Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (65), 2018
ПРОБЛЕМЫ МОДЕРНИЗАЦИИ И ПЕРЕХОДА К ИННОВАЦИОННОЙ ЭКОНОМИКЕ
Бардашевич А. Н.
зам. директора Колледжа туризма Санкт-Петербурга по развитию инновационной деятельности

Информационный сектор сферы услуг как новый технологический уклад
В статье рассматриваются изменения в сфере услуг под воздействием информационных и цифровых технологий. Обосновывается, что информационный сектор сферы услуг трансформируется в новый технологический уклад. Автор полагает, что блага, представленные в цифровой форме, имеют материальную природу. Они могут быть учтены и представлены как статистически, так и в виде экономико-математических моделей. Указывается, что непрерывный технологический прогресс, характерный для цифровой экономики, ставит индивидов перед необходимостью развивать свой творческий потенциал на протяжении всей жизни
Ключевые слова: сфера услуг, технологический уклад, информационное общество, цифровая экономика, информационные технологии в сфере услуг
УДК 330.88; ББК 65.01   Стр: 15 - 19

Информационный сектор экономики значительно вырос за последние 15–20 лет во многих странах мира. Существенно возросла и доля сферы услуг в валовом национальном продукте (ВНП). Если по России включить в показатель «доля высоких технологий в ВВП» телекоммуникации, некоторые консалтинговые и информационные услуги в сфере IT (information technology), то он составит примерно 8–10% ВНП, а по имеющимся прогнозам к 2020 году он будет порядка 10–15% валового национального продукта. Нужно отметить, что в настоящее время, учитывая совсем невысокую величину ВВП России в мировом производстве, отставание России от ведущих стран Запада в области высоких технологий является ощутимым, как в количественном, так и в качественном отношении [1].
Информационный сектор экономики опирается на высокие технологии, создаваемые в основном электронной промышленностью и составляет основу сферы услуг. Он представлен тремя релевантными позициями. Во-первых, теми, кто создаёт содержание и функционирование этого сектора, а именно деятели культуры, науки, образования, инженерно-техническая интеллигенция, организации, создающие новые виды информации и её распространение. Все они продуцируют новую информацию и обеспечивают приращение знания.
Во-вторых, это экономические агенты, тиражирующие информацию и оказывающие услуги по её нахождению, отбору, определению. Сюда, как правило, относят телевидение, Интернет, средства массовой коммуникации. Третьим элементом информационного сектора, который является, видимо, самым важным, выступает электронная промышленность, точнее разработчики соответствующего оборудования, создатели новых видов компьютеров, телекоммуникационных приборов, электроники, в том числе потребительского бытового назначения.
При этом информационный сектор сферы услуг трансформируется в настоящее время в новый технологический уклад. Как отмечал академик С.Ю. Глазьев: «компьютеры революционизируют производственную сферу, в которой происходит повсеместная автоматизация рутинных операций и замещение ручного труда промышленными роботами. В управлении сложными машинами и транспортными средствами широко применяются бортовые компьютеры. Бурно развивается мобильная связь, создавая новые быстро растущие сектора в потребительской сфере и обеспечивая существенное повышение качества жизни» [2].
Анализируя теорию длинных волн Кондратьева применительно к современности, С.Ю. Глазьев выделяет вновь возникшие технологические уклады. По его определению технологические уклады — это группы совокупностей, выделяемые в технологической структуре экономики, связанные друг с другом однотипными технологическими цепями и образующие воспроизводящиеся целостности. Каждый такой уклад представляет собой целостное и устойчивое образование, в рамках которого осуществляется полный макропроизводственный цикл, включающий добычу и получение первичных ресурсов, все стадии их переработки и выпуск набора конечных продуктов, удовлетворяющих соответствующему типу общественного потребления [2].
При этом каждый новый технологический уклад в своем развитии поначалу использует сложившуюся транспортную инфраструктуру и энергоносители, чем стимулирует их дальнейшее расширение. При этом фаза его быстрого роста сопровождается циклическим увеличением производства и потребления ВВП, а также его энергоемкости по сравнению с долгосрочным трендом. По мере развития очередного технологического уклада создается новый вид инфраструктуры, преодолевающий ограничения предыдущего, а также осуществляется переход на новые виды энергоносителей, которые закладывают ресурсную основу для становления следующего технологического уклада.
В процессе смены технологических укладов изменяется структура спроса на научные открытия и изобретения. Многие из них остаются длительное время невостребованными, поскольку «не вписываются» в производственно-технологические системы доминирующего технологического уклада. Лишь с исчерпанием возможностей экономического роста на основе такого уклада возникает потребность в принципиально новых технологиях, конкурентный отбор которых формирует основы новых технологических траекторий [3].
Мы полагаем, что для наглядности можно представить процесс долгосрочного технико-экономического развития как последовательную смену технологических укладов, что, в свою очередь позволяет фиксировать изменения в процессах экономического развития. Результаты этих измерений с использованием материалов конкретно-исторических исследований мировой и россий­ской экономики показывают около пяти технологических укладов, включая доминирующий в настоящее время информационно-электронный технологический уклад (см. рис.1).
Рис.1. Последовательность смены технологических укладов, происходивших при использовании технологий преобразования энергии вещества в хозяйственную деятельность (работу)
Как видим, структура нового технологического уклада, развитие которого будет определять экономический рост в ближайшие 2–3 десятилетия, несколько отличается от предыдущих укладов, где вещество использовалось непосредственно (например, его горение) [3]. Распространение ламповых ЭВМ уже происходило на завершающей фазе третьего технологического уклада, ядро которого составляла электротехническая промышленность. При этом параллельно в экономике развитых стран шло бурное развитие четвертого технологического уклада, ядро которого составляли автомобилестроение, промышленность органического синтеза, новые конструкционные материалы. Одним из его элементов стало производство полупроводников, заменивших лампы в схемах ЭВМ. Это позволило существенно снизить издержки их производства и эксплуатации, что резко расширило сферу применения ЭВМ. Но настоящим прорывом стало изобретение интегральной схемы и микропроцессора, положивших начало микроэлектронике в 1960–1970-е годы [4].
Микроэлектроника стала ключевым фактором нового технологического уклада, который вступил в фазу роста с начала 1980-х годов. Миниатюризация ЭВМ и стремительное удешевление стоимости производства и эксплуатации единицы вычислительной мощности обеспечили быстрое распространение вычислительной техники, в том числе в обрабатывающей промышленности, где на основе станков с ЧПУ происходила и происходит автоматизация производственных процессов [4].
Появление персональных компьютеров открыло дорогу для широкого распространения ЭВМ во всех сферах управления, в научных исследованиях, в потребительской сфере и, особенно, в сфере услуг. Автоматизируются системы управления как технологическими, так и административными процессами. Интернет и оптоволоконные кабели связывают миллиарды компьютеров в глобальные информационно-коммуникационные сети [5].
Некоторые экономисты полагают, что в начале нынешнего столетия рост пятого технологического уклада начнет замедляться. Другие, напротив, отмечают, что с 2008 года, когда мир охватил финансовый кризис, начался бурный переход к новому, шестому, технологическому укладу. Этот переход заключается, прежде всего, в структурной перестройке экономики, который, как обычно, сопровождается резким всплеском и последующим падением цен на энергоносители, депрессией в реальном и турбулентностью в финансовом секторе экономики. В настоящее время переходный процесс завершается — новый технологический уклад вступает в фазу роста. Составляющий его ядро комплекс тех же информационно-коммуникационных, нано-, биоинженерных и аддитивных технологий растет с темпом около 30% в год, а его отдельные элементы расширяются с темпом от 20 до 70% в год [6].
Графически структуру нового технологического уклада можно изобразить следующим образом (рис.2). При этом мы видим, что между пятым и шестым технологическими укладами существует преемственность.
Рис. 2. Структура нового (VI) технологического уклада
Их ключевым фактором являются информационные технологии, основанные на использовании знаний об элементарных структурах материи, а также алгоритмах обработки и передачи информации, полученных фундаментальной наукой. Граница между ними лежит в глубине проникновения технологии в структуры материи и масштабах обработки информации [7].
Пятый технологический уклад основывается на применении достижений микроэлектроники в управлении физическими процессами на микронном уровне. Шестой технологический уклад основывается на применении нанотехнологий, оперирующих на уровне одной миллиардной метра и способных менять строение вещества на молекулярном и атомном уровне, придавая ему принципиально новые свойства, а также проникать в клеточную структуру живых организмов, видоизменяя их [8].
Наряду с качественно более высокой производительностью цифровой электроники, нанотехнологии позволяют создавать новые структуры живой и неживой материи, «выращивая» их на основе алгоритмов самовоспроизводства. Фактически шестой технологический уклад достигает границы развития материального производства, необходимого для обеспечения человечества вещной и искусственной окружающей средой, и переводит экономическое развитие в информационную гиперплоскость [9]
Таким образом, человечество вступило в фазу нового общественного разделения труда. Происходит обособление информационного производства, основа которого заключена в сфере услуг, от непосредственно вещного, основу которого составляло в основном материальное производство. Ранее, например, средневековый ремесленник совмещал в себе функции и конструктора, и технолога, и дизайнера, и собственно рабочего. В рамках капиталистического машинного производ­ства, носящего по своей природе общественный, а не единично-изолированный характер, создание производственной информации стало делом профессионалов — учёных, конструкторов, технологов и дизайнеров. Инженерам и рабочим была отведена роль исполнителей, «воплотителей чужих идей» [10].
Другими словами во времена Карла Маркса информационное производство только-только оформлялось и делало первые шаги, по-прежнему играя весьма незначительную роль по сравнению с производством непосредственно вещным. «Воспроизводство старого» всё ещё полностью доминировало над «производством нового». Последнее по-прежнему составляло незначительную часть валового продукта общества. Поэтому с точки зрения людей, живших в 19-м веке, производство материальных благ — это именно и исключительно непосредственное вещное производство: производство, труд в котором состоит в непосредственном воздействии человека на вещество природы при помощи вещественных средств труда [11].
Обособление и развитие информационного производства, разделение и кооперация труда в его рамках, концентрация информации в исследовательских центрах и конструкторских бюро ускорили технический прогресс. В настоящее время информационное производство, ядро которого составляет образование и наука (то, что часто называется «человеческим капиталом»), вышло из «пелёнок», окончательно оформившись и став самостоятельной и важнейшей сферой производственной деятельности [12].
Перефразируя известное выражение о «превращении науки в непосредственную производительную силу», можно сказать, что непосредственной производительной силой современного общества стала производственная информация, вырабатываемая сферой образования, наукой и другими видами нематериальной сферы и информационного производства. Сама же сфера услуг, связанная с образованием и наукой, как часть информационного производства, превратилась в важную составную часть и материального, и не материального производства. Как постулирует «закон Харкевича» — для получения линейного роста ВВП нужно обеспечить квадратичный рост производства информации [13]. Рост информационных средств труда выступает как ускоряющееся накопление знаний, во всё большей мере обусловливает увеличение всего общественного производства и общественного богатства. При этом они сохраняют свою товарность и независимость от материальных орудий труда [14].
В результате невиданного ранее роста производительности труда стало возможным перейти от преимущественного промышленного производства к производству услуг. Современная Россия произвела структурную перестройку экономики в 1990-е годы. При этом было закрыто множество предприятий материальной сферы, чего делать, конечно же, не стоило. Следовало приватизацию увязать с ростом производительности труда, что, как теперь стало понятно «приватизаторов», желающих скупить наиболее «богатые» виды российского производства за бесценок, вовсе не интересовало [15]. Приватизация надолго задержала формирование в современной России сферы услуг, основанной на информационном производстве («цифровой экономики») [16].
Для создания условия развития информационного производства Указом Президента Российской Федерации от 9 мая 2017 года № 203 утверждена стратегия развития информационного общества в Российской Федерации на 2017–2030 годы. В ней в качестве национальных интересов (пункт 21), удовлетворению которых должна способствовать эта стратегия, признаются: «развитие человеческого потенциала; повышение эффективности государственного управления, развитие экономики и социальной сферы; формирование цифровой экономики» [17].
Во исполнение вышеуказанного Указа Президента Российской Федерации распоряжением Правительства Российской Федерации от 28 июля 2017 № 1632-р утверждена «Программа развития цифровой экономики в Российской Федерации до 2035 года», которая предполагает реализацию потенциала нового экономического уклада для национального благосостояния при полноценном участии государства в выстраивании новой глобальной экономической экосистемы. Целью национальной программы развития цифровой экономики является создание в России благоприятных организационных и нормативно-правовых условий для эффективного развития институтов цифровой экономики при участии государства, национального бизнес-сообщества и гражданского общества и обеспечения быстрого роста национальной экономки за счет качественного изменения структуры и системы управления национальными экономическими активами, достижения эффекта «российского экономического чуда» в условиях формирования глобальной цифровой экосистемы [18].
Как отмечается в Программе, информационная экономика — это экономика, направленная на минимизацию использования вещества и энергии в производстве, распределении и потреблении товаров и услуг за счет эффективного использования информационных ресурсов. Данное определение конкретизирует и дополняет более общее определение экономики как хозяйственной системы, обеспечивающей удовлетворение потребностей людей и общества путем создания необходимых жизненных благ в условиях ограниченности ресурсов [19].
Информационная услуга — это получение и предоставление в распоряжение пользователя информационных продуктов. В узком смысле под информационными услугами понимаются услуги, получаемые с помощью вычислительной техники на основе инновационных информационных технологий.
Инновационные информационные технологии — это технологии компьютерной обработки, передачи, распространения информации, создания вычислительных и программных средств. Новые информационные технологии, в отличие от традиционных, предполагают предоставление пользователю не только информационного продукта, но и средств доступа к нему.
В идеальном случае средства доступа должны обеспечить поиск и предоставление информации, соответствующей потребностям пользователя, где бы она ни находилась [20].
Новые информационные технологии ориентированы на автоматизированные банки данных (АБД) — системы специальным образом организованных данных, программных, технических, языковых и организационно-методических средств, предназначенных для централизованного накопления и коллективного многоцелевого использования этих данных.
Основными особенностями данной технологии являются:
1. Предоставление пользователю только информационных услуг, а не информационных продуктов, в результате чего он получает только ту информацию, которая ему действительно нужна.
2. Высокая скорость получения информации.
3. Относительно развитое программное обеспечение, позволяющее не только находить и получать информацию, но и, при необходимости, осуществлять её графическую, научную и экономическую обработку.
Информационный ресурс, с точки зрения методологии экономического анализа, следует рассматривать как экономические отношения в процессе воспроизводства общественного продукта, как непосредственную производительную силу современного общества, как фактор производства, как национальный ресурс, как объект определенных отношений.
Причины отличия информационного ресурса общества от других видов национальных ресурсов состоят, на наш взгляд, в следующем:
1. Информатизация экономики, непосредственно влияющая на рост социально-экономических показателей и повышение эффективности общественного производства. В качестве основного ресурса выступает информация, которая не всегда может быть представлена в материально-вещественной форме как другие традиционные виды ресурсов. Это касается, прежде всего, различных видов незапатентованной информации, «ноу-хау», знаний, которые не опубликованы и передаются в процессе повышения квалификации специалистов, их подготовки и переподготовки.
2. Информационный ресурс, отвечающий современным требованиям развития общественного производства и организованный в соответствии с последними достижениями науки и техники, способствует формированию прогрессивной структуры экономики.
3. Информационный ресурс представляет собой базу для интеллектуального развития трудовых ресурсов, общественного производства, для качественного их совершенствования, формируя при этом новое, более грамотное поколение людей с высоким образовательным и культурным уровнем развития.
При этом необходимо отметить, что информация, как разновидность национального ресурса, является определенной потребительской стоимостью, удовлетворяющей вполне определенные потребности как в сфере материального производства в процессе управления, в непроизводственных отраслях, так и в обычной повседневной жизни конкретного человека. Таким образом, информационный ресурс становится объектом присвоения, что включает его в сферу отношений собственности и товарно-денежных отношений [21].
Кроме того, в рыночных условиях формы присвоения информационного ресурса противоречиво сочетаются со способами его отчуждения от первоначального обладателя. Информация становится доступной все большему количеству субъектов общественно-экономической системы, что имеет как положительные, так и отрицательные стороны. Общедоступность информационного ресурса следует оценивать как положительный результат общественного развития. Однако, отдельные виды информации по-прежнему должны защищаться государством и носить строго конфиденциальный характер. Данное ограничение должно распространяться и на сферу информационных ресурсов в образовании.
В концепции информационного общества важная роль отводится системному подходу к определению целей и функций инноваций. Информатизация и инновации взаимосвязаны и оказывают большое влияние на экономическое развитие. Взаимосвязь информатизации и инноваций осуществляется по линии бизнес-коммуникаций (связи в бизнесе), которые объединяют отдельные локальные структуры между собой. Кроме того, в сфере образовательных услуг коммуникативность — это взаимодействие субъектов системы информатизации в процессе решения инновационных задач [22].
В этой связи важным представляется исследование управленческих инноваций, место и роль которых в современной экономике определяется принципиальными сдвигами в содержании и характере информационного, технологического и институционального базиса общественного хозяйства. Процессы и тенденции изменений, определяющие условия активизации инновационной деятельности, формируются под воздействием не машинной, а интеллектуальной технологии и неразрывно связаны с новыми подходами к организации управления на всех уровнях хозяйствования.
На макроэкономическом уровне эти тенденции и процессы прослеживаются в динамике изменения структуры занятости населения по секторам экономики, переходом от экономики, ориентированной в основном на производство товаров, к экономике, создающей услуги. В целом их можно охарактеризовать как принципиальное изменение структурного соотношения между материальной и нематериальной сферами общественного воспроизводства [23].
На микроэкономическом же уровне, уровне предприятий и организаций, накопленная масса информационных, технических, технологических и организационных новшеств создает условия постоянного обновления систем управления, перехода к системам программно-ориентированного инновационного анализа и стратегиям инновационного управления, способным не только учитывать сложность внешней среды, но и предвидеть и реализовывать открывающиеся возможности конструктивного использования ресурсного потенциала предприятия [24].
Таким образом, интеллектуальная деятельность, специальные знания и бизнес-коммуникации становятся основными факторами конкурентоспособности предприятий, а цифровая экономика трансформирует определенным образом всю сферу нематериального производства и инфраструктурных процессов — образования, планирования, транспортировки, продажи, обслуживания и так далее — преимущественным источником добавленной стоимости. Эффективность сферы услуг в образовательном процессе во многом определяется стратегической направленностью системы управления, позволяющей адаптировать образовательные организации к изменяющимся условиям в процессе их функционирования. В сложившейся ситуации необходимо обосновывать стратегические подходы к обновлению и повышению качества работы систем управления различных уровней, а также к созданию механизмов, позволяющих практически решать эти задачи [25].
Таким образом, в данной статье было обосновано, что информационный сектор сферы услуг трансформируется в новый технологический уклад. При этом непрерывный технологический прогресс, характерный для цифровой экономики, ставит индивидов перед необходимостью развивать свой творческий потенциал на протяжении всей жизни.


Литература
1. Алексеева И.Ю. Что такое общество знаний? — М.: Когито-Центр, 2014. — [Электронный документ] — http://iph.ras.ru/page46589323.htm.
2. Глазьев С.Ю. Великая цифровая революция: вызовы и перспективы для экономики XXI века // Вопросы экономики. — 2016. — №2. — С.63.
3. Аркадьев А.А., Благих И.А. Проектное финансирование в инвестиционной сфере. // Проблемы современной экономики. — 2010. — №4. — С. 97–100.
4. Дьяченко О.В. К сущности категории «новая экономика» // Вестн. Челябинского гос. ун-та. Серия: Экономика. — 2015. — №5. — С. 18–23.
5. Гаркавенко И.А., Булах Е.А., Благих И.А.О взаимосвязи экономического анализа с историей и эволюцией // Проблемы современной экономики. — 2014.. -№2(50). — С. 356–359.
6. Лыбанева М.В. Государственно-частное партнерство в сфере образовательных услуг. — СПб, 2017. — С.21.
7. Благих И.А., Яковлев А.А. Ипотечное кредитование в Российской Федерации // Проблемы современной экономики. — 2010. — №3. — С. 227–231.
8. Миндели Л.Э., Пипия Л.К. Концептуальные аспекты формирования экономики знаний // Проблемы прогнозирования. — 2016. — № 3. — С. 115–136.
9. Панцерев К.А. Информационное общество: эволюция концепции в исторической перспективе // Вестн. СПбГУ. Сер. 6. — 2015. — Вып. 1. — С. 65–72.
10. Пашкус В.Ю., Пашкус Н.А. Новая экономика: системный подход к формированию экономических институтов // Экономические институты информационного общества: Сб. научных трудов / Под ред. Б.В. Корнейчука. — СПб.: Изд-во Политехн. ун-та, 2007. — С. 20–25.
11. Благих И.А., Сальников Д.Ю.Управление производственным циклом предприятия (организации) // Проблемы современной экономики. 2010. — №4. — С. 97–100; Благих И.А. Россия и капитал: 200 лет вместе и 80 лет порознь // Экономист. — 2015. — №5. — С. 70–75.
12. Пашкус Ю.В., Лукашевич И.В. Кондратьевские волны и информационное общество // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 5: Экономика. — 1992. — № 2. — С. 50–57.
13. Благих И.А. Новый подход к исследованию инфляции // Экономист. — 2015. — №9. — С.94–96.
14. Бардашевич А.Н. Новая экономика и ее влияние на развитие современного образования // Актуальные проблемы экономики и управления. — 2017. — №4(16). — С.85–89.
15. Стоуньер Т. Информационное богатство: профиль постиндустриальной экономики // Новая технократическая волна на Западе. — М.: Прогресс,2014. — С.392–409.
16. Благих И.А., Дубянский А.Н. История экономических учений. — М.: Юрайт, 2014.
17. http://yandex.ru/clck/jsredir?bu=uniq15193799162927714185&from=yandex.ru%3Bsearch%2F%3Bweb%3B%3B&text=&etext=1706.
18. Сайт Правительства РФ. http://yandex.ru/clck/jsredir?bu=uniq15193799162&from=yandex.ru%3Bsearch%2F%3Bweb%3B%3B&text=&etext=1706.
19. Благих И.А., Сальников Д.Ю.Управление производственным циклом предприятия (организации) // Проблемы современной экономики. — 2010. — №4. — С. 97–100.
20. Благих И.А., Бардашевич А.Н. Теория композитного блага и направления его анализа // Проблемы современной экономики. — 2017. — №4. — С. 218–223.
21. Бардашевич А.Н. Цифроваая экономика и образование // Проблемы современной экономики. — 2017. — №4. — С. 188–192.
22. Bell D. Welcome to the Post-Industrial Society // Physics Today. — 1976. — Feb. — Pр. 46–49.
23. Dengov V. Experimental verification of correspondence between adverse selection models and reality.// Ekonomicko-Manažérske Spektrum. 2011, N. 1, pp. 2–9.
24. Kelly K. New rules for the New Economy // Wired. 1997. Sept. — [Электронный документ] — http://archive.wired.com/wired/archive/5.09 /newrules.html?pg=1&topic
25. Kelly K. New Rules for the New Economy. Ten Radical Strategies for a Connected World/K. Kelly. — N.-Y., 1998. — 180 p.
26. Porat M., Rubin M. The Information Economy: User’s Guide to the Complete Database (on Magnetic Tape). — Washington: Office of Telecommunications, 1977. — 63 p.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2018
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия