Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка и реклама
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (69), 2019
ФИЛОСОФИЯ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ЦЕННОСТЕЙ. ПРОБЛЕМЫ САМООПРЕДЕЛЕНИЯ СОВРЕМЕННОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ
Рязанов В. Т.
заведующий кафедрой экономической теории экономического факультета
Санкт-Петербургского государственного университета,
доктор экономически наук, профессор


Что такое сегодня политическая экономия?
Введение к книге «Современная политическая экономия: перспективы неомарксистского синтеза»
В статье, являющейся введением к новой книге В.Т. Рязанова сформулированы проблемы, задачи и перспективы, стоящие перед современной политической экономией
Ключевые слова: политическая экономия, неомарксистский синтез
УДК 330; ББК 65.01   Стр: 26 - 28

Судьба политической экономии в нашей стране оказалась непростой и противоречивой. Довелось ей занимать особое место в системе теоретического экономического знания, что само по себе было привлекательно, но, как оказалось, потенциально чревато издержками и потерями, которые и случились, когда она его утратила. В конечном счете, они вылились в отрицание научного статуса политической экономии с отнесением ее к сфере идеологии, ко всему еще «неправильной», и с отказом в правомочности использования даже данного термина в названии специальности, кафедр, учебных дисциплин и т. п.
Прошедшие десятилетия, подарившие господство уже неоклассической экономической парадигме, не приблизили нас к ясности и точности теоретических оценок происходящих процессов в экономике, а в обществе — к желаемому процветанию. И уже можно более трезво взглянуть на ситуацию в экономической науке и вспомнить об уже подзабытой теории, которая для нынешнего поколения экономистов-теоретиков по существу превратилась в «неизвестную науку».
Для начала стоит все же разобраться с самим термином «политическая экономия», поскольку в этом вопросе сохраняется очевидное недоразумение. Напомню, что он появился в 1615 г. в названии трактата, автором которого был А. Монкретьен. В отличие от науки о домоводстве, которое закрепилось за термином «экономика», требовалось расширить знание до масштабов управления государственным хозяйством. Именно такой смысл французский ученый вкладывал в название своего трактата. И оно оказалось удачным. Поэтому политическая экономия — это первое имя самой экономической науки. Впоследствии оно стало отождествляться с теоретической частью в системе экономического знания, а затем закрепилось за классической школой политэкономии. По мере развития экономической науки произошло размежевание в понятийном аппарате. С рождением неоклассической экономической школы возник термин economics (экономика, экономическая наука), который также оказался равнозначен определению экономической теории.
Тем не менее, политическая экономия сохранила свое право в обозначении самого теоретического знания в области экономики и нередко именно так используется в разных версиях (к примеру, в виде «новой политической экономии» или «институциональной политической экономии»). Более того, и некоторые представители неоклассической школы в названиях своих произведений от него не отказывались. Хотя следует отметить, что политическая экономия чаще всего относится к своему изначальному варианту, продолжая исследовательскую традицию, заложенную родоначальниками классической политической экономии и получившую завершенную разработку в исследованиях К. Маркса и его последователей. Ее возможное использование в качестве названия экономической теории подтверждается сложившейся практикой в международном научном сообществе.
В нашей стране такое двойственное толкование политической экономии все еще не закрепилось. Во многом оно связано с негативным отношением к советской версии марксизма с ее догматизмом и изолированностью. Между тем, не Маркс и его последователи ввели данный термин. Самое интересное, что главное произведение Маркса «Капитал» имеет подзаголовок «Критика политической экономии». Поэтому существующее отторжение этого термина представляется довольно странным. Это все равно, что не разделять взгляды, к примеру, Гегеля или Канта, и на этом основании отрицать само имя философии.
Необходимость восстановления в правах классической школы политэкономического анализа, конечно, не сводится к «реабилитации» самого этого термина. Значительно сложнее достойно вернуть ее в современную систему теоретического знания в сфере экономики. Но это необходимо, поскольку полезно для сохранения широкого спектра научных подходов, учета альтернативных позиций и, наконец, для конкуренций идей, без которых невозможно нормальное развитие любой науки.
Возвращение классической традиции в экономическую науку — это во многом обращение к экономической теории марксизма, ставшей завершающим этапом в ее развитии. Безусловно, такие родоначальники классицизма в экономике, как А. Смит и Д. Рикардо, сыграли определяющую роль в ее становлении. Но сегодня они всего лишь исторические персонажи в экономической науке, хотя и занимают в ней достойное место. Что касается К. Маркса, то его научные идеи не только принадлежат истории, но и остаются в арсенале для анализа современного капитализма. С ними соглашаются или о них спорят, но они по-прежнему актуальны. Потому неслучайны достигнутые результаты в развитии марксистских исследований, которые сегодня особенно широко представлены в работах зарубежных ученых. И это поучительный пример для экономистов-теоретиков нашей страны.
Чтобы убедиться в справедливости высокой оценки Маркса, как в истории экономической науки, так и в применимости его научного наследия в изучении современного капитализма, достаточно было пожить в условиях реального капитализма и более плотно познакомиться с современной западной экономической теорией. То, как Маркс выдвигал и отстаивал приоритет социального равенства и справедливости в экономическом развитии, объясняет, почему «правящим домам» он неинтересен. Значит, пока существует капитализм, его марксистский анализ остается надежным инструментом.
Отмеченные обстоятельства побуждают обратиться к осмыслению политэкономического знания, которое было получено уже в далеком прошлом К. Марксом и его последователями, и вместе с тем разобраться, зачем сегодня нужна марксистская политическая экономия, в чем отличие ее новой версии и что она может дать экономисту-теоретику. Предложить же эта научная школа может немало, поскольку сохраняет свои достоинства, которые не утрачены и остаются востребованными.
В первую очередь марксистская политическая экономия формировалась и развивалась как знание фундаментальное, нацеленное на раскрытие сущностных и глубинных отношений между людьми в их взаимосвязи с экономическими интересами, которые возникают в процессе воспроизводственной хозяйственной деятельности и имманентно присущи сложившемуся способу производства. В этом своем качестве она предлагает не просто описание особенностей функциональных связей в хозяйственной сфере, а нацелена на понимание и раскрытие роли ее объективных оснований, не отвергая значения субъективных и случайных факторов. Тем более что для современного капитализма, помимо многих других особенностей, характерно возникновение длинных и не всегда видимых цепочек взаимосвязей и событий, что еще более скрывает и затушевывает происходящие процессы в социально-экономической жизни. Понять и распутать их — значит приобрести объемное и истинно-ориентированное знание о происходящем в мире экономики. Тем самым экономическая классика располагает ценным познавательным и аналитическим потенциалом, требуемым для формирования целостного мировоззрения. В этом преимущество политической экономии перед неоклассическим мейнстримом с его прагматикой и функциональным подходом.
Далее, при всех крупных переменах в капиталистическом хозяйственном устройстве его базовые основания, ключевые противоречия, неблагоприятные социальные и экологические последствия и ограничения сохранились. Более того, они приобрели еще больший размах в условиях развертывания глобализации. Значит, критический подход в изучении капитализма, который был изначально заложен в марксистской политэкономической школе, с не меньшим основанием может быть задействован и при изучении его современного этапа. Критическая функция политической экономии, противостоящая апологетике правящего мейнстрима, важна как никогда. Она подкреплена растущим пониманием тупика сложившейся ситуации в экономике и потребностью смены проекта глобального либерализма.
Не менее существенно и то, что классическая традиция в развитии политической экономии вполне способна реализовать свой аналитический потенциал непосредственно в хозяйственной практике. Капиталистическому способу производства, как и любому другому, присуща органичная взаимосвязь двух главных подсистем: подсистемы социально-экономических отношений и подсистемы хозяйственной деятельности. Их нередко разделяют и повышенное внимание уделяют второй подсистеме, реагируя на запросы общества в разработке практических рекомендаций. Марксистский подход, признавая значение практической функции политической экономии, реализует ее в единстве с теоретико-аналитической функцией. И в этом есть большой резон. Он позволяет обнаруживать истинные истоки современного системного кризиса, выход из которого предполагает глубокое реформирование общественно-хозяйственного устройства. Такая социально-практическая направленность востребована и органично присуща самому методу марксистской политэкономии.
Выделенные достоинства, а их перечень можно было бы продолжить, свидетельствуют о полезности и важности марксистской политической экономии, сохраняющей и развивающей классическую традицию в науке. Тем не менее, почему она оказалась вытесненной неоклассикой на периферию экономического знания?
Дело в том, что в марксизме присутствуют два составных начала: аналитическое (интеллектуальное) и политическое (идеологическое). Если первое нацелено на раскрытие глубинных оснований капиталистической системы экономических и хозяйственных отношений, благодаря которым раскрывается объективный характер противоречий и ограничений в развитии, то политико-идеологическое звено обосновывает историче­ский, преходящий, характер данного способа производства и неизбежность его смены в результате мировой пролетарской революции. Буржуазная экономическая апологетика с ее направленностью на признание естественности и исторической неизменности капитализма в этих своих идеологических предпочтениях пожертвовала марксистской аналитикой, чтобы сосредоточиться на хозяйственной прагматике, не ставя при этом под сомнение незыблемость самого капитализма.
При всей важности сочетания этих двух начал для понимания происходящих процессов в экономике современного капитализма, в самой экономической науке пристального внимания заслуживает теоретико-аналитический потенциал, содержащийся в марксизме как развивающемся учении. Ведь сегодня марксизм — это не только Маркс. Уже не одно поколение исследователей продолжают работать в рамках марксистской парадигмы, которая представлена в разных версиях. Собственно, такое их многообразие указывает на открытость марксистской теории, что позволяет ей реагировать и достоверно отображать происходящие изменения в экономике.
Таких изменений произошло немало, поскольку спустя уже более 150 лет после выхода первого тома «Капитала» — главного экономического произведения К. Маркса — капиталистиче­ский способ производства претерпел существенные перемены. В частности, он имел шанс и апробировал политику социализации экономики и ее государственного регулирования, обозначив направления своей трансформации. Одновременно за эти годы возникло немало научных направлений, как в рамках марксистской школы, так и совместимых с ней экономических теорий с их нацеленностью не на апологию капитализма, а на его критическое осмысление и глубокое реформирование. Этим определяется потребность развивать марксистскую экономическую теорию в тесном взаимодействии с новыми альтернативными неоклассике научными школами. Его вполне оправданно обозначить как появление новой марксистской политической экономии, опирающейся на идею неомарксистского синтеза.
Потребность в таком синтезе определяется важностью переосмысления теории марксизма, что предполагает, с одной стороны, глубокое погружение в ее методологию, с другой — анализ динамично меняющейся хозяйственной практики. Как одно, так и другое необходимо для изучения капитализма как развивающейся системы экономических отношений.
Во-первых, новая марксистская политэкономия, создаваемая на основе неомарксистского синтеза, должна расширить анализ капитализма через более тесную взаимосвязь системы экономических отношений с системой хозяйствования, используя для этого новые аналитические возможности, появившиеся после Маркса. Произошедший спекулятивно-финансовый разворот в системе капитализма требует соответствующей, критической на него реакции с обоснованием необходимости и возможных вариантов глубокого реформирования капиталистического хозяйственного устройства. При этом актуализация решения хозяйственных проблем приобретает для политэкономического анализа особое значение с точки зрения защиты интересов социального большинства.
Во-вторых, хотя капитализм остается таким же, как и в прошлом, с присущими ему противоречиями и ограничениями, как предметное поле он претерпел коренные изменения. Капитализм стал монополистическим и в таком качестве продолжает развиваться. Монополизация экономики представляет собой поворотный пункт в развитии капитализма. Как известно, Маркс опирался на исходные теоретические предпосылки о капитализме свободной конкуренции, которые были заложены его предшественниками. Уже в то время нарастающие тенденции монополизации им были зафиксированы, но полного отражения в его теории они не получили. Доминирование монополий и монополистической конкуренции вносит принципиальные изменения в систему экономических отношений, определяя потребность в новых трактовках многих базовых категорий, включая стоимость и прибавочную стоимость, уточняя их с учетом особенностей присвоения монопольной сверхприбыли. В еще большей степени монополизм повлиял на организацию хозяйственной жизни, умножая в ней рассогласованность и диспропорцию, что подтверждается регулярностью наступления экономических кризисов.
В-третьих, не меньшее значение для характеристики современного монополистического капитализма имеет его мирохозяйственная природа с центр-периферийной ассиметрией. Поэтому экономические отношения, возникающие между классами и социальными группами внутри стран, должны быть дополнены их срезом в виде неравноправных отношений между странами с особым акцентом на процесс глобализации, который актуализирует проблему взаимодействия между развитой и периферийными частями мирового хозяйства. Такое мирохозяйственное измерение имеет значение для более полного раскрытия экономических категорий и процессов, так же как и для понимания глобального характера неравенства и эксплуатации, порождающего предельную остроту существующих противоречий.
Современный капитализм — монополистический капитализм периода глобализации с доминированием финансократии, это определяет его в качестве главного объекта новой марксистской политической экономии. Капитализм, став монополистическим, глобальным и финансовым, достиг вершины в своем торжестве, а с нее, как с вершины горы, дорога ведет только вниз. Мир меняется. Поэтому вопрос о выборе альтернативных вариантов общественно-экономического развития приобретает не только теоретическое, но и практическое значение. Развертывание новой технологической революции с ее непредсказуемыми последствиями становится очередным для капитализма испытанием, подводит к новым ограничениям и пределам в развитии. При этом важно не просто их зафиксировать, но предложить альтернативные пути посткапиталистического развития, которые принимали бы во внимание также опыт недавних проектов социалистического переустройства, закончившихся неудачей в конце ХХ века. Выполнить такую прогностическую функцию неомарксистской политической экономии непросто. Поможет в этом опора на многообразие научных идей в выборе альтернативных путей развития и переустройства общества, которые выдвигаются разными направлениями неортодоксальных теорий и нацелены на преодоление существующей системы глобальной эксплуатации.
Политико-экономический анализ современного капитализма имеет не только общетеоретическое значение, но и не менее важен в оценке природы современного хозяйственного строя России, его противоречий и ограничений. Ведь через выявление противоречивого характера взаимосвязи производительных сил и производственных отношений достаточно точно и достоверно выявляются ключевые признаки экономического устройства любой страны. Для экономики России такой анализ дает возможность раскрыть специфическое противоречие между капитализацией производственных отношений, результатом которой стало закрепление ее экспортно-сырьевого статуса в мировом хозяйстве, и ограниченными возможностями имеющихся производительных сил страны в обеспечении устойчивого и динамичного экономического роста с социальными приоритетами. Попадание в периферийную зону мирового капитализма, будучи закономерным результатом ориентации на его либерально-рыночную модель, становится дополнительным и серьезным препятствием в использовании производительных сил для прогрессивного социально-экономического развития с занятием более благоприятного места в международном разделении труда. Поэтому проблема поиска альтернативного, социально-ориентированного пути общественно-экономического развития для России приобретает особое значение.
Перечень проблем, которые исследуются современной политэкономией, значительно шире обозначенных тем, также и многообразны теоретические позиции и оценки, представленные в научной литературе. Подробный анализ всего их состава — это объемная и самостоятельная тема, требующая специального исследования. Но главным является анализ и сопоставление теоретических и аналитических положений экономической теории К. Маркса применительно к произошедшим изменениям в капиталистическом способе производства, обусловленным его монополизацией и мирохозяйственным характером экономических отношений и хозяйственной деятельности. Руководством для такого подхода было напоминание Ф.Энгельса, который в одном из своих последних писем охарактеризовал суть всего творчества Маркса. Все его миропонимание, подчеркивалось в письме, — «это не доктрина, а метод. Оно дает не готовые догмы, а отправные пункты для дальнейшего исследования и метод для этого исследования». Вот, почему тот, кто сидит на коленях Маркса, ходить не научится. Тот, кто способен встать на его плечи, тому открываются новые горизонты и открытия!


По согласованию с автором статья перепечатана из книги: Рязанов В.Т. Современная политическая экономия: перспективы неомарк­систского синтеза / В.Т. Рязанов. — СПб.: Алетейя, 2019. — 436 с.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2019
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия