Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 2 (58), 2016
ТЕКУЩАЯ БИБЛИОГРАФИЯ
Румянцев М. А.
профессор кафедры экономической теории
Санкт-Петербургского государственного университета,
доктор экономических наук


Реальная политэкономия о нереальном капитализме
О книге: Рязанов В.Т. (Не)Реальный капитализм. Политэкономия кризиса и его последствий для мирового хозяйства и России. — М.: Экономика, 2016. — 695 с.
Читателям журнала представлена книга, в которой всесторонне исследованы кризисные процессы в мировом хозяйстве и в российской экономике. Особое внимание в книге уделено проблеме перенакопления капитала и способам ее разрешения в рамках концепции постмарксистского синтеза.
Ключевые слова: кризис, глобализация, политэкономия, кейнсианство, капитал, финансовый капитализм, рента, спрос, экономический рост, неоиндустриализация
ББК У010я73 + У010.3я73 + У010.4я73   Стр: 263 - 265

Крах конторы Баймакова,
Баймакова и Лури,
Вместе зрели оба кова,
Два банкрутства — будет три!
Будет три, и пять, и восемь,
Будет очень много крахов
И на лето, и под осень (...)
Ф.М. Достоевский

Кузнец ободряет плавильщика, разглаживающий листы молотом — кующего на наковальне, говоря о спайке: «хороша»; и укрепляет гвоздями, чтобы было твердо.
Пророк Исайя

Лейтмотив новой книги В.Т. Рязанова — поиск путей выхода из лабиринтов созданной современным капитализмом экономики нереальных или фиктивных (ложных) ценностей в сфере спекулятивных финансов, долговых пирамид и виртуального потребления. По мысли автора, возвращение в мир реальных экономических ценностей имеет особое значение для России, которой предстоит обрести созидательные силы развития на путях цивилизационного самоопределения.
Книга впечатляет панорамным видением современных проблем мировой экономики. В ней основательно исследованы проблемы глобализации и противоречия финансовых рынков, теории экономических кризисов при капитализме, дан сравнительный анализ Великой депрессии и Великой рецессии, раскрыты системные последствия мирового кризиса 2008–2009 гг. Значителен масштаб поставленных вопросов о российском развитии. Автор скрупулезно анализирует кризисные процессы 1990–1998 гг. и последовавшие за ними восстановительные мероприятия по импортозамещению (курс Примакова-Маслюкова); определяет возможности и противоречия сложившейся в 1999–2008 гг. модели рентносырьевой экономики; исследует внутренние и внешние причины кризиса 2008–2009 гг. и его уроки; доказывает необходимость новой индустриализации России; выявляет перспективы «нового посткризисного мира» — в мировом и российском хозяйстве.
В плане методологии автор раскрывает возможности обновленной политической экономии в современных условиях. При этом в книге использованы методы институционального и макроэкономического анализа, достижения ведущих экономических школ. Свои выводы В.Т. Рязанов базирует на анализе большого массива статистических данных по российскому и мировому хозяйству. В книге содержатся 80 таблиц и 27 рисунков, в конце повествования представлен обстоятельный предметный Указатель и обширный Указатель имен.
Книга состоит из двух взаимосвязанных частей: Ч. 1. Кризис глобализации и его системные последствия и Ч.2. Кризис глобализации и Россия: экономическое развитие и новая индустриализация. Для пользы изложения, представлю ключевые концептуальные положения книги, каждое из которых имеет самостоятельное значение, но в то же время они логически связаны между собой.
Новая стадия капитализма: от ГМК-1 к ГМК-2. Переход от государственно-монополистического капитализма (ГМК-1) к глобально-монополистическому капитализму (ГМК-2) раскрывается автором как «революция дерегулирования» последних десятилетий. Господство крупнейших ТНК на мировом рынке потребовало «зачистки» мирового экономического пространства от национальных границ и национальных регуляторов. Демонтаж государственного регулирования финансовых рынков, формирование глобального Интернет-пространства, почти повсеместное утверждение принципов либерализма привели к становлению новой экономической системы в виде глобального или всеобщего капитализма. Однако кризис 2008–2009 гг. показал, что дерегулирование национальных рынков привело к глобальной дезорганизации хозяйственной деятельности с избыточными рисками и высокой неопределенностью (с. 19–27). Отмечается, что ставка на создание самоподдерживающих финансовых механизмов экономического роста и открытие новых факторов экономического развития в результате глобализации не избавили экономику от нарастания дисбалансов, глобального неравенства и деиндустриализации. Уязвимость нынешней модели глобализации усиливается вследствие приоритета внешнего спроса над внутренним с ориентацией на узкую специализацию страны в рамках международного разделения труда (с. 273–287). Среди сценариев будущего развития автор исследует возможности реставрации неолиберальной глобализации, регионализации и восстановления национальных регулирующих механизмов (с.289–292).
Современный мировой кризис есть системный кризис модели финансового капитализма. В качестве спускового механизма мирового кризиса 2008–2009 гг. в книге рассмотрено всеобщее тотальное перекредитование экономики, которое явилось системным последствием дематериализации денег и радикальных изменений в структуре денежной массы, практически полного разрыва спекулятивно-финансовой сферы и производственно-потребительского сектора, разрыва сбережений и инвестиций, а также кредитно-денежной эмиссии в экономике США. Кроме того, начавшаяся в 1970-е гг. т.н. «секьюритизация активов» привела к переводу долгов в ценные бумаги с последующей безудержной спекуляцией ими на финансовых рынках. Показано, что либерализация мировых финансов превратила всех экономических агентов и рядовых граждан в заложников и вынужденных участников спекулятивно-финансовых операций. Сформированную таким образом модель финансового капитализма автор определяет в теоретическом контексте проблемы перенакопления капитала. В книге представлены линейный (стадиальный) и нелинейный (циклический) подходы к эволюции капитализма (с. 58–68). Сделан вывод о том, что системные дисбалансы, породившие мировой кризис не устранены и «устойчивое снижение циклических колебаний, наблюдавшееся с начала 1980-х годов, которое трактовалось в контексте успешной реализации контрциклической макроэкономической политики, осталось в прошлом» (с.506). Чтобы противостоять долговому спаду и «росту без развития» необходимо «восстановление хозяйственного порядка на новой структурно-системной основе — технологической, институциональной, финансовой, поведенческой» (с.189).
Постмарксистский синтез и возвращение политэкономии. Поскольку кризисы имманентны природе капитализма, то для анализа кризисных процессов во всей их полноте, считает автор, необходим интегративный, синтетический научный дискурс, включающий в себя достижения комплиментарных научных школ. В этом плане особое значение имеет марксистский подход с его акцентом на познание философско-экономических основ движения капитализма. В.Т. Рязанов показывает пример продуктивного применения категорий политэкономии (капитал как самовозрастающая стоимость, ссудный капитал, накопление капитала, финансовый капитализм, воспроизводство) к анализу современной хозяйственной жизни. Крайне важным сегодня оказывается совместное использование философско-экономического марксистского подхода с другими исследовательскими программами, альтернативными неоклассике, названное автором «постмарксистским синтезом». Так, для выявления в кризисе циклических и нециклических параметров автор обращается к идеям М.И. Туган-Барановского и Н.Д. Кондратьева, к теории циклов капиталистического накопления Дж. Арриги, к инновационно-технологическим теориям, дает современную трактовку системных и структурных кризисов. Особое значение в постмарксистском синтезе В.Т. Рязанов отводит кейнсианству и идеям М. Калецкого о деформации рыночного ценообразования монополиями (с. 172–180). По его мнению, такие методологические основания кейнсианства как подход к изучению национальной экономики в целом, анализ воспроизводственных процессов сближают кейнсианскую теорию с марксизмом. На практике с помощью кейнсианских методов стимулирования потребительского и инвестиционного спроса можно разрешить проблему перенакопления капитала и задействовать избыток капитала в целях социализации экономики. На примере сравнения выхода из Великой депрессии и затянувшейся Великой рецессии наших дней в книге показано преимущество политики «экономики спроса» над политикой регулирования автономных от реального сектора параметров денежной массы («экономика предложения»).
Системные антикризисные мероприятия России: социализация природной ренты и социализация финансов. Автор не ограничивается привычными инвективами в адрес «экспортно-сырьевой модели российской экономики» и «сырьевой ловушки», но ищет пути развития нефтегазового комплекса в качестве «возможно, новой стартовой площадки в развертывании политики реиндустриализации» (с.441). ТЭК должен быть объектом высокотехнологичных инноваций, первичным звеном в цепочках создания добавленной стоимости, порождающим мультипликационные эффекты в промышленности. Требуется новый вариант экономической политики, направленной на выравнивание условий хозяйствования в сырьевом и реальном секторах, а также демонтаж сложившегося распределения экспортных доходов в пользу сырьевых компаний с вывозом капитала в оффшорные юрисдикции. Для решения этой задачи автор предлагает осуществить на практике принцип социализации природной ренты — сформировать подчиненный общественным интересам комплекс отношений собственности, в котором государство как собственник недр взаимодействует с частными компаниями-недропользователями на основе концессий (с.448–457). Социализация природной ренты, по мнению автора, позволит перенаправить рентно-сырьевые доходы на необходимые структурные изменения в народном хозяйстве.
В качестве альтернативы «финансовому капитализму», который блокирует развитие всех экономик мира, автором разработана концепция «социализации финансов» — проект двухканальной банковской системы перевода сбережений в инвестиции. Один из таких «каналов» действует в обычном рыночном режиме, а другой, общественный, в котором запрещены финансовые спекуляции, обеспечивает льготное финансирование приоритетных народнохозяйственных проектов (с.628–636). Понятно, что реализация концепции «социализации финансов» имеет особое значение для отечественной экономики в решении проблемы домонетизации экономики, нейтрализации давления финансовых спекулянтов и превращения банковского кредита в фактор долговременного развития.
Новый индустриальный разворот России. Какой должна быть экономическая политика страны, какие изменения необходимо внести в курс экономических преобразований? Это один из центральных вопросов сочинения В.Т. Рязанова и он дает на него системный ответ. Во-первых, автор подвергает критическому анализу оторванные от реальной жизни «продвинутые» макроэкономические модели, лежащие в основании монетаристской политики таргетирования инфляции как, в основном, ценового феномена. Во-вторых, в работе обоснована необходимость перехода от модели «экономики предложения» к модели «экономики спроса» — к стимулированию потребительского и инвестиционного спроса как решающего фактора вывода отечественной экономики на траекторию роста. В-третьих, расширение совокупного спроса может реализоваться на основе восстановления воспроизводственного потенциала и проведения программы масштабной реиндустриализации производительных сил России (с.554). При этом автор четко различает симуляционные проекты постиндустриализма и «сервисной революции», которые направлены на сворачивание реального сектора и, с другой стороны — развитие промышленности на новой технико-технологической основе. «Если «старая индустриализация» была индустриализацией «моторов и машин» и она определяла переход от аграрной к раннеиндустриальной экономике, то ее современный этап опирается на информационные технологии, био- и нанотехнологии, которые важны не только своим самостоятельным значением, но и способностью обновить облик традиционных промышленных отраслей» (с.569).
Автор разработал дорожную карту новой индустриализации, предполагающей, в частности, реализацию инфраструктурных проектов, развитие высокотехнологичного ОПК, перемены в управленческой сфере, децентрализацию экономической власти и преимущественное создание крупных и малых промышленных предприятий в регионах (с.607–619). Особо выделю идею сдвига производительных сил России в восточные регионы страны — на Урал, в Сибирь и Дальний Восток. В книге обоснованно, что именно в этих регионах целесообразно разместить «экономическую столицу России» или управленческий Центр новой индустриализации, в качестве которого могут рассматриваться Екатеринбург или Новосибирск (с.614–617). Отмечается особая роль Арктического проекта и в целом — особенности хозяйственного строя России как цивилизации Севера (с. 668–669).
Резюмируя, можно сказать, что при разработке сценариев выхода мировой и отечественной экономики на новую траекторию посткризисного развития в книге значительное внимание уделено кейнсианству и его современным возможностям. Автор настаивает на социализации природной ренты, финансов и инвестиций, тем самым возлагая определенные надежды на формирование новой социализированной и производительной модели капиталистического хозяйства. Понятно, что очертания посткризисного мира еще не определены. И все же в контексте видения перспектив новой «социализации капитализма» уместно привести слова преподобного Иоанна Лествичника, изображение Лествицы которого автор промыслительно поместил на оборотной стороне обложки книги: «Сребролюбие начинается под видом раздаяния милостыни, а заканчивается ненавистью к бедным. Сребролюбец бывает милостив пока собирает деньги; а как скоро накопил их, так и сжал руки» [Преподобного отца аввы Иоанна. Лествица, 1995].
В столь насыщенной научными, историческими и практическими материалами книге сложно избежать повторов и некоторых «нестроений» в изложении материала. К примеру, во II части сочинения на стр. 642–643 изложена фундаментальная теория перенакопления капитала Р. Люксембург. На взгляд читателя представляется, что этот фрагмент, как и последующие рассуждения о логических границах капитализма, более уместно было бы разместить в I части книги в разделе «Теория экономических кризисов при капитализме: возвращение политической экономии».
Вопросы также вызывает высказанная автором поддержка планам создания «православной финансовой системы» по принципу исламского банкинга (с. 637). В отношении популярных ныне идей о «православных банках» и о «православных финансовых продуктах» мы должны ясно понимать принципиальные различия экономических учений Христианства и Ислама. В Евангелии, в отличие от Корана, нет ни одной апологии «правильных институтов», налогов или беспроцентного устроения экономики. Христианская экономия интровертна, она направлена не к «институтам», а вглубь личности, к человеку и его экономическим ценностям. Думаю, что проект «православного банкинга» не плодотворен ни в экономическом, ни в религиозно-культурном смысле. Замечу, что и в рамках православной хозяйственной культуры возможно использовать долговые ссудные отношения в общественных интересах. Показателен здесь опыт Византийской империи. Ростовщичество в империи ромеев было морально осуждено, а некоторые императоры законодательно запрещали его. Но в виде исключения из нормы, если это было необходимо для торговли или строительства, дача денег в ссуду разрешалась законодательно. Для этого существовало особое сословие — аргиропраты (ювелиры, менялы). Они по­средничали в сделках, покупали для других имущество, давали в долг под залог сделки. Их деятельность напоминала современный факторинг. Иными словами, если хозяйственное право базируется на христианской норме, то использование ссудных институтов в народнохозяйственных целях — в качестве оговоренного дополнения или исключения из нормы — может быть продуктивным. Таким образом, Православная и Исламская хозяйственные модели стремятся к общим целям — к социальной справедливости, этическому предпринимательству, солидарности и сотрудничеству, но достигают этих целей на разных религиозных путях.
Что же касается постмарксистского синтеза, то в работе рассмотрена, прежде всего, его марксистско-кейнсианская версия, что позволило автору дать глубокий анализ современных процессов перенакопления капитала и разработать практические рекомендации в макроэкономической и институциональной сферах. Дальнейшее развитие постмарксистского синтеза, видимо, будет связано с еще более холистическими и эволюционными теориями, нежели кейнсианская «экономика спроса на деньги»: немецкой исторической школой, отечественным евразийством, «старым институционализмом», современными концепциями промышленной политики и национальных инновационных систем, рядом теорий эволюционной динамики. Указанные теории обладают высокой комплиментарностью с аксиоматикой классической политэкономии и нацелены на разработку проблем развития общественных производительных сил.
Капитальный труд Виктора Тимофеевича Рязанова вызывает не только академический и научно-практический интерес. Очень хотелось бы включить в учебники по экономической теории целый ряд положений из его книги. И распространить не только в СПбГУ, но и в других высших учебных заведениях как необходимые учебные материалы, благодаря которым учащиеся смогут найти ответы на важные вопросы современной экономической науки и хозяйственной жизни.


Литература
Преподобного отца аввы Иоанна. Лествица. — Большой Тихвинский Успенский мужской монастырь, 1995. — 352 с.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2018
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия