Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (89), 2024
СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ ЕВРАЗИЙСКОГО СОТРУДНИЧЕСТВА
Гюлметова А. Г.
аспирант кафедры микро- и макроэкономического анализа экономического факультета
Московского государственного университета им М.В. Ломоносова


Тенденции инновационной активности и цифровизации в странах с различными политическими режимами
В статье рассматриваются каналы влияния политических режимов на инновационное развитие и цифровую трансформацию. Выявлены связи между политическими режимами, инновациями и цифровым развитием, а также проанализировано воздействие цифровизации на социально-экономические показатели. Исследование основано на анализе данных о политических режимах, инновационной активности и цифровом развитии стран. Обосновано, что более высокие темпы инновационной активности характерны для демократий, однако высокие темпы цифровизации характерны для автократий с низким цифровым уровнем. Несмотря на ряд существенных различий в зависимости от политического режима, выделены общие вызовы, с которыми могут столкнуться страны, в том числе Россия, в процессе цифровизации, включая климатические проблемы и кибервойны.
Ключевые слова: инновационная активность, цифровизация, политический режим, экономическое развитие, риски цифровизации
УДК 330.1; ББК 65   Стр: 67 - 70

Переход в новое, XXI столетие, был ознаменован самыми оптимистичными надеждами, связанными с развитием научно-технического прогресса. Преимущественно развитые страны выступили главными бенефициарами рыночной глобализации, которая получила значительный рывок в развитии, благодаря новым технологиям. Такому положению способствовала специфика международного разделения труда, когда развитые страны специализировались на так называемых «городских» видах деятельности с возрастающей отдачей от масштаба, в то время как развивающиеся страны довольствовались специализацией на видах деятельности с убывающей отдачей от масштаба, что характерно для международного рынка и в настоящее время [1].
Согласно отчету МВФ, в мире насчитывается только 40 развитых экономик и 156 стран с развивающейся экономикой. Однако именно на меньшую группу приходится 42% мирового ВВП и 62% мирового экспорта товаров и услуг. За последние двадцать лет наблюдается некоторое снижение поляризации между развитыми и развивающимися странами по уровню мирового ВВП и экспорта, что стало возможным в значительной степени за счет стремительного развития Китая и более высоких темпов роста развивающихся стран относительно развитых (табл. 1).

Таблица 1
Доля отдельных стран и их групп в ВВП, в экспорте товаров и услуг и населении мира в 2009 и 2021 гг.* (%)
СтраныЧисло странВВПЭкспортНаселение
2009 г.2021 г.2009 г.2021 г.2009 г.2021 г.2009 г.2021 г.
Развитые экономики334053,942,065,961,415,014,0
Основные индустриальные страны:7741,030,736,330,810,910,0
США20,515,79,99,24,64,3
Япония6,03,84,33,31,91,6
ФРГ4,03,38,67,21,21,1
Франция3,02,34,03,30,90,9
Италия2,51,93,22,50,90,8
Великобритания3,12,33,93,10,90,9
Канада1,81,42,42,20,50,5
Страны зоны евро161915,212,028,826,04,84,4
Развивающиеся страны:14915646,158,034,138,685,086/0
Китай12,518,68,512,819,818,4
Индия5,17,01,62,517,818,1
Бразилия2,92,31,21,12,82,8
Мексика2,11,81,61,91,61,7
Россия3,03,12,22,02,11,9
Примечание. ВВП и доля отдельных стран подсчитаны по паритету покупательной способности (ППС) национальных валют.
Источник: [2, 3, 4].

Существует и ряд других параметров, иллюстрирующих поляризацию экономических и социальных показателей развитых и развивающихся стран. Плоды научно-технического прогресса между указанными странами распределены неравномерно. Так, высокий уровень инновационного развития принято соотносить со странами, характеризующимися более высоким уровнем ВВП на душу населения. Однако, если мы рассмотрим страны, уровень инновационной активности которых выше ожидаемого для данного уровня экономического развития, то заметим, что большинство таких стран являются демократиями (рис. 1).
Рис. 1. Сопоставление 33 стран с разными уровнями инновационной активности и их политическими режимами, 2018–2019 гг.
Источник: составлено автором на основе [5, 6].

Можно полагать, что для стран с демократическим политическим режимом характерен более высокий уровень инновационного развития вне зависимости от уровня экономического благосостояния.
Далее рассмотрим темпы цифровизации для демократий и автократий (рис.2). Рейтинг 88 экономик основан на Digital Intelligence Index, в основу которого легли 160 индикаторов, которые можно разделить на четыре группы. Спрос — наличие у потребителей необходимости в цифровизации и достаточных навыков в области цифровой грамотности. Предложение — уровень развития физической инфраструктуры, представленной доступностью сети Интернет, наличием серверов и т.п., а также уровень развития цифровой среды государства. Институты — уровень государственных инвестиций в цифровизацию, а также наличие нормативно-правовых актов и правового регулирования в сфере цифровой экономики. Инновации — указанная группа состоит из таких показателей, как инвестиции в инновации, инновационное сотрудничество науки и бизнеса, легкость выхода инновационных продуктов и услуг к потребителю и т.п.
Цвет стран соответствует индексу Polity, где серый — демократии (индекс находится в диапазоне от 6 до 10), белый — гибридные режимы (индекс находится в диапазоне от 5 до -5), черный — автократии (индекс находится в диапазоне от -6 до -10).
Рис. 2. Сопоставление 88 стран с разными уровнями и темпами цифрового развития, и их политическими режимами.
Источник: составлено автором на основе [5, 7].

Рассмотрим состояние и скорость цифровизации в получившихся кластерах.
В группе стран с замедляющимися темпами цифровизации преобладают развитые европейские демократии с индексом Polity от 6 до 10. При этом большинство автократий и стран с гибридным режимом, по сравнению с демократиями, показывают темпы цифрового развития выше среднего, однако это происходит на фоне достаточно низкого уровня цифрового развития.
Каналы влияния цифровизации и политического режима на социально-экономические показатели. Цифровизация играет ключевую роль в изменении традиционных моделей производства и устанавливает новые каналы влияния. Одним из главных аспектов этого процесса является существенное снижение трансакционных издержек, что подчеркивает значимость цифровых технологий в современной экономике.
Результаты анализа воздействия цифровизации на транзакционные издержки в странах с разными политическими режимами характеризуются наличием некоторых тенденций. Так, эмпирические данные подтверждают, что эффективность цифровых технологий различна в зависимости от политической обстановки, что подчеркивает необходимость учета этого аспекта при формировании стратегий цифровизации [8].
Сокращение трансакционных издержек связано с оптимизацией процессов сбора и обработки информации. Однако, стоит отметить, что обратной стороной такого процесса выступает увеличение расходов на обеспечение безопасности персональных данных. Это указывает на важность баланса между эффективностью цифровых технологий и обеспечением конфиденциальности информации.
Существует точка зрения о том, что цифровые платформы становятся новым институтом, вытесняя традиционные структуры [9]. Однако, более глубокий анализ позволяет представить цифровые платформы как цифровые отражения аналоговых институтов. Признаки цифровых платформ в значительной степени соответствуют характеристикам исходных аналогов, поскольку цифровые образы товаров, услуг и процессов обладают всеми качествами своих аналогов, сохраняя их сущностную природу. Это свидетельствует о том, что цифровые технологии не создают новые институты, а скорее трансформируют существующие, придавая им новые формы и функции.
При этом подавляющее количество стран, входящих в зону с низкими темпами цифрового развития, являются демократиями. Такое замедление темпов цифровизации в демократиях может быть обосновано несколькими факторами (табл. 2).

Таблица 2
Факторы замедления темпов цифровизации в демократиях
Наименование фактораСуть фактора
Эффект высокой базыАналогично эффекту быстрого старта, при котором инвестиции в менее развитую экономику приводят к большему эффекту, эффект высокой базы приводит к замедлению темпов цифровизации для стран, уровень цифровизации которых выше среднего.
Сложности в принятии решенийДемократические системы характеризуются высокой степенью плюрализма и участия граждан. Это может привести к более сложному и длительному процессу принятия решений, особенно в сравнении с более централизованными формами правления. В условиях быстрого технологического прогресса это замедление может сказаться на эффективности внедрения цифровых инноваций.
Необходимость обеспечения безопасности и конфиденциальностиДемократии обычно придают большое значение защите прав и свобод граждан, включая права на конфиденциальность и безопасность. Это может привести к более тщательному рассмотрению и регулированию цифровых технологий, что может замедлить их внедрение из-за высоких стандартов безопасности.
Сложности в преодолении интересов различных группВ демократических обществах разнообразие интересов и точек зрения может привести к сложностям в принятии общих решений, особенно когда речь идет о том, какие технологии следует предпочесть или как распределять выгоды от цифровизации. Это может замедлить процесс принятия решений и внедрения конкретных стратегий развития.
Регулятивные аспектыДля демократических стран обычно характерна более разветвленная система правовых и регулятивных норм, что также может замедлить внедрение технологий из-за необходимости соблюдения многочисленных нормативов и стандартов.
Источник: составлено автором.

Что касается замедления ВВП, то это может быть связано с тем, что медленная цифровизация снижает общую производительность экономики, препятствуя эффективности бизнес-процессов и инновационной активности. В таком случае, стремление к балансу между обеспечением гражданских прав и стимулированием технологического прогресса оказывается важным аспектом для достижения устойчивого экономического роста в условиях демократии.
Второй канал может быть связан с ростом производительности труда. В процессе цифровизации в автократиях рост производительности труда происходит с большими темпами, чем в демократиях. Это может быть обусловлено эффектом низкой базы; преимущественным внедрением готового импортного оборудования, а не созданием своих инноваций, что позволяет быстрее их внедрить. Слабая развитость профсоюзных движений и низкий уровень защиты прав работников в автократиях также могут способствовать ускоренному экономическому эффекту за счет цифровизации. Новые технологии ведут к росту производительности труда и сокращению рабочего времени на выполнение задач. В автократиях подобные процессы могут не сопровождаться сокращением рабочего дня, а лишь увеличением объема работы, который необходимо выполнить за это время, что в краткосрочной перспективе может привести к улучшению экономических показателей, однако в долгосрочной перспективе возникает риск выгорания работников и ухудшения состояния ментального и физического здоровья.
Последствия трансформации экономических и социальных отношений вследствие цифровизации. Процесс стремительной цифровизации, претерпеваемый как развитыми, так и развивающимися странами, уже привел к значительной трансформации в экономических и социальных отношениях, этот процесс будет иметь свое развитие и в будущем. Одним из неизбежных последствий цифровизации процессов в обществе является возникновение новой цифровой логики, предоставляющей уникальные возможности и вызовы для всего мира.
1. Климатические вызовы и цифровой суверенитет. Переход к новому этапу цифровизации представляет собой возможность для установления равноправного международного сотрудничества, основанного на общих климатических вызовах. Появление климатических беженцев становится значимым фактором, и в этом контексте некоторые страны, такие как Бразилия, Канада и Россия, выигрывают, в силу увеличения пахотных земель и улучшения водного баланса [10]. Однако, чтобы реализовать этот потенциал, необходимо решить существующие проблемы цифровизации. Важным аспектом является удержание уровня цифровизации, достигнутого в 2019 году, с применением цифровых решений. Это позволит сохранить стабильность и обеспечить необходимую инфраструктуру для устойчивого роста.
В условиях стремительного технологического прогресса также важно помнить о том, что технологический суверенитет может оказаться сложной задачей. Несмотря на стремление контролировать цифровые цепочки поставок, существуют ряд причин, которые могут затруднить достижение полного контроля в этой области [11]. Однако, с учетом прозрачности и сотрудничества, международные усилия могут содействовать более эффективному управлению цифровыми процессами, способствуя устойчивому развитию глобальной экономики.
2. Кибервойны. В эпоху стремительной цифровизации, прогнозируемую вплоть до 2030-х, вырисовываются новые вызовы и трансформации в обществе. Утрата авторитета традиционных источников информации становится неотъемлемой частью этого процесса. Так, влияние книг уступает позиции перед авторитетом поисковиков, а воспитание детей неизбежно переосмысливается в контексте доступа к знаниям в сети. В рамках этой цифровой трансформации возникает концепция технотеокоммунизма, объединяющего социальные сферы и технологии. Этот подход объединяет в себе коммунистические принципы и технологический прогресс, предполагает объединение социальной сферы и технологий, социальное усиление технологиями [12]. Однако, несмотря на перспективы, существуют негативные стороны, связанные с кибербезопасностью, где технологии оставляют многого желать в плане безопасности. Цифровизация, несомненно, играет ключевую роль в текущей ситуации, однако крах не исключен, и это может привести к катастрофическим последствиям, включая возможные кибервойны. Кроме того, существует опасность экспорта технологий кибервойны в ряд стран, что изменит международный баланс сил.
Переосмысление текущих парадигм, таких как импортозамещение, становится необходимым, осознавая, что будущий мир может принять совершенно новый облик. Технологии не обязаны только повышать эффективность, но и открывать новые грани человеческой жизни. Впереди общество ждут серьёзные риски эпохи кибервойн и защита текущей архитектуры информационных систем представляется сложной задачей. Человеческий фактор, особенно в условиях облачных систем, становится решающим и представляет вызов для обеспечения надежной защиты.
В контексте повестки ESG (Environmental, Social, Governance), ориентированной на устойчивость, представляется целесообразным пересмотреть стандарты и обратить внимание на индивидуальные стратегии. Самостоятельность, дерзость и поиск собственного пути становятся ключевыми факторами в новой реальности, обусловленной технологической эпохой.
3. Перспективы для России. Перед Россией стоит стратегическая цель — обрести признание на мировой арене благодаря собственным продуктам, особенно в области цифровизации. В настоящее время в стране активно идет работа по созданию базы, которая ляжет в основу цифрового будущего, включая киберсвязанность, искусственный интеллект, новые материалы, интерфейсы и открытые архитектуры. Однако необходимо пересмотреть технологический ландшафт, изменяя подход к его разработке и внедрению.
В период 2030–2040 годов успех возможен при условии двух ключевых стратегических направлений: обеспечение избыточной надежности киберсвязанности и реорганизация архитектуры институтов, ставших неактуальными. Пересмотр структуры социально-экономических отношений станет неотъемлемой частью адаптации к этой эпохе.
Цифровые трансформации требуют значительных энергетических ресурсов. На грани 2030–2040 годов станет актуальным решение энергетического кризиса, преодоление которого будет стоять в центре всех цифровых инноваций. В основе цифровой архитектуры будущего лежит энергия и необходимо разрабатывать защищенные центры обработки данных (ЦОДы) для обеспечения цифровой безопасности.
В заключение можно отметить, что, несмотря на наличие зависимости между уровнем экономического и инновационного развития, именно для демократий характерны более высокие показатели инновационной активности по сравнению с автократиями при прочих равных условиях. При этом темпы цифровизации более высокими в странах с гибридными и автократическими режимами, что, как было сказано выше, может быть обусловлено эффектом низкой базы; преимущественным внедрением готового импортного оборудования; слабой развитостью профсоюзных движений и низким уровнем защиты прав работников в автократиях. Вместе с тем, несмотря на различия, перед странами стоят общие вызовы, связанные с последствиями трансформации экономических и социальных отношений вследствие цифровизации. Россия, находясь на пороге эпохи цифрового преобразования, сталкивается с вызовами по обеспечению кибербезопасности, нуждается в пересмотре институтов и эффективном управлении энергетическим кризисом для устойчивого развития, основанного на цифровых технологиях.


Список использованных источников:
1. Reinert, E., International Trade and Economic Mechanisms of Underdevelopment. Ph.D. thesis, Cornell University, 1980.
2. World Economic Outlook (October 2022) — Washington, IMF, 2022. — 103 pages.
3. ВВП мира: по рыночному обменному курсу валют — 97,0 трлн долл., по ППС валют — 146,6 трлн долл. (Ibid. p. 125.) URL: https://www.imf.org/en/Publications/WEO/Issues/2022/10/11/world-economic-outlook-october-2022 (дата обращения 12.11.2023).
4. World Economic Outlook (April 2010) — Washington, IMF, 2009 — 148 pages.
5. Polity IV: Center for Systemic Peace, 2018. URL: https://www.systemicpeace.org/inscrdata.html (дата обращения: 27.10.2023).
6. The Global Innovation Index. 2022. URL: https://www.globalinnovationindex.org/about-gii#framework (дата обращения: 27.10.2023).
7. Digital Intelligence Index — Digital Planet — Tufts University 2008–2019. URL: https://digitalplanet.tufts.edu/digitalintelligence/ (дата обращения: 20.11.2023).
8. Rosenberg D., Tarasenko G. Innovation for despots? How dictators and democratic leaders differ in stifling innovation and misusing natural resources across 114 countries // Energy Research & Social Science, 2020 — 68 pages.
9. Аузан А.А. Цифровая экономика как экономика: институциональные тренды // Вестник Московского университета. — 2019. Серия 6: Экономика. — № 6. — С. 12–19.
10. Леденева В.Ю. Климатическая миграция: тенденции и прогнозы // Известия Юго-Западного государственного университета. Серия: Экономика. Социология. Менеджмент. — 2021. — Т. 11.— No 6. — С. 233–242. 10.21869/2223–1552–2021–11–6–233–242.
11. Лукичев П.М. Влияние электронной торговли на кризис «цепочек поставок» // Тенденции развития науки и образования. — 2022. 83. 53–57. 10.18411/trnio-03–2022–100.
12. Harari, Yuval Noah; Spiegel & Grau. 21 Lessons for the 21st Century. — L: Spiegel & Grau, 2018 — 372 pages.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2024
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия