Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 2 (74), 2020
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РЕГИОНОВ И ОТРАСЛЕВЫХ КОМПЛЕКСОВ
Волкова А. В.
доцент кафедры политического управления
Санкт-Петербургского государственного университета,
доктор политических наук

Кулакова Т. А.
профессор кафедры политического управления
Санкт-Петербургского государственного университета
доктор политических наук


Развитие инновационной структуры мегаполиса как электоральный ресурс
Статья посвящена вопросам развития инновационной структуры мегаполиса. Новизна авторского подхода состоит в анализе региональной инновационной политики как значимого ресурса управления публичной политикой и как электорального ресурса. Публичность мероприятий по продвижению объектов инновационной инфраструктуры способна повысить уровень доверия общества к конкретным инновационным проектам, а также к органам государственной власти и местного самоуправления, которые их инициируют и поддерживают. В центре внимания — пример Санкт-Петербурга, который одним из первых начал развивать деятельность по созданию и популяризации инновационной инфраструктуры, и опыт Екатеринбурга, центра инновационного развития Урала
Ключевые слова: публичная политика, административная реформа, инновационная инфраструктура, мегаполис, кластеры, цифровизация, электоральные процессы, местное самоуправление
УДК 338.2; 321.01; 334.012.74; ББК 65.050.2; 65.050.2   Стр: 186 - 190

Административная реформа в России способствовала значительным преобразованиям в сфере государственного и муниципального управления, таким как: активное совершенствование форм взаимодействия власти и общества, возрастание роли онлайн коммуникаций, использование социальных сетей и медиа для управления публичной политикой. Цифровизация уже привела к изменению способа мышления о процессах управления и переосмыслению роли и значения цифрового гражданского участия. Отсюда — ориентация на государство как платформу взаимодействия и широкое использование понятия «эко-система» [1]. Реформирование электорального законодательства, использование института местного самоуправления России в электоральных кампаниях регионального и федерального уровней, активно осуществляемое уже более двадцати лет, наряду со стабилизацией политического режима, привело к заметному возрастанию значения муниципального уровня власти (фактор «муниципального фильтра») и как результат — к активизации электоральных процессов, к напряжённой борьбе на муниципальных выборах в Москве, Санкт-Петербурге, других крупных городских агломерациях и к трудно прогнозируемым, неожиданным результатам муниципальных и региональных кампаний в ряде регионов во втором десятилетии ХХI века (Иркутск, Владивосток, Екатеринбург, Ярославль).
В то же время очевидно стремление российских регионов сформировать жизнеспособные, высокотехнологичные, наукоемкие региональные экономические системы [2]. Такое системное развитие с ориентацией на потребности и вызовы цифровой экономики сегодня становится не только важнейшей задачей социально-экономического развития российских регионов, которые, находясь в условиях высоко конкурентной среды, стремятся выявить (или сформировать) свои уникальные конкурентные преимущества, но способно смягчить социально-экономические последствия пандемии COV19.
Развитая инновационная инфраструктура является свидетельством инвестиционной привлекательности региона, его экономической стабильности, высокой конкурентоспособности (в том числе и на глобальном рынке). Часто такая инновационная структура позволяет стать частью сильного бренда и провести правильное позиционирование региона (как высотехнологичного или прорывного). Данный вопрос весьма актуален, поэтому и освящен российскими и зарубежными авторами достаточно хорошо [3; 4]. Роль общественного мнения в совершенствовании инновационной инфраструктуры города — важный вопрос в современной информационной повестке, так как инновационные проекты, зачастую «инициированы органами государственной власти или функционируют при их поддержке» [5]. Реализация и соответствующее информационное сопровождение проектов, которые одобряются обществом, важны для формирования государственной политики в инновационной среде, для гармонизации отношений власти и общества и должно учитываться при организации электорального процесса. Сложность состоит и в том, что крупные инновационные проекты, реализуемые государством, требуют значительных вложений, и, зачастую, становятся объектами резкой критики как со стороны СМИ, так и со стороны наиболее активных граждан, пользователей соцсетей («Сколково», Калининградский проект «Ingrad Baltica, строительство стадионов к чемпионату миру по футболу 2018 г.). Грамотная информационная политика, продуманная стратегия продвижения и популяризации инновационных проектов — вот обязательные условия формирования и развития крупных инновационных региональных и федеральных систем. Что касается справедливости критики со стороны СМИ и общественности, то она во многом обусловлена общими проблемами российской экономики, недостаточной прозрачностью порядка расходования дефицитных бюджетных средств и падением реальных доходов населения [6], что только усиливается в настоящий момент. Анализ опыта Санкт-Петербурга и Екатеринбурга в сфере инновационного развития позволяет выявить ряд наиболее актуальных проблем, рисков, а в дальнейшем — разработать выигрышную стратегию региональной публичной политики и, возможно, оригинальную электоральную стратегию.
Выстраивая инновационную инфраструктуру, Россия старается опираться на опыт других стран. Согласно официальным документам, к основным направлениям по взаимодействию с целевой аудиторией и продвижению инновационных проектов относятся:
– изучение мирового опыта, их обобщение и адаптация с учетом российской специфики;
– совершенствование методических рекомендаций для PR и GR служб в научных, инновационных компаниях;
– мониторинг техноэтических барьеров и рисков публичного восприятия инноваций;
– выделение грантов, стипендий, дотаций для создания мультимедийных комплексов и разработки дизайнов, способствующих продвижению науки, инноваций [7].
Важнейшей особенностью современной региональной инновационной политики является ее ориентация на процесс формирования и функционирования инновационных промышленных кластеров. Минэкономразвития еще в 2011 г. представило доклад, где был описан опыт кластерного инновационного развития в иностранных государствах [8]. Речь идет о четко выстроенной совокупности различных объектов инновационной инфраструктуры таких как: технопарки и бизнес-инкубаторы; высокотехнологичные проекты и научно-исследовательские центры; коворкинговые площадки и стартапы [9]. Наиболее актуальным определением инновационного кластера можно считать представление его в качестве «географически соседствующих взаимосвязанных компаний и связанных с ними организаций, действующих в сфере инноваций, безотносительно технологической специализации, взаимодополняющих друг друга и способствующих развитию как каждого кластера, так и инновационного потенциала региона в целом» [10]. Кластеризация отлично «укладывается» на концепцию цифрового управления в общественном секторе и публичной политике [11].
Российские нормативно-правовые акты в сфере кластерного инновационного развития созданы для того, чтобы улучшить регулирование и коммуникационное взаимодействие объектов инновационной инфраструктуры, инвестиционный климат региона и страны в целом. Кластерное развитие способно обеспечить:
– динамичное и устойчивое развитие конкурентоспособности региона;
– вовлечение граждан определенной территории в инновационную деятельность, что может достигаться как непосредственно (путем создания новых рабочих мест), так и косвенно (популяризация и пропаганда инновационной деятельности);
– формирование новых площадок взаимодействия власти, бизнеса и общества на территории, как реальных, так и виртуальных площадок инновационного кластера;
– возникновение и преобразование новых знаний и технологий, выпуск высокотехнологичной продукции;
– развитие науки, образования в регионе.
Из регионов Северо-Запада Санкт-Петербург стал «одним из первых, который начал развивать деятельность по созданию и популяризации инновационной инфраструктуры и инновационных продуктов» [3].
Сейчас в Санкт-Петербурге находится «более 40 объектов инновационной инфраструктуры и их количество продолжает расти» [12]. Примечательно, что город реализует такую модель инновационной инфраструктуры, которая предполагает лидерство ВУЗов в осуществлении научно-технической инновационной деятельности. Наиболее влиятельными университетами, осуществляющими инновационную деятельность, являются: Санкт-Петербургский политехнический университет (СПбПУ); Петербургский государственный университет информационных технологий, механики и оптики (ИТМО); Санкт-Петербургский государственный электротехнический университет (ЛЭТИ) и Горный университет. Данные ВУЗы успешно работают по разным направлениям. Важно, что все они имеют соглашения о сотрудничестве с крупнейшими компаниями в инновационной сфере и на протяжении многих лет успешно развивают опыт инновационного предпринимательства (бизнес-инкубаторы). Боле десяти лет данные университеты привлекают внебюджетные средства на развитие НИОКР, а также создают малые инновационные предприятия [13]. Таким образом, реализуется концепция «тройной спирали», подразумевающая тройное сотрудничество и интеграцию бизнеса, органов государственной власти и университетов.
Ведущими объектами инновационной инфраструктуры Санкт-Петербурга сегодня выступают АО «Технопарк» [14] и Бизнес-инкубатор «Ингрия» (относительно автономное подразделение «Технопарка») [15], кластер «Инноград науки и технологий», Центр прототипирования, Региональный инжиниринговый центр «Развитие систем безопасности информационных и кибер-физических систем («СэйфНэт»)», коворкинг-центр «Точка кипения» [16], Центр импортозамещения и локализации [17] и Технопарк ИТМО [18]. Санкт-Петербург не первый год уверено лидирует в инновационном рейтинге регионов России, что обеспечивается не только достаточно большим количеством объектов инновационной инфраструктуры, но и достаточно высокой активностью региональных властей [19], о чем свидетельствует функционал Комитета по промышленной политике и инновациям Санкт-Петербурга и политика Правительства мегаполиса. Можно полагать, что «успех инновационного развития Санкт-Петербурга связывается с кластерной экономической моделью» [20].
В концепции проекта «Обеспечение деятельности Центра кластерного развития Санкт-Петербурга» [21] указано, что «кластерная политика Санкт-Петербурга — это система мер и механизмов, осуществляемых (или применяемых) исполнительными органами государственной власти Санкт-Петербурга, которая обеспечивает реализацию социально-экономической политики Санкт-Петербурга в части создания благоприятных условий для формирования и развития территориальных кластеров, в том числе путем повышения конкурентоспособности организаций, входящих в кластеры» [21].
Свердловская область, в свою очередь, обладает весьма развитой индустриальной инфраструктурой (особая экономическая зона промышленно-производственного типа «Титановая долина», технопарки) и работает сегодня над выстраиванием эффективной политики инновационного развития, что предполагает, среди прочего, специализированные условия для резидентов. Пять технопарков Свердловской области, резидентами которых являются 106 малых и средних инновационных предприятий, функционируют успешно. Ядром инновационной системы Уральского региона по праву является инновационная инфраструктура Уральского Федерального университета. Структура, сформированная в 2010 г, объединяет подразделения, обеспечившие Уральскому университету условия и среду для развития наукоемкого бизнеса путем коммерциализации результатов научных исследований и разработок в сфере высоких технологий. Наиболее значимый молодежный проект УрФУ — «Инновационный дайвинг» [22], среди задач которого — развитие компетенций молодежи в сферах технологического и социального предпринимательства, популяризация инновационной деятельности, в первую очередь, среди студентов, подготовка и развитие проектов по направлениям социального и технологического предпринимательства.
Несмотря на государственную поддержку, значительные технико-технологические успехи и выбор инновационного развития в качестве приоритета российской экономической политики, население в целом достаточно слабо ориентировано в этой сфере (не заинтересовано в успешной деятельности объектов инновационной инфраструктуры и продвижении инновационных продуктов). Но это не исключительно отечественная проблема. Примечательно, что и современные западноевропейские исследователи связывают проблему формирования общественного мнения о высоких технологиях с отсутствием понимания этих новых технологий. Эта так называемая «модель дефицита» утверждает, что «общественность должна быть проинформирована об инновациях, иметь представление на что идут государственные деньги в этой области, необходимо завоевать доверие общества» [23]. Установка доверительных отношений между обществом, властью и учеными также является важным в формировании общественного мнения. Можно с уверенностью утверждать, что тема доверия к власти, к системе управления сегодня одна из самых острых (не случайно она прозвучала и во всех обращениях национальных лидеров в связи с коронавирусом), но и в будущем она сохранит свое значение. Что касается инновационной структуры, то именно органы исполнительной государственной власти (ОИГВ) выступают инициаторами создания объектов инновационной инфраструктуры и обеспечивают их бюджетное финансирование. Практика показывает, что ОИГВ являются основным источником информирования о новых технологиях, поскольку активно взаимодействуют с НИИ и ВУЗами. Кроме того, правительства государств и регионов и соответствующие регулирующие организации несут коллегиальную ответственность за риски и преимущества новых технологий для общественного блага. Доказано, что существует корреляция между доверием и уровнем поддержки властей и степенью информированности населения о внедрении инноваций [24].
К сожалению, спрос на инновационную деятельность в России остается пока на низком уровне, отсутствует внутренний спрос на стартапы, есть и проблема доверия. Сказывается отсутствие реальной конкуренция в экономической сфере, что также затрудняет развитие инновационной среды и ее инвестирования, потому широкого общественного запроса на инновации нет, как в регионах, так и в крупных городах как Москва и Санкт-Петербург [25]. «Создание спроса на инновации — дело бизнеса», — такую позицию отстаивают даже сторонники более позитивного взгляда на инновационную среду, но и они убеждены, что в РФ предприниматели не до конца понимают важность объектов инновационной инфраструктуры и не имеют опыта взаимодействия с ними [26].
Изучая фактор общественно мнения в инновационном развитии региона, следует отметить, что «традиционные методы продвижения в области высоких технологий не всегда работают» [27, c. 276] и это обусловлено тем, что рынок инновационных продуктов весьма специфичен, а маркетинговая составляющая современных проектов (и продуктов) инновационной инфраструктуры недостаточно развита. Отсутствует и единый имидж. Освещение инновационной деятельности в СМИ — проблема, которая существует в каждом регионе, где работают или формируются объекты инновационной инфраструктуры. Традиционным (формальным) субъектом взаимодействия ОИГВ и граждан являются пресс-службы и отделы по связям с общественностью. Главная цель данных служб — информирование граждан о ходе выполнения функций и полномочий, которыми наделяются органы государственного управления, и мониторинг общественного мнения. Но сегодня этого недостаточно. Социальные сети и медиа позволяют формировать общественное мнение как напрямую (официальные страницы и сайты) так и/или опосредованно (выступления лидеров общественного мнения, блогеров) и функциональная нагрузка на пресс-службы возрастает. В этих условиях задачи развития и пропаганды инновационной деятельности поставлены также и перед ВУЗами, но общая консервативность института высшего образования, недостаточная адаптивность и невысокая готовность к нововведениям, зачастую создают представление об отсутствии потребности в инновациях [28].
Интересный опыт исследования динамики и особенностей общественного мнения относительно формирующихся региональных инновационных инфраструктур был получен с помощью поисково-аналитической системы «Интегрум» в 2019 г. [29]. Единицей для контент-анализа новостных, общественно-политических событий было выбрано словосочетание «инновационная инфраструктура Санкт-Петербурга». Следует отметить, что характер публикаций (РБК Санкт-Петербург и область, Эксперт Северо-Запад, Форпост Северо-Запад, Санкт-Петербургские Ведомости, Невские новости, Комсомольская правда Санкт-Петербург, Вести Санкт-Петербург, Деловой Петербург, АиФ Петербург, Фонтанка.ру, Коммерсантъ Санкт-Петербург, Петербургский дневник) носил преимущественно позитивный и нейтральный, информационный характер. Полученные данные показывают, что наиболее часто в региональных средствах массовой информации, как и в 2018 г., упоминается АО «Технопарк Санкт-Петербурга».
Но далеко не все инновационные объекты могут быть представлены для широкой аудитории и использоваться в управлении публичной политикой региона. Это связано с тем, что часть объектов инновационной инфраструктуры занимается достаточно специфичной деятельностью, и чтобы ей интересоваться, надо иметь необходимые знания в этой области, либо быть специалистом. Это приходится учитывать при построении имиджевых стратегий и PR-кампаний по привлечению аудитории и популяризации объектов. Как следует из отчета Центра кластерного развития АО «Технопарк Санкт-Петербурга», за 2018 г. было проведено всего 32 мероприятия для участников кластера и 53 — для внешней аудитории. В этом же отчете отмечено, что количество публикаций в СМИ за год составило 153 [30]. Одно из самых крупных и знаковых мероприятий, реализуемых подразделением «Технопарка Санкт-Петербурга» — Центром кластерного развития — является ежегодная Санкт-Петербургская конференция «Кластеры открывают границы». В 2018 г. в мероприятии приняло участие 353 человека [30], среди которых участники кластеров, руководители крупных промышленных предприятий и холдингов, руководители малых и средних предприятий. Организаторы позиционируют данное мероприятие, как площадку для открытого обсуждения, коммуникаций в сфере кластерного инновационного развития и анализа успешных зарубежных практик. Традиционно к участию приглашают представителей малого и среднего бизнеса, сотрудников НИИ и ВУЗов, различных экспертов, но кроме того, — учащихся средних и высших учебных заведений [31]. Такое широкое представление целевой аудитории на мероприятиях говорит о том, что организаторы стремятся вовлечь в свою деятельность различных акторов и донести информацию для разных групп общественности. Центр кластерного развития принимает участие в выездных мероприятиях за рубежом, в регионах России, крупных выставках, ярмарках. Участие в ярмарках, выставках в КВЦ «Экспофорум», ВК «ЛенЭкспо» проводятся для продвижения продуктов инновационных кластеров и для повышения узнаваемости Центра.
«Международный инновационный форум» — еще одно крупное мероприятие, посвященное инновационному развитию мегаполиса. Этот форум организуется при поддержке Комитета по промышленной политике и инновациям Санкт-Петербурга. [32]
Примером успешного вовлечения общественности в процесс внедрения инновационных проектов являются современные коворкинговые площадки, они все чаще получают положительные отзывы со стороны общественности и помогают реализоваться молодым специалистам. Так, к примеру, проект Leader.ID представляет собой информационную платформу, которая объединяет гражданских лидеров, обеспечивает карьерный рост через доступ к социальным лифтам, различные площадки, известные как «точки кипения» [33]. Сегодня «Точки кипения» разных городов — это пространства для коллективной работы специалистов разных областей, они неформально объединяют представителей науки, бизнеса, органов государственной власти и муниципального управления, они существуют для обсуждения проектной деятельности, обмена опытом, взаимодействий и установления отношений доверия и партнерства. Главный успех коворкинговых площадок заключен в том, что мероприятия, проводимые на этих площадках, имеют определенную целевую аудиторию. Это комфортные площадки, главной целью которых является развитие человеческого капитала в регионе и инновационного прогресса страны, а также современные технологии просветительской работы с молодежью. Именно эта деятельность может послужить основой укрепления локальных (региональных, муниципальных) сообществ, стать точкой опоры для региональных властей и муниципальных депутатов.
Авторами данной работы был проведен SWOT инновационной региональной политики Санкт-Петербурга через призму популяризации и коммуникаций инновационной инфраструктуры. Данные по Санкт-Петербургу сопоставлены с результатами анализа, представленного в «Стратегии промышленного и инновационного развития Свердловской области на период до 2035 г.» [34].
К сильным сторонам региональной инновационной политики Санкт-Петербурга относятся:
– запрос на высокотехнологичную продукцию и развитие инноваций среди предпринимателей города;
– мощный административный ресурс для популяризации объектов инновационной инфраструктуры (СМИ города и региона, взаимодействие с федеральными СМИ);
– последовательная инновационная политика в регионе;
– наличие властных структур, отвечающих за продвижение инновационной деятельности;
– позиционирование города как инновационного центра и лидера создания высокотехнологичных продукций.
Екатеринбург несколько уступает, как с точки зрения экономических ресурсов, так и информационной поддержки инновационной активности, но также ориентирован на формирование современных форм организации промышленного производства (активный процесс создания кластеров, холдингов, различных форм кооперационного взаимодействия, региональных специализированных технологических центров, высокотехнологичных производств, в том числе с участием иностранного капитала). Есть ряд объективных предпосылок для развития кластеров в машиностроении (в том числе приборостроении), фармацевтической отрасли, лесопромышленном комплексе и др.
Слабые стороны практически полностью совпадают, в их числе:
– низкий потенциал коммерциализации и уровень конкурентоспособности значительного количества инноваций относительно мирового уровня;
– достаточно невысокая вовлеченность гражданского общества в инновационную деятельность города;
– низкая осведомленность граждан о том, что является инновацией и инновационным продуктом, а также деятельностью объектов инновационной инфраструктуры;
– недостаточный уровень продвижения объектов инновационной инфраструктуры в социальных сетях и медиа-пространстве.
Ситуация в Екатеринбурге, в свою очередь, осложнена отсутствием «единого открытого источника, содержащего как результаты научно-исследовательских изысканий, разработанных и (или) внедренных инноваторами на территории Свердловской области, так и перечень потребностей в научных исследованиях и разработках со стороны представителей крупного и среднего бизнеса» и «отсутствием некоммерческой организации, координирующей региональные программы развития инновационно-промышленной инфраструктуры, а также оказывающей услуги по продвижению инновационной продукции среди представителей крупного и среднего бизнеса» [34].
При этом оба региона обладают значительными возможностями:
– вовлечение в инновационную специалистов гуманитарных специальностей, в качестве акторов маркетизации инноваций;
– повышение узнаваемости и пользы инновационных продуктов, проектов, как среди целевых групп, так и среди широких слоев общественности;
– создание новых площадок при поддержке объектов инновационной инфраструктуры;
– консолидация возможностей продвижения проектов, продуктов и привлечение средств в рамках ассоциации инновационных регионов;
– потенциал привлечения в регион мировых брендов посредством развития объектов инновационной инфраструктуры для улучшения международного имиджа.
В качестве общих угроз выступают: отсутствие интереса к инновациям у населения, формирование общественного мнения относительно объектов ИИ идет со стороны государства, а не гражданского общества и МСУ, недоверие общества к органам государственной власти, недостаток наличия квалифицированных кадров для создания и продвижения инновационных продуктов и слабость экономических стимулов для развития инновационной деятельности.
Эффективное управление «умным городом» немыслимо без высокого уровня общественной осведомленности о деятельности объектов инновационной инфраструктуры [35; 36], без институционального, процедурного доверия, и предполагает высокий уровень доверия общества к инновационным проектам, а также к органам государственной власти и местного самоуправления, которые поддерживают данные проекты [37; 38]. Подводя итог проведенного анализа, в восприятии общественностью объектов инновационной инфраструктуры мегаполисов к основным проблемам следует отнести:
1. Финансовые риски для предпринимателей, обусловленные слабой клиентоориентированностью инновационных продуктов, и, соответственно, низкий спрос на инновационную инфраструктуру.
2. Недостаточная компетентность представителей бизнеса в финансировании инноваций [39]. Использование государством мер принудительного характера в отношении бизнеса с целью активизировать участие последнего в инновационном развитии. Политика импортозамещения привела к некоторым положительным эффектам, но этих мер недостаточно, а последствия пандемии будут ощутимы и в этой сфере.
3. Отсутствие продуманного, системного маркетинга инновационной инфраструктуры. Самые успешные «точки кипения» — коворкинг-центры, делающие ставку на инновационный прогресс и развитие человеческого капитала в регионе, в то время как у других проектов этого недостаточно.
4. Со стороны ОГИВ существует проблема популяризации объектов инновационной инфраструктуры: отсутствуют самостоятельные программы по продвижению инновационной деятельности, а в региональных концепциях развития должны быть меры, направленные на информационное сопровождение продвижения объектов инновационной структуры.
Для органов государственной исполнительной власти региона, курирующих инновационную деятельность и отдельные объекты инновационной инфраструктуры, не теряет актуальности задача преодолеть фрагментированность их восприятия. В первую очередь это касается мегаполисов и регионов-лидеров, где важно создать комплексное представление и позитивный имидж инновационной деятельности.


Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ 19-011-00792 «Оценка социально-политических эффектов новых технологий городского развития в контексте современного этапа административной реформы РФ»

Литература
1. Цифровая экономика — [Электронный документ] — http://ar.gov.ru/ru-RU/document/default/view/545
2. Благих И.А. Актуальные направления государственного регулирования российской экономики // Вестник ТИСБИ. — 2017. — № 1. — С. 107–113.
3. Пашкус В.Ю., Зюзина Л.А. Современная промышленная политика: приоритеты развития региональной инновационной системы и проблемы импортозамещения // Маркетинг MBA. Маркетинговое управление предприятием. — 2019. — Т. 10. Вып.2. — С. 76–107.
4. Pashkus N.A., Pashkus V.Yu., Koltsova A.A. Breakthrough positioning of innovative products in the global economy: approaches and problems // Globalization and its socio-economic consequerces. Proceedings of the 18th International Scientific Conference. — Zilina: University of Zilina, 2018. — С. 2282–2291.
5. Волкова А.В., Борисова О.В. Гражданская оценка развития инновационной инфраструктуры мегаполиса: вызовы и уроки современной административной реформы // Вестник Пермского университета. Политология. — 2020. — № 1. — С. 88–96.
6. Koulakova T.A., Volkova A.V. Ethical dimensions of anticorruption policy // Vestnik of Saint-Petersburg University. Philosophy and Conflict Studies. — 2019. — Vol. 35, Iss.2. — Р.336–348.
7. Программа по популяризации научной, научно-технической и инновационной деятельности» созданной Министерством экономического развития на основании Распоряжения Правительства Российской Федерации от 24 июня 2017 г. № 1325-р — [Электронный документ] — http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_317772/
8. Обзор инновационных кластеров в иностранных государствах. — [Электронный документ] — http://economy.gov.ru/minec/about/structure/depSvod/doc20110531_04
9. Министерство экономического развития. «О государственной поддержке развития инновационных территориальных кластеров» — [Электронный документ] — http://minpromtorg.gov.ru/common/upload/files/docs/O_gosudarstvennoy_podderzhke_razvitiya_innovatsionnykh_territorialnykh_klasterov.pdf
10. Schou, J., Hjelholt, M. Digitalization and public sector transformations. — London: Palgrave Macmillan Publisher, 2018. — Рр. 1–122. DOI 10.1007/978–3–319–76291–3.
11. Galindo-Pérez-de-Azpillaga, L., Foronda-Robles, C. Digital governance and information technologies in local action groups (LAGs) // Cogent Social Sciences. — 2019. — № 4(1). — Р.1–28.
12. Площадки прогрессивного развития — [Электронный документ] — http://expert.ru/northwest/2014/40/ploschadki-progressivnogo-razvitiya/
13. Мониторинг эффективности инновационной деятельности университетов России. — [Электронный документ] — https://www.rvc.ru/upload/iblock/596/RVC_ITMO_05.pdf
14. Сайт Технопарк Санкт-Петербурга — [Электронный ресурс] — https://ingria-park.ru
15. Сайт Бизнес-инкубатора «Ингрия» — [Электронный ресурс] — https://ingria-startup.ru
16. Точка кипения Санкт-Петербург — [Электронный документ] — https://tboil.spb.ru/about/
17. Центр импортозамещения и локализации Санкт-Петербурга — [Электронный ресурс] — http://importnet.ru
18. Технопарк Университета ИТМО — [Электронный ресурс] — http://technopark.ifmo.ru
19. Санкт-Петербург занял первое место в рейтинге инновационных регионов России второй год подряд. — [Электронный документ] — http://inno.gov.spb.ru/news24/postid/announce/334
20. О государственной программе Санкт-Петербурга «Развитие промышленности, инновационной деятельности и агропромышленного комплекса в Санкт-Петербурге» (с изменениями на 28 февраля 2019 года). — [Электронный документ] — http://docs.cntd.ru/document/822403604
21. Концепция проекта «Обеспечение деятельности Центра кластерного развития Санкт-Петербурга» — [Электронный документ] — https://spbcluster.ru/wp-content/uploads/2018/03/1koncepciya_proekta.pdf
22. Инновационный дайвинг — [Электронный документ] — https://ekaterinburg.bezformata.com/listnews/vuza-prezentovala-innovatcionnij/77387307/
23. Weldon S., Laycock D. Public opinion and biotechnological innovation // Policy and Society. — 2009. — Vol. 28, Iss.4. — P.315–317.
24. Eurobarometer Qualitative study — “Public opinion on future innovations, science and technology”– [Электронный документ] — http://ec.europa.eu/commfrontoffice/publicopinion/archives/quali/ql_futureofscience_en.pdf
25. Должен быть спрос на инновации — [Электронный документ] — http://expert.ru/siberia/2013/09/dolzhen-byit-spros-na-innovatsii/
26. Спрос на инновации должен создать бизнес — [Электронный документ] — http://expert.ru/south/2010/18/spros_dolzhen_spzdat_biznes/
27. Маркова В.Д. Особенности маркетинга инноваций // Проблемы современной экономики. — 2009. — № 4(32). — С.276–277.
28. Фияксель Э.А. Национальный исследовательский университет как ядро регионального инновационного кластера // Инновации. — 2009. — № 12. — С. 85–88.
29. Интегрум — [Электронный ресурс] — https://integrum.ru
30. Отчет о результатах деятельности Центра кластерного развития Санкт-Петербурга за IV квартал 2018. — [Электронный документ] — https://spbcluster.ru/wp-content/uploads/2019/02/Otchet-o-deyatelnosti-TSKR-4-kvartal-2018.pdf
31. Международная конференция кластеров «Кластеры открывают границы. Время лидеров» — [Электронный ресурс] — https://ingria-park.ru/cluster_conf2019/
32. XII Петербургский Международный Инновационный Форум — [Электронный ресурс] — https://spbinno.ru
33. Институт развития лидеров — [Электронный ресурс] — https://leader-id.ru
34. Стратегия промышленного и инновационного развития Свердловской области на период до 2035 г. Постановление Правительства Свердловской области от 28.06.2019. 383 — ПП аhttp://mpr.midural.ru/docs/strategy/
35. de Falco S., Angelidou M. and Addie J.-P.D. From the “smart city” to the “smart metropolis”? Building resilience in the urban periphery’ // European Urban and Regional Studies. — 2019. — Vol. 26, Iss. 2. — Р. 205–223.
36. Schedler, K., Guenduez, A.A. and Frischknecht, R. How smart can government be? Exploring barriers to the adoption of smart government // Information Polity. — 2019. — Vol. 24, Iss. (1). — P.3–20.
37. Гапоненко А.Л., Савельева М.В., Валетов А.И. Предпосылки успешного развития мегаполисов // Управленческие науки. — 2016. — № 2. — С.91–100.
38. Бабкина Л.Н., Чубинская-Надеждина С.В., Родименкова М.О. Цели и формы государственной поддержки инновационного развития регионов Российской Федерации // Государство и бизнес. Экосистема цифровой экономики. Материалы XI Международной научно-практической конференции. Северо-Западный институт управления РАНХиГС при Президенте РФ. — СПб.: РАНХиГС, 2019. — С.17–22.
39. Белозеров С.А., Мотовилов О.В. Банковское дело: учебник. — М.: ПРОСПЕКТ, 2012. — 408 с.
40. Мотовилов О.В. Анализ развития национальной инновационной системы и мер по его поддержке // Инновации. — 2014. — №  7. — С. 34–38.
41. Бизнес-сопровождение инновационных проектов: малые инновационные предприятия ВУЗа / Под ред. Н.А. Пашкус, Н.М. Старобинской. -СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2013. — 179 с.
42. Развитие цифровых технологий. В Петербурге появится школа, готовящая IT специалистов https://topspb.tv/news/2020/02/22/razvitie-cifrovyh-tehnologij-v-peterburge-poyavitsya-shkola-gotovyashaya-specialistov-v-it-oblasti/

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия