Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 3 (71), 2019
ЕВРАЗИЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПЕРСПЕКТИВА: ПРОБЛЕМЫ И РЕШЕНИЯ
Селищев А. С.
доктор экономических наук, профессор
Селищев Н. А.
старший корреспондент Агентства ИТАР-ТАСС в КНР (г. Пекин),
кандидат экономических наук


Экономическая терапия по-китайски (часть 3)
В статье рассматривается «этап совершенствования современной экономики Китая», который начался в 2003 году. Перед КНР встают все новые экономические проблемы, требующие адекватного ответа
Ключевые слова: китайская экономическая реформа, пятилетнее планирование и прогнозирование в Китае, динамика ВВП Китая, концепции «сяокан» и «трех представительств», индустриализация и урбанизация КНР, разрыв в доходах населения страны
УДК 339.97; ББК 65.5   Стр: 88 - 92

Это всё про настоящее, дружок,
Про теперешнее время говорю.
С неба свесился охотничий рожок,
У окна я, что на угольях, горю, —
Посмотреть бы на китайскую зарю,
Выйти вместе на росистый на лужок,
Чтобы ветер свежий щеки нам обжег!
Медью блещет океанский пароход.
Край далекий, новых путников встречай!
Муравейником чернó кишит народ,
В фонарях пестрит диковинный Шанхай.
Янтареет в завитках душистых чай... (1920)
Кузмин Михаил Алексеевич (1872–1936)

Введение. После осуществления многотрудных реформ 1979–2002 гг. по переходу от административно-плановой к рыночной экономике, с 2003 г. Китай вступил в этап совершенствования современной экономики, который продолжается до сих пор. Переход к новому этапу произошел во время 10-й пятилетки (2001–2005). До настоящего времени этап совершенствования современной экономики вобрал в себя четыре пятилетки: с десятой по тринадцатую. В статье рассматривается развитие китайской экономики в 10-й пятилетке.

10-я пятилетка КНР: индустриализация и урбанизация
Испанский летчик реет в облаках.
Китайский летчик реет в облаках.
Французский летчик реет в облаках.
И много летчиков других там реет.
А наш-то реет выше облаков! (2000)
Гвоздей Валерий Николаевич

На проходящей с 3 по 12 марта 2001 года 4-й сессии ВСНП девятого созыва был одобрен проект 10-й пятилетки (2001–2005 гг.), непосредственная подготовка которого осуществлялась с лета 2000 года. По плану предполагалось, что при ежегодном увеличении ВВП на 7%, объем экономики Китая возрос бы примерно на 40% и составил в 2005 году ¥12,5 трлн. План предусматривал дальнейшую оптимизацию структуры китайской экономики. Это подразумевало, прежде всего, сокращение удельного веса в ВВП аграрного сектора и рост третичного сектора. Новый пятилетний план предусматривал также усиление интеграции страны в мировую экономику, и, в частности, вступление КНР в ВТО, которое и состоялось 11 декабря 2001 г.
«Статистические дебаты» вокруг вступления КНР в ВТО. За прошедшие годы экономической реформы (1979–2000 гг.), страна добилась крупных успехов. На фоне этих достижений диссонансом явилось опубликование в 2001 г. двух статей известного американского экономиста-синолога: исследователь Томас Равски (Thomas Rawski) усомнился в достоверности данных официальной статистики по ВВП Китая за 1998–2000 гг., заявив об их существенном завышении [1]. «Открытие» оперативно подхватили средства массовой информации, прежде всего, английские и американские. Китайская сторона реагировала на это с недоумением. Так, профессор Ши Ляньпин (Восточно-китайский университет науки и технологии) в своей статье отмечал, что он лично работал в департаменте статистики на протяжении многих лет, с начала 1980-х годов, и, в том числе, над восстановлением статистических данных времен культурной революции (1966–1976), и что он ручается за достоверность китайской статистики [2].
Другой китайский эксперт, Сяо Дин, писал, что западные средства массовой информации отреагировали на статьи Равски созданием «теории китайского коллапса» и рассуждают штампами холодной войны. Однако, напоминал Сяо Дин, Всемирный банк признал китайскую статистику до середины 1980-х годов, которая осуществлялась на основе советской методики подсчета так называемого «совокупного общественного продукта» (СОП), а также новую китайскую статистику подсчета ВВП [3].
Переход от методики исчисления СОП к ВВП был осуществлен в Китае в 1985 году. Отныне данные об объемах ВВП Китая стали доступны, начиная с 1978 года благодаря кропотливой работе Национального бюро статистики КНР (国家统计局). За период же с 1952 по 1977 гг. имеются лишь данные, составленные по советской методике исчисления СОП. Корме того, в КНР с 1952 по 1993 гг. широко применялся и другой макроэкономический показатель, и также на основе советской методики. Это — так называемый «национальный доход» (НД), который представлял собой «нечто среднее» между СОП и ВВП [4].
Китайский эксперт У Мин отмечал, что некоторые западные ученые сомневаются в экономических успехах Китая, и порой утверждают, что вступление КНР в ВТО «откроет ящик Пандоры» и приведет мировую экономическую систему к коллапсу. Так, идеи Равски подхватил английский журналист Джо Стадвелл (Joe Studwell), основатель и издатель журнала “China Economic Quarterly”, опубликовав в 2002 г. книгу «Китайская мечта» (“The Chinas Dream”). В ней автор утверждал, что Китай — это колосс на глиняных ногах и предрекал неизбежный глобальный экономический и политический кризис в стране [5].
Некоторые российские ученые-китаеведы также присоединились к полемике. Так, известный исследователь Китая Гельбрас В.Г. (1930–2018) опубликовал статью, в которой, по сути, солидаризировался с Равски, о чем, мы, впрочем, писали в нашей книге в 2004 году [6, 195]. Гельбрас выражал мнение, что китайская статистика завышает свои достижения на 20–30% и рассуждал о неэффективности китайской экономики и ее «ахиллесовых пятах» [7]. К этой же точке зрения, по сути, примкнул и именитый китаевед Галенович Ю.М. По поводу вышедшего в России перевода книги «Китайское чудо» [8], он утверждал, что нет оснований говорить об экономическом чуде в Китае; что все рассуждения о «чуде» не имеют отношения к реальной жизни большинства китайцев. В последние годы никаких чудес в Китае нет, писал он, во всяком случае, в XXI век страна вступила без чудес [9, 6]. Однако, далеко не все отечественные китаеведы поддержали критику Равски. Так, авторитетный исследователь экономики КНР Островский А.В. по данному вопросу солидаризировался с китайскими коллегами [10].
XVI съезд КПК: «сяокан» и «три представительства». С 8 по 14 ноября 2002 года состоялся XVI съезд КПК, на котором была поставлена задача достичь уровня малого благосостояния «сяокан» (小康) к 2020 году, учетверить за 20 лет ВВП страны. Отмечалось, что в свое время Дэн Сяопин наметил «стратегию трех шагов», под которыми подразумевалось следующее. Первый шаг: за период с 1980 по 1990 гг. удвоить ВВП на душу населения (с $250 в год) и решить «проблему» еды и одежды». Второй шаг: за период с 1990 по 2000 гг. удвоить ВВП на душу населения (достигнув в 2000 г. показателя $800–1000 в год). Третий шаг — к 2050 г. достичь уровня жизни среднеразвитых стран. Как отмечалось, первые два шага уже были сделаны.
На съезде была сформулирована также концепция «трех представительств», согласно которой КПК должна представлять интересы развития передовых производительных сил, передовой культуры Китая, коренные интересы самых широких слоев населения страны. Это открыло дорогу для вступления в коммунистическую партию представителей средней и крупной буржуазии. На съезде впервые за 81 год истории КПК (с 1921 года) присутствовали коммунисты-бизнесмены. Одним из них был Цзань Шэнда (昝圣达) из провинции Цзянсу. В 2001 г. он занимал 75 место в сотне самых богатых китайцев по версии Forbes.
Ускоряющаяся урбанизация и ее проблемы. В программе социального и экономического развития КНР в 10-й пятилетке урегулирование и оптимизация экономической структуры посредством развития новых городов и поселков было выделено в одно из главных направлений. Во второй половине XX века население страны, по сути, было разделено непроходимой границей на две части: сельскохозяйственное и несельскохозяйственное. Действовал комплекс административных мер, препятствующий бесконтрольной миграции сельских жителей в города. При этом до реформы 1979 года стратегия индустриализации при преимущественном развитии тяжелой промышленности вела к обнищанию деревни. Жесткий административный контроль миграции населения в города препятствовал процессу урбанизации. Процесс развития городов и их экономики непосредственно решался правительственными указаниями. С началом экономической реформы восстановление рыночных отношений неизбежно запустило в действие механизм урбанизации.
Впервые свободное перемещение рабочей силы из деревни в город было зафиксировано в 1983 году, что было подкреплено принятием соответствующих административных положений в 1983 и 1984 годах. Однако до конца 1990-х годов миграция сельского населения в города была ограничена. В среднем из сельской местности переезжало 1,5–2 млн человек в год, что с учетом общей численности населения страны можно считать незначительной величиной.
Административное управление КНР условно состоит из 5 уровней:
● центр;
● провинции (省 шэн) + автономные районы + муниципалитеты;
● округа (地区 дицюй) + города суб-провинциального подчинения;
● уезды (县 сянь);
● поселки городского типа (镇 чжэнь ) и волости сельского типа (乡 сян).
Поселки (чжэнь) традиционно являлись базовым уровнем китайской административной организации, но он были практически ликвидированы в 1958–1981 гг. при внедрении коммун. Конституция 1984 г. вновь возродила их статус. С тех пор они начали бурно развиваться. В 1979 году в административной системе было 2176 поселков и 52534 волостей, то есть на один поселок приходилось 24 волости. Но в 2002 году количество поселков достигло 19811, что составило 50,7% от общего количества поселков и волостей. При этом средняя численность поселка в 2002 году составляла 32,3 тыс. человек при территории 3 км2, а общее их количество превысило 640 млн человек [11]. Такие поселки хоть и считаются городского типа, но их население еще не вполне оторвано от аграрного труда. Структура китайских городов в 2000 году имела следующий вид (табл. 1).

Таблица 1
Структура городов Китая в 2000 году по количеству населения
Всего городов, ед.В том числе с населением
Свыше 2 млн1–2 млн0,5–1 млн0,2–0,5 млнМенее 0,2 млн
663132753218352
Источник: [12].

Сравнительно небольшая по масштабам страны миграция крестьян в города в 1980–1990 гг. в 10-ю пятилетку достигла небывалого размаха. В 2003 г. численность населения, занятого в деревнях, составила около 488 млн человек или около 66% занятых. Но по подсчетам Министерства сельского хозяйства КНР, потребности в рабочей силе на селе в то время не превышали 170 млн человек. Примерно 135 млн крестьян нашли работу в деревенских волостных и поселковых предприятиях. То есть избыточная рабочая сила на селе в 2001–2005 гг. составляла как минимум 150 млн человек, т.е. более 30% от общего числа работников [13]. К 2005 г. в города мигрировало 170 млн крестьян, а это — население Бразилии.
В 2005 г. китайский журнал провел любопытное сопоставление первой десятки крупнейших городов мира в 1900 и 2000 г. (табл. 2).

Таблица 2
Десять крупнейших городов мира в 1900 и 2000 гг.
1900 год2000 год
ГородНаселение (млн)ГородНаселение (млн)
Лондон6,5Токио26,4
Нью-Йорк4,2Мехико18,1
Париж3,3Мумбай (Бомбей)18,1
Берлин2,7Сан-Пауло17,8
Чикаго1,7Нью-Йорк16,6
Вена1,7Лагос13,4
Токио1,5Лос-Анджелес13,1
Санкт-Петербург1,4Калькутта12,9
Манчестер1,4Шанхай12,9
Филадельфия1,4Буэнос-Айрес12,6
Источник: [14].

Лишь два города «удержались» в этой десятке дважды: Токио и Нью-Йорк. В 1900 году ни один из китайских городов не попал в десятку, а столица царской России заняла 8-е место. В 2000 г. из городов КНР лишь Шанхай оказался в данном списке. Что касается Пекина, то он занял 18-е место, а Москва — 20-е. В 2005 г. в китайских городах проживало менее 40%. Однако по прогнозам ученых КНР в 2050 году показатель урбанизации должен составить не менее 75%. Таким образом, за полвека Китай в области урбанизации проделал путь, на который развитым странам понадобилось 300–400 лет.
Проблема «огораживания» китайских крестьян. Как известно, Карл Маркс (1818–1883) в 24-й главе первого тома «Капитала» подробно писал об «огораживании», как об одном из способов «первоначального накопления капитала», в результате которого крестьяне насильно сгонялись со своих земель. Любопытно, что о подобной проблеме в КНР пишет и китайская пресса. По официальным данным Министерства земли и ресурсов, «огораживание» превратилось в крупную проблему с начала 1990-х годов. В 1983 г. в КНР была введена контрактная система работы крестьян со сдачей в аренду земельных участков сроком на 50 лет с возможностями дальнейших продлений сроков. Но, начиная с 1986 года, местные власти часто незаконно отбирали земли у крестьян. В 1992–1993 гг. наступила новая мощная волна «огораживаний». В результате противозаконных действий более 30 млн крестьян потеряли земли. Лишь в первой половине 2003 года министерство вскрыло более 100 тыс. нелегальных случаев «огораживаний», которые касались 39133 га, в том числе 19400 га пахотных земель. Часто земли отбирались у крестьян под предлогом потребностей «зон экономического развития». Всего до 2003 г. было отобрано около 30 000 км2, что равно площади всех китайских городов тех лет. При этом 80% «огораживаний» признаны незаконными [15].
Разрыв в доходах городского и сельского населения. Вхождение Китая в ВТО привело к существенному усилению конкуренции в аграрном секторе страны со стороны зарубежных производителей. После вступления в ВТО, 2002 год был первым, когда КНР импортировала 11,34 млн тонн соевых бобов. Но уже в 2003 г. — импорт превысил 20 млн, а в 2005 г. — 26,59 млн тонн, в то время как национальное производство составило 16,35 млн тонн. Цены на импортную сою оказались на 5–10% ниже китайской. Основной импорт поступал из Америки, главным образом — из США. В результате китайские крестьяне начали сокращать производство в условиях падения цен. Больше всего пострадали крестьяне провинции Хэйлунцзян. Аналогичная ситуация сложилась по хлопку. С 2004 г. импортный хлопок превысил объемы китайского производства и продолжал стремительно возрастать: цены на тонну импортного хлопка на 2000 юаней на тонну оказались ниже, чем китайского: технология производства китайских крестьян уступала зарубежной. К тому же американские фермеры получают государственные субсидии на производство. В КНР субсидии составляли в 2005 году 1,23% от стоимости сельскохозяйственной продукции. В то же время субсидии в США доходили до 50, ЕС — до 60, а в Японии — свыше 76%. Вступив в ВТО, Китай снизил импортные тарифы на сельхозпродукцию с 23,2 в 2001 до 15,35% в 2005 году. Вступление КНР в ВТО не способствовало сокращению разницы в доходах китайских городских и сельских жителей. В табл. 3 приводится динамика изменения материального положения китайских крестьян в 2001–2005 гг.

Таблица 3
Обобщающие показатели изменения доходов китайских крестьян в 2001–2005 гг.
 20012002200320042005
Средний чистый доход на человека в год (юаней)23662476262229363255
Коэффициент Энгеля47,746,245,647,245,5
Источник: [16].

Судя по данным табл. 3, доходы крестьян за 10-ю пятилетку существенно повысились, но все же они заметно отставали от доходов городских жителей. К примеру, в середине 2003 года лучше всех жили жители Шэньчжэня, их средний годовой доход составил ¥12373, жителей Гуанчжоу — ¥7781, Шанхая — ¥7416, Нинбо — ¥7172, а Пекина ¥7039 [17]. Уже в 2001 году коэффициент Энгеля среднего городского жителя составлял 37,9%, что на 10 процентных пункта ниже, чем сельского жителя. Китайская пресса тех лет с гордостью, но и с некоторой тревогой писала о стремительном росте доходов городских жителей и расслоении в доходах между городом и деревней. Так, в качестве сенсации отмечалось, что в 2003 году некий китайский менеджер купил в Пекине квартиру площадью 160 м2 стоимостью более ¥1 млн (или $120,8 тыс.) [18].
В 2005 г. около 70% работников все еще трудились в традиционном секторе, а 50% всех работников было занято в сельском хозяйстве. При этом доля аграрного сектора в ВВП составляла 15%. Вот почему такой острой была проблема модернизация сельского хозяйства, о которой Чжоу Эньлай (周恩来, 1898–1976) говорил еще в сентябре 1954 года. Однако лишь в 1997 г. Исследовательский центр при Министерстве сельского хозяйства изложил программу модернизации сельского хозяйства, которая предусматривала три стадии: стартовую, начальную и основную, то есть основу собственно модернизации (табл. 4).
В 2004 году Китайское национальное бюро статистики заявило, что Китай в целом не достиг и трети целей основной стадии, а в некоторых провинциях — пятой их части. В Китае с 200 млн мелкими хозяйствами, которые все еще используют примитивные орудия труда: плуги и копалки. В мелких хозяйствах затруднительно использовать современную технику. Кроме того, мелкие хозяйства не способны самостоятельно решать проблемы с ирригацией, опустыниванием и стихийными бедствиями. Менее 1% крестьян образованы на уровне колледжа, а 20% — неграмотны или полуграмотны. При этом отмечалось, что в Китае сельский работник кормит 3–4 человека, тогда как в Дании — 160, в Нидерландах — 112, в Израиле — 90, США — 75 и 67 человек в Германии [19]. Одна из проблем заключалась в том, что после того, как с началом реформ земля стала передаваться в аренду, страна была накормлена. Но отныне именно эта система мелких хозяйств сдерживает модернизацию аграрного сектора.

Таблица 4
План модернизации китайского сельского хозяйства 1997 года
 ЕдиницаВ среднем
по стране
в 1997 г.
Стартовая
стадия
Начальная
стадия
Основная
стадия
Общественный ВВП на душу населения$73080015003000
Сельский доход на душу населения¥20903000600010000
Доля сельской занятости к общей%49,9402010
Вклад научного прогресса%40456080
Доля сельской механизации%32,4406080
Доля выпускников средних школ и выше%53,5557080
ВВП на душу сельского сектора$49060010002000
Выработка на душу сельского продуктаТонн2,63,06,010,0
Выпуск с одного га сельхозугодий$2300250050008000
Доля покрытия лесами%13,5152025
Источник: [19].

Реформирование промышленности. Как и экономика в целом, китайская промышленность вступила в четвертый этап реформирования. На первом этапе (1978–1984) осуществлялось расширение самостоятельности и автономии предприятий. В 1982 г. были узаконены единоличный сектор и китайско-иностранные совместные предприятия. В 1981–1984 гг. директивно планируемые виды продукции уменьшились вдвое — с 120 до 60 видов. Главным направлением второго этапа реформы промышленности (1985–1993) продолжало оставаться разделение административных и хозяйственных функций управления. Вместе с тем до 1993 г., а фактически до 1996–1997 гг. большинство крупных и средних государственных промышленных предприятий лишь в незначительной степени были затронуты преобразованиями. На первом и втором этапах реформа государственных предприятий носила директивный характер. Предприятия вели хозяйственную деятельность на основе издаваемых правительством единых административных указаний.
Начало третьему этап реформы (1994–2002) положило принятие в декабре 1993 г. «Закона о компаниях», который открывал возможности превращения государственных предприятий в полностью самостоятельные субъекты хозяйствования со статусом юридического лица. Предусматривалось создание компаний с ограниченной ответственностью, акционерных компаний с ограниченной ответственностью.
С 2003 года начался новый четвертый этап — создание «современной системы предприятий». В результате чего на начало 2004 г. были акционированы более 3400 крупных и средних государственных предприятий. С 1998 по 2003 гг. 490 государственных предприятий выпустили акции, которые котировались на биржах.
В 2004 году ВВП Китая достиг ¥15,99 трлн ($1,93 трлн в пересчете по обменному курсу). В результате чего КНР заняла 6-е место в мире после США, Японии, Германии, Франции и Британии, обойдя Италию, а уже в конце 2005 года — переместилась сразу на 4-е. Однако по доходам душу населения КНР все еще оставалась бедной страной, где проживало более 100 млн бедных и малообеспеченных граждан. ВВП на душу населения КНР составлял лишь одну пятую от мирового уровня. Тем не менее, страна развивалась очень динамично, и это вселяло оптимизм. Главным двигателем китайской экономики была промышленность, сверхвысокие темпы развития которой позволили КНР выйти по объему промышленного производства на первое место в мире к 2010 году. В конце 10-й пятилетки в несельскохозяйственных секторах китайской экономики насчитывалось 3,25 млн предприятий (табл. 5).

Таблица 5
Типы китайских предприятий в 2004 г.
 КоличествоДоля (%)
Всего3 250 000100,0
Государственные предприятия179 0005,5
Коллективные предприятия343 00010,5
Долевые партнерства107 0003,3
Государственные совместные компании30000,1
Коллективные совместно управляемые компании60000,2
Государственные и коллективно управляемые компании30000,1
Другие совместно управляемые компании50000,1
Полностью финансируемые государством компании10 0000,3
Другие компании с ограниченной ответственностью345 00010,6
Общества с ограниченной ответственностью61 0001,9
Частные предприятия1 982 00061,0
Другие отечественные предприятия54 0001,7
Предприятия, основанные Гонконгом, Тайванем и Макао74 0002,3
Иностранные предприятия78 0002,4
Источник: [20].

На начало 2005 года большинство иностранных предприятий работали в промышленности, розничной торговле и фармацевтике: сферах самой высокой прибыли. Китайская розничная торговля полностью открылась для иностранных фирм с 11 декабря 2004 года, чем зарубежный бизнес оперативно воспользовался. Так, если в 1994–2004 гг. в сфере розничной торговли было 314 иностранных фирм, то с января 2005 по сентябрь 2006 год здесь обосновались еще 1580. В результате розничная торговля в значительной степени оказалась в руках иностранцев в Пекине, Шанхае и Гуанчжоу. Примерно 75% фармацевтического рынка страны также стали контролировать иностранцы [21].
В заключение приведем данные опроса китайского населения, опубликованные в апреле 2005 года одной из ведущих исследовательских китайских компаний Horizon Group. Компания опросила 1500 жителей Пекина и Гуанчжоу об их отношении к иностранцам, а также государствам. Опрашиваемым предлагали ответить на два вопроса. Первый: «Каковы наиболее недружественные Китаю страны?». И второй: «Какие страны оказали наибольший вклад в развитие китайской экономики?» (табл. 6).

Таблица 6
Наименее дружественные Китаю страны и страны, внесшие наибольший вклад в развитие китайской экономики. По опросам 1999 и 2004 гг. (% опрошенных)
Наименее дружественные Китаю страныСтраны, внесшие наибольший вклад в развитие Китая
Страна19992004Страна19992004
США70,374,4США8171,5
Япония52,666,3Япония5538,1
Индонезия16,34,9Россия1016,4
Индия15,49,2Германия59
Вьетнам6,16,0Британия56
Британия5,94,8Южная Корея410,5
Россия2,02,3Сингапур45,3
Северная Корея2,02,8Франция36,5
Южная Корея1,41,6Австралия24,7
Австралия1,4 Северная Корея23,6
Источник: [22].

Как следует из результатов этого опроса, наименее дружест­венными Китаю страны, но вместе с тем, внесшие наибольший вклад в развитие КНР, жители двух крупнейших городов страны назвали США и Японию. Что касается России, то, по мнению опрошенных, она заняла третье место, как страна, способствующая развитию КНР.
В данной статье мы не рассматривали развитие в 10-й пятилетке финансовых рынков Китая. Однако этому, среди всего прочего, посвящена наша монография «Финансовые рынки и институты «Китая» [23]. Кроме того, в 2005 г. Китай завершил многотрудный переход к формированию устойчивого рыночного валютного курса юаня, затратив на это 25 лет (с 1979 года), что также достаточно подробно освещено в другой нашей книге [24].
Выводы. 10-я пятилетка стала важным этапом на пути к достижению общенациональных целей КНР: модернизации, индустриализации, построения общества среднего достатка, превращения Китая в мощную мировую экономическую державу. Благодаря высоким среднегодовым темпам экономического роста в 9,5% (по плану 7%) за 5 лет ВВП вырос на 57,3% (по плану 40%) до ¥18,2 трлн (вместо ¥12,5 трлн запланированных). Годовой ВВП на душу населения достиг величины $1700. В городах было создано 42 млн рабочих мест. По официальным данным, численность бедняков в деревне сократилась с 29,27 млн человек в 2001 году до 20,35 млн человек в 2005 году, а численность населения с низкими доходами — с 61,02 млн чел до 40,66 млн чел. [25].
За тот же отрезок времени (2001–2005) среднемировые темпы роста ВВП составили 3,8%, темпы развитых стран — 2,1%, развивающихся стран — 5,8%. Согласно данным Всемирного банка, вклад китайского ВВП в мировой рост в те годы составил 14,2% , второе после США место в мире. За годы 10-й пятилетки КНР переместилась с седьмого на четвертое место в мире по объему ВВП, исчисленному по валютному курсу страны.
Вместе с тем, не был выполнен ряд качественных показателей пятилетки: сектор услуг не достиг намеченных планом показателей; в ВВП снизилась доля потребления; увеличились затраты электроэнергии; сокращались площади пахотных земель; оказались сорваны задания по уменьшению загрязнения окружающей среды, а также некоторых других показателей.


Литература
1. Rawski T. G. What’s Happening to China’s GDP Statistics” // China Economic Review, 2001, Vol. 12, No 4, p. 347–354; а также: “China’s GDP Statistics — A Case of Caveat Lector.”
2. Shi Lianping. China’s GDP Statistics Are Credible // Beijing Review, July 4, Vol. 45, 2002, # 27. p. 12–15.
3. Xiao Ding. Is China About to Collapse? // Beijing Review, July 4, Vol. 45, 2002, # 27. p. 15–17.
4. What’s Behind the Rapid Growth? // Beijing Review, May 26, Vol. 48, 2005, # 21. p. 20–21.
5. Wu Ming. Fallacies about China rebutted // Beijing Review, Jan. 30, Vol. 46, 2003, # 5. p. 30–31.
6. Селищев А.С., Селищев Н.А. Китайская экономика в XXI веке. — СПб.: Питер, 2004. — 240 с.
7. Гельбрас В. Китай: «У пчелы спина полосатая, но тигром ее не назовешь» // Вопросы экономики. — 2003. — № 3. — С. 61–75.
8. Линь Ифу, Цай Фан, Ли Чжоу. Китайское чудо. Стратегия развития и экономическая реформа /Пер. с кит. — М.: ИДВ РАН, 2001. — 367 с.
9. Галенович Ю.М. Китайское чудо или китайский тупик. — М.: Муравей, 2002. — 144 с.
10. Островский А.В. Новые горизонты китайской экономики в XXI веке // ЭКО. — 2003. — № 2. — С. 15–33.
11. Huang Zhen. Urbanization Speeds Up // Beijing Review, Oct. 9, Vol. 46, 2003, # 41, p. 38. В середине 2017 года количество поселков составляло 20924, а волостей — 9660.
12. 中国统计年鉴. 2001 (Статистический ежегодник Китая. 2001). — Пекин. 2001. С.339.
13. Гельбрас В. Миграция китайского крестьянства // Вопросы экономики. — 2005. — № 7. — С. 82–98.
14. Feng Jianghua. Too Big, Too Fast // Beijing Review, Oct. 27, Vol. 48, 2005, # 43. p. 30–32.
15. Lan Xinzhen. Don’t Fence me in // Beijing Review, Dec. 18, Vol. 46, 2003, # 51. p. 10–13.
16. Lan Xinzhen. Infertile Farms // Beijing Review, Nov. 30, Vol. 49, 2006, # 48. p. 32–34.
17. China’s Richest Cities // Beijing Review, Jan. 1, Vol. 47, 2004, # 1. p. 13.
18. Wang Yong. Consumer Empowerment // Beijing Review, Jan. 1, Vol. 47, 2004, # 1. p. 18–19.
19. Lan Xinzhen. Agriculture. The key to China’s growth // Beijing Review, Oct. 6, Vol. 48, 2005, # 40. p. 18–21.
20. Lan Xinzhen. True Economic Strength // Beijing Review, Jan. 19, Vol. 49, 2006, # 3. p.32–33.
21. Lan Xinzhen. Foreign Companies See Green // Beijing Review, Dec. 7, Vol. 49, 2006, # 49. p. 32–34.
22. Yin Pumin. Mixed Signals // Beijing Review, Sep. 8, Vol. 48, 2005, # 36. p. 13.
23. Селищев А.С., Селищев Н.А., Селищев А.А. Финансовые рынки и институты Китая. — М.: ИНФРА-М, 2016. — 258 с.
24. Селищев А.С., Селищев Н.А., Селищев А.А. Китайский юань: на пути к глобальному статусу. — М.: ИНФРА-М, 2018. — 352 с.
25. Бергер Я. М. Итоги 10-й пятилетки и становление новой модели экономического роста в КНР // Проблемы Дальнего Востока. — 2006. — № 3. — С. 14–29.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия