный коэффициент.
Вышеизложенное дает, на наш взгляд, основание сделать вывод о необходимости объединения усилий экономистов, юристов, представителей других наук в исследовании экономической безопасности России.

Таблица 2
Угрозы экономической безопасности России и основные характеристики состояния ее национальной безопасности
Главные стратегические угрозы национальной безопасности в экономической сфере на долгосрочную перспективу [1, п.55]Основные характеристики состояния национальной безопасности [1, п.112]
1. Сохранение экспортно-сырьевой модели развития национальной экономики.
2. Снижение конкурентоспособности и высокая зависимость важнейших сфер экономики от внешнеэкономической конъюнктуры.
3. Потеря контроля над национальными ресурсами.
4. Ухудшение состояния сырьевой базы промышленности и энергетики.
5. Неравномерное развитие регионов и прогрессирующая трудонедостаточность.
6. Низкая устойчивость и защищенность национальной финансовой системы.
7. Сохранение условий для коррупции и криминализации хозяйственно-финансовых отношений, а также незаконной миграции.
1. Уровень безработицы (доля от экономически активного населения).
2. Децильный коэффициент (соотношение доходов 10% наиболее и 10% наименее обеспеченного населения).
3. Уровень роста потребительских цен.
4. Уровень государственного внешнего и внутреннего долга в процентном отношении от валового внутреннего продукта.
5. Уровень обеспеченности ресурсами здравоохранения, культуры, образования и науки в процентном отношении от валового внутреннего продукта.
6. Уровень ежегодного обновления вооружения, военной и специальной техники.
7. Уровень обеспеченности военными инженерно-техническими кадрами.


Литература
1. Указ Президента Российской Федерации от 12.05.2009 № 537 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года».
2. Экономическая безопасность России: Общий курс: учебник / Под ред. В.К. Сенчагова. — 3-е изд., перераб. и доп. — М.: БИНОМ, 2010. — 815 с.
3. См.: Торговля в России. Стат. сборник. — М., 2009.
4. Между тем, в одной из своих программных статей В.В.Путин, характеризуя нерешенные проблемы, стоящие перед Россией, выделил и такую: недопустимо, вызывающе велика дифференциация доходов. — См.: Путин В.В. Строительство справедливости. Социальная политика для России // Комсомольская правда. — 2012. — 13 февраля.
5. Феофилова Т.Ю. Проблемы теории экономической безопасности // Проблемы современной экономики. — 2009. — № 4 (32).
6. Асадулаев А.Б. Социально-экономическая безопасность в системе национальной безопасности // Проблемы современной экономики. — 2009. — № 3 (31).

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2017
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия