Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 3 (71), 2019
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ГЛОБАЛИЗАЦИЯ И ПРОБЛЕМЫ НАЦИОНАЛЬНОЙ И МЕЖДУНАРОДНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
Шмарловская Г. А.
профессор кафедры международного бизнеса
Белорусского государственного экономического университета (г. Минск),
доктор экономических наук

Шалупаева Н. С.
старший преподаватель кафедры экономической теории и мировой экономики
Гомельского государственного университета им. Ф. Скорины


Интеграция в глобальные производственные сети как императив стратегического развития экономики
В статье выявлены основные возможности и риски для экономики, возникающие в связи с ее интеграцией в глобальные производственные сети. Показано, в том числе на примере стран Азиатско-Тихоокеанского региона, что развитие глобальных производственных сетей способствовало увеличению роли развивающихся стран в международной торговле и мировой экономике в целом. Обосновано, что с учетом сложившихся в мировой и национальной экономике условий интеграция экономики Республики Беларусь в глобальные производственные сети международных компаний является важнейшим инструментом реализации стратегии развития внешней торговли республики за счет привлечения прямых иностранных инвестиций. Сформулированы основные положения стратегии интеграции национальной экономики Республики Беларусь в глобальные производственные сети, включающие определение цели, задач, организационных принципов и основных подходов к формированию стратегии, а также разработку отраслевых рекомендаций и комплекса мер экономической политики по включению белорусской экономики в систему международного производства
Ключевые слова: глобальные производственные сети, многонациональная компания, прямые иностранные инвестиции, международное производство, международная торговля, внешняя торговля
УДК 330; ББК У9(2)–О8(2Р)я431   Стр: 169 - 175

В современной мировой экономике глобальные производственные сети (ГПС), координируемые многонациональными компаниями (МНК), во многом определяют конкурентоспособность стран, уровень их развития, инвестиционной привлекательности, роль в международном разделении труда и мировом производственном процессе. В этой связи, ГПС становятся предметом государственной экономической стратегии большинства стран мира. Высокие темпы экономического роста многих развивающихся стран (Китая, Индии, стран Юго-Восточной Азии, Центральной и Восточной Европы) явились в значительной мере следствием их интеграции в ГПС. При этом модели торговли в ГПС, определяющие распределение экономического выигрыша от участия в них, во многом формируются в зависимости от инвестиционных решений МНК, вследствие чего прямые иностранные инвестиции (ПИИ) являются главной движущей силой развития ГПС.
Теоретико-методологической основой обоснования стратегии интеграции национальной экономики Республики Беларуси в ГПС послужили концепции миграции ПИИ и транснациональных корпораций, концепции глобальных цепочек добавленной стоимости (ГЦДС) и ГПС. Так, исследованием вопросов функционирования цепочек начисления стоимости занимались такие ученые, как Б. Когут, Э. Пенроуз, О. Уильямсон, Ч. Файн, Р. Н. Ланглуа, П. Робертсон, М. Портер, Д. Джонс и др. Сетевой подход к объяснению процесса транснационализации производства в противопоставление модели интернализации использовали А. Пламер, K. Имаи, Дж. Йохансон, Л. Матсон. Теоретиками сетевой экономики и процессов развития ГПС являются также Д.Г. Джереффи, П. Гиббон, Х.К. Джарилло, Э.Р. Каплински, В. Пауэлл, Т. Торелли и др. [1]. Среди российских ученых, исследующих вопросы функционирования ГЦДС, следует выделить таких ученых, как Е. Авдокушин, В. Идрисова, С. Кадочников, В. Кондратьев, Ю. Кукушкина, С. Лукьянов, Е. Мешкова, В. Соколов и др. Среди белорусских ученых вопросы развития сетевой экономики и ГЦДС исследуют А. А. Быков, Е. Л. Давыденко и др.
Вместе с тем, теоретические и практические аспекты функционирования именно ГПС, в особенности в проекции на экономику Республики Беларусь, изучены значительно меньше, что обусловило постановку цели статьи, которая заключается в выявлении основных возможностей и рисков для экономики, возникающих в связи с ее интеграцией в ГПС, а также в разработке основных положений стратегии интеграции экономики Республик Беларусь в ГПС.
По данным ЮНКТАД, для развитых стран уровень интегрированности национальных экономик в глобальное производство в среднем составляет 60%, а для развивающихся и переходных экономик — 56 и 57% соответственно [2]. Однако эти данные значительно различаются в зависимости от страны и отрасли. Наиболее интегрированной в глобальное производство является экономика Бельгии, для которой индекс участия в ГПС по итогам 2017 года составил 78%. Следует отметить, что в целом развитые страны в среднем интегрированы в ГПС больше, чем развивающиеся страны и страны с переходной экономикой (рис.1).
Рис. 1. Индекс участия в ГПС отдельных стран мира, 2017 год
Источник: [2]
Вместе с тем, значения рассчитываемого ЮНКТАД индекса вклада ПИИ свидетельствуют о том, что филиалы иностранных компаний по показателям добавленной стоимости, занятости, экспорта и затрат на НИОКР вносят наибольший вклад в экономики развивающихся стран [3], что делает их главными бенефициарами процессов фрагментации производства в рамках ГПС. В результате развитие ГПС способствовало увеличению роли развивающихся стран в международной торговле и мировой экономике в целом. Данная тенденция проявляется в следующих направлениях.
1) Рост доли развивающихся стран в международной торговле товарами. Так, в 2000-е годы наметилась отчётливая тенденция переноса активности на мировых товарных рынках с развитых стран на развивающиеся и транзитивные: на развивающиеся страны в 2016 году пришлось 42,4% мирового товарного экспорта (по сравнению с 36% в 2005 году) и 39,7% мирового товарного импорта [4].
2) Увеличение доли развивающихся стран в международной торговле коммерческими услугами, которая выросла с 23% в 2005 году до 34% в 2016 году [4]. В ряде развивающихся стран (например, в Индии) продолжает заметными темпами расти объем экспорта услуг в области информационно-коммуникационных технологий (ИКТ). Таким образом, распространение ГПС в Азиатско-Тихоокеанском регионе привело к росту сервисизации экономики развивающихся стран региона [5, с. 26].
3) Увеличение доли развивающихся стран в экспорте высокотехнологичной продукции. Так, по данным Всемирного банка, доля Китая в мировом высокотехнологичном экспорте увеличилась с 3,6% в 2000 году до 25% по итогам 2016 года, а доли США и Японии снизились с 17 и 11,1% до 8 и 5% соответственно. Среди причин данных изменений существенную роль играет процесс интернационализация НИОКР, которая проявляется в тенденции переноса МНК своей инновационной активности в принимающие ПИИ страны путем создания в них научно-исследовательских центров и технологических парков, научных лабораторий, создания стратегических альянсов долгосрочного характера, позволяющих объединять ресурсы для реализации наиболее крупных и дорогостоящих проектов, а также через поглощение местных фирм с высоким инновационным потенциалом. Существенную роль в развитии процессов интернационализации НИОКР играет также интеграция в ГПС на основе кооперационных связей. Прежде всего это касается аутсорсинга знаний, использование которого привело к масштабному перемещению ряда высокотехнологичных производств и части НИОКР из развитых экономик с высокой стоимостью труда в менее экономически развитые страны, где имеются потенциально емкие рынки и значительно более дешевая рабочая сила.
Исследование мирового опыта развития ГПС позволяет сделать вывод, что наиболее успешным примером интегрирования стран в ГПС являются развивающиеся страны Азиатско-Тихоокеанского региона. По сути ГПС возникли как региональные цепочки создания стоимости в Восточной Азии в результате активной деятельности японских инвесторов. В итоге ГПС МНК стали определяющим фактором развития торговли и всего экономического развития в регионе, в результате чего страны Азии и Тихого океана превратились в единый большой торговый регион в мире и стали крупнейшим получателем мировых ПИИ, что напрямую способствовало сокращению бедности в регионе [5, с. 32]. Между тем, следует отметить, что внутри данной группы стран сохраняются заметные различия. На данный момент торговля в Азиатско-Тихоокеанском регионе в рамках ГПС сконцентрирована в основном в 10 странах: 90% этих торговых потоков находятся в Австралии, Китае, Японии, Индии, Индонезии, Малайзии, Южной Корее, Сингапуре, Таиланде и Турции. Страны с низким доходом значительно меньше вовлечены в ГПС в регионе: в большинстве секторов на эти страны приходится незначительная доля экспорта готовых товаров, за исключением экспорта товаров швейной и обувной промышленности, главным образом из Бангладеш и Камбоджи.
Азиатско-Тихоокеанский регион является также ярким примером позитивного воздействия ГПС на специализацию стран, проявляющуюся в диверсификации их экономики. В то же время, как отмечалось в докладе Генерального секретаря ЮНКТАД на четырнадцатой сессии Конференции, «...то позитивное влияние, которое ГПС оказывают на структурные изменения в Азии, в других регионах может и не проявляться» [6, с. 17]. Результаты исследования ЮНКТАД показывают, что в большинстве стран азиатского региона (Китай, Сингапур, Гонконг, Индия, Республика Корея, Малайзия, Таиланд, Тайвань, Вьетнам, Камбоджа, Филиппины, Индонезия) наблюдается прочная прямая связь между участием в ГПС и индустриализацией их экономик. В то же время, как показало указанное исследование, участие в ГПС может идти вразрез с целями индустриализации и структурной трансформации [7, с. 106], о чем свидетельствует отрицательный опыт других развивающихся стран (Мексика, Колумбия, Бразилия, Аргентина, Чили, Коста-Рика, Южная Африка, Турция, Российская Федерация), в которых интеграция в ГПС происходит за счет сокращения национальной добавленной стоимости в условиях низких темпов роста экспорта.
Таким образом, опыт зарубежных стран показывает, что участие в ГПС МНК может быть важным фактором для устойчивого развития и повышения конкурентоспособности национальной экономики развивающихся и транзитивных экономик.
Вместе с тем, проведенное исследование показало, что ГПС могут оказывать противоречивое влияние на экономику развивающихся и транзитивных экономик. Во многом это связано с тем, что цели МНК далеко не всегда совпадают с интересами экономического развития принимающих стран, стремящихся к модернизации экономики, преодолению сырьевой специализации и к диверсификации экспорта [8, с. 115]. С одной стороны, ГПС могут предоставить компаниям из развивающихся стран возможность доступа к экспортным рынкам промышленной продукции, увеличить производство, занятость и доходы, возможность приобрести новые знания и получить доступ к новым технологиям. С другой стороны, как отмечают эксперты ЮНКТАД, «интеграцию в ГПС не следует рассматривать как универсальный рецепт развития и тем более как альтернативу активной промышленной политике» [7, с. 114]. Возможны вероятность консервации специализации страны на производстве продукции с низкой добавленной стоимостью и жесткой технологической привязкой, формированием анклавной экономики и ошибочности абсолютизации опыта отдельных стран [9; 10].
В связи с вышесказанным, интеграцию в ГПС следует рассматривать как «окно возможностей» [7, с. 120], использование которого может способствовать модернизации и реструктуризации экономики, социально-экономическому развитию государства в целом. Исследование опыта развивающихся стран позволяет сделать вывод о том, что при реализации стратегии интеграции национальной экономики в ГПС первостепенное значение приобретает грамотная промышленная политика и политика налаживания связей между МНК и отечественными предприятиями, направленные на увеличение позитивных внешних эффектов ПИИ и рост конкурентоспособности национальных поставщиков в ГПС.
Вопросы интеграции национальной экономики в ГПС являются чрезвычайно актуальными и для Республики Беларусь. Проведенное исследование позволило обосновать вывод о том, что с учетом сложившихся условий интеграция национальной экономики в ГПС является важнейшим инструментом реализации стратегии развития внешней торговли Республики Беларусь за счет привлечения ПИИ [1]. Это обусловлено следующими аргументами.
Во-первых, без включения в ГПС МНК существенно интенсифицировать развитие внешней торговли и увеличить экспорт республики представляется крайне затруднительной задачей в связи с тем, что, как отмечалось, в настоящее время до 80% международной торговли происходит именно в рамках ГПС.
Во-вторых, возможности реализации в экономике республики политики таргетирования и стимулирования ПИИ, ориентирующих их в отрасли с потенциально высоким экспортным эффектом, и политики стимулирования связей с национальными предприятиями, во многом ограничены международными и региональными соглашениями.
В-третьих, помимо стандартных выгод, которые приносят ПИИ, интеграция национальных предприятий в ГПС позволит обеспечить для экономики республики ряд дополнительных положительных внешнеторговых эффектов. Среди них правомерно выделить следующие.
1) Интеграция в ГПС позволит решить проблему негативного воздействия ПИИ на внешнеторговый баланс республики за счет того, что участие национальных предприятий в ГПС МНК на промежуточных этапах цепочки обеспечит положительный их вклад в торговый баланс страны, т.к. в этом случае любой импорт является базой для последующего экспорта, а величина торгового баланса предприятий, вовлеченных в них, будет зависеть от величины создаваемой ими добавленной стоимости. В ГПС важна не столько величина импорта, сколько величина экспортируемой национальной добавленной стоимости, что приобретает особую важность в сложившихся условиях высокой импортоемкости национальной экономики.
2) ГПС предоставят возможность специализироваться на конкретном сегменте производственного процесса, что особенно актуально в условиях ограниченных ресурсов и технологической базы, когда выгоднее интенсифицировать свое участие в существующих ГПС, чем с нуля создавать собственные производства.
4) ГПС могут ускорить перестройку международной специализации республики, что будет способствовать более полному использованию имеющихся и развитию потенциальных конкурентных преимуществ национальной экономики, что актуально для экономики, характеризующейся хроническим отрицательным сальдо текущих операций, низкой товарной и географической дифференциацией экспорта и низкой долей высокотехнологичного экспорта.
5) Интеграция в ГПС МНК может стать важным источником трансфера зарубежных технологий за счет их импорта, а также за счет кооперирования c МНК, что крайне важно для экономики Беларуси, являющейся экономикой «догоняющего развития», нуждающейся в технологической модернизации. Кроме того, важным каналом трансфера знаний служит экспорт товаров и услуг, особенно на рынки стран с развитой рыночной экономикой, чему также будет способствовать интеграция национальных предприятий в ГПС МНК.
6) Интеграция в ГПС может стать важным инструментом налаживания вертикальных связей между национальными предприятиями и МНК в современных условиях ограниченных возможностей и эффективности использования инструментов инвестиционных стимулов и требований в этих целях. Интеграция национальных предприятий в ГПС, которые по своей сути предполагают налаживание вертикальных связей между их участниками, потенциально создает больше возможностей для трансфера технологий, знаний и навыков, особенно в отраслях с высокой добавленной стоимостью.
В связи с вышесказанным, представляется целесообразной разработка долгосрочной стратегии интеграции экономики Республики Беларусь в ГПС, направленной на максимизацию выгод и минимизацию рисков участия страны в процессах международного производства и международной торговли.
Стратегия интеграции экономики Республики Беларусь в ГПС. Разработанная стратегия интеграции экономики Республики Беларусь в ГПС включает следующие положения: цель, задачи, организационные принципы и основные подходы к формированию стратегии, отраслевые рекомендации и комплекс мер экономической политики по включению белорусской экономики в систему международного производства. Остановимся на обосновании содержания этих положений.
Основную цель интеграции национальной экономики в ГПС представляется правомерным сформулировать как эффективную интеграцию экономики Республики Беларусь в систему международного производства, в том числе за счет активизации притока ПИИ в экономику страны, и максимизацию выгод, получаемых страной от участия в международной торговле.
Приоритетные задачи, на решение которых представляется целесообразным направить разработку и реализацию стратегии интеграции в ГПС, включают следующие:
– трансформация форм интеграции экономики Республики Беларусь в существующие ГПС за счет активизации участия через ПИИ;
– трансформация типов вовлеченности в ГПС за счет активизации участия продукцией и изменения структуры импортоемкости производства и экспорта страны;
– активизация создания и развития собственных ГПС, прежде всего, на пространстве ЕАЭС.
Представляется, что достижение обозначенных цели и задач правомерно осуществлять на основе синтеза двух подходов к интеграции национальной экономики в ГПС, комбинация которых будет способствовать наиболее эффективному включению экономики республики в систему международного производства МНК.
Во-первых, активизация интеграции в существующие ГПС через аутсорсинг и другие способы организации международного производства, не связанные с участием в капитале (СНУК), с постепенным переходом к интеграции через ПИИ. Для Республики Беларусь важен постепенный переход от преимущественной интеграции через внешнеторговые операции с независимыми фирмами к интеграции в ГПС через приток ПИИ. Однако на первоначальных этапах представляется целесообразным активизация интеграции национальной экономики в ГПС через СНУК с постепенным переходом к привлечению ПИИ, что продиктовано стратегией МНК, которые, как правило, перед осуществлением ПИИ в страну сначала выбирают менее рисковые формы проникновения на новые рынки (франчайзинг, лицензионные соглашения, аутсорсинг, концессии и др.).
Во-вторых, активизация формирования собственных производственных сетей, на данном этапе, прежде всего, региональных, в стратегически выгодных для республики секторах (в том числе высокотехнологичных) на пространстве ЕАЭС. Очевидно, создание собственных ГПС сделает возможным для Республики Беларусь построение производственных сетей, контролируемых производителем, обладающих большей устойчивостью и дающих наибольшую прибыль. Создание собственных ГПС будет благоприятно сказываться и на развитии внешней торговли республики. Ключевыми отраслями для создания собственных МНК на данном этапе представляются химическая и нефтехимическая промышленность, агропромышленный комплекс, фармацевтическая отрасль, машиностроительная, деревообрабатывающая и IT-услуги. Существенную выгоду создание собственных МНК может принести и в менее технологичных отраслях, например, швейной, обувной, производство игрушек. Это связано с тем, что, как показывает разработанная Д.Г. Джереффи концепция международных продуктовых цепочек [11], в трудоемких производствах с низкой заработной платой основная часть прибыли создается не в процессе самого производства, а в процессе координации корпоративной деятельности и контроля над всей продуктовой цепочкой: от разработки дизайна, маркетинга и до розничной продажи, т.е. деятельности, которой обычно руководит материнская компания МНК.
Организационные принципы реализации стратегии интеграции экономики Беларуси в ГПС. К ним представляется целесообразным отнести следующие.
1) Принцип многовекторности, как основной, предполагающий сочетание различных форм интеграции национальной экономики в ГПС, уровней и типов вовлеченности, направлений развития в рамках каждой выбранной отрасли.
2) Принцип повышения конкурентоспособности национальных предприятий на глобальном рынке. Его применение диктуется следующими обстоятельствами. Во-первых, трудности интеграции белорусского бизнеса в существующие ГПС связаны с тем, что немногие выдерживают конкуренцию со стороны иностранных производителей. Во-вторых, повышение конкурентоспособности национальных предприятий является критичным и для формирования собственных ГПС. В-третьих, как показывают существующие исследования [12, с. 52], эффект от повышения степени вовлеченности в ГПС будет тем выше, чем выше технологическая зависимость других участников сети от отечественных компаний/товаров/услуг, что возвращает к необходимости повышения конкурентоспособности национальных производителей на мировых рынках.
Более того, представляется возможным утверждать, что в условиях развития ГПС вопрос конкурентной борьбы за мировые рынки приобретает еще более острый характер. Говоря о важности развития кооперационных связей для участия в ГПС, нельзя забывать о конкуренции между участниками ГПС, прежде всего поставщиками промежуточных товаров и услуг из развивающихся стран, которая в последние годы только усиливается в результате активного применения МНК практики аутсорсинга. Более того, МНК иногда целенаправленно используют ГПС для насаждения и обострения конкуренции между поставщиками и странами в своих интересах [13; 14; 7]. В долгосрочном плане для развивающихся стран, реализующих очень схожие стратегии развития с акцентом на экспорт, это существенно осложняет достижение целей усиления своих переговорных позиций в ГПС и повышения технологического уровня экономики [15; 7], что в свою очередь остро ставит вопрос о конкурентоспособности национальных поставщиков в рамках ГПС.
3) Принцип соблюдения конкурентного преимущества, который предполагает интеграцию в ГПС в тех сферах, отраслях и через выполнение тех операций, в которых Республика Беларусь имеет конкурентные преимущества, что будет способствовать более эффективному участию страны в ГПС с точки зрения минимизации возможных рисков и максимизации экономических выгод от участия в международной торговле.
4) Принцип сочетания политики импортозамещения и политики импортодополнения. Данный принцип предопределен результатами проведенного исследования, позволившего сделать вывод о том, что при проведении импортозамещающей индустриализации в целях максимизации положительных внешнеторговых эффектов ПИИ, политику импортозамещения целесообразно сочетать с проведением политики импортодополнения в отношении таргетированных отраслей, которая способствует вовлечению компаний в ГПС и росту экспорта продукции с более высокой добавленной стоимостью.
Необходимость проведения политики импортодополнения продиктована следующими причинами.
1) Практика импортодополнения является источником роста конкурентоспособности национальных производителей, т.к. в современных условиях конкурентоспособность экспорта зависит от импорта промежуточных товаров мирового качества и по мировым ценам. Согласно мнению экспертов международных организаций ОЭСР, ВТО и ЮНКТАД [16], эффективное участие в ГПС зависит не только от возможностей экспорта, в особенности промежуточных товаров, но и от способности импортировать компоненты высокого качества [17, c.88]; доступ к импортным комплектующим является важным фактором роста экспорта [18; 19]. Высокие темпы роста большинства развивающихся стран, как показывает исторический опыт, оказываются связанными именно с ростом их вовлеченности в ГПС и использованием импортных компонентов и материалов для роста производства и экспорта [20, с.10]. При этом отрицательные эффекты политики импортозамещения особенно вероятны в отраслях, включенных в глобальные ГПС на финальных этапах, при высоком уровне использования иностранных компонентов и деталей (например, производство транспортного оборудования в случае Российской Федерации и Республики Беларусь) [21, с.76]. Таким образом, важнейшим источником роста конкурентоспособности отраслей на внешнем рынке является интеграция в ГПС через участие продукцией, основанном на использовании более дешевых иностранных промежуточных товаров, национальные производители которых не обладают сравнительными преимуществами, а также высокотехнологичных узкоспециализированных промежуточных товаров, не производимых на территории страны.
2) Импортозамещающая индустриализация ограничивает приток новых технологий в страну посредством импорта товаров и услуг, в результате чего в долгосрочной перспективе она может привести к стагнации инновационного и научно-технического развития. Как указывают белорусские ученые [22], эмпирически доказано, что импорт оборудования, промежуточных товаров с точки зрения передачи технологий может оказывать положительное влияние на экономический рост.
3) Практика импортодополнения способствует вовлечению компаний в ГПС на более поздних этапах, что подразумевает рост экспорта продукции с более высокой добавленной стоимостью.
4) Политика импортозамещения сокращает возможные позитивные косвенные внешнеторговые эффекты ПИИ, вынуждая МНК использовать местные технологии и ресурсы, что минимизирует внешние эффекты ПИИ.
5) Необоснованное применение импортозамещающей стратегии развития в отношении отраслей, в которых страна не имеет сравнительных преимуществ, особенно если эти отрасли выпускают промежуточную продукцию, используемую в экспортоориентированных отраслях, ведет к сокращению выигрыша страны от международной торговли.
6) Принцип приоритета политики открытости в торговле перед политикой протекционизма. Страны и МНК, объединяясь в ГПС, формируют новую систему МЭО, где любые торговые барьеры невыгодны для всех участников. Как показывают имеющиеся исследования, уровень издержек в производственной цепочке, который определяется в том числе уровнем тарифной и нетарифной защиты, является одним из ключевых факторов, отрицательно влияющих на экспорт добавленной стоимости [12, с. 52]. В связи с этим, важнейшим направлением торговой политики представляется курс на упрощение процедур торговли и углубление регионального сотрудничества посредством заключения торговых и инвестиционных соглашений между ЕАЭС и другими объединениями и странами.
7) Принцип развития региональной экономической интеграции (на пространстве ЕАЭС и с другими странами и региональными группировками). Значительная часть современных производственных сетей носит региональный характер, что определяет важность углубления интеграционных процессов в рамках ЕАЭС с целью развития собственных региональных производственно-сбытовых цепочек. Очевидным представляется тот факт, что координация инвестиционной, торговой и промышленной политик стран ЕАЭС будет способствовать укреплению позиций государств-участниц, в том числе Республики Беларусь, в ГПС.
8) Принцип максимизации национальной добавленной стоимости. Стратегию интеграции в ГПС целесообразно направить на максимизацию национальной добавленной стоимости. В мировой практике существуют позитивные примеры, когда включение страны в ГПС МНК способствовало снижению доли иностранной добавленной стоимости в ее экспорте (Филиппины, Сингапур, Китай, Индонезия) [12, с. 54]. Это может быть обеспечено либо за счет повышения эффективности участия на текущем этапе ГЦДС, либо за счет вертикального восхождения по цепочке. Так, закономерность, выявленная Р. Каплински [23], характеризующая степень доходности различных этапов производственного процесса в современных ГПС и показывающая зависимость объема добавленной стоимости от стадии производственного цикла, свидетельствует о том, что участие на предпроизводственном и постпроизводственном этапах приносит компаниям большую выгоду, чем участие непосредственно в производственной стадии. Таким образом, стратегия интеграции национальной экономики Беларуси в ГПС МНК должна базироваться на «подъеме по цепочке». Вместе с тем, на начальных этапах возможна интеграция на любой стадии, даже низкодоходной, с постепенным освоением более высоких уровней цепочки.
9) Принцип промышленного таргетирования, заключающийся в определении приоритетных отраслей для интеграции в ГПС с целью создания для них наиболее благоприятных условий развития посредством создания необходимой инфраструктуры, стимулов и др.
10) Принцип приоритета не текущих экономических результатов (хотя они важны, особенно для малых и средних предприятий), а формирование долгосрочных положительных внешних эффектов для национальной экономики в целом от интеграции отечественных производителей в систему международного производства МНК. Прежде всего, это касается возможностей получения доступа к технологиям и их распространения в национальной экономике.
Отраслевые рекомендации по интеграции белорусской экономики в ГПС предполагают выделение отраслей национальной экономики, способных стать локомотивом интеграции в систему международного производства.
На данный момент в рамках ЕАЭС выделен перечень отраслей, обладающих наибольшим экспортным потенциалом, который может быть реализован за счет интеграции в ГПС [24]. Однако, очевидно, что требуется выработка более узких отраслевых рекомендаций с целью интеграции национальных производителей в ГПС на различных этапах с учетом специфических характеристик экономики Беларуси, ее конкурентных преимуществ и приоритетов развития. Представляется, что с одной стороны, это должны быть отрасли, которые в соответствии с мировой практикой в наибольшей степени подвержены фрагментации производства (обувная и швейная промышленности, автомобильная промышленность, сектор электроники и агропродовольственный сектор), с другой стороны, это должны быть те отрасли, в которых Республика Беларусь имеет реальные (нефтепереработка, химическая промышленность, металлургия, транспортное машиностроение, деревообрабатывающая, производство услуг в сфере ИКТ) либо потенциальные (производство оптического и электрооборудования, целлюлозно-бумажная промышленность, автомобилестроение и станкостроение, туристические услуги) конкурентные преимущества с акцентом не на традиционные для экономики страны отрасли, а на новые высокотехнологичные.
В связи с этим, в отраслевом разрезе предлагается рассмотреть следующие направления интеграции белорусской экономики в ГПС.
Интеграция через сектор услуг, которую целесообразно осуществлять одновременно по двум направлениям: через интеграцию в товарные ГПС и через интеграцию в сервисные ГПС. Это обусловлено тем, что добавленная стоимость, созданная в сфере услуг, может быть экспортирована не только через экспорт услуг, но и через экспорт товаров, когда предприятия сектора услуг не являются прямыми экспортерами, однако созданная ими добавленная стоимость оказывается включенной в товарный экспорт страны (транспортно-логистические услуги, консультационные, страховые и др.). Это свидетельствует о важности услуг, в особенности инфраструктурных, в качестве фактора стимулирования развития внешней торговли и инструмента диверсификации экспорта [25]. В процессе интеграции экономики Беларуси в ГПС через сектор услуг представляется необходимым сделать акцент на сфере высокотехнологичных услуг, в частности в сфере IT-технологий, НИОКР, образовательных и бизнес-услуг, что позволит в наибольшей степени задействовать имеющийся в стране высокий уровень человеческого капитала и получить наибольшие выгоды от интеграции в сервисные ГПС. Учитывая географическое положение страны, интеграция в ГПС представляется возможной также через сектор транспортных и туристско-рекреационных услуг, в том числе в сфере медицинского туризма.
Важность интеграции национальных производителей в ГПС через сектор услуг обоснована следующими выгодами для национальной экономики.
1) Развитие сферы услуг способствует росту вовлеченности национальных производителей в восходящих связях ГПС. Как показывает мировой опыт, сам по себе факт увеличения доли услуг в экспорте приводит к увеличению доли национальной компоненты в нем, т.к. их производство не требует значительных объемов промежуточных товаров, что приводит к снижению показателя импортоемкости экспорта. Рост национальной добавленной стоимости в экспорте, вызванный развитием экспорта услуг в рамках ГПС, позволит улучшить торговый баланс республики.
2) Услуги становятся основным источником занятости в рамках ГПС, на долю которого в 2015 году приходилось 46% рабочих мест в мире [26]. В некоторых секторах косвенное воздействие экспорта услуг на рост занятости оказывается еще большим: в частности, одно рабочее место в секторе туризма влечет за собой создание трех рабочих мест в других секторах, а в Индии одно рабочее место в секторе информационных технологий приводит к появлению четырех рабочих мест в других секторах [25].
3) Развитие сферы услуг и либерализация торговли услугами способствуют росту экспорта товаров. Важность сервисизации определяется тем, что развитый сектор услуг и либерализация торговли услугами создают условия, содействующие международной фрагментации производства, процессам производства, распределения и маркетинга товаров в ГПС, увеличивают конкурентоспособность производственных предприятий и способствуют их участию в ГПС [5], стимулируя тем самым рост экспорта товаров. Особое значение имеют услуги в сфере ИКТ, которые создают основу для современных форм экономической деятельности, в том числе в финансовой сфере. Так, расширение использования сети Интернет на 10% в экспортирующей стране приводит к увеличению на 0,4% числа товаров в торговле между двумя странами и увеличению на 0,6% стоимостного объема двусторонней торговли в среднем по каждому товару [25]. Решающее значение торговля с привлечением ИКТ имеет для малого и среднего бизнеса, обеспечивая им доступ к международным рынкам.
4) Экспорт коммерческих услуг как наименее капиталоемкий путь развития экспортного потенциала и одновременно использующий преимущества высокого качества человеческого капитала является одним из наименее затратных и наиболее достижимых в ближайшей перспективе способов интеграции национальных производителей в ГПС МНК.
5) Наличие весомых конкурентных преимуществ в сфере высокотехнологичных услуг, в частности IT-технологий и НИОКР, делает торговлю услугами одним из важнейших направлений диверсификации экспорта Беларуси и закрепления республики в системе ГПС на основе высокотехнологичной специализации. Так, наличие высококвалифицированных кадров в IT-отрасли, а главное системы их подготовки в вузах Республики Беларусь, а также уже имеющийся опыт работы в данной отрасли и присутствие в национальной экономике ряда МНК (EPAM, IBA Group и др.) формируют конкурентные преимущества Беларуси в этой отрасли. Важнейшую роль в этом играет Декрет № 8 «О развитии цифровой экономики» [27], включающий меры по либерализации условий ведения предпринимательской деятельности в сфере высоких технологий, что создает благоприятные условия для развития IT-отрасли в Беларуси.
Не менее важным направлением является интеграция через наукоемкий сектор промышленности. Возможность получения максимальной выгоды все в большей мере концентрируется в тех звеньях ГПС, в которых накапливаются новые технологические, маркетинговые, управленческие разработки и знания, характеризующие развитие «новой экономики» [17, с. 91]. В связи с этим одним из ключевых факторов наукоемкого экономического роста является эффективная интеграция белорусских предприятий в международные технологические связи и расширение сотрудничества с зарубежными партнерами в области инновационной деятельности. Эффективность использования ПИИ как инструмента решения задач развития высокотехнологичного сектора экономики подтверждена мировой практикой. Примерами могут послужить экономики Китая, Сингапура, Южной Кореи, Ирландии, Венгрии, Чехии.
Интеграция через сектор крупного бизнеса, для которого на начальных этапах представляется целесообразным рассмотреть различные варианты кооперирования производства и НИОКР с МНК с последующим переходом к привлечению и экспорту капитала в форме ПИИ. Интересным в этом смысле является опыт Китая, где предприятия с иностранными инвестициями создавались на так называемых «трех капиталах»: «первый капитал» — предприятия, работающие на кооперационных началах с иностранными компаниями (контрактные кооперационные предприятия); «второй капитал» — совместные предприятия; «третий капитал» — предприятия со стопроцентным иностранным участием (как правило, зарубежные филиалы МНК) [28, c. 84.]. В данном секторе одним из приоритетных направлений встраивания экономики Беларуси в ГПС представляется развитие фармацевтической отрасли, притоку ПИИ в которую будет способствовать наличие производственной базы и высококвалифицированной рабочей силы, а также отрасли деревообработки. Для крупных машиностроительных и химических предприятий представляется целесообразным рассмотреть различные варианты кооперирования производства и НИОКР с МНК.
Интеграция через сектор малого и среднего бизнеса. Мировая практика показывает, что большинство фирм, как в развитых, так и в развивающихся странах, участвующих в ГПС, являются средними и малыми компаниями [29, с. 117]. В докладе Института Азиатского Банка развития [30] выделены потенциальные возможности и риски малого и среднего бизнеса (МСБ) в области интеграции в ГПС. Авторы доклада видят главное позитивное влияние вовлечения МСБ в ГПС в росте его международной конкурентоспособности и выходе на международный стандарт качества [31, c. 47]. В связи с этим, интеграцию в ГПС МНК целесообразно осуществлять не только с помощью крупных компаний, малые и средние предприятия также являются важным каналом вовлечения страны в ГПС. Важно и то, что МСБ представляет собой экономическую нишу, лежащую вне вопроса суверенитета страны, а также способ привлечения ПИИ, альтернативный приватизации крупных компаний. В данной нише возможно формирование эффективной стратегии интеграции в ГПС в ожидании вовлечения в этот процесс крупного бизнеса. В отраслевом отношении наиболее перспективными для МСБ Беларуси представляются ГПС в сфере сельского хозяйства, легкой промышленности, мебельной индустрии, производства игрушек и др.
Возможные уровни интеграции национальной экономики в ГПС. Участие национальных производителей в ГПС возможно на различных уровнях, что обусловлено особенностями развития национальных отраслей и длиной ГЦДС [21, с. 75]. В связи с этим, в рамках каждого способа интеграции в ГПС необходимо рассмотреть возможности включения национальных производителей Беларуси на различных уровнях. Среди них:
1) интеграция в ГПС на финальных стадиях, что подразумевает проведение политики импортодополнения, то есть обеспечение доступа национальных производителей к импортным деталям, компонентам и материалам, использование которых может стимулировать конкурентоспособность отечественных производителей при сохранении за ними специфических производственных ниш;
2) интеграция в ГПС на начальных стадиях, что подразумевает стимулирование экспорта продукции (в том числе промежуточной) национальных отраслей, обладающих конкурентными преимуществами и соответствующим потенциалом;
3) интеграция в ГПС на промежуточных, но ключевых стадиях.
Представляется правомерным согласиться с российскими учеными [21, с. 77], считающими, что последнее является наиболее целесообразным в случае длинных, многоступенчатых ГЦДС, характерных для производства технически сложной продукции. Это обеспечит: повышение эффективности национальных производств за счет использования наиболее конкурентоспособных на мировом рынке деталей и компонентов; сохранение за отечественными производителями специфических рыночных ниш; стимулирование экспорта конкурентоспособных товаров более высокой степени переработки.
В заключение следует отметить, что исследование мирового опыта участия стран в ГПС позволило сделать вывод, что принципиальное значение для успеха стратегии участия в ГПС имеет реализация всего комплекса мер, направленных на улучшение инвестиционного климата и бизнес-среды в республике в целом. В то же время, проведенное исследование на основе синтеза теоретических и эмпирических исследований ГПС, опыта зарубежных стран в сфере интеграции в ГПС и привлечения ПИИ, рекомендаций международных экономических организаций в этой области позволило выделить комплекс направлений торговой, инвестиционной и промышленной политик, в наибольшей степени влияющих на процесс интеграции национальных экономик в ГПС. Они включают: либерализацию внешнеторгового режима и сокращение торговых издержек; увеличение уровня локализации деятельности МНК и развитие вертикальных связей между национальными компаниями и предприятиями с ПИИ; развитие логистической инфраструктуры; углубление региональной экономической интеграции; активизацию притока экпортостимулирующих ПИИ; развитие внутреннего потенциала таргетированных отраслей экономики; развитие человеческого капитала; создание условий для трансфера технологий и развития международной технологической кооперации; привлечение МНК в экономику Беларуси и развитие законодательства, регулирующего их деятельность; повышение потенциала МСБ как участника ГПС МНК.
Представленная стратегия интеграции экономики Республики Беларусь в ГПС, разработанная с учетом современных тенденций развития мирохозяйственных связей, опыта и стратегий других стран с транзитивной экономикой по включению в международное разделение производственного процесса (см. [32]), стратегических целей развития экономики Беларуси и интеграционных процессов в ЕАЭС, позволит максимизировать выгоды и минимизировать риски участия страны в процессах международного производства и международной торговли.


Литература
1. Шалупаева Н.С. Концептуальные основы стратегии интеграции национальной экономики Беларуси в глобальные производственные сети // Потребительская кооперация. — 2018. — №  2 (61). — С. 68–73.
2. World investment report 2018: investment and new industrial policies [Electronic resource] / UN Conf. on Trade a. Development. — New York; Geneva: UN, 2018. — 193 р. — Mode of access: http://unctad.org/en/pages/PublicationWebflyer.aspx?publicationid=2130. —Date of access: 14.11.2018.
3. World investment report 2012: towards a new generation of investment policies [Electronic resource] / UN Conf. on Trade a. Development. — New York; Geneva: UN, 2012. — 204 p. — Mode of access: http://unctad.org/en/pages/PublicationWebflyer.aspx?publicationid=171. — Date of access: 21.10.2018.
4. World trade statistical review 2017 [Electronic resource] // WTO. — Mode of access: https://www.wto.org/english/res_e/statis_e/wts2017_e/wts17_toc_e.htm. — Date of access: 05.04.2018.
5. Доклад о торговле и инвестициях в Азиатско-Тихоокеанском регионе: поддержка участия в цепочках начисления стоимости / ЭСКАТО. — Женева: ООН, 2015. — 45 с.
6. From decisions to actions: rep. of the Secretary-Gen. of UNCTAD to UNCTAD XIV / UNCTAD. — Geneva: UN, 2015. — 44 р.
7. Доклад о торговле и развитии, 2016. Структурная трансформация в интересах всеохватного и устойчивого роста / ЮНКТАД. — Женева: ООН, 2016. — 215 c.
8. Гурова, И.П. Экономическая интеграция и региональные цепочки добавленной стоимости в ЕАЭС / И.П. Гурова, И.В. Корсакова // Изв. Волгогр. гос. техн. ун-та. — 2016. — № 16. — С. 113–117.
9. Доклад о торговле и развитии, 2014 [Электронный ресурс]: обзор / ЮНКТАД. — Женева: ООН, 2014. — Режим доступа: unctad.org/en/PublicationsLibrary/tdr2014overview_ru.pdf. — Дата доступа: 22.09.2018.
10. Global value chains and South-South trade. Economic cooperation and integration among developing countries [Electronic resource]: Oct. 2015 // UNCTAD. — Mode of access: https://unctad.org/en/PublicationsLibrary/gdsecidc2015d1_en.pdf. — Date of access: 20.09.2018.
11. Banga, R. Adding value in global value chains [Electronic resource] / R. Banga // Transnational corporations. — 2015. — Vol. 21, №  3. — Mode of access: http://unctad.org/en/PublicationsLibrary/di-aeia2014d1_en.pdf. — Date of access: 14.10.2018.
12. Идрисова В.В. Торговля добавленной стоимостью: эмпирический анализ /В.В. Идрисова, Ю.О. Литвинова // Рос. внешнеэкон. вестн. — 2016. — № 8. — С. 49–66.
13. Levy, D. L. Offshoring in the new global political economy / D. L. Levy // J. of Management Studies. — 2005. — Vol. 42, № 3. — P. 685–693.
14. Phillips, R. Global production networks and industrial upgrading: negative lessons from Malaysian electronics / R. Phillips, J. Henderson // J. fьr entwicklungspolitik. — 2009. — Bd. 25, №  2. — P. 38–61.
15. Starrs, S. The chimera of global convergence / S. Starrs // New left rev. — 2014. — №  87. — P. 81–96.
16. Последствия глобальных цепочек создания стоимости для торговли, инвестиций, развития и занятости [Электронный ресурс]: ОЭСР, ВТО, ЮНКТАД: сост. для Саммита лидеров стран G-20 в Санкт-Петербурге в сент. 2013 г. // Министерство экономического развития Российской Федерации. — Режим доступа: http://economy.gov.ru/minec/activity/sections/foreignEconomicActivity/economic_organization/russiaj20j8/doc20131205_7. — Дата доступа: 17.07.2018.
17. Мешкова Т.А. Мировые тенденции развития глобальных цепочек создания добавленной стоимости и участие в них России /Т.А. Мешкова, Е.Я. Моисеичев // Вестн. Финансового ун-та. — 2015. — № 1. — С. 83–96.
18. Imported intermediate inputs and domestic product growth: evidence from India [Electronic resource] / P. K. Goldberg [et al.] // The Quart. J. of economics. — 2010. — Vol. 125, №  4. — Mode of access: https://www.dropbox.com/s/wdnb422j93xlz68/125–4–1727.pdf?dl=0. — Date of access: 18.09.2018.
19. Долгосрочный прогноз экономического развития ЕАЭС до 2030 года / Евраз. экон. комис. — М.: ЕЭК, 2015. — 216 с.
20. Кадочников С.М. Перспективные вопросы расширения участия России в глобальных цепочках добавленной стоимости // Рос. внешнеэкон. вестн. — 2015. — № 2. — C. 8–13.
21. Флегонтова Т.А. Участие стран ЕАЭС в глобальных цепочках добавленной стоимости //Рос. внешнеэкон. вестн. — 2017. — № 1. — С. 73–84.
22. Точицкая И. Внешняя торговля Беларуси: основные вызовы и пути их преодоления: дискус. материал PDP/09/04 / И. Точицкая, Г. Шиманович. — Минск: Исслед. центр ИПМ, 2009. — 15 c.
23. Kaplinsky, R. Global value chains: where they came from, where they are going and why this is important [Electronic resource] / R. Kaplinsky // Innovation, knowledge, development Working papers. — 2013. — № 68. — Mode of access: https://globalvaluechains.org/publication/global-value-chains-where-they-came-where-they-are-going-and-why-important. — Date of access: 06.08.2018.
24. Основные направления координации национальных промышленных политик Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации [Электронный ресурс]: утв. Решением Высш. Евраз. экон. совета, 31 мая 2013 г., № 40: информ.-правовой портал. — Режим доступа: http://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/70292470. — Дата доступа: 22.10.2018.
25 Международная торговля и развитие [Электронный ресурс]: докл. Генер. секретаря Генер. Ассамблеи ООН, 2016 // ЮНКТАД. — Режим доступа: http://unctad.org/meetings/en/SessionalDocu-ments/a71d275_ru.pdf. — Дата доступа: 16.09.2018.
26. World investment report 2013: global value chains: investment and trade for development [Electronic resource] / UN Conf. on Trade a. Development. — New York; Geneva: UN, 2013. — 236 р. — Mode of access: http://unctad.org/
en/pages/PublicationWebflyer.aspx?publicationid=588. — Date of access: 21.10.2018.
27. О развитии цифровой экономики [Электронный ресурс]: Декрет Президента Респ. Беларусь, 21 дек. 2017 г., № 8 // Президент Республики Беларусь: офиц. Интернет-портал Президента Респ. Беларусь. — Режим доступа: http://president.gov.by/ru/official_documents_ru/view/dekret-8-ot-21-dekabrja-2017-g-17716. — Дата доступа: 23.09.2018.
28. Ковалев М.М. Китай строит экономику знаний /М.М. Ковалев, Ван Син. — Минск: Белорус. гос. ун-т, 2015. — 152 с.
29. Бирюкова О.В. Участие сектора услуг в развитии глобальных цепочек создания стоимости // Изв. Урал. гос. экон. ун-та. — 2016. — № 3. — С. 115–125.
30. Financing growth; SMEs in global value chains [Electronic resource]: the case for a coordinated G20 policy approach // OECD. — Mode of access: http://biac.org/wp-content/uploads/2016/06/Financing-Growth-SMEs-in-Global-Value-Chains.pdf. — Date of access: 22.09.2018.
31. Побываев С.А. Глобальные цепочки стоимости и их потенциальная роль в развитии российско-белорусской интеграции // Мир новой экономики. — 2016. — № 4. — С. 41–50.
32. Шмарловская Г.А. Международное разделение производственного процесса и сетевая экономика: перспективы Республики Беларусь // Белорус. экон. журн. — 2009. — № 1. — С. 62–70.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2019
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия