Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 4 (44), 2012
ИЗ ИСТОРИИ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МЫСЛИ И НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА
Иконникова О. В.
доцент кафедры бухгалтерского учета, аудита, статистики
филиала Всероссийского заочного финансово-экономического института в г. Архангельске,
кандидат экономических наук


Развитие теории человеческого капитала: общественно-исторические и экономические аспекты
Статья посвящена анализу теории человеческого капитала в ее становлении и развитии, обогащении содержания, адекватной исторической эпохи
Ключевые слова: человеческий капитал, заработная плата, трудовые ресурсы
УДК 331.101; ББК 65.02   Стр: 443 - 446

Как отмечает Е.М. Самородова, важнейшая предпосылка исследований в интересующей нас научной сфере — это «тезис о том, что человек является одновременно и производителем, и потребителем материальных благ». [1, С. 7]
О роли человека в общественной жизни задумывались еще мыслители Античности. Платон (428 или 427 г. до н.э. — 348 или 347 г. до н.э.) в трактатах «О душе» и «Государство» исследовал место человека в системе социальных и экономических отношений, при этом подчеркивал важность процесса обучения человека — «ведь правильное воспитание и обучение пробуждает в человеке хорошие природные задатки, а у кого они уже были, те благодаря такому воспитанию становятся еще лучше — и вообще, и в смысле передачи их своему потомству, что наблюдается у всех живых существ». [2, С. 172]
Аристотель (384 г. до н.э. — 322 г. до н.э.) полагал, что человек стремится к личному счастью, а «счастье — это некая деятельность души в полноте добродетели». [3, С. 60] Он пришел к выводу, что добродетель бывает двух видов — мыслительная и нравственная; и если нравственная рождается привычкой, то «мыслительная возникает и возрастает преимущественно благодаря обучению». [Там же, С. 64]
Долгое время возможность придания человеку свойств капитала ограничивалась этическими нормами. Как отмечал Г. фон Тюнен (1783–1850), моральная скромность заставляла авторов научных исследований и просто людей воздерживаться от мыслей, сколько человек стоит и какова величина капитала, который может быть в него инвестирован; рассмотрение человека как одной из форм капитала казалось чем-то непристойным. Из нежелания оценивать человеческие существа в денежном выражении «проистекает недостаток ясности и путаность понятий в одной из наиболее важных областей политической экономии», и «свобода и достоинство людей могли бы быть успешно обеспечены, если бы они были субъектами законов о капитале». [Цит. по: 4, С. 9]
Интересными представляются труды, посвященные исследованию человека, его потребностей и способностей, философов XVI–XIX веков. Т. Гоббс (1588–1679) в работе «Левиафан» подчеркивал, что стоимость или ценность человека составляет столько, сколько можно дать за пользование его силой, и поэтому является вещью не абсолютной, а зависящей от нужды в нём и оценки другого.
Дж. Локк (1632–1704) в работе «Два трактата об управлении государством» утверждал, что «каждый человек обладает некоторой собственностью, заключающейся в его собственной личности... Труд его тела и работа его рук ... принадлежат ему. Что бы тогда человек ни извлекал из того состояния, в котором природа этот предмет создала и сохранила, он сочетает его со своим трудом и присоединяет к нему нечто, принадлежащее лично ему, и тем самым делает его своей собственностью». [5, С. 277]
Появление теории человеческого капитала можно оправданно отнести к эпохе зарождения капитализма. Связана означенная теория, прежде всего, с именами Уильяма Петти, Адама Смита и Давида Рикардо.
Английский статистик и экономист Уильям Петти (1623–1687) первым из известных нам исследователей сделал попытку количественного измерения человеческого капитала, под которым он понимал как самого человека, так и его полезные свойства. Он включал в состав богатства не только землю и капитал, но и людей, труд которых создает им и нации тот или иной доход.
На основе анализа соотношения между годовыми расходами государства (40 млн.) и доходами от имущества (15 млн.) он приходит к выводу, что именно труд населения должен доставить остальные 25 млн., необходимых для покрытия расходов. И так как имущество королевства, приносящее лишь 15 млн. ф. ст. дохода, стоит 250 млн. ф. ст., то население, приносящее 25 млн. ф. ст., стоит 417 млн., «ибо хотя считается, что ценность отдельных человеческих индивидов равна приблизительно восьми годовым доходам, однако весь род людской имеет такую же стоимость, как и земля, будучи по своей природе, сколько мы знаем, столь же непреходящим. Представляется разумным, чтобы то, что мы называем богатством, имуществом или запасом страны, и что является результатом прежнего, или прошлого, труда, не считалось бы чем-то отличным от живых действующих сил, а оценивалось бы одинаково и одинаково бы участвовало в покрытии общественных нужд». [6, С. 82]
Важными статьями государственных расходов У. Петти считал расходы на школы и университеты, поддержку одаренных и талантливых людей, а также содержание сирот и немощных людей.
В работе «Политическая арифметика» (1676 г.) он предложил метод подсчета ценности каждого человека, отметив, что «ценность основной массы людей, как и земли, равна двадцатикратному годовому доходу, который они приносят». [7, С. 171]
В отличие от У. Петти, который включал в человеческий капитал стоимость как трудоспособного, так и нетрудоспособного населения, А. Смита (1723–1790) интересовало преимущественно население в трудоспособном возрасте.
Рассуждая о действительной и номинальной цене товаров, А. Смит заметил, что «труд был первоначальной ценой, первоначальной покупной суммой, которая была уплачена за все предметы. Не на золото или серебро, а только на труд были приобретены все богатства мира». [8, С. 38] При этом он признает, что не всегда бывает просто установить соотношение между различными видами труда, призывая принимать во внимание не только тяжесть той или иной работы, но и уровень мастерства работника — «один час занятия таким ремеслом, обучение которому потребовало десять лет труда, может содержать в себе больше труда, чем работа в течение месяца в каком-нибудь обычном занятии, не требующем обучения». [Там же, С. 39]
В состав основного капитала, который характеризуется тем, что приносит доход, он включил машины и орудия труда, доходные постройки, улучшения земли, а также приобретенные и полезные способности всех жителей или членов общества. «Приобретение таких способностей, считая также содержание их обладателя в течение его воспитания, обучения или ученичества, всегда требует действительных издержек, которые представляют собой основной капитал, который как бы реализуется в его личности. Эти способности, являясь частью состояния такого лица, вместе с тем становятся частью богатства всего общества, к которому оно принадлежит». [Там же, С. 208]
В труде «Начала политической экономии и налогового обложения» Д. Рикардо (1772–1823) также рассматривает основной набор издержек по созданию человеческого капитала, подчеркивая роль образования в формировании богатства нации: во многом именно недостатком образования во всех слоях народа объясняет он разный уровень экономического развития стран.
Он полагал, что, как и все другие предметы, труд имеет свою естественную и свою рыночную цены. Естественная цена труда — та, которая необходима, чтобы рабочие имели средства к существованию и к продолжению своего рода (т.е. естественная цена труда зависит от цены пищи, предметов необходимости и удобства, требующихся для содержания рабочего и его семьи). Он заметил, что с прогрессом общества естественная цена труда имеет тенденцию повышаться. Рыночная цена труда — это та цена, которая действительно платится за него в силу естественного действия отношения предложения к спросу (труд дорог, когда он редок, и дешев, когда имеется в изобилии). [9, С. 449]
Джон Стюарт Милль (1806–1873) утверждал, что производство образуют два элемента: труд — физический и умственный (или, по его словам, — мускульный и нервный) — и надлежащие природные объекты его приложения. При этом он отмечал, что «понятие труда необходимым образом включает не только само по себе трудовое усилие, но также все неприятные ощущения, все физические неудобства или умственные напряжения, связанные с применением мускульной или духовной энергии или той и другой вместе в каком-либо роде занятий». [10, С. 109]
Капитал он определил как предварительно накопленный запас продуктов прошлого труда. Размер же заработной платы, по его мнению, зависит от соотношения между численностью трудящегося населения и капиталом или другими средствами, предназначенными для покупки рабочей силы.
В его учении важная роль отводится свободе выбора человека, которую ему обеспечивает прогресс. Он утверждал, что образование становится одной из важнейших ценностей: оно позволяет выбирать другие блага, использовать их с максимальной пользой, развивает потребности и побуждает человека преобразовывать свою производственную деятельность. Процесс образования капитала он связал со способностью человека накапливать мастерство, которое может считается богатством лишь в качестве средства приобретения богатства в его материальном смысле. Он одним из первых среди ученых-экономистов пришел к выводу, что хотя основой инвестирования в развитие работника должно быть сбережение, всё же часть накопленного предпринимателем капитала должна передаваться работникам для наращивания капитала в будущем.
При этом само человеческое существо он не считал капиталом и отмечал, что человек служит целью, ради которой существует богатство, а вот приобретенные способности человека с полным основанием можно отнести к категории «капитал».
Карл Маркс (1818–1883) определил рабочую силу (способность к труду) как «совокупность физических и духовных способностей, которыми обладает организм, живая личность человека, и которые пускаются им в ход всякий раз, когда он производит какие-либо потребительные стоимости». [11, С. 178] Он отметил, что «стоимость рабочей силы, как и всякого другого товара, определяется рабочим временем, необходимым для производства, а следовательно, и воспроизводства этого специфического предмета торговли... Стоимость рабочей силы есть стоимость жизненных средств, необходимых для поддержания жизни ее владельца». [Там же, С. 181]
Он указывал, что совершенствование производительной силы труда определяется во многом созидательными, умственными способностями человека, для развития которых необходимо свободное время. Развитие же человеческих способностей можно рассматривать как производство основного капитала, причем этим основным капиталом является сам человек.
Он подчеркивал, что более высокий, более сложный труд должен иметь более высокую стоимость, чем простая рабочая сила, так как его образование требует более высоких издержек и овеществляется в сравнительно более высоких стоимостях.
По мнению Маркса, рабочая сила в руках трудящихся есть только товар, в капитал же она превращается только в руках ее покупателя — капиталиста.
Не следует полагать, что российские ученые оставались в стороне от изучения вопросов формирования и использования человеческого капитала.
М.И. Туган-Барановский отмечал своеобразность рабочей силы как товара, отличающую его от всех без исключения других товаров: «Все остальные товары представляют внешние продукты или средства хозяйственной деятельности человека, хозяйственные объекты. Рабочая сила человека это сам человек, т.е. не объект, а субъект хозяйства». [12, С. 400]
Известный русский ученый Д.И. Менделеев писал: «Образование есть благоприобретенный капитал, отвечающий затрате времени и труда и накоплению людской мудрости». [13, С. 239]
Альфред Маршалл (1842–1924) допускал, что оценка капитальной стоимости человека может быть полезна. Ему принадлежит утверждение, что самый ценный капитал — это тот, который вложен в человеческие существа. Он отмечал, что каждый экономический субъект стремится к материальному комфорту и при этом старается сделать каждое свое действие экономически целесообразным.
Немало внимания он уделял и вопросам обучения, полагая, что хорошее образование способно принести большие выгоды даже рядовому рабочему. При этом он справедливо замечает, что «целесообразность затраты государственных и частных средств на образование не следует измерять лишь его непосредственными практическими результатами. Экономическая выгода от использования одного крупного промышленного открытия вполне достаточна для покрытия издержек на образование целого города». [14, С. 246]
Он выделял следующие особенности действия спроса и предложения на рынке труда:
1. Человеческий фактор производства не покупается и не продается, как машины и другие вещественные факторы производства;
2. Когда человек продает свои услуги, ему приходится представить себе, где именно ему нужно будет работать. Для продавца кирпичей безразлично, где используют кирпич, в постройке дворца или канализации, но для продавца своего труда, берущегося за выполнение работы определенной трудности, далеко не всё равно, будет ли место, где ему предстоит трудиться, здоровым и приятным, и окажутся ли его товарищи по труду такими, каких он хочет иметь;
3. Труд часто продается при особо неблагоприятных условиях, проистекающих из группы тесно связанных между собою фактов, а именно из того, что рабочая сила отличается «нехранимостью», что продавцы ее — это обычно бедные люди, не имеющие никакого резервного фонда, и что они не в состоянии произвольно снять свою рабочую силу с продажи;
4. Длительность времени, требующегося на подготовку работника к труду и на обучение его профессии, с одной стороны, и медленная отдача результатов такого обучения — с другой. [Там же, С. 535–543]
При этом он отверг идею о человеческом капитале как нереалистичную (ибо «человеческие существа не продаются на рынке»), что в немалой степени повлияло на снижение интереса зарубежных ученых к исследуемой проблеме в начале 20 века. Из трудов того времени следует отметить разве что работы Дж. Уолша, который изучал влияние профессионального образования на национальный доход США.
Между тем, именно в это время в России проводились интересные исследования, касавшиеся влияния образования на экономическое развитие страны.
В результате опроса рабочих на механических заводах в 1895 году Л.Л. Гавришев сделал вывод о росте заработной платы с ростом числа лет обучения в школе. Тогда же П.М. Шестаков провел статистическое исследование грамотности и ее влияния на производительность труда на ситценабивной мануфактуре. Общую идею этих разработок очень лаконично сформулировал академик Императорского Московского университета И.И. Янжул: «Будет Россия образованна, будет и богата». [Цит. по: 15, С. 31]
Представляют интерес и разработки отечественного экономиста С.Г. Струмилина, который первым в экономической литературе оценил вклад различных уровней образования в бюджет государства и бюджет работника и осуществил расчет окупаемости образования и квалификации. Он также отмечал: «Цена товара — рабочей силы — измеряется ценой необходимого для ее воспроизведения продукта, ценой средств существования рабочего... Цена рабочей силы, как и всякого другого товара, устанавливается в стихийном процессе непрерывной борьбы между продавцами и покупателями этого товара... Побуждаемые голодом рабочие, соперничая друг с другом, понижают заработную плату до уровня, ниже которого им не хватило бы уже и на существование». [16, С. 72–72]
Таким образом, можно констатировать, что отдельные элементы теории человеческого капитала были разработаны к началу 20 века, но исследователи занимали разные позиции по вопросу о содержании понятия «человеческий капитал». Отождествляли его и с самим человеком, и с определенными сторонами личности (мастерство, приобретенные способности). Как справедливо замечает Е.М. Самородова, вплоть до начала 60-х годов двадцатого века «проблематика формирования рабочей силы находилась на периферии интересов экономической науки». [1, С. 14]
Новый виток интереса к исследованию человеческого капитала был обусловлен как дефицитом квалифицированных кадров после Второй мировой войны, так и преобразованиями в производительных силах общества, вызванных научно-технической революцией, сделавшей квалификацию работников одним из важнейших факторов экономического роста.
В начале 60-х годов двадцатого века появляются работы Т. Шульца «Формирование капитала образования» и «Инвестиции в человеческий капитал», в которых процесс улучшения качества рабочей силы рассматривается как закономерный итог вложений дополнительных средств в образование, а человеческий капитал определяется как дополнительный источник дохода, обеспечиваемый знаниями, навыками, способностями человека. Он полагал, что инвестиции в человеческий капитал являются главной составляющей экономического роста. При этом к инвестициям в человеческий капитал он относил не только прямые затраты, связанные с обучением, но и время и усилия самих обучающихся.
«Шульц одним из первых рассчитал величину человеческого капитала в США в 1961 г. Он использовал следующий способ: стоимость одного года обучения каждого уровня, какой она была в 1956 г. (с учетом потерянных заработков), умножалась на число человеко-лет образования, накопленных населением к тому или иному моменту времени». [15, С. 76]
М. Фридмен трактовал человеческий капитал как некий фонд, обеспечивающий своему владельцу перманентный доход, равный величине ожидаемых будущих поступлений дохода; он рассматривал его как часть имущества, находящегося во владении человека, наряду с деньгами или ценными бумагами.
Основой теории Г. Беккера, изложенной в его работах «Вложения в человеческий капитал: теоретический и эмпирический анализ», «Человеческий капитал и личное распределение дохода: попытка анализа», «Экономический подход к человеческому поведению», стал вывод о том, что экономическое поведение человека определяется его стремлением к максимизации полезности в результате выбора из нескольких альтернатив. К человеческому капиталу он отнес приобретенные знания, навыки, мотивации и энергию, которыми наделены человеческие существа и которые могут использоваться в течение определенного периода времени в целях производства товаров и услуг. Беккер указал, что человеческий капитал — форма капитала, потому что является источником будущих заработков, или будущих удовлетворений, и он человеческий, потому что является составной частью человека.
Практическая сторона исследований Г. Беккера состояла в том, что он получил количественные оценки рентабельности вложений в человека и сопоставил их с фактической рентабельностью большинства фирм США. [17, С. 23]
Доказав высокую результативность вложений в человеческий капитал, Беккер обосновал необходимость увеличения государственных и частных инвестиций в образование и подготовку кадров.
Но, несмотря на значительное влияние трудов Г. Беккера и представителей его школы на формирование концепции человеческого капитала, не следует полагать, что высказанные ими утверждения не подвергались критике. Так, представители т.н. «теории фильтра» отрицали прямую связь между образованием, производительностью и доходами, а образование рассматривали как возможность перемещения наиболее способных людей в слои элиты. Радикальные экономисты полагали, что образование не столько формирует человеческий капитал, сколько воспроизводит социальное неравенство, подчиняя труд капиталу. Представители течений, выступавших с альтернативных Т. Беккеру позиций, также утверждали, что корреляция между образованием и заработной платой существует лишь для групповых величин, а при анализе индивидуальных данных эта связь не прослеживается, и на уровень доходов влияют самые разнообразные факторы — такие, как происхождение, пол, возраст, цвет кожи.
Приведем также некоторые трактовки понятия «человеческий капитал», данные современными российскими учеными-экономистами.
На этапе перехода страны к рыночным отношениям М.М. Критский [18, С. 17], определил человеческий капитал как новую (всеобще-конкретную) форму жизнедеятельности общества, ассимилирующую ранее нарушенное единство производителя и потребителя.
С.А. Дятлов отмечает, что содержание данной категории как целостного многогранного явления, имеющего структурно-функциональную организацию, не может быть адекватно отражено в одном определении, а требует нескольких системно взаимосвязанных определений, в качестве которых он предложил следующие:
1) человеческий капитал — адекватная постиндустриальному состоянию общества эпохи научно-технической революции форма выражения /организации, функционирования и развития/ производительных сил человека, включенных в систему социально-ориентированной рыночной экономики в качестве ведущего элемента общественного воспроизводства и решающего фактора экономического роста;
2) человеческий капитал — экономическая оценка /денежная и неденежная/ сформированной в результате инвестиций в человека его потенциальной способности приносить доход;
3) человеческий капитал — сформированный в результате инвестиций и накопленный человеком определенный запас здоровья, знаний, навыков, способностей, мотиваций, которые целесообразно используются в той или иной сфере общественного воспроизводства, содействуют росту производительности труда и эффективности производства и тем самым ведут к росту заработков данного человека. [19, С. 3]
Следует признать, что понятие «человеческий капитал» является одним из самых обсуждаемых в современной науке, при этом среди его исследователей нет единого мнения относительно трактовки данного термина. Следует ли включать в его состав не только приобретенные, но и врожденные способно­сти и качества человека? Является ли капиталом сам человек? Можно ли объективно оценить человеческий капитал или любая его оценка будет спорной?
Эти и другие вопросы требуют еще более тщательного изучения, ведь, как полагают некоторые ученые, «в новом столетии человеческий капитал будет определять устойчивое развитие, обеспечивая более половины экономического роста». [20, С. 47]


Литература
1. Самородова Е.М. Человеческий капитал: особенности функционирования, накопления, использования: монография. - СПб.: Изд-во «Инфо-да», 2008. - 127 с.
2. Платон. Государство. Законы. Политик. - М.: Мысль, 1998. - 798 с.
3. Аристотель. Этика. - М.: ООО «Издательство АСТ», 2002. - 492 с.
4. Сергеев М.П., Цветкова А.А., Церцеил А.Г. Человеческий капитал и экономическая безопасность России: проблемы и перспективы: Монография. - Казань: ТГГПУ, 2008. - 180 с.
5. Локк Дж. Избранное. - М.: Мысль, 1988. - 668 с.
6. Петти В. Слово мудрым (1664 г.) / Экономические и статистические работы. - М.: Государственное социально-экономическое издательство, 1940. - 324 с.
7. Петти У. Политическая арифметика (1676 г.) / Экономические и статистические работы. - М.: Государственное социально-экономическое издательство, 1940. - 324 с.
8. Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. - М.: Изд-во социально-экономической литературы, 1962. - С. 38.
9. Рикардо Д. Начала политической экономии // Антология экономической классики.: В 2 т. Т. 1. - М.: МП «ЭКОНОВ», 1993. - 475 с.
10. Милль Дж.С. Основы политической экономии с некоторыми приложениями к социальной философии: пер. с англ. - М.: Эксмо, 2007. - 1040 с.
11. Маркс К. Капитал. Критика политической экономии / Маркс К. Т. 1, Кн. 1 - М.: Политиздат, 1978. - 907 с.
12. Туган-Барановский М.И. Основы политической экономии. - М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1998. - 664 с.
13. Менделеев Д.И. Заветные мысли. - СПб., 1903-1904. - 316 с.
14. Маршалл А. Основы экономической науки. - М.: Эксмо, 2007. - 832 с.
15. Добрынин А.И., Дятлов С.А., Цыренова Е.Д. Человеческий капитал в транзитивной экономике: формирование, оценка, эффективность использования. - СПб.: Наука, 1999. - 309 с.
16. Струмилин Ст. Богатство и труд. Популярно-научный очерк. - СПб.: Изд-во «Новый миръ», 1906. - 104 с.
17. Синицкая Н.Я. Развитие человеческого потенциала как стратегическая цель региональной социальной политики: Монография. - Архангельск: Поморский университет, 2004. - 298 с.;
18. Критский М.М. Человеческий капитал. - Л.: Изд-во Ленинградского ун-та, 1991. - 120 с.
19. Дятлов С.А. Человеческий капитал России: проблемы эффективного использования в условиях переходной экономики. - СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та экономики и финансов, 1995. - 16 с.
20. Бушуев В.В., Голубев В.С., Селюков Ю.Г., Коробейников А.А. Человеческий капитал для социогуманитарного развития. - М.: Изд-во «ИАЦ Энергия», 2008. - 96 с.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия