Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
Подписка на журнал
Реклама в журнале
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
Проблемы современной экономики, N 1 (61), 2017
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ГЛОБАЛИЗАЦИЯ И ПРОБЛЕМЫ НАЦИОНАЛЬНОЙ И МЕЖДУНАРОДНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
Хубиев К. А.
профессор кафедры политической экономии экономического факультета
Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова,
доктор экономических наук


Современные тенденции мирового экономического развития: политэкономический подход
В статье рассматриваются тенденции мирового экономического развития, включающие борьбу за новый торгово-экономический передел мира, контрцикличность и долговой характер движения современной мировой экономики. В контексте этих тенденций обсуждается становление и перспективы развития ЕАЭС, а также влияние мировых экономических тенденций на национальную экономику. Обосновывается вывод о новой ступени развития государственно-монополистического капитализма -транснациональном государственно-монополистическом капитализме
Ключевые слова: транснациональный государственно-монополистический капитализм, торгово-экономический передел мира, контрцикличность движения мировой экономики, долговая экономика, ТТП, ЕАЭС, АСЕАН
УДК 330.3; ББК У43(0)8   Стр: 62 - 67

Введение
Столетие (век) является конвенциальным периодом оценок исторического развития вообще и цивилизационного прогресса, в частности. ХХ век оказался противоречивым в контексте развития человеческой истории. С одной стороны, был интенсивно продолжен научно-технический прогресс, который вывел человечество на уровень новых технологических укладов. С другой стороны, ХХ век сопровождался войнами, в том числе и самой разрушительной в истории Второй мировой войной. В ХХ веке в России произошли революции-Февральская и Октябрьская. По случаю столетия разворачиваются их оценки, в том числе и в агрессивно — негативных тонах, рисуя густыми кровавыми красками отдельные события прошлого. Но оценки эпохальных событий требуют широкого исторического взгляда на прошлое и моделирование исторических альтернатив. Нам представляется, что рубиконным критерием исторических оценок должен быть ответ на вопрос: по каким законам возможно было бы альтернативное историческое развитие, какой миропорядок был бы установлен, если бы история пошла по альтернативному пути. Если бы не произошла Великая Октябрьская Социалистическая революция, не была бы создана новая (на тот период времени) индустриальная экономика и не был бы образован СССР. А это два главных фактора, обеспечивших победу во Второй мировой войне и определившие глобальную линию цивилизационного развития. Альтернатива была бы такова. Не было бы СССР и ее форсированного индустриального развития. Был бы эволюционный процесс развития производительных сил. Россия и другие соседние государства, объединившиеся в СССР, при альтернативном историческом сценарии в самом лучшем случае были бы на уровне Франции, Чехословакии. И фашистской Германии более сильного сопротивления оказать не смогли бы. Победа фашистской Германии означала бы мироустройство и мировой общественный порядок по законам, вытекающим из фашистской идеологии. Напомним, что у немецкого фашизма были и союзники, и приспешники. В случае победы они бы процвели и фашистское ремесло было бы поставлено на поток. Материальные, людские, интеллектуальные и иные ресурсы были бы подчинены мрачной социальной перспективе. О том, какая судьба была уготовлена «неполноценным» народам, проживающим на территории СССР, напоминать не нужно. Вот это обстоятельство должны помнить те, кто сейчас спекулируют на жертвах. Они действительно были огромными, в том числе и трагическими. Лучше было бы их избежать. Но все жертвы должны быть оценены с точки зрения исторических альтернатив. А каковы были бы жертвы, если бы история развернулась в сторону фашистских альтернатив. От этих альтернатив ХХ век был спасен Октябрьской революцией, прежде всего, созданным на ее основе СССР и форсированной индустриализацией1.
С разрушением СССР, соединенными усилиями его внешних и внутренних врагов, мир стал однополярным и вся ответственность за мировое развитие перешла на сторону развитого капитализма. Была разрушена, как утверждалось противниками СССР, «империя зла». Теперь уже никто не мешал создавать «империи добра». Четверть века-достаточный исторический срок, чтобы миру были предъявлены результаты добрых дел. Мир увидел эти «добрые» дела: совершенно безнаказанное разорение, в том числе и варварскими военными методами целых стран; превращение других стран в полигон для реализации провокационных технологий внутреннего раздора и разорения, в том числе и в виде «цветных революций», сопровождаемых гражданскими войнами; развертывание технологий экономических войн и т.д. Попытки распространения по всему миру «либеральных ценностей» капиталистического общественного устройства не сделали мир безопасней, справедливей. Капитализм не только не преодолел прежде накопившиеся проблемы мирового экономического развития, а обременил их новыми: терроризм, массовая миграция населения стран, разоренных войнами, в том числе устроенными США. При этом сохранились и прежние проблемы, приобретя глобальный масштаб: бедность и усиление дифференциации населения, обострение экологических проблем. В области экономики бушуют новые типы кризисов: финансовые, долговые, ипотечные; усилилась волатильность фондовых рынков, резко выросло влияние мировых цен на энергоносители, на «самочувствие» мировой экономики. Осознание этих фактов получает достаточно широкое распространение и усиливаются сомнения в перспективах доминирования ценностей однополярного мира. Вопрос о необходимости изменения основ общественного устройства ставится даже на мировых форумах, организованных элитой капиталистических стран, в частности, Давосских форумах.
Качественное развитие производительных сил в ХХ веке признается всеми направлениями экономической теории. Также признаются соответствующие им изменения в экономических отношениях и формах организации, в том числе и процессы концентрации и централизации капитала. Но экономическая наука еще существенно отстает в теоретическом анализе современных тенденций мирового экономического развития, которое в условиях глобализации тесно связано с национальной экономикой суверенных стран. В данной работе будет представлена попытка теоретически, прежде всего с позиций политической экономии, осмыслить актуальные тенденции глобального и национального уровня. По нашему мнению, в ХХ1 веке складываются тенденции, ведущие к новой ступени развития капитализма — транснациональному государственно-монополистическому капитализму, где экономическая сила монополий сливается с политической силой государства в стремлении к глобальному доминированию. Последующее изложение будет отчасти посвящено доказательству этого тезиса.

Новый торгово-экономический передел мира
В ХХI веке ведущие мировые центры экономического развития (США, ЕС и Китай) приступили к новому торгово-экономическому переделу мира. Процесс этот, как и его возможные последствия, экономической наукой еще не изучен, хотя он затронет не только главных участников, но и все национальные экономики, так или иначе вовлеченные в орбиту функционирования мирового хозяйства. Он сопровождается развертыванием нового типа конкуренции между странами и их объединениями. Это конкурентная борьба экономических союзов стран, совокупный потенциал которых позволяет влиять на мировую экономическую конъюнктуру. Это борьба за новый глобальный торгово-экономический передел мира. Доминируют здесь США, которые создали многочисленные межгосударственные объединения и активно в них участвуют. Последними глобальными инициативами в этой области являются проекты Транстихоокеанского партнерства (ТТП) и Атлантического экономического партнерства США с ЕС. Реализация этих проектов направлена на изменение торгово-экономической картины мира, которое отразится на экономических интересах России и межгосударственных объединений, в которых она участвует и, прежде всего, в ЕАЭС. Можно даже прогнозировать постепенную номинализацию ВТО, подобно тому как в свое время постепенно распалась Бреттон-Вудская система из-за появления и параллельного функционирования новых сил и механизмов международных экономических отношений и институтов.
Соглашение о создании Транстихоокеанского партнёрства было подписано 4 февраля 2016 года в Окленде (Новая Зеландия). По прогнозам, доля стран ТТП (вместе с Японией) в мировом ВВП может достигнуть 38–40% и четверти оборота мировой торговли (при этом лидируя по объему доли в ВВП, но уступая в обороте мировой торговли торговому блоку АСЕАН+6 при условии участия Китая в АСЕАН.. Транстихоокеанское партнёрство (ТТП), международная торгово-экономическая организация, ставит целью — создание зоны свободной торговли в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Это глянцевая сторона проекта.
Данная структура должна стать альтернативой АСЕАН, АТЭС, и ее создание является продолжением американской политики по сохранению контроля над Тихоокеанской зоной, созданию экономического блока для противостояния растущему влиянию Китая и России в регионе. Это главный мотив создания данной организации. Большой проблемой, прежде всего для Китая, является не только сама направленность против его растущего влияния, а средства борьбы, которые планируется задействовать с привлечением международных организаций.
1. В соглашении предусматривается регулирование большого круга вопросов, связанных с правовой охраной интеллектуальных прав (доменные имена в Интернете, регистрация и защита товарных знаков, охрана авторских и смежных прав, ограничения в производстве дешёвых аналогов запатентованных лекарств и др.), связанных с сельским хозяйством, телекоммуникациями, финансовыми услугами, таможенным сотрудничеством и тарифами, взаимными инвестициями и т.д. В этих мерах просматривается направленность на монополизацию инноваций, объектов НТП, с тем, чтобы ограничить доступ конкурентам к средствам технологического развития.
2. Еще существеннее выглядят средства борьбы (с Китаем, прежде всего) через «трудовые и экологические стандарты», поднятием их до определенного, «международного» уровня. Предполагается давление США и их союзников на конкурентов через навязанный «экспорт» стандартов развитых стран, созданных, в том числе и за долги развивающимся странам, о чем будет сказано ниже.
3. Предполагаемое регулирование споров между транснациональными корпорациями и правительствами суверенных стран приведет к верховенству ТНК США над национальными правительствами.
Заметим, что в этом проекте отчетливо проявляется сращивание транснациональных компаний и государства с далеко идущими целями, вплоть до доминирования ТНК над национальными правительствами.
Можно добавить, что для реализации методов борьбы против растущего влияния Китая (и России) предполагается задействовать международные контрольно-правовые организации с контрольно-правовыми функциями, которые позволят вмешиваться в деятельность национальных правительств. Понятно, что пока это проекты с далеко идущими целями и их реализация не может быть беспрепятственной. Ниже мы остановимся на противоречивости его реализации. Но сам проект и возможные последствия его реализации уже вызвали настороженность.
На Санкт-Петербургском международном экономической форуме (ПМЭФ) 17 июня 2016 года Президент России В.В. Путин и Президент Казахстана Н.А. Назарбаев в своих пленарных докладах большое внимание уделили проблеме образования глобальных межгосударственных экономических объединений и перспективам ЕАЭС. ПМЭФ показал необходимость научных исследований в этом направлении.
На опасность монополизации выгод от технологического прогресса, создание замкнутых регуляторных пространств, барьеров для перетока технологий, жесткого контроля технологических цепочек, контроль над технологической рентой обратил внимание В.В.Путин в своем пленарном докладе на ПМЭФ. Поскольку экономическое доминирование Китая во многом основано на эффективном использовании вторичных технологий и товарных аналогов, введение в действе планов ТТП явится тяжелым ударом по китайской экономике и приведет к серьезным противоречиям международного уровня.
Те же политические и экономические цели преследуются и другим глобальным торгово-экономическим проектом. В июле 2013 года США и Европейский союз начали готовить соглашение о создании трансатлантического торгового союза. Теоретические посулы впечатляющи. Свободная экономиче­ская зона должна принести пользу странам по обе стороны Атлантики. Экономика США должна ежегодно получать дополнительные 90 млрд евро, а бюджет Евросоюза будет пополняться дополнительными 100 млрд евро. По расчетам Европейской комиссии, если зона заработает, то в Европе появятся 400 тысяч новых рабочих мест, а каждая европейская семья получит прибавку к доходам в размере 545 евро. Остальной мир тоже не должен пострадать. Благодаря трансатлантическому таможенному союзу объем глобальной экономики должен ежегодно увеличиваться на 100 млрд евро, обещают европейские чиновники. Это тоже глянцевая сторона проекта.
Возникает простой вопрос: откуда и за счет чего выльются эти дополнительные блага на весь мир, если этот проект торговый, а не производственно-технологический? Ответ напрашивается, исходя из того, что в этом союзе не планируется участие России и Китая, других развивающихся стран. Более того, этот проект создан против них2. Их вытеснение из мировой торговли сулит намеченные выгоды. Это еще одни проект, с потенциалом глобальных экономических войн. Если удастся создать этот второй глобальный трансатлантический союз, то одновременный и параллельный запуск этих двух проектов охватит большую часть всей мировой экономики. Помимо ущемления интересов Кита, России, других развивающихся стран, это приведет к превращению ВТО в номинальную организацию, поскольку главные инструменты глобальных конкурирующих организаций одни те же: условия льготного движения товаров, услуг и ресурсов. Н.А. Назарбаев в своем пленарном докладе на ПМЭФ отметил, что эти два проекта несут угрозу для ВТО, куда наши страны вступили, потратив время, понеся потери начальной стадии обустройства в этом пространстве, подставив под конкурентов свои ослабленные трансформационным кризисом экономики и не успев еще извлечь пользу от участия в ВТО. Он предложил преодолеть эту опасность движением по пути интеграции всех глобальных объединений в едином пространстве ВТО, положив в основу единый, деполитизированный принцип прагматизма. Эта позиция благородная, миролюбивая, но едва ли реальная в сложившихся условиях. В.В. Путин предложил другой вариант, на котором мы остановимся ниже.
Их изложенного можно сделать первый вывод: в ХХI веке наступил новый этап борьбы за торгово-экономический раздел мира, за его ресурсы и рынки сбыта. Истории известен трагический опыт, когда мировые экономические войны перерастают в мировые военные конфликты. В этой ситуации перед ЕАЭС встают две задачи: борьба за свои экономические интересы и упреждающий характер борьбы за предотвращение политических конфликтов, которые исторически возникают на основе торгово-экономических. Нынешнее руководство России проявляет усилия в этом направлении, о чем говорит, в частности, недавно прошедший в Сочи саммит России и АСЕАН. В этой связи по линии индивидуальных и совместных усилий и стран-участниц ЕАЭС следует:
во-первых, использовать опыт защиты своих интересов через сотрудничество с другими влиятельными международными организациями и концентрации усилий многочисленных организаций, участниками которых являются страны-члены ЕАЭС на стратегических целях симметричных ответов угрозам, происходящим от новых инициатив по экономическому переделу мира;
во-вторых, использовать опыт технологического сотрудничества в рамках международных объединений (АСЕАН);
в-третьих, вместе с партнерами и союзниками приступить к перспективной разработке проектов глобальных объединений, симметричных АТТ. Такую точку зрения высказал В.В. Путин. Он обратил внимание на то, что уже более 40 стран и организаций выразили желание войти в ЕАЭС и сотрудничать с ней. Со ссылкой на инициативу Н.А.Назарбаева, он предложил расширить контуры интеграции и создать Большое Евразийское партнерство с участием Китая, Индии, Пакистана, партнеров из СНГ, других государств и объединений. В качестве первого шага предлагается начать с консультаций экспертных групп по унификации сотрудничества в области инвестиций, таможенного администрирования, защиты интеллектуальной собственности, нетарифных мер. В дальнейшем снижать и отменять тарифные ограничения, развивать сеть двусторонних и многосторонних соглашений с разной глубиной и скоростью, уровнем взаимодействия и открытости рынка, в зависимости от готовности отдельных стран. Выделено сотрудничество в области науки, образования, высоких технологий. Было объявлено, что уже летом этого года начнутся переговоры о создании всеобъемлющего торгово-экономического партнерства в Евразии с участием Китая и отдельных стран ЕС. Обсуждение этих вопросов планируется продолжить на Восточном экономическом форуме. Особое внимание Президент РФ В.В.Путин обратил на возможность индивидуального участия в этом глобальном проекте отдельных стран ЕС. Он отметил трудности, связанные с соглашением по Трансатлантическому проекту. Вместе с тем, напомнил об успешном опыте сотрудничества стран ЕС и России. Можно сделать вывод о том, что данная позиция предполагает создание глобальной международной интеграции с участием разных стран и организаций. Это должна быть гибкая кооперационная структура интеграции, которая поощряет конкуренцию в области науки, технических решений, где участники в полной мере могут реализовать свои компетенции и потенциал. При этом в качестве интеграционного ядра предполагается ЕАЭС. Польза от широкой интеграции с участием стран ЕС аргументируется перспективами объединенных усилий перед новыми вызовами ХХ1 века, связанными с глубокой структурной перестройкой, которая требует объединения усилий многих стран и расширения сотрудничества. Итак, одним из вариантов противостояния глобальной экспансии США посредством трансатлантических союзов является развитие ЕАЭС до уровня этих трансатлантических объединений.
В складывающейся ситуации ЕАЭС, взаимодействуя с другими странами и организациями, особенно в Азиатско–Тихоокеанском регионе, может конкурентно противостоять однополярному мировому торгово-экономическому господству. Как новое образование оно должно использовать опыт поэтапного развития экономического сотрудничества других объединений, в частности, упомянутой организации АСЕАН, с которой у России складываются отношения сотрудничества. Опыт АСЕАН важен еще и потому, что совместно с торговыми партнерами (АСЕАН+6) по объему мировой торговли эта организация не уступает ТТП. Два важных обстоятельства обуславливают особое внимание к АСЕАН в современных условиях. Во-первых: объединение или партнерство ЕАЭС и АСЕАН явились бы альтернативной ТТП в регионе. Во-вторых: опыт практически всех этапов развития АСЕАН и применение инструментов проводимой политики полезен для относительно молодой организации ЕАЭС. Учет чужого опыта поможет ускоренному прохождению необходимых этапов развития.
Ассоциация государств Юго-Восточной Азии ( АСЕАН ) образована 8 августа 1967 года в г. Бангкоке. В нее тогла вошли Индонезия, Малайзия, Сингапур, Таиланд, Филиппины, затем Бруней-Даруссалам (в 1984 г.), Вьетнам (в 1995 г.), Лаос и Мьянма (в 1997 г.), Камбоджа (в 1999 г.). Статус специального наблюдателя имеет Папуа-Новая Гвинея.
Задача превращения АСЕАН в один из мировых политических и экономических центров многополюсного мира стимулировала эту региональную группировку стран активно решать ряд чрезвычайно важных задач. К ним относятся: формирование зоны свободной торговли и зоны инвестиций; введение единой валюты и создание развернутой экономической инфраструктуры, формирование специальной структуры управления.
Анализ опыта начнем с расширения пространств свободной торговли, поскольку с этого обычно начинают новые интеграционные образования. Зона свободной торговли АСЕАН (АФТА) представляет собой наиболее консолидированную экономическую группировку стран Азии, составляющих ядро организации и содействующих подключению к экономическому сотрудничеству менее развитых стран ЮВА.
Главный инструмент реализации идеи создания ЗСТ — Соглашение об общем эффективном преференциальном тарифе (СЕПТ). СЕПТ также предусматривает шаги по согласованию стандартов и сертификатов качества на продукцию, выработку правил честной конкуренции, упрощение внутренних инвестиционных и таможенных законодательств, стимулирование процесса создания совместных региональных предприятий и т.д. Для реализации этих целей создан Консультативный комитет АСЕАН по стандартам и качеству.
В целях повышения конкурентоспособности товаров, производимых в зоне АСЕАН, а также создания условий для привлечения инвестиций в этот регион были предприняты поиски новых форм промышленного сотрудничества. Целями АИКО являются: рост производства промышленной продукции; углубление интеграции; рост инвестиций в государства АСЕАН из третьих стран; расширение внутренней торговли; совершенствование технологической базы; повышение конкурентоспособности продукции на мировом рынке; возрастание роли частного сектора.
В соответствие с АИКО, условием создания новой компании является участие в ней минимум двух предприятий из разных стран АСЕАН и наличие минимум 30% национального капитала. Кроме того, предусматривается ряд и нетарифных преференций, в том числе и преимущества в получении инвестиций.
Опираясь на содержащиеся в Соглашении об общем эффективном преференциальном тарифе (СЕПТ) рычаги воздействия на структуру производства, переориентацию предприятий с производства сырья и полуфабрикатов на производство конечного продукта, AИКO вводит дополнительные стимулы. В частности, в отношении импорта готовой продукции, полуфабрикатов (промежуточных продуктов) и сырья предусматривается применение льготной тарифной ставки, вместе с тем конечные продукты имеют неограниченный доступ на рынки стран АСЕАН, а доступ на эти рынки промежуточных продуктов и сырья ограничивается. И этот опыт очень важен для преодоления сырьевой направленности экономик Республики Казахстан и Российской Федерации, диверсификации и структурной перестройки с ориентацией на наращивание добавленной стоимости.
Наконец, остановимся на опыте стимулирования инвестиций. В октябре 1998 года было подписано Рамочное соглашение о создании зоны инвестиций АСЕАН (АИА), которая охватывает территории всех государств — членов Ассоциации и является одним из основных инструментов привлечения внутренних и внешних инвестиций путем предоставления инвесторам национального режима налоговых льгот, отмены ограничений на долю иностранного капитала и т.д.
В ходе первой встречи Совета по зоне инвестиций АСЕАН (март 1999 г.) принято решение о распространении национального режима и на инвестиции в сферу услуг, непосредственно связанных с обрабатывающей промышленностью. Важной особенностью Соглашения, которая связана с последствиями валютно-финансового кризиса 1997 г., является то, что оно охватывает лишь прямые капиталовложения, оставляя за рамками портфельные инвестиции.
Нам представляется, что все сюжеты, связанные с развитием АСЕАН, имеют актуальность для ЕАЭС. Учет опыта позволит быстрее и эффективнее пройти этапы становления и развития относительно новой организации.
Этапы становления и развития АСЕАН являются актуальными задачами для ЕАЭС. Особую важность в опыте ее развития имеет налаживание сотрудничества в области промышленной и инвестиционной политики; создания совместных предприятий; структурной политики.
Заключая данный сюжет, следует обратить внимание на то, что при успешном осуществлении двух проектов будет достигнуто абсолютное торгово-экономическое доминирование США в мире, что соответствует идеологии американской элиты. Но практическая реализация любой идеологии глобального масштаба сталкивается с трудностями и противоречиями. Они возникли с несколько неожиданной стороны.
Избрание новым президентом США Д.Трампа не следует воспринимать как курьезную историческую случайность. Скорее это проявление новых противоречивых импульсов национального и мирового экономического и политического развития. Едва вступив в должность, он отменил участие США в ТТП. Это решение соответствует идеологии величия Америки посредством центростремительной экономической политики. Но Д.Трампу придется преодолевать серьезное сопротивление той части американской элиты, которая глубоко заражена идеями величия США и их доминирования в мировом масштабе мерами центробежной экспансии. Это разные идеологии величия и мирового доминирования США. Борьба между ними будет носить не мимолетный характер. Кроме того, срок президентства в историческом и глобально экономическом масштабе не может вместить в себя необратимые процессы. Поэтому его решения еще не означают, что прекращает свое действие закономерность концентрации и централизации капитала и автоматически рассосутся объективные основы противоборства двух суперэкономических держав: США и Китая. Экономиче­ской науке надо отслеживать противоречивую борьбу разнонаправленных сил за глобальное экономическое доминирование и прогнозировать влияние ее результатов на мировой экономический порядок и национальные экономики.

Тенденции контрциклического движения в мировой экономике
Рассмотренный выше экономический передел мира связан не только с обострением вокруг товарных рынков и с напряжённым распределением базовых ресурсов. В последние десятилетия развитые страны, особенно США, развивались за счет мирового экономического пространства, освобожденного развалом СССР. Этот «резерв» развития для ведущих стран исчерпан, в том числе и по причине превращения Китая в один из центров развития мировой экономики. В этой связи складывается новая тенденция в мировой экономической динамике. Ее изучение поможет прогнозировать влияние мировых тенденций на экономику стран-членов ЕАЭС и принимать адекватные решения.
Если раньше мировой экономичней кризис охватывал развитые страны, а развивающиеся страны «паровозиком» следовали за первыми, то теперь мировая экономическая динамика все чаще демонстрирует признаки «контрциклических качелей», что свидетельствует о том, что мировые ресурсы уже распределены и перераспределены, и у капитала уже нет возможностей развиваться за счет колониального пространства.
Приведенные ниже два графика показывают тенденции контрцикличности развития современной капиталистической экономики развитых и развивающихся стран3.
Первый график показывает темпы роста ВВП. Здесь еще следует учесть, что в развивающихся странах рост ВВП происходил при сокращении темпов роста населения, а в развитых странах ВВП рос с участием мигрантской рабочей силы.
Второй график показывает рост доли инвестиций в ВВП. Здесь темповые показатели еще более впечатляющие.
Контрциклический характер мировой экономической динамики является результатом того, что в XXI веке нет экономического пространства развития одной группы стран за счет другой. Вокруг источников и факторов экономического развития нарастает напряженное соперничество. С этим, на наш взгляд, связаны и острые конфликты в некоторых ресурсонасыщенных странах. Эти процессы должны учитываться при разработке и реализации целей и конкретных программ ЕАЭС, и других международных организаций, в которых представлены интересы России. В частности, если развитые страны в своих интересах монополизируют свои технологические преимущества, препятствуя их распространению, страны ЕАЭС должны использовать свои ресурсные преимущества, постепенно превращая их в конкурентные механизмы.
График 1. Темпы роста ВВП
График 2. Рост доли инвестиций в ВВП
Долговая экономика — современная тенденция мировой экономики
Современная мировая экономика может быть охарактеризована как долговая экономика, о чем могут свидетельствовать следующие данные о госдолге развитый стран, по отношению к годовому ВВП4. В воспроизводственном плане эти процессы еще очень слабо изучены5. В среднем развитые страны имеют долг (только государственный) «зашкаливающий» за годовой ВВП. Причем, если до середины прошлого века долговой кризис выражался в том, что развитые страны были кредиторами развивающихся стран, то теперь, наоборот. Китай, например, является держателем четверти внешнего долга США. Развитые страны за чужой счет вышли в лидерство как по развитию технологий, так и по уровню социального обеспечения. Подняв социальные стандарты и, создав привлекательные условия для труда и проживания, развитые страны концентрируют человеческий капитал высшего качества и поддерживают лидерство за счет привлеченных интеллектуальных ресурсов развивающихся стран, т.е стран-кредиторов. Эксплуатация развивающихся стран приобрела в современных условиях более тонкий и изощренный характер. Развитые страны за счет кредиторов концертируют интеллектуальные ресурсы развивающихся стран, которые содействуют отработке долгов стран своего происхождения.
Если подытожить изложенное выше, то складывается следующее глобальное противоречие: с одной стороны США, как один из центов мировой экономики, борется с ростом влияния Китая на мировую экономику, который — с другой стороны, является кредитором США. Это пока что «дремлющее» противоречие. Но если развернутся торгово-экономические войны, названное противоречие может перейти в «горячую» фазу развития и разрешения.
Долговая экономика является фактором инфицирования и миной замедленного действия для национальных экономик и глобальных воспроизводственных процессов. Она уже провоцирует появление «финансовых пузырей» и специфических долговых кризисов, типа ипотечных. Экономической науке следует изучить долговой фактор как элемент воспроизводства национального и глобального капитала с целью выявления рисков и угроз с тем, чтобы содействовать предотвращению экономических кризисов и их разрушительных результатов. На противоречивость долговой экономики, исходящих из нее рисков и угроз обращают внимание и зарубежные коллеги6. Однако, как правило их внимание концентрируется вокруг вопроса об ответственности должников и должна ли им оказываться помощь, в том числе за счет государства. Это, безусловно, полезные исследования. Но необходимы политико-экономические исследования на уровне воспроизводственной сущности отношений долга, долговой деформации экономики и основанные на них риски и угрозы. На основе таких исследований можно вырабатывать прогнозы и рекомендации для экономической политики.

Выводы
В XXI веке происходят существенные изменения в глобальной экономике, требующие политико-экономических исследований и теоретических обобщений:
– проявляются признаки новой ступени развития государственно-монополистического капитализма — транснациональный государственно–монополистический капитализм, основанный на слиянии экономической мощи ТНК и политической силы государства;
– отсутствие колониального пространства для развития современного капитализма и рост напряжения вокруг исходных ресурсов и современных источников развития порождают тенденции контрциклического движения групп развитых и развивающихся стран в глобальной экономике;
– древнее отношение долга из отдельного экономического отношения превратилось в существенный фактор национального и глобального воспроизводства со специфическими рисками и угрозами.
Явления, тенденции и закономерности экономического развития в XXI веке носят глобальный характер, оказывают влияние на национальную экономику и должны учитываться, как во внутренней экономической политике, так и в деятельности международных организаций, в которых представлены интересы России.

Приложение
Результаты модернизации экономики СССР в первую пятилетку (1929–1934):

МЕТАЛЛ:
Магнитогорский металлургический завод им. Сталина.
Кузнецкий металлургический завод им. Сталина.
Керченский металлургический заводим. Войкова.
Домны № 4, № 5 и № 8 Макеевского завода им. Томского.
Домна № 6 Сталинского металлургического завода.
Домна № 7 металлургического завода им. Дзержинского.
Домны № 5 и 3 металлургического завода им. Рыкова.
Домна № 3 Косогорского завода им. Дзержинского.
Мартеновский цех Таганрогского завода им. Андреева.
Трубный завод (манесмановский) в Мариуполе.
Салдинский мостовой завод.
Челябинский завод ферросплавов.

МАШИНОСТРОЕНИЕ
Сталинградский тракторный завод им. Дзержинского.
Харьковский тракторный завод им. Орджоникидзе.
Челябинский тракторный завод (пуск в первой половине 1933 г.).
Московский автозавод им. Сталина.
Горьковский автозавод им. Молотова.
Московский шарикоподшипниковый завод им. Кагановича.
Московский станкостроительный завод.
Московский завод «Фрезер».
Московский завод «Калибр».
Горьковский фрезерный завод.
Уральский завод тяжёлого машиностроения.
Краматорский завод тяжёлого машиностроения (пуск в первой поло­вине 1933 г.).
Ростовский сельмаш им. Сталина.
Запорожский завод комбайнов.
Саратовский завод комбайнов.
Горловский завод врубовых машин.
Харьковский турбинный завод.
Луганский паровозостроительный завод.

ЭЛЕКТРОСТАНЦИИ ДнепроГЭС. Каширская ГЭС. Ленинградская станция «Красный Октябрь».Горьковская ГРЭС. Зуевская ГРЭС. Штеровская ГРЭС. Харьковская ГРЭС. Ивановская ГРЭС. Челябинская ГРЭС. Магнитогорская ЦЭС. Кузнецкая ТЭЦ. Березниковская ТЭЦ. ДзораГЭС. Осиновская ГРЭС. Сталинградская ГРЭС. Саратовская ГРЭС. Самарская ГРЭС. Невдубстрой. АртёмГРЭС.
И это без учета нефтяной, химической, резино-технической, легкой и пищевой промышленности, транспорта и др. отраслей. Результаты впечатляют и поражают, особенно если учесть, что в следующую пятилетку создавались целые отрасли машиностроения, было запущено московское метро и т. д. На фоне нынешнего провала в два десятилетия свершенное с 1918 по 1938 гг. после тотальной разрухи в первую мировую и гражданскую войны выглядят как фантастика.


Сноски 
1 В приложении приведены основные результаты только одной пятилетки.
2 Когда в конце 1990 года ЕС принял решение ужесточить требования к импортируемым продуктам, экспорт в Европу зерновых, сухофруктов и орехов из Африки сократился на целых $670 млн. Для компаний с развивающихся рынков негативный эффект требований перевешивает позитивный эффект от открытости границ. По мнению экспертов, если будет создан трансатлантический союз, то наиболее уязвимыми станут товары из Китая, Индии, России и других развивающихся стран.
3 Коротаев А.В., Билюга С.Э. О некоторых современных тенденциях мирового экономического развития // Вестник Института экономики Российской академии наук. — 2016. — №4. — С 25- 27.
4 Япония — 242,3% Греция — 174% Италия — 133,1% Португалия — 125,3% Ирландия — 121,0% США –107,3% Сингапур — 106,2% Испания — 99,1% Великобритания — 95,6%.
5 См. Долговая экономика как феномен ХХI века / Под ред. А.А. Пороховского. — М., 2014.
6 Митч Файестайн. Планета Понци. Как политики и банкиры крадут ваше будущее, как вы можете выжить, что будет дальше. — М.: Международные отношения, 2014; Молдин, Джонатан Теппер. Развязка: Конец долгового суперцикла и его последствия. — М.: Изд-во «Манн Иванов и Фарбер», 2013.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2017
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия