Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (61), 2017
СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ГОСУДАРСТВ ЕВРАЗИИ И ДРУГИХ ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН
Сулаймонов Ш. Ф.
аспирант Высшей школы внутренней и внешней торговли
Санкт-Петербургского политехнического университета им. Петра Великого


Проблемы реализации стратегических целей социально-эколого-экономического развития Республики Таджикистан
В статье на основе анализа содержания основных документов, посвященных вопросам социального, экологического, экономического развития Республики Таджикистан, обозначены основные проблемы, решение которых позволит обеспечить более высокие темпы достижения стратегических целей национального развития
Ключевые слова: Республика Таджикистан, социально-эколого-экономическое развитие, устойчивое развитие, стратегические цели развития, национальная стратегия развития, соразвитие, институциональная среда развития
УДК 338.1; ББК 65.9 (2)   Стр: 165 - 168

Для решения проблем, стоящих перед страной, в Таджикистане активно используются программно-целевые методы управления. За последние годы в стране был разработан целый комплекс концепций, стратегий и программ, затрагивающих различные аспекты социального, экологического и экономического развития республики, охватывающих все ключевые сферы жизни страны. Основная цель данной работы: обозначить ключевые проблемы, затрудняющие реализацию стратегических целей социально-эколого-экономического развития Республики Таджикистан (РТ).
Наиболее важные концепции, стратегии и программы, реализованные и реализуемые в Республике Таджикистан, представлены в таблице 1.

Таблица 1
Концепции, стратегии и программы развития РТ
Концепции, стратегии и программы, срок реализации которых закончился к настоящему времени
Стратегия сокращения бедности (2002 г.)
Концепция сокращения бедности Республики Таджикистан на 2007–2009 гг.
Стратегия сокращения бедности Республики Таджикистан на период 2010–2012 гг.
Национальная стратегия развития Республики Таджикистан до 2015 г. (НСР-2015)
Программа экономического развития Республики Таджикистан на период до 2015 г.
Концепция развития отраслей топливно-энергетического комплекса Республики Таджикистан на период 2003–2015 гг.
Программа по эффективному использованию гидроэнергетических ресурсов и энергосбережению на 2012–2016 гг.
Программа внедрения научно-технических достижений в промышленное производство Республики Таджикистан на период 2010–2015 гг.
Программа переработки и производства готовой продукции из первичного алюминия на 2007–2015 гг.
Государственная программа развития отрасли картофелеводства в Республике Таджикистан на 2012–2016 гг.
Действующие и разрабатываемые концепции, стратегии и программы
Концепция национального развития Республики Таджикистан на период до 2050 года
Концепция перехода Республики Таджикистан к устойчивому развитию на 2007–2030 гг.
Концепция социальной защиты населения Республики Таджикистан
Концепция аграрной политики Республики Таджикистан
Национальная стратегия развития Республики Таджикистан на период до 2030 года (НСР-2030)
Государственная стратегия развития рынка труда Республики Таджикистан до 2020 г.
Национальная стратегия здоровья населения Республики Таджикистан на период 2010–2020 гг.
Стратегия развития малой гидроэнергетики Республики Таджикистан
Долгосрочная Программа строительства малых электростанций на период 2007–2020 гг.
Программа среднесрочного развития Республики Таджикистан на 2016–2020 гг.
Национальная стратегия развития интеллектуальной собственности Республики Таджикистан на 2014–2020 гг.
Программа инновационного развития Республики Таджикистан на 2011–2020 гг.

В 2003 г. в стране был принят Закон «О государственных прогнозах, концепциях, стратегиях и программах социально-экономического развития Республики Таджикистан» (изменения в него вносились в 2009 и 2011 гг.), который определяет цели и содержание государственных прогнозов, концепций, программ социально-экономического развития Республики Таджикистан и ее регионов, устанавливает правовые и организационные основы порядка их разработки, рассмотрения и утверждения [1].
Анализ содержания представленных документов свидетельствует о том, что их разработчики, а также те, кто принимает решения по их реализации, демонстрируют концептуально целостное и объективное видение проблем, возможностей, перспектив социального, экологического, экономического развития страны, но в рамках тех ценностных установок и теоретико-методологических подходов, которыми они вооружены.
Срок реализации некоторых стратегических документов и программ уже закончился. Опыт их выполнения дает первый материал для анализа, а также для корректировки тех стратегических и программных установок, выполнение которых продолжается или только начинается.
Положительной стороной стратегических документов, определяющих развитие Таджикистана, является то, что они опираются на рекомендации ООН, которые вытекают из программы всемирного сотрудничества в интересах устойчивого развития («Повестка дня на XXI век», 1992 г.), получившей дальнейшую конкретизацию в ряде других документов, принятых позднее, к числу важнейших из которых в настоящее время следует отнести «Преобразование нашего мира: повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года» [2]. Это накладывает свой отпечаток на видение стратегических целей развития страны, позволяя использовать для их актуализации понятие «социально-эколого-экономиче­ское развитие». Подтверждает это, например, Программа среднесрочного развития Республики Таджикистан на 2016–2020 гг., в которой ставится задача перехода на модель роста, опирающуюся на сбалансированность экономического, социального и экологического компонентов устойчивого развития.
Практическая работа над НСР-2015, логическим продолжением и дальнейшим развитием которой стала НСР-2030, продемонстрировала жизненность подхода к управлению национальным развитием, выбранным в Таджикистане. Такой подход подразумевает четкое построение по вертикали всех стратегических документов, программ и планов. О плодотворности такого подхода свидетельствуют макроэкономические и социальные данные. Так, целевые значения НСР-2015 достигнуты по самым важным показателям и индикаторам:
— бедность сокращена почти в два раза (с 53% в 2007 г. до 31% в 2015 г.);
— стабильный экономический рост обеспечен на уровне 7% (в среднем за год выполнения программы);
— макроэкономическое положение страны стабилизировалось, что выразилось, например, в снижении инфляции до однозначных цифр;
— государственный бюджет в годовом исчислении вырос почти в 9 раз при сохранении дефицита на уровне 0,5% ВВП, что позволило больше ресурсов использовать для развития человеческого потенциала;
— в ключевых секторах экономики (топливно-энергетиче­ском комплексе, промышленности, аграрном комплексе, транспортном, телекоммуникационном, банковско-кредитном, социальном секторах) достигнут значительный прогресс.
Но достижение прогресса по ключевым приоритетным направлениям НСР-2015 не означает, что все проблемы решены. Для страны остаются актуальными вопросы, связанные с повышением эффективности использования национального богатства, обеспечением энергетической и продовольственной безопасности, экологической устойчивостью, усилением диверсификации национальной экономики и обеспечением ее конкурентоспособности. Необходимо совершенствовать программы развития частного сектора, государственно-частного партнерства, искать новые подходы к реформам государственного управления, развития человеческого потенциала.
Реализация программ развития страны позволила сущест­венно продвинуться в достижении прогресса по индикаторам Целей развития тысячелетия (ЦУР). Но и здесь остаются значительные проблемы:
— низок уровень качества услуг образования и здравоохранения, доступ к ним затруднен;
— относительно высоким остается уровень материнской и детской смертности, заболеваемости туберкулезом, особенно в регионах;
— на достижение ЦУР отрицательно влияет дефицит электроэнергии в осенне-зимний период и ограниченный рынок ее сбыта в весенне-летний период;
— не решена задача создания возможностей для продуктивной занятости, что мешает дальнейшему сокращению бедности;
— значительная часть населения страны нуждается в улучшении питания (хронически недоедают 26% населения, острое недоедание затрагивает 10% детей в возрасте до пяти лет);
— остается актуальной проблема неравного доступа женщин и мужчин к ресурсам и услугам;
— значительными являются экологические проблемы и уязвимость, особенно сельского населения, к деградации окружающей среды;
— сохраняются значительные региональные различия по качеству потребления и развитию социальной инфраструктуры.
На наш взгляд, ускорить процесс социально-эколого-экономического развития Республики Таджикистан можно, если дальнейшая работа по управлению развитием страны будет учитывать три существенных момента.
1. Разработанные для Таджикистана документы учитывают рекомендации ряда международных организаций, с которыми страна активно сотрудничает, и эксперты которых привлекаются к проработке стратегических вопросов развития страны. Но такое сотрудничество имеет и обратную сторону. Как справедливо замечает Н.Ю. Блинчикова, говоря о сотрудничестве руководства страны с экспертами Международного валютного фонда (МВФ) при разработке Национальной стратегии развития Республики Таджикистан до 2015 года, помощь со стороны экспертов этой организации создает опасность того, что интересы страны могут быть в какой-то степени заменены интересами кредиторов. Кредитор в первую очередь заинтересован вернуть свои вложенные средства и стабильно получать проценты по займам. Соответственно, видение путей развития экономики и стабилизации доходов у кредитора и должника могут не совпадать [3]. Деятельность МВФ в других развивающихся странах показала, что эта организация не всегда заинтересована в освобождении страны от своего влияния, в проведении страной действительно независимой политики.
В настоящее время в связи с резким сокращением переводов мигрантов в Таджикистане значение внешних кредитов для экономики страны возрастает. Программа государственных внешних заимствований на 2017–2019 гг. предусматривает получение льготных кредитов в размере 967 млн долл. Основные средства должны поступить от Всемирного банка, Азиатского банка развития, Исламского банка развития, Саудовского фонда развития, Кувейтского фонда развития [4]. К концу октября 2016 года внешний долг Таджикистана достиг 2,3 млрд долл. (35,9% к ВВП страны), что оценивается как приближение к критической отметке. Это ложится тяжелым бременем на бюджет страны. Так, в 2017 году на обслуживание внешнего долга предусматривается использовать порядка 220 млн долл. Но альтернативы привлечения средств для реализации инвестиционных проектов пока нет, вследствие непривлекательности страны для прямых иностранных инвестиций (хотя наблюдался их рост в 2016 г., за три квартала года их сумма составила 354,4 млн долл. большей частью из Китая), слабости внутренних источников экономического роста, сокращения денежных переводов мигрантов [см. 5]. Это говорит о том, что опасения о возможности попадания страны в долговую зависимость не беспочвенны.
2. Как известно, в перспективе страна, вставшая на путь модернизации, должна перейти к модели самоподдерживающегося экономического роста, который предусматривает замену внешних источников роста (прежде всего, автономных инвестиций), внутренними источниками, формируемыми за счет национального дохода страны. При этом, встраиваясь в процессы глобализации, реализуя проекты соразвития, страна занимает свое место в международном разделении труда в рамках определенного воспроизводственного контура [см. 6].
Анализ стратегических документов развития Таджикистана (НСР-2030, Программы среднесрочного развития на 2016–2020 гг.) показывает, что переход к модели самоподдерживающегося (устойчивого) экономического роста — основная цель преобразований экономики страны. Но о возможностях соразвития, «встраивания» экономики Таджикистана в формирующиеся воспроизводственные контуры в данных документах ничего не говорится. В этом вопросе руководство Таджикистана пока занимает выжидательную позицию. Исходя из своего стратегического географического положения, страна проводит прагматическую политику по отношению ко всем региональным и международным центрам, в том числе, по отношению к России, ЕАЭС, Китаю, США. Но перспектива распада глобальных рынков на макрорегионы, тенденция на регионализацию мировой экономики, о которых говорит в своих многочисленных интервью и работах, например, М. Делягин [7], требует конкретизации решения в вопросе о включении страны в определенные региональные группировки для реализации программ соразвития. Так, у России и Таджики­стана есть технологическая основа для соразвития — это работа над осуществлением синхронной новой индустриализацией, которая может быть реализована в Таджикистане посредством опережающей электрификации, совместных проектов в сферах электроэнергетики, транспорта, агроиндустрии и т.п.
3. Национальная стратегия развития Республики Таджикистан до 2030 года рассматривает в качестве возможных три основных сценария развития экономики страны — инерционный, индустриальный, индустриально-инновационный.
Инерционный сценарий исходит из предположения, что сохранится аграрно-индустриальная модель развития. Важнейшие инфраструктурные проблемы при этом будут решаться постепенно. Не изменится значительная зависимость от внешних шоков и импорта. Экономический рост будет стимулироваться потребительским и инвестиционным спросом, имеющим внешние источники финансирования, в том числе и денежные переводы мигрантов. До конца программного периода доля аграрного сектора будет преобладать над промышленностью в ВВП, но разница между ними будет сокращаться. Сценарий предусматривает снижение вклада сферы услуг в ВВП при незначительном увеличении доли строительства. Произойдет стабилизация расходов на образование и науку (5–5,5% ВВП), на здравоохранение и социальную защиту (7,5% ВВП).
По этому сценарию среднегодовые темпы роста ВВП снизятся с 6–7% до 4–5%, объем ВВП вырастет в 2 раза как в абсолютном выражении, так и на душу населения.
Индустриальный сценарий предполагает создание основ индустриально-аграрной модели развития. Источником роста национальной экономики будет ускоренный рост промышленности (ввод в действие новых мощностей). Сценарий предусматривает увеличение общего объема промышленного производства в 4.2 раза (добывающая промышленность в 5,7 раза, обрабатывающая промышленность в 4,3 раза, производство и распределение энергии, воды и газа в 2,9 раза). Обеспечение экономического роста будет осуществляться действием внутренних экстенсивных факторов, стимулироваться инвестиционным и потребительским спросом, имеющим внутренние и внешние источники финансирования с учетом денежных переводов мигрантов.
При реализации данного сценария темпы роста ВВП сохранятся в среднем на уровне 6–7%, объем ВВП за программный период вырастет в 2,6 раза в абсолютном выражении, в 2 раза на душу населения.
В рамках реализации индустриально-инновационного сценария предполагается создание основ для инновационного развития. Это требует реформирования системы образования в деле подготовки квалифицированных кадров для отраслей экономики. Должны быть сформированы инновационные подходы к решению экономических и социальных проблем, усилена институциональная база развития. Факторами экономического роста станут эффективное использование человеческого капитала, возможностей новой транзитной инфраструктуры и экономических коридоров, экспортоориентированное и импортозамещающее развитие, наращивание экспорта услуг и продуктов с высокой добавленной стоимостью, развитие органического земледелия, возобновляемых и экологически чистых источников энергии как базиса «зелёной экономики», расширение механизма интегрированного управления водными ресурсами, а также всемерное развитие туризма. Поддержка экономического развития будет осуществляться в основном внутренними источниками, дополнением к которым станет эффективное использование внешних источников финансирования.
По этому сценарию объем промышленного производства увеличится в 5,1 раза (добывающая промышленность в 6,4 раза, обрабатывающая промышленность в 5,5 раза, производство и распределение энергии, воды и газа в 2,2 раза). Сценарий предусматривает увеличение среднегодовых темпов роста ВВП до 8–9%, рост абсолютного объема ВВП в 3,5 раза, объема ВВП на душу населения — 2,7 раза.
НСР-2030 допускает последовательный переход от одного сценария развития к другому, рассматривая в качестве наиболее вероятного второй сценарий.
Условия для реализации третьего сценария могут возникнуть, если максимально будут сконцентрированы усилия всех участников экономического процесса, повышена эффективность органов государственного управления, изменена роль бизнеса и гражданского общества в претворении в жизнь Стратегии.
Фактически речь идет о формировании институциональной среды развития. Анализ стратегических документов Республики Таджикистан показывает, что вопросы, затрагивающие проблемы формирования такой среды, поднимаются, но в разных документах. Эксперты, оценивая возможности реализации стратегических целей развития РТ, в качестве важнейшей предпосылки их осуществимости называют институциональные реформы [см.: 8].
Так, в НСР-2030 раздел «Усиление институционального потенциала страны» затрагивает проблемы создания эффективной системы государственного управления и развития регионов. Стратегия инновационного развития РТ на период до 2020 года включает параграф, посвященный созданию в стране инновационной среды. Для реализации стратегических целей развития РТ необходимо формировать адекватную институциональную среду. При этом необходимо учитывать, что институциональная среда развития страны с восточной институциональной матрицей имеет свои особенности [см. 9].
Решение обозначенных в данной работе проблем, связанных с обеспечением независимости развития, реализацией проектов соразвития, созданием институциональной среды развития, позволит обеспечить более высокие темпы достижения национальных целей развития Республики Таджикистан.


Литература
1. Закон Республики Таджикистан от 8 декабря 2003 года № 53 «О государственных прогнозах, концепциях, стратегиях и программах социально-экономического развития Республики Таджикистан» (В редакции Законов Республики Таджикистан от 26.03.2009 г. № 494, 26.12.2011 г. № 781) // База данных «Законодательство стран СНГ». URL: http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=5841 (дата обращения: 15.11.2016).
2. Преобразование нашего мира: повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года [Электронный ресурс]. URL: http://unctad.org/meetings/en/SessionalDocuments/ares70d1_ru.pdf (дата обращения: 16.11. 2016).
3. Блинчикова Н.Ю. Национальная стратегия развития Республики Таджикистан: проблемы реализации и перспективы // Вестник Адыгейского государственного университета. — 2015. — № 2. — С. 83.
4. Сташкина Е. Таджикистан подходит к пику обслуживания внешнего долга [Электронный ресурс] // Центральноазиатский информационный портал «NEWS-ASIA». URL: http://www.news-asia.ru/view/10024 (дата обращения: 20.11.2016).
5. Международные кредиты — шанс для экономики или долговая яма Таджикистана [Электронный ресурс] // Новостное агентство Sputnik. URL:http://ru.sputnik-tj.com/analytics/20161124/1021153696/tadjikistan-dolg-ekonomika-kredit.html (дата обращения 26.11.2016).
6. Григорьев О.Г. Эпоха роста. Лекции по неокономике. Расцвет и упадок мировой экономической системы. — М.: Карьера Пресс, 2014. — С. 95–124.
7. Делягин М. Персональный сайт. URL: http://delyagin.ru/ (дата обращения: 20.11.2016).
8. Национальная стратегия развития Таджикистана: будет ли она реализована до 2030 года? [Электронный ресурс] // Официальный сайт Центральноазиатского бюро аналитической журналистики (CABAR). URL: http://cabar.asia/ru/natsionalnaya-strategiya-razvitiya-tadzhikistana-budet-li-ona-realizovana-do-2030-goda/ (дата обращения 13.12.2016).
9. Кирдина С.Г. Институциональные матрицы и развитие России: введение в X-Y теорию. — СПб.: Нестор-История, 2014. — С. 99–135.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2017
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия