Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 3 (71), 2019
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РЕГИОНОВ И ОТРАСЛЕВЫХ КОМПЛЕКСОВ
Александров И. Н.
доцент Высшей школы технологий управления бизнесом
Института промышленного менеджмента, экономики и торговли
Санкт-Петербургского государственного политехнического университета им. Петра Великого,
кандидат экономических наук

Фёдорова М. Ю.
аспирант Института экономики Карельского научного центра РАН (г. Петрозаводск)

Влияние цифровой экономики на саморазвитие сельских территорий (на примере регионов Северо-Западного федерального округа России)
В статье проанализированы основные проблемы саморазвития сельских территорий в регионах Северо-Западного федерального округа России. Выявлены потенциальные возможности саморазвития территорий в условиях цифровой экономики за счет повышения предпринимательской активности местного населения при условии сохранения аутентичных черт территории. Представлены теоретические аспекты анализа саморазвивающихся регионов в соответствии с предложенной отечественными учеными методикой определения саморазвивающихся регионов. Проанализированы показатели развития цифровой экономики в сельской местности в Российской Федерации и обозначены стратегические цели, достижение которых будет способствовать социально-экономическому развитию страны в целом
Ключевые слова: региональная экономика, стратегическое управление, саморазвитие сельских территорий, цифровая экономика, Северо-Западный федеральный округ, сельские территории
УДК 332.1; ББК 65.05   Стр: 246 - 250

Актуальность исследования обусловлена тем, что неравномерное развитие регионов Российской Федерации является одной из важнейших проблем социально-экономического роста. Проблеме неравенства экономического развития посвящены труды многих ученых, включая таких Нобелевских лауреатов, как Джозеф Стиглиц, Ангус Дитон. Сохранение благоприятных условий жизни и работы в условиях сельской местности для ведения разнообразных форм предпринимательской деятельности играет в решении этой проблемы далеко не последнюю роль, особенно в Российской Федерации.
В настоящее время значительная часть сельских территорий Российской Федерации испытывает на себе негативное воздействие процесса оттока населения в город. Среди основных причин можно назвать низкое качество жизни, связанное не только низкой оплатой труда или отсутствием работы, но в большей степени неразвитой социальной инфраструктурой, включая услуги по здравоохранению, образовательные услуги, качественное и комфортабельное жилье, услуги по организации досуга, состояние окружающей среды. Отток населения, в свою очередь, усиливает процессы разрушения и повышенного износа оставшихся инфраструктурных мощностей в области сельского хозяйства. Кроме того, отсутствие высококвалифицированной рабочей силы делает само по себе проживание на территории сельской местности непрестижным и приводит к маргинализации населения.
Огромные сельские территории РФ сегодня являются своеобразными резерватами относительно незагрязненной окружающей среды, которая необходима для восполнения рекреационных потребностей жителей мегаполисов, а также поддержания общей устойчивой экологической обстановки во всей стране. Тем не менее, упомянутая выше маргинализация населения, отсутствие стратегии и необходимых управленческих механизмов приводят к тому, что даже существующие сегодня резерваты флоры и фауны рискуют исчезнуть с лица Земли навсегда.
С другой стороны, в условиях значительной удаленности от центра сельские муниципальные образования объективно получают менее всего финансовой, управленческой и прочих видов помощи от государства и сторонних организаций в решении жизненно важных вопросов управления социально-экономическим развитием сельской территории. В связи с этим видится актуальной ориентация сельских муниципальных образований на эндогенное развитие. Другими словами, саморазвитие сельской территории, суть которого в обобщенном понимании будет заключаться в развитии социально-экономической системы в соответствии с собственным стратегическим видением, исходя из наличия и эффективного использования и управления собственными ресурсами (человеческими, природными, культурными и т.д.), а удаленность сельских территорий и муниципальных образований от центра должна компенсироваться интеграцией в цифровую экономику.
Для проведения исследования выбраны регионы Северо-Западного федерального округа (СЗФО), а именно Архангельская область (без Ненецкого автономного округа), Вологодская, Калининградская, Ленинградская, Мурманская, Новгородская, Псковская области, Республика Карелия и Республика Коми. Санкт-Петербург был исключен из исследования как город федерального значения. Ненецкий автономный округ также исключен из исследования в связи со значительными различиями региона в климатических и ресурсных составляющих. За основу исследования взята методика оценки саморазвивающихся регионов, предложенная Захарчуком Е.А., Пасынковым А.Ф. и Некрасовым А.А. [1] и апробированная на данных за период 1998–2016 гг. Теоретические и практические основы региональных социально-экономических систем рассматриваются такими отечественными учеными как Татаркин А.И. [2], Федоляк В.С. [3] и др.
Что касается эндогенного развития сельских территорий в условиях цифровой экономики в рассмотренном нами контексте повышения предпринимательской активности местного населения и сохранения аутентичных черт территории, следует отметить исследования Рэй К. [4]., Таунсенд Л., Уоллес К., Фэйрхаст Г. [5] о повышении именно творческой предпринимательской активности в сельской местности. Поддерживают идею эндогенного развития для сельских территорий с использованием ИКТ как более перспективную и такие ученые как С. Сеччини и К. Скотт [6].
Сущность цифровой экономики. Раскрывая сущность феномена «цифровой экономики» следует упомянуть Дона Тэпскотта [7], который раскрыл ее сущность, обозначив такие основные характеристики, как: неразрывность новой информации и человеческого капитала; цифровизация, облегчающая процесс хранения и передачи информации; виртуализация; распадение сложных бизнес организаций на более мелкие и интеграция с помощью совместной работы в сети Интернет; дезинтермедиация; конвергенция компьютерной обработки данных, коммуникаций и контента; инновации; моментальность передачи информации; глобализация; возможный общественный диссонанс как результат увеличивающегося разрыва между технологически грамотным и неграмотным населением в связи с отсутствием доступа к новым технологиям.
Также среди пионеров формирования концепции «цифровой экономики» следует выделить Негропонте Н., [8] который сравнивал современную реальность с цифровыми битами и выделял в качестве основных такие ее качества как «децентрализация, глобализация, гармонизация и наделяющая большими возможностями».
Согласно Багаман А. и др. [9] инструменты ИКТ помогут преодолеть сегодняшнюю отсталость и удовлетворить целый спектр потребностей сельской местности, таких как создание новых рабочих мест, преодоление временных и дистанционных ограничений, повышение эффективности, оказание услуг по здравоохранению, образовательных услуг, услуг досуга и т.д. Но, с другой стороны, необходимо решить много связанных с этим вопросов. К примеру, согласно Секчини С. и Скотт С. [6], жизнеспособность проектов по борьбе с бедностью в сельской местности с применением инструментария ИКТ может быть успешна только в случае, если они разрабатываются, поддерживаются и ими владеют местные жители, с их непосредственным активным участием.
Говоря о цифровой экономике, Бабкин А.В. и др. [10] отмечают, что она сформировалась в рамках постиндустриальной экономики, где в качестве основных видов деятельности выступают разного вида услуги (туризм, рекреация, образование, здравоохранение), в качестве основного ресурса — человеческий капитал и информация, активно развивается инновационный сегмент. В то же время согласно утверждению В.А. Медведева [11], одной из основных проблем сельской местности выступает именно низкое развитие сферы услуг. Согласно Гвас Г.В. [12], России потребуется 5–7 лет, чтобы преодолеть технологическое отставание в цифровой экономике.
Как отмечает Б.И. Соколов, цифровая экономика в настоящее время развилась в специальную систему институтов финансовой информации [28; 29; 30; 31; 32], которые позволяют перевести предпринимательство на качественно новый уровень [25].
Таким образом, в условиях цифровой экономики открываются новые возможности для интенсивного развития экономики региональных экономических систем и нахождения новых искусственных конкурентных преимуществ региона [12, 13]. Тем не менее, среди основных проблем, с которыми сталкиваются регионы в условиях развития цифровой экономики, ученые выделяют следующие: неравномерность инновационного развития регионов в связи с неэффективностью использования ИКТ (14); «высокая вероятность монополизации новых рынков» (15); рост безработицы; рост «теневого сектора экономики»; уже указанный Тэпскоттом Д., риск возникновения общественного диссонанса [7, 16].
Феномен саморазвивающейся социально-экономической системы. В вопросе определения саморазвивающейся социально-экономической системы Захарчук Е.А. и Пасынков А.Ф. предлагают в качестве логичной последовательности цепочку «самоорганизация — саморегулирование — саморазвитие» [17], что выступает предпосылкой к устойчивому развитию территории.
По мнению Сидоровой Е.Н. и Татаркина Д.А., «саморазвивающейся можно назвать ту социально-экономическую систему, которая обеспечивает расширенное воспроизводство ВРП преимущественно за счет собственных доходных источников, достаточных для эффективной реализации как макроэкономических целей и приоритетов, так и внутрирегиональных целевых установок системного характера» [18; 2]. Согласно Татаркину А.И., мнения о жизнеспособности теории саморазвития сельских территорий на сегодняшний день очень противоречивы, также как критерии и методики определения саморазвивающегося региона. К примеру, согласно критерию, рассчитанному Захарчуком Е.А., Пасынковым А.Ф. и Некрасовым А.А. [1], можно проследить положительную тенденцию среди регионов СЗФО в сторону увеличения количества саморазвивающихся. Если за период 1998–2009 гг. саморазвивающимися территориями можно было назвать только Архангельскую, Калининградскую и Ленинградские области, то за период с 1998 по 2016 гг. получится, что все территории СЗФО уже являются саморазвивающимися (табл. 1).

Таблица 1
Показатели регионов СЗФО за период 1998–2016 гг., по критерию саморазвития, предложенному Захарчуком Е.А., Пасынковым А.Ф. и Некрасовым А.А.
Регион СЗФООтклонение ВРП
от среднего по РФ, %
Рост / снижение
показателя критерия
по сравнению с предыдущим
Республика Карелия3,48++
Архангельская область6,85++
Ленинградская область7,85++
Республика Коми3,11++
Вологодская область4,10++
Калининградская область6,94++
Мурманская область2,06++
Новгородская область5,66++
Псковская область3,98++
Источник: составлено авторами по данным Федеральной службы государственной статистики РФ.

В данной связи хочется отметить предупреждение Джозефа Стиглица о «риске самодовольства», согласно которому успех в настоящий момент не является залогом успеха в будущем [19]. Мы снова возвращаемся к вопросу об искоренении с целью обеспечения высокого качества жизни для каждого индивида, а соответственно, возвращаемся к проблеме развития сельских территорий и людей на них проживающих, так как именно они выступают представителями незащищенных слоев населения в Российской Федерации.
В вопросе регионального развития существуют как мнение о необходимости создания агломераций с целью оптимизации издержек, так и ориентация на саморазвитие сельских территорий, результатом которого должно выступить «процветание региона» и улучшение «социальной сферы» [17].
Идея саморазвития особенно подробно раскрыта в трудах Татаркина А.И. В качестве аргумента против создания агломераций ученый выдвигает следующее: эффект от создания агломераций монополизируется крупными центрами за счет большего потенциала развития. Кроме того, отмечается «отсутствие серьезных научных разработок по созданию и «запуску» агломерационных объединений» и говорится о необходимости развития конкурентоспособности территории для реализации ее потенциала как саморазвивающейся социально-экономической системы, выделяя в качестве ориентира «идею территориального сплочения» и сбалансированного развития всей территории, где именно «сельские территории станут зарождающимися центрами конкурентоспособности». Для достижения поставленной цели необходимо повысить роль человеческого фактора для формирования «инновационно-новаторской позиции» сельского населения [2].
Федоляк В.С. в вопросе саморазвития территории помимо ориентации только на собственные источники одновременно выделяет и «максимальное расширение экономических связей с другими территориями», а в качестве залога успешного развития саморазвивающейся территории обозначает также качественное и эффективное управление ресурсами территории [3]. Сегодня, в эпоху развития сети интернет, данное утверждение приобретает особое новое звучание.
Таким образом, мы полагаем, что сельские территории могут получить значительные преимущества от использования полного спектра инструментов цифровой экономики.
Саморазвитие регионов СЗФО в условиях цифровой экономики. В связи с сущностными характеристиками цифровой экономики и особенностями саморазвивающихся социально-экономических систем рассмотрим результаты и возможности для регионов СЗФО в новых условиях.
Во-первых, наличие на территории покрытия сетью Интернет принято воспринимать уже как мощный ресурс, который предоставляет дополнительные возможности для удовлетворения потребностей населения в работе, образовании, досуге и т.д.. Следует отметить, что возможности основного или дополнительного заработка в сельской местности всегда актуальны, особенно если обращать внимание на тот факт, что большая часть собственных доходов местного бюджета исследуемых регионов СЗФО формируется именно от налогов физических лиц. Во-вторых, благодаря развитой сети Интернет и подключенным к ней пользователям открываются новые управленческие возможности в государственном секторе. В-третьих, внедрение нового программного обеспечения, решая образовательные, управленческие и/или другие задачи позволяют минимизировать трансакционные издержки, как в государственном секторе, так и населению. Особенно это актуально в отдаленных от центра территориях, где решение любых вопросов требует поездок в районные центры.
В вопросе развития сети Интернет в сельской территории с целью саморазвития, на наш взгляд, следует акцентировать внимание на развитии интернет-коммерции, что наделяет местных жителей возможностью реализовывать свои товары и услуги в любую точку мира. Учитывая, что основными товарами и услугами местных жителей сельских территорий, как правило, выступают дары природы (ягоды, грибы, рыба, охотничьи трофеи) и изделия из них, изделия народного творчества, прочие изделия, представляющие собой уникальный товар. Это, с одной стороны, способствует формированию имиджа и бренда региона, с другой — предоставляет возможности для местного населения получать основной или дополнительный доход с помощью электронной коммерции. Такой вид дохода также способствует формированию целостного туристского продукта региона, когда турист, приезжая на территорию сельской местности получает целый комплекс услуг разного рода. В свою очередь реализация этих услуг с помощью сети Интернет в «низкий» сезон сглаживает различия в доходах в зависимости от времени года. А развитие сельского туризма способствует диверсификации местной экономики [20].
В теории такое развитие событий выглядит очень привлекательно, особенно в контексте реализации программы саморазвития сельских территорий, так как тогда регион получает больше платежеспособного населения, как результат — больше налоговых отчислений в бюджет. Тем не менее, на данном этапе мы встречаем ряд сложностей в реализации поставленной цели, среди которых низкое число активных абонентов фиксированного широкополосного доступа к сети Интернет, в некоторых случаях — отсутствие возможности подключиться к сети Интернет даже посредством мобильной связи [21]. С одной стороны, проблема низкого покрытия сетью Интернет в сельской местности присутствует не только в России, но даже в таких развитых странах как Великобритания [22,5], но с другой стороны такие страны как Финляндия справились с этой проблемой блестяще. В США 63% сельского населения имеет доступ к широкополосному Интернету [23]. В Финляндии пользуется сетью Интернет 94% населения, в России — только 73%.
Для выхода в Интернет все чаще используют мобильные телефоны или планшеты. Так, в Финляндии 71% населения использует мобильные телефоны для выхода в сеть Интернет, в то время как в России — только 45%. Достаточно пессимистично выглядят показатели владения населения специальным программным обеспечением, необходимым для работы. В 2017 г. только 28,9% населения сельской местности владело навыками работы с текстовым редактором, что является самым распространенным навыком среди прочих навыков владения программным обеспечением для работы с персональным компьютером и в сети Интернет. Для сравнения, навыками передачи файлов между компьютером и периферийными устройствами в 2017 г. в сельской местности владеет только 18,8% населения в возрасте от 15 лет и старше, в то время как в Финляндии этот показатель достигает 67%. Навыками по использованию программ для редактирования фото-, видео- и аудиофайлов в России владеет только 15,9 % населения, в то время как в Финляндии он достигает 51% [24].
О возможности поиска удаленной работы в сети Интернет свидетельствуют как данные различных рекрутинговых сайтов, так и данные исследования ВШЭ, где также приведены некоторые цифры по оплате труда в некоторых отраслях в области цифровой экономики. Согласно данным табл. 2, в сфере Интернет и ИКТ заработная плата, как правило, превышает среднемесячную начисленную заработную плату по регионам СЗФО (без учета Ненецкого автономного округа и г. Санкт-Петербурга). Надо также заметить, что статистические данные средней заработной платы часто завышены за счет высокой заработной платы в городских поселениях или заработной платы государственных служащих, в то время как средняя заработная плата по районам еще ниже. Максимальная заработная плата в секторе ИКТ, по данным исследования ВШЭ, в 2017 г. в отрасли информационных технологий составляет 67,6 тыс. руб., далее следует заработная плата в размере 57,5 тыс. руб. — производство ИКТ, 26,9 тыс. руб. — оказание других информационных услуг. Для работы в отрасли информационных технологий необходимы специальные навыки работы с персональным компьютером и в сети Интернет, в то время как по данным исследования ВШЭ, доля населения России, обладающая такими навыками не превышает 2,8%. Причем в период с 2014 по 2016 гг. этот показатель снизился на 0,2%.

Таблица 2
Оплата некоторых видов работ в области ИКТ и в сети Интернет в 2017 г.
Виды выполняемой работыСреднемесячная
номинальная начисленная
заработная плата,
тыс. руб.
Отрасль информационных технологий67,6
Производство ИКТ57,5
Оказание других информационных услуг в секторе ИКТ26,9
Оказание других видов услуг в секторе контента и СМИ57,5
Производство кинофильмов, видеофильмов и телевизионных программ30,8
Деятельность в области телевизионного и радиовещания56,5
Издание книг, периодических публикаций и другие виды издательской деятельности35,2
Источник: составлено авторами по данным исследования ВШЭ.

Среди позитивных моментов следует отметить, что по данным исследования, осуществленного Высшей школой экономики, доля специалистов в области ИКТ моложе 35 лет в России в 2017 г достигла 56%, что уступает только данному показателю по Турции и Мальте, которые соответственно равны 65% и 63%, а показатель Финляндии в данном случае достигает лишь 29%. Но результаты полевых наблюдений показывают, что молодежь не остается жить в сельской местности по причине отсутствия необходимой социальной инфраструктуры и даже доступа к сети Интернет.
Выход в сеть Интернет мелких и средних предпринимателей для реализации собственных товаров и услуг, помимо кажущейся положительной перспективы в виде конкурентного преимущества, повышения потребительских качеств и эксклюзивности, отмеченного в исследовании ВШЭ, поиск новых рынков сбыта, несет и ряд негативных последствий, как для самих предпринимателей, так и для территории в целом. Прежде всего, предпринимателю необходимо уметь донести о конкурентном преимуществе своего продукта или услуги. Любые товары и услуги сегодня легко поддаются копированию, что требует дополнительной работы по укреплению бренда. Как показывают полевые исследования авторов и международные исследования, не всегда в периферийных регионах местные предприниматели знают и умеют формировать личный бренд, что, во-первых, препятствует продвижению и реализации собственных товаров и услуг в сети Интернет, а, во-вторых, неквалифицированные предприниматели при выходе на мировой рынок могут не выдержать конкуренции, с которой ранее в условиях работы с местными бизнесменами и потребителями сталкиваться не приходилось [22]. Для работы над укреплением конкурентоспособности, поиска рынков сбыта в сети Интернет и т.д. необходимы определенные, пусть даже незначительные навыки, которыми (об этом свидетельствует уже упомянутые выше цифры), население Российской Федерации владеет в минимальной степени, а население сельской местности — еще меньше.
Проведенные нами исследования показали, что каких-либо значительных мобильных приложений для продвижения и реализации услуг в области сельского туризма и смежных услуг на сельской территории СЗФО практически не создано ни для отечественного, ни для зарубежного потребителя [26, 27]. Подтверждением отсутствия навыков и понимания необходимости работы в сети Интернет также выступают такие факторы, как — нежелание и отсутствие интереса — 22%, на втором месте — 8,9% — отсутствие навыков работы в сети Интернет.
Резюмируя вышесказанное целесообразно отметить, что работа в сети Интернет и в отрасли ИКТ перспективна для жителей сельской местности. Но сегодня сельские жители не владеют достаточными профессиональными навыками в данной области. В связи с этим необходимо уделить более пристальное внимание работе с местным населением в обучении владения персональным компьютером в сети Интернет, а также навыками по продвижению и реализации своих товаров и услуг, формированию личного бренда. Другим важным фактором повышения конкурентоспособности территории выступает покрытие и подключение абонентов к сети Интернет на территории сельской местности, без которого невозможно выполнение первой задачи. Здесь следует также уделить внимание вопросу формирования ценовой политики и продвижению образовательных услуг он-лайн.


Литература
1. Захарчук Е.А., Пасынков А.Ф., Некрасов А.А Классификация регионов по критериям саморазвития // Экономика региона. — 2011. — № 3. — С. 54–63.
2. Татаркин А.И. Формирование региональных институтов пространственного развития Российской Федерации // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. — 2012. — №6 (24).
3. Федоляк В.С. Саморазвитие регионов как способ реализации экономического потенциала // Известия Саратовского университета. Новая серия. Экономика. Управление. Право. — 2017. — №4. — С. 428–433.
4. Ray C. Culture Economies: a perspective on local rural development in Europe. s.l. : Centre for Rural Economy, Dept. of Agricultural Economies and Food Marketing, University of Newcastle upon Tyne, 2001. p. 151. URL: http://www.ncl.ac.uk/media/wwwnclacuk/centreforruraleconomy/files/culture-economy.pdf. (дата обращения 22 мая 2019).
5. Stuck Out Here: The Critical Role of Broadband for Remote Rural Places. Townsend L., Wallace C., Fairhurst G. 3–4, 2015, Remote Rural Places, Vol. 131. URL: https://doi.org/10.1080/14702541.2014.978807 (дата обращения 22 мая 2019).
6. Can Information and Communications Technology Applications Contribute to Poverty Reduction? Lessons from Rural India. Cecchini S., Scott C. 2, 2003, Information Technology for Development, Vol. 10, pp. 73–84. URL: https://www.researchgate.net/publication/228729518_Can_Information_and_Communications_Technology_Applications_Contribute_to_Poverty_Reduction_Lessons_from_Rural_India (дата обращения 22 мая 2019).
7. D., Tapscott. The Digital Economy: Promise and Peril in the Age of Networked Intelligence. s.l.: McGraw-Hill, 1994. p. 368.
8. N., Negroponte. Being Digital. New York : Alfred A. Knopf, 1995. P. 272.
9. Information Communication Technology, Village Development and Security Committee and Village Vision Movement: A Recipe for Rural Success in Malaysia. Bahaman Abu Samah, Hayrol Azril Mohamed Shaffril, Jeffrey Lawrence D’Silva, Musa Abu Hassan. 4, 2010, Asian Social Science. Vol. 6. URL: https://pdfs.semanticscholar.org/b93b/f78c65d7b6d4e20aa2fdca0e7c473979f5f4.pdf (дата обращения 22 мая 2019).
10. Бабкин А.В., Буркальцева Д.Д., Костень Д.Г., Воробьев Ю.Н. Формирование цифровой экономики в России: сущность, особенности, техническая нормализация, проблемы развития // Научно-технические ведомости СПбГПУ. Экономические науки. №3, 2017. С 9–25.
11. Медведев В. Перед вызовами постиндустриализма. Взгляд на прошлое, настоящее и будущее экономики России. — М.: Альпина Паблишер, 2003.
12. Гвас Г.В. Формирование региональных программ развития цифровой экономики // Управление экономическими системами, №12, 2017. URL: http://uecs.ru/index.php?option=com_flexicontent&view=items&id=4721 (дата обращения 22 мая 2019).
13. Толстогузов О.В. Инновационная активность в регионах Северо-Запада России в условиях кризиса // Инновации. — 2016. — №1.
14. Валинурова Л.С., Казакова О.Б., Кузьминых Н.А., Россинская Г.М. Методологические основы управления инновационным развитием региона // Вестник Самарского государственного экономического университета. — 2015. — №3(125).
15. Бублик Н.Д., Лукина И.И., Чувилин Д.В., Шафиков Т.А., Юнусова Р.Ф. Развитие цифровой экономики в регионах России: проблемы и возможности (на примере Республики Башкортостан) // Региональная экономика и управление: электронный научный журнал 1 (53), 2018. URL: https://eee-region.ru/article/5313 (дата обращения 22 мая 2019).
16. Голова И.М., Суховей А.Ф. Вызовы инновационной безопасности регионального развития в условиях цифрового сообщества // Экономика региона. — 2018. — №3.
17. Захарчук Е.А. Пасынков А.Ф. Признаки и свойства саморазвивающихся социально-экономических систем // Экономика региона. — 2010. — №4.
18. Сидорова Е.Н., Татаркин Д.А. От дотационности к саморазвитию территорий: диалектика трансформации // Экономика региона. — 2012. — №4. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ot-dotatsionnosti-k-samorazvitiyu-territoriy-dialektika-transformatsii (дата обращения 17.06.2018).
19. Стиглиц Д. Цена неравенства. Чем расслоение общества грозит нашему будущему. — М.: Эксмо, 2015.
20. Bottom-Up Regional Development in the Framework of Digital Economy — Rural Tourism Development in the Northwestern Federal District of the Russian Federation Case Study. Igor N., Aleksandrov, M. Yu., Fedorova. 2018.
21. Цифровая экономика в социально-экономическом развитии России: сборник научных трудов по итогам Всероссийской научно-практической конференции молодых ученых Санкт-Петербургского государственного экономического университета / И.Н. Александров, М.Ю. Фёдорова [ed.]. Инструменты цифровой экономики в стратегическом планировании развития сельского туризма как инструменты развития региональной экономики. — Санкт-Петербург: Изд-во СПбГЭУ, 2018. — С. 17–22.
22. The digital economy challenge facial peripheral rural areas. S., Grimes. 2, 2003, Progress in Human Geography, Vol. 27, pp. 174–193.
23. Perrin A. Pew Research Center. Digital gap between rural and nonrural America persists. URL: http://www.pewresearch.org/fact-tank/2017/05/19/digital-gap-between-rural-and-nonrural-america-persists/ (дата обращения 22 мая 2019).
24. Абдрахманова Г.И., Гохберг Л.М., Демьянова А.В. и др. Цифровая экономика: краткий статистический сборник. Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». Москва: s.n., 2018. URL: https://issek.hse.ru/data/2018/07/27/1152150310/ice2018kr.PDF (дата обращения 22 мая 2019).
25. Соколов Б.И. Проблемы модернизации российского предпринимательства // Экономика и управление. — 2010. — №3(53). — С. 93–95.
26. IEEE DSDT. Aleksandrov I.N., Fedorova M.Yu. 2018. Application of ICT for the Strategic Planning of Rural Tourism as a Tool for the Regional Economy Development — Northwestern Federal District of the Russian Federation Case Study. being printed.
27. The Evaluation of The Intellectual Capital of The Companies of an Agro-Industrial Complex with The Help of Evaluation of The Company’s Economic Potential [Ocenka intellektualnogo kapitala predpriyatij agropromyshlennogo kompleksa cherez ocenku ehkonomich]. Aleksandrov I.N., Fedorova M.Yu. 5, 2017, Nauchnyj zhurnal KubGAU, Vol. 129, pp. 1355–1363. URL: http://ej.kubagro.ru/2017/05/pdf/97.pdf (In Russian) (дата обращения 22 мая 2019).
28. Соколов Б.И. Институты финансовой информации // Финансы и кредит. — 2013. — №31(559). — С. 2–16.
29. Соколов Б.И. Система институтов финансовой информации // Проблемы современной экономики. — 2013. — №3(47). — С. 232–237.
30. Соколов Б.И., Воронов В.С. Инструменты финансирования, обеспеченные интеллектуальными активами // Проблемы современной экономики. — 2011. — №4(40). — С. 197–201.
31. Соколов Б.И. Информационно-аналитические институты финансовой информации // Проблемы современной экономики. — 2013. — №4(48). — С. 210–214.
32. Соколов Б.И., Соколова С.В. Экономика. Учебник для гуманитариев. — СПб., 2002.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия