Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (49), 2014
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РЕГИОНОВ И ОТРАСЛЕВЫХ КОМПЛЕКСОВ
Панов А. М.
аспирант Института социально-экономического развития территорий Российской академии наук (г. Вологда)

Возможности расширения предложения рабочей силы на рынке труда (на примере Вологодской области)
В статье рассматриваются тенденции экономической активности населения на рынке труда Вологодской области. Автор анализирует возможность расширения регионального рынка труда за счtт собственных и внешних ресурсов, для чего исследует различные категории населения, образующие трудовые ресурсы региона. Выявлены факторы, препятствующие расширению регионального рынка труда
Ключевые слова: трудоспособное население, рынок труда, экономическая активность, трудовая миграция
УДК 331.5.024.5(470.12); ББК 65.240.51–21(2Рос-4Вол)   Стр: 197 - 200

В условиях старения населения, сокращения численности трудовых ресурсов, актуальным является вопрос о возможностях регулирования предложения рабочей силы на рынке труда. Согласно среднему варианту демографического прогноза Росстата, к 2020 г. удельный вес населения в трудоспособном возрасте в России сократится с 61% до 55,4%, к 2030 — до 54,6% [17]. Произойдёт это, прежде всего, за счёт увеличения доли населения старше трудоспособного возраста. Таким образом, сокращение предложения рабочей силы ожидается уже в среднесрочной перспективе. Его расширение возможно за счёт внутренних и внешних ресурсов. К первым относится повышение экономической активности населения, ко вторым — привлечение трудовых мигрантов.
В настоящем исследовании будут рассмотрены различные группы населения, представляющие трудовые ресурсы Вологодской области за пятилетний период с 2007 по 2012 гг.: население в трудоспособном возрасте, экономически активное и неактивное население, а также процессы трудовой миграции.
На сегодняшний день общий уровень экономической активности в России можно охарактеризовать как высокий (рис. 1).
Рис. 1. Удельный вес экономически активного населения в общей численности населения, в процентах. [23]
По экономической активности населения Россия уступает таким государствам, как Дания, пенсионный возраст в которой составляет 65 лет [22, с. 182], что обусловлено высокой продолжительностью жизни и хорошим состоянием здоровья населения, или Китай, в котором, согласно Конституции, труд является прямой обязанностью населения. В то же время, экономическая активность населения России выше, чем в таких развитых странах, как Великобритания или Германия. Таким образом, текущее состояние экономической активности граждан России в сравнении с многими государствами может рассматриваться в целом как конкурентное преимущество.
За исследуемый период удельный вес населения, проявляющего экономическую активность, в Российской Федерации в целом — возрос на 0,8 п. п., в то время как в СЗФО и Вологодской области — снизился на 0,6 и 0,9 п. п., соответственно (табл. 1).
Сокращение общей численности экономически активного населения, прежде всего, обусловлено демографическими тенденциями: в Вологодской области доля населения в трудоспособном возрасте сократилась на 3 п.п., население старше трудоспособного возраста возросло на 2,2%, общая численность сократилась на 2% [2, с. 20; 14, с. 14].
Демографические процессы являются экзогенными по отношению к рынку труда, тем не менее, от них в значительной степени зависит экономическая активность населения. Тем не менее, экономическая активность населения снижается значительно медленнее, чем происходит его старение: несмотря на демографические изменения, уровень экономической активности остался практически неизменным.
Экономически неактивное население представляет существующий, но не используемый потенциал для расширения предложения рабочей силы. Прежде всего, это относится к представителям данной категории, находящимся в трудоспособном возрасте.
В 2010 г. в Вологодской области не выразили желание работать 138,1 тыс. человек трудоспособного возраста, в 2011 — 128,3 тыс. Это количество составляет 18% от всего трудоспособного населения и 10,7% от общей численности населения области. 57,6 тыс. человек обладали опытом работы, но 40 тыс. из них не выразили желания работать.
Использование категории «трудоспособный возраст» затруднительно для анализа ресурсного потенциала рабочей силы, поскольку этот период охватывает слишком длительный период жизни — в этом возрасте находятся люди, ещё не успевшие получить общее полное образование, и те, кому до пенсии остаются считанные годы. Поэтому для того, чтобы выделить группу людей, наиболее пригодных к трудовой деятельности, мы обратимся к понятию «люди лучшего рабочего возраста», которое было введено, Н.Д. Кондратьевым [8, с. 50]. Представляется, что это население в возрасте 25–49 лет, поскольку они обладают определенным уровнем образования, профессиональным и жизненным опытом и продолжительным периодом до выхода на пенсию.
В период с 2007 по 2011 гг. в общей структуре экономически неактивного населения можно выделить две группы, имеющие наибольший удельный вес (табл. 2).
Первая группа представлена молодыми людьми в возрасте 15–19 лет, то есть студентами и обучающимися в школах и вузах, ещё не успевшими проявить экономическую активность. За данный период доля этой возрастной группы снизилась с 29 до 22%. Данная группа представляет ресурсный потенциал, большая часть которого будет реализована в ближайшие годы. Вторая крупная группа трудовых ресурсов — население в возрасте 60–72 лет. В основном она включает пенсионеров, завершивших трудовую деятельность. Объём этой категории на протяжении рассматриваемого периода практически не изменился, он составляет приблизительно 37%, что говорит о том, что на сегодняшний день возраст является основным фактором экономической неактивности.
Удельный вес следующей возрастной группы, за счёт которой действительно возможно расширение предложения рабочей силы (20–24 года) — относительно небольшой: в период с 2007 по 2011 он увеличился с 9 до 11%. Кроме того, часть её представлена студентами вузов, чья экономическая активность будет проявлена позднее.
Удельный вес людей лучшего рабочего возраста (с 25 до 49 лет) в общей массе экономически неактивного населения за весь рассматриваемый период составляет 12%, численность в 2011 году — 35,5 тыс. человек, или 5% от общей численности населения трудоспособного возраста. Принимая во внимание то, что рабочее время является невосполнимым ресурсом, таким и будет фактически упущенный ресурсный потенциал лучшего рабочего возраста. Очевидно, что столь небольшая численность данной группы недостаточна для того, чтобы расширить совокупное предложение рабочей силы.
Значительный ресурсный потенциал кроется в старших возрастных группах: 21% экономически неактивного населения находится в возрасте 45–59 лет.
Один из способов экономической активизации населения — повышение пенсионного возраста. Однако, по нашему мнению, такой путь является неэффективным. Повышение пенсионного возраста регулируется лишь на федеральном уровне, и, соответственно, не даёт возможности действовать с учётом специфики рынка труда в отдельно взятом регионе. Единственная положительная черта этого механизма состоит в том, он позволяет задействовать большее количество населения. Однако это население старших возрастных групп, для которого в целом характерно худшее состояние здоровья, а такая принудительная экономическая активизация заставит людей работать на износ. Следует учитывать, что состояние здоровья взрослого населения в России является критическим. В 2011 г. вероятность смерти в период с 15 до 60 лет для российских мужчин составила 351человек на 1000 человек населения, для женщин — 131/1000. Государствами, близкими к России по уровню смертности взрослых мужчин, являются Кения (346/1000), Кот Д’Ивуар (348/1000) и Джибути (352/1000). По уровню смертности женщин — Филиппины (137/1000) и Республика Киргизия (135/1000). Для сравнения, в Германии этот показатель составляет 96/1000 для мужчин и 51/1000 для женщин, во Франции — соответственно 113/1000 и 53/1000 [24, с. 51, 53, 55]. Российский рынок труда следует адаптировать к демографическим тенденциям — старению населения и ухудшению состояния его здоровья. Тем не менее, в перспективе экономическая активизация населения старших возрастных групп кажется нам необходимой. Эффективными являются её альтернативные формы, подразумевающие добровольное, а не принудительное трудовое участие.
Представляется, что действенным ответом на современные демографические вызовы может стать создание новых форм занятости, развитие института надомной работы, дальнейшая реализация целевых программ по развитию рынка труда. Возможно также стимулирование предпринимательской деятельности (льготное кредитование, гранты и конкурсы), однако это связано с оценкой делового климата в регионе — инвестиционной привлекательности территорий, состояние спроса и предложения на те или иные товары и услуги, институциональных барьеров и других факторов ведения бизнеса.
Системная реализация этих мероприятий окажет влияние на неформальные институты рынка труда, создаст устойчивую тенденцию добровольного включения в общественное производство людей, ранее бывших экономически неактивными.
Внешним ресурсом предложения на рынке труда региона является трудовая миграция, которая может оказывать как положительное, так и отрицательное влияние. Миграционная убыль в сочетании с прочими негативными демографическими тенденциями в перспективе приводит к сокращению численности трудовых ресурсов и ухудшению уровня и качества жизни населения, что говорит о необходимости повышения экономической активности. При миграционном приросте в сочетании с ростом экономической активности, конкуренция за рабочие места возрастёт, вследствие чего увеличится напряжение на рынке труда. В Вологодской области за исследуемый период сложились отрицательные миграционные тенденции (табл. 3).
За весь рассматриваемый период основную часть миграционного прироста области составляли лица старше трудоспособного возраста, а в 2012 г. миграционный прирост обеспечивался исключительно за счёт представителей этой категории. В отношении лиц трудоспособного возраста и младше наблюдалась миграционная убыль. В отличие от Вологодской области, в целом по России и особенно на Северо-Западе, наблюдается значительная повышательная тенденция миграционного прироста. В силу того, что большинство прибывающих в Вологодскую область мигрантов старше трудоспособного возраста, миграция в регион не является перспективным источником увеличения количества трудовых ресурсов.
В 2011 г. в регион с целью осуществления трудовой деятельности из зарубежных стран прибыло 11144 человека, что составляет 1,7% от общей численности занятых в регионе. Из них только 69,1% получили разрешение на работу или патент [5]. Международная миграция не оказывает значимого влияния на совокупный рынок труда Вологодской области — это объясняется тем, что данная территория не относится ни к трудодефицитным, ни к приграничным регионам, которые являются основными центрами притяжения иностранных трудовых мигрантов [1, с. 67]. Кроме того, следует учитывать негативные последствия, связанные с международной миграцией — нарушения миграционного и трудового законодательства, снижение квалификации рабочей силы, вероятность демпинга оплаты труда. Следует отметить, что наибольшее количество иностранной рабочей силы, имеющей легальный статус, также сконцентрировано в финансовых центрах, трудодефицитных и приграничных регионах: 17,3% легальных трудовых мигрантов трудятся в г. Москве, 12,6 — в Санкт-Петербурге, 5,1% — в Краснодарском крае, 3,7% — в Ханты-Мансийском автономном округе [12, с. 21].
Для Вологодской области более привлекательным путём расширения рынка труда могла бы стать миграция из субъектов РФ. Чтобы оценить перспективы трудовой миграции в регионе, следует учитывать аналогичные процессы на соседних территориях, поскольку именно они могут притягивать трудовых мигрантов, либо наоборот — стать крупными «поставщиками» рабочей силы в другие регионы. В 2012 г. в 5 из 10 регионов Северо-Западного Федерального округа: Республике Карелия, Калининградской, Новгородской, Псковской областях сальдо трудовой миграции было отрицательным, в Архангельской области оно равнялось нулю, в оставшихся регионах — положительным (табл. 4).
В Вологодской области наблюдался незначительный миграционный прирост, равный 0,7 тыс. человек. В 2011 г. на территории области постоянную работу имело 2576 человек, в 2012 — 4152. Такое количество работников из других субъектов РФ не способно оказать значимого влияния на совокупный рынок труда Вологодской области при его совокупном объёме в 640 тыс. человек [21, с. 8]. При относительно близком географическом расположении к таким экономически благоприятным городам, как Москва и Санкт-Петербург, можно заключить, что область не обладает конкурентными преимуществами. Исключение может составить население северных регионов, находящихся ближе к Вологодской области, поскольку в их случае конкурентными преимуществами будет не столько оплата труда, сколько благоприятная инфраструктура и климатические условия. Например, согласно методике районирования, разработанной сотрудниками Института экономических проблем Кольского научного центра РАН и Института географии РАН, Архангельская область относится к категории чрезвычайно дискомфортных и очень дискомфортных территорий, в то время как Вологодская область — к категории умеренно неблагоприятных [13, с. 184–185].
Представляется, что для расширения совокупного предложения рабочей силы в Вологодской области за счёт представителей других регионов нецелесообразно использовать прямые методы, такие, как предоставление жилья, материальное стимулирование, оплату расходов на переезд, поскольку эти затраты окажутся несоизмеримо высоки. Единственный способ привлечь мигрантов из других регионов — повысить привлекательность рабочих мест, улучшив условия труда и увеличив заработную плату, то есть повлиять не на миграционные процессы, а на рынок труда в целом.
Планируя мероприятия, направленные на расширение рынка труда, необходимо учитывать состояние его конъюнктуры — уровень занятости и безработицы. Этот вопрос приобретает особую значимость на региональном уровне, поскольку состояние рынка труда в различных регионах России существенно варьируется. Так, в 2011 году среднероссийский уровень общей безработицы составлял 6,6%, в то же время в Москве он равнялся 1,4%, а в Республике Ингушетия — 48,8%. В Вологодской области безработица несколько превысила среднероссийский уровень и составила 7,5% [11, с. 134].
Население, бывшее ранее экономически неактивным и вышедшее на рынок труда, не только столкнётся с конкуренцией за рабочие места, но и создаст дополнительное напряжение на рынке труда. Такой же эффект произведут и трудовые мигранты. В регионах, обладающих благоприятной конъюнктурой рынка труда, где уровень общей безработицы относительно невысок, такое повышение предложения рабочей силы возможно и желательно.
Однако в этом случае возникает вопрос — какой уровень безработицы следует считать высоким. Одним из способов ответа на него является расчёт естественного уровня безработицы. По мнению Р.И. Капелюшникова, в 2011 г. уровень естественной безработицы в России составил 5,5% [6]. Соответственно, в регионах, где уровень безработицы ниже этого значения, некоторый рост экономической активности является желательным — это позволит расширить рынок труда в регионе и создаст здоровую конкуренцию предложения рабочей силы. В 2011 г. в Российской Федерации насчитывалось 17 таких регионов, среди которых — города Москва, Санкт-Петербург, Ленинградская, Костромская области, Республика Мордовия и другие территории [11, с. 134]. В остальных регионах России уровень безработицы выше, поэтому мероприятия, направленные на повышение экономической активности населения не дадут результатов, кроме роста уровня безработицы и снижения заработной платы. В Вологодской области в 2011 г. уровень безработицы составлял 7,7%, в 2012 — 6,2% [11, с. 134]. Таким образом, мы можем охарактеризовать рынок труда области как умеренно неравновесный. Соответственно, расширение предложения рабочей силы без пропорционального увеличения спроса на неё окажет неблагоприятное влияние на рынок труда.
Основной потенциал расширения предложения на рынке труда Вологодской области кроется не в возможности привлечения мигрантов, а в экономической активизации собственного населения региона, поскольку численность экономически неактивного населения Вологодской области значительно превышает количество мигрантов, прибывающих в регион. Тем не менее, при сохранении существующих форм занятости, эти возможности невелики и не смогут оказать существенного влияния на рынок труда. Применительно к Вологодской области следует говорить лишь о комплексном расширении рынка труда: увеличение экономической активности населения или привлечение мигрантов возможно при создании новых рабочих мест.
Несмотря на то, что удельный вес экономически активного населения в Вологодской области, Северо-Западном Федеральном округе и России в целом является практически неизменным, демографические вызовы диктуют необходимость трансформировать рынок труда, адаптировать его к возрастной структуре населения в средне- и долгосрочной перспективе.

Таблица 1
Удельный вес экономически активного населения в общей численности населения, в % [3; 11, с. 54, 98]
Территория2007 г.2008 г.2009 г.2010 г.2011 г.2012 г.
Вологодская Область54,354,355,554,854,453,4
Северо-Западный Федеральный округ56,056,556,255,555,455,4
Российская Федерация52,753,153,052,853,053,5


Таблица 2
Распределение численности экономически неактивного населения Вологодской области по возрастным группам [14, с.20]
Возрастная группаПоказатель20072008200920102011
всеготыс. чел.296,8295,7278,2287,4285,9
%100100100100100
15–19 леттыс. чел.85,875,266,267,261,7
%28,925,423,823,421,6
20–24 леттыс. чел.25,625,432,132,930,5
%8,68,611,511,410,7
25–44 леттыс. чел.27,027,426,427,228,2
%9,19,39,59,59,9
45–49 леттыс. чел.8,99,48,47,17,3
%3,03,23,02,52,6
50–54 леттыс. чел.13,116,611,915,216,2
%4,45,64,35,35,7
55–59 леттыс. чел.26,531,329,433,135,4
%8,910,610,611,512,4
60-72 леттыс. чел.109,8110,2103,8104,7106,5
%37,037,337,336,437,3


Таблица 3
Миграционный прирост в Вологодской области, Россий­ской Федерации и Северо-Западном Федеральном округе, на 10000 населения [3]
ТерриторияВозрастная группа200720082009201020112012
Вологодская областьЛица трудоспособного возраста2,01,7-1,3-2,21,2-9,8
Лица старше трудоспособного возраста1,43,72,41,64,23,3
Лица моложе трудоспособного возраста0,20,0-0,5-1,1-0,7-2,3
Всего3,65,40,5-1,64,7-8,8
СЗФОЛица трудоспособно-го возраста14,918,319,215,946,553,7
Лица старше трудоспособного возраста1,90,50,70,01,22,2
Лица моложе трудоспособного возраста1,01,60,40,02,01,9
Всего17,820,420,415,949,757,8
Российская Фе-дерацияЛица трудоспособного возраста13,013,614,19,018,816,8
Лица старше трудоспособного возраста1,81,61,71,01,92,0
Лица моложе трудоспособного возраста2,01,81,61,11,61,8
Всего16,817,017,311,122,420,6
Таблица 4
Межрегиональная трудовая миграция на территории Северо-Западного Федерального округа [15, с. 312; 10]


Литература
1. Безбородова Т.М. Мигранты на российском рынке труда // Социол. исследования. — 2013. — № 5. — С. 67.
2. Демографический ежегодник Вологодской области, 2013: стат. сб. / Вологдастат. — Вологда, 2013.
3. Единая межведомственная информационно-статистическая система (ЕМИСС) [Электронный ресурс] / Росстат. — Режим доступа: http://www.fedstat.ru/indicator/data.do.
4. Занятость и безработица в Российской Федерации в декабре 2012 года [Электронный ресурс]: Стат. бюллетень / Росстат, 2012. — Режим доступа: http://www.gks.ru/bgd/free/b04_03/IssWWW.exe/Stg/d01/20.htm
5. Итоги деятельности УФМС России по Вологодской области за 2011 год по основным направлениям [Электронный ресурс] // Энциклопедия знаний Pandia.ru. — Режим доступа: http://www.pandia.ru/text/77/151/7216.php
6. Капелюшников Р.И. Естественная норма безработицы стала ниже [Электронный ресурс] // Эксперт. — 2013. — Режим доступа: http://expert.ru/expert/2013/05/estestvennaya-norma-bezrabotitsyi-stala-nizhe/
7. Козлова О.А., Кармакулова А.В. Проблемы и перспективы развития гибких форм занятости населения в северном регионе // Экономика региона. — 2013. — № 2. — С. 27–34.
8. Кондратьев Н.Д. Большие циклы конъюнктуры и теория предвидения. Избранные труды / Междунар. фонд Н.Д. Кондратьева [и др.]; ред. колл.: Л.И. Абалкин [и др.]; сост. Ю.В. Яковец. — М.: Экономика, 2002. — 767 с.
9. Леонидова Г.В., Панов А.М., Попов А.В. Трудовой потенциал России: проблемы сбережения // Проблемы развития территорий. — 2013. — № 4(66). — С. 49–57.
10. Межрегиональная трудовая миграция [Электронный ресурс]: стат. бюллетень. / Росстат 2013. — Режим доступа: http://www.gks.ru/free_doc/new_site/population/trud/migrac/mtm_2012.htm
11. Регионы России. Социально-экономические показатели. 2012 [Текст]: стат. сб. / Росстат. — М., 2012. — 990 с.
12. Российская экономика: прогнозы и тенденции / Колл. авторов // Центр анализа данных высшей школы экономики. — 2013. — № 6. — 24 с.
13. Север как объект комплексных региональных исследований / Отв. ред. В.Н. Лаженцев. — Сыктывкар, 2005. — 512 с.
14. Труд и занятость в Вологодской области 2007–2012: стат. сборник / Вологдастат. — Вологда, 2013.
15. Труд и занятость в России. 2011: стат. сб. / Росстат. — М., 2011. — 637 с.
16. Центральная база статистических данных: интерактивная витрина [Электронный ресурс] / Федеральная служба государственной статистики. — Режим доступа: http://cbsd.gks.ru/
17. Численность населения по отдельным возрастным группам [Электронный ресурс]: демографический прогноз // Росстат, 2013. — Режим доступа: http://www.gks.ru/free_doc/new_site/population/demo/progn3.htm
18. Шабунова А.А., Леонидова Г.В. Качество трудовых ресурсов России: региональный аспект // Актуальные проблемы экономики и права. — 2012. — № 2. — С. 126–134.
19. Шабунова А.А., Чекмарева Е.А. Трудовой потенциал региона: учеб. пособ. для вузов. — Вологда: ИСЭРТ РАН, 2010. — 95 c.
20. Экономическая активность населения Вологодской области 2012: стат. сб. / Вологдастат. — Вологда, 2013.
21. Экономическая активность населения Вологодской области. 2013: стат. сб. / Вологдастат. — Вологда, 2013.
22. Pension country profile: Denmark (Extract from the OECD Private Pensions Outlook 2008): Информационно-аналитический материал / ОЭСР, 2008. — 308 c.
23. World Bank Database [Электронный ресурс]: Электронная база данных // Всемирный банк. — Режим доступа: http://www.worldbank.org/
24. World Health Statistics 2013: стат. сб. / Всемирная организация здравоохранения (WHO), 2013. — 169 c.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2019
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия