«Проблемы современной экономики» Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
Подписка на журнал
Реклама в журнале
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ
Открытие Форума
Заседание
в Минске
Заседание
в Казани
Другие
площадки
Заседания
II форума
Заседания
III форума
Заседание
в Астане
К Большой Евразии
Заседания
IV форума
Обозрения, дискуссии
Списки литературы
Мунтиян В. И.
Правительственный уполномоченный Кабинета Министров Украины
по вопросам сотрудничества с Российской Федерацией, государствами-участниками СНГ,
ЕврАзЭС и другими региональными объединениями,
доктор экономических наук, профессор, член-корр. НАН Украины


Риски от интеграции Украины с Европейским Союзом
В статье рассматривается проблема цивилизационного выбора Украины в условиях глобализации. Показывается, что экономические преобразования, происходящие во время мировых финансово-экономических кризисов, приводят не только к изменениям геополитической картины мира, но и трансформируют направления и сферы глобализационных процессов, меняя ориентиры государства на поиски альтернативных макроэкономических решений. В период такого дисбаланса возникает проблема выбора оптимального вектора развития страны и ее вхождения в мировое сообщество
Ключевые слова: Украина, глобализация, экономическая интеграция, Европейский Союз, циклы, инновации
ББК У9(2Ук)21,0



Глобализация в современных условиях течения кризисных процессов обострила экономическую зависимость многих стран от эффективности действий национальных экономик, использования положительных и нейтрализации негативных эффектов глобализации для своей пользы. Глобализация — это результат интернационализации всех сфер общественной жизни, установление непосредственных постоянных связей между субъектами разных стран, вследствие чего производственный процесс в одной стране становится частью процесса, который проходит в планетарном измерении [1].
Как подтвердила практика, глобализация несет человечеству не только блага, но риски и опасности, в противовес которым активизировались процессы регионализации. По объективным причинам Украина пока не является игроком на глобальном уровне и глобализационные процессы для нее несут больше рисков, чем преимуществ. Поэтому необходимо ей найти достойное место в региональных процессах, инициативно принимать в них активное участие для минимизации глобализационных рисков и обеспечения устойчивого экономического роста. Понятно, что оптимальным вариантом для Украины было бы быть государством с самодостаточной экономикой, но время упущено, потенциал неэффективно растрачен. Однако, несмотря на внешние и внутренние факторы, исторически важно сделать правильный интеграционный выбор без потери суверенитета и территориальной целостности государства. Необходимо, чтобы судьба нашего государства зависела от народа Украины — от нас самих, а не определялась извне. Для нас подобный сценарий вмешательства недопустим, ведь в таком случае за счет Украины будут реализовываться чужие интересы.
Складывается устойчивое впечатление, что определенная часть украинского населения настолько зазомбирована Евроинтеграцией, что уже почти не воспринимает очевидные факты и логику.
То, что сегодня происходит в Западной экономике, образно описал лауреат нобелевской премии по экономике Пол Кругман: «В последние несколько лет экономическое развитие в Европе и США напоминает соревнование между могучим и немощным, или, если хотите, поединок, в котором решается, кто хуже отреагирует на кризис. В данный момент Европа, похоже, вырвалась вперед на пути к катастрофе, но до фиша еще далеко». США и многие другие страны Запада и мира в целом охвачены экономической депрессией, которая продолжается шесть лет и не имеет каких либо признаков скорого окончания.
Ощущение, что мы находимся на грани страшной неизбежной катастрофы, сейчас актуально как никогда.
Развитые страны пребывают в депрессии, десятки миллионов трудоспособных мужчин и женщин отчаянно ищут работу, а их экономический потенциал вместе с триллионами долларов тратятся впустую. Продолжение и обострение депрессии в Европе — не просто страшная человеческая трагедия. Это может иметь ужасающие политические последствия. В Греции, например, растет влияние радикальных партий, в том числе фашистской «Хриси Авгии». В Испании, в частности в Каталонии, как и в Великобритании, переживают подъем сепаратистские движения. Никто не знает, где находится предел, но отголоски 1930-х годов слишком сильны, чтобы быть проигнорированными.[2]
Сегодня, различные политические деятели — «доброхоты», убеждая Украину в том, что ей якобы будет хорошо лишь в Европейском союзе, из 28 стран, как правило, приводят пример Польши. Но даже его демонстрируют необъективно, намеренно умалчивая о том, как Польше помогал весь Западный мир и, прежде всего, США.
Приведем лишь несколько фактов событий того периода.
Сентябрь 1989 года, в Польше прошли первые демократические выборы. 39 млн поляков в большинстве своем бедны и не питают в ближайшей перспективе надежд на перемены к лучшему. Годовая инфляция достигла гигантских размеров — 640%, промышленное производство упало на треть, 40% предприятий тяжелой и легкой промышленности оказались на грани банкротства.
От голодного бунта страну, перешедшую на путь капитализма, спасали всем Западным миром. Запад на этот маневр Польши отреагировал стремительно. Чтобы ликвидировать дефицит, из-за рубежа организовали продовольственную помощь. Страны Большой семерки выделили Польше 1,5 млрд долл. США на поддержание нацвалюты. Парижский и Лондонский клубы согласились на списание половины внешнего долга государства, а в 1991 году Варшава была должна этим клубам 48,5 млрд долл. США.
Финансовая помощь предоставлялась и по другим программам США, ЕС, МВФ и ВБ. Общая сумма помощи Польше в ценах 2013 года составила около 100 млрд долл. США. Однако, несмотря на громадные вливания средств, экономического чуда не произошло.
В 2004 году, после вступления Польши в Евросоюз, масштабы промпроизводства существенно сократились. Закрылись некоторые судоверфи, шахты, сильный удар пришелся по производствам сельскохозяйственной продукции, 2 млн поляков выехало на заработки в страны ЕС [3].
У Польши ВВП по паритету покупательной способности за 2012 год составил на душу населения 20,9 тыс. долл. США (этот уровень ниже, чем в РФ, у которой он составил 23,8 тыс. долл. США), а реальный темп роста ВВП составил 2% или 132 место в мире, уровень безработицы — 12,8%, что значительно выше порогового значения, внешний долг достиг 364 млрд долл. США.
Украине же со стороны ЕС в случае подписания Соглашения об ассоциации была предложена лишь сотая часть от объема помощи Польше.
Сложная финансово-экономическая ситуация последних лет привела к появлению и усилению антидемократических тенденций. Снижение рейтингов демократизации явно проявились в Болгарии, Венгрии и Словакии.
Растет количество дел о коррупции в связи с непрозрачностью государственных тендеров и поступлений из структурных фондов ЕС. Финансово-экономический кризис стимулировал манипулирование со стороны государственных структур, правящей политической элиты и медиасервиса.
Еврокомиссия констатировала провал в Болгарии борьбы с преступностью, неспособность осуществлять верховенство закона, оптимизировать судебную систему и потребовала реорганизации и демократизации выборов Высшего судебного совета.
Не менее сложен узел социально-экономических и политических проблем кризисного периода в самой бедной стране Новой Европы — Румынии, обремененной экономией бюджетных средств ценой радикальных сокращений, снижения зарплат и повышения налогов [4].
Если ЕС не может и не имеет средств справиться со своими внутренними проблемами — откуда возьмутся средства и желание помочь Украине. Скорее всего, они свои проблемы будут решать за счет Украины.

О пресловутом тезисе «мы — европейцы» и о научной доказательности исторических событий
Как утверждает современная наука о славянах, одни в массе католики, другие — православные. Язык заметно различается, есть и другие «этнокультурные» отличия. А в рамках ДНК-генеалогии — это часто одно и то же, один род, одна и та же метка в У-хромосоме, одна и та же история миграций, один и тот же общий предок. Одна и та же предковая гаплогруппа. И эти роды и образуют славян — и праславян, и современных славян. Вторые произошли от первых.
Вывод — термин «славяне» зависит от контекста. В языкознании «славяне» — одно, в этнографии — другое, в ДНК-генеалогии — третье. Гаплогруппа: род образовался тогда, когда ни нации, ни религий, ни современных языков не было. В этом отношении принадлежность к роду, к гаплогруппе — первична.
Члены рода R1а на Балканах, которые жили там 10–9 тысяч лет назад, вышли на Восточно-Европейскую равнину, она же — Русская равнина, где примерно 5 тысяч лет назад появился предок современных русских и украинцев рода R1а. Еще через тысячу лет, 4 тысячи лет назад они, праславяне, вышли на южный Урал, еще через 400 лет отправились в Индию, где сейчас живут примерно 100 миллионов их потомков, членов того же рода R1а — рода ариев. Ариев, потому что они себя так назвали, и это зафиксировано в древних индийских ведах и иранских сказаниях. Они же — потомки праславян или их ближайших родственников.
Возвращаемся к славянам Русской равнины, а именно их части, относящейся к гаплогруппе R1а. Сейчас стало известно, что это люди именно рода R1а, к которому принадлежат до 70% населения современной России. А далее к западу, к Атлантике, доля арийского, праславянского рода R1а неуклонно падает и у жителей Британских островов составляет лишь 2–4%. Автор указывает «праславянского», потому что предки всех этих 2–4% на конце древнего миграционного пути, у Атлантического океана, — почти исключительно выходцы с Русской равнины, как показывает ДНК-генеалогия. У них один и тот же род, что и у нас, гаплогруппа R1а, очень похожие гаплотипы, то есть «маркерные» фрагменты ДНК, только общие предки этнических русских гаплогруппы К1а старше на одну-две тысячи лет, чем у англичан-ирландцев-шотландцев-скандинавов-голландцев-бельгийцев и прочих западноевропейцев.
Поэтому те древние, которые жили на Днепре за тысячелетия до того — «индоиранцы». Более того, они говорили «на иранских языках»! Это при том, что «индоевропейские» древнейшие иранские языки появились во II тысячелетии до нашей эры, а те, на Днепре, жили 4–5 тысяч лет назад. И говорили на языке, который появится только через сотни, а то и тысячи лет.[5]
Поэтому нам, представителям одной из древнейших цивилизаций, не стоит искажать исторические факты даже ради того, чтобы нас признали европейской семьей. Во-первых, это даже звучит как-то примитивно и унизительно. Во-вторых, в научном категориальном аппарате нет описания этимологического смысла «европейцы» только по территориальной принадлежности. В-третьих, украинский народ не может и не будет отказываться от своей истории и культуры ради политических амбиций. Иначе мы растворимся в глобальном вихре всепоглощающего хаоса.

Несколько слов о европейских ценностях
Необходимо понимать отличие и знать иерархию таких понятий как: потребности, ценности, интересы. Зачастую происходит подмена понятий и нам навязывают современные европейские ценности, искусственно делая из них икону, на деле же это может привести к разрушению устоев нашего духовного мира.
Трудно назвать ценностями то, что сегодня проповедуется в Европе: уничтожение института семьи, разрешение пропаганды сатанистических течений, а также разного рода извращений, противоречащих законам развития общества и природы, что в конечном итоге направлено на самоуничтожение. Зачем нам такой путь? У нас своя дорога, свои ценности!
Так важнейшие славянские ценностные коллективные идеи связаны с понятиями единства Мироздания, всепроникающей божественностью, взаимообусловленностью и относительностью всех явлений, которые преломляются во множестве частных идей: одухотворение природы, предание о происхождении людей как сынов и дочерей богов, приоритет коллективного начала над личностным, патриотизм, верность долгу, чести и справедливости. Славяне обращались к природе как к Всеобщей Матери, просили у нее удачи и силы во всех своих начинаниях для добродетельной жизни и приобщения к божественному строю Мироздания.
При этом особенная внутренняя религиозность — богопочитание — осталась свойственна и православному русскому народу. Пантеон древних славян выражал собой идею жизни как наивысшей ценности, в нем возвеличивались и обожествлялись важнейшие качества коллективной жизни, такие как жизнелюбие, благость жизни, жизнестойкость, храбрость, сила, плодородие природы, любовь, семья и деторождение, домоводство, общественный быт и договоры.
Обязательство в славянском восприятии этических ценностей непосредственно связано с коллективными идеалами единства и гармонии истины — добра — справедливости. При этом стремиться к правде — неотъемлемая черта русского характера. Славянские ценностные представления о принципах общественной жизни воплотились в идеалы патриотизма и коллективизма.
В нашем понимании стремление к «испытанию ценностей», то есть желание на собственном опыте определить весомость истины, справедливости, добра и красоты, происходит в характере в связи с условностью добра и зла в раннем славянском мировосприятии.
В наши дни исследователями вновь акцентируется внимание на проблемах давления европейско-американской рационалистической и космополитической цивилизации, нивелирующей массовой культуры, возрастания национального усреднения, распространения интернационального типа человека, “строящего иерархию ценностей на примате власти” — Хомо Еуропео-Американус.
На всем протяжении истории России русское национальное самосознание сопротивлялось попыткам унификации по западным стандартам, поскольку не укладывалось в навязываемые чужеродные рамки [6].
Сегодня на долю нашего народа выпали новые испытания и, прежде всего, «золотым тельцом», но мы уверены в том, что народ выдержит, не предаст свою веру, в которой на уровне кода заложено творить добро. Данное убеждение подтверждается историческими фактами, приведенными в таких источниках как: Велесова книга, Риг-Веда и язычество, Индоарийские тайны Украины, Трипольская цивилизация в наследстве Украины, Древнее святилище Каменная Могила и др. [8, 9, 10, 11, 12]

Экономические риски и вероятность их наступления на основе анализа соглашения с Европейским Союзом

Кабинетом Министров Украины было принято решение по созданию двух рабочих групп высокого уровня во главе с вице-премьер-министром Ю. А. Бойко:
1. Рабочая группа высокого уровня по вопросам углубления сотрудничества с Таможенным союзом Республики Беларусь, Республики Казахстан, Российской Федерации и государствами-участниками Единого экономического пространства;
2. Межведомственная рабочая группа для анализа возможных экономических рисков, связанных с реализацией Соглашения об ассоциации между Украиной, с одной стороны, и Европейским Союзом и его государствами-членами, с другой.
Обе рабочие группы проводят анализ на основе научных исследований, экспертных оценок, предложений бизнес-среды и общественных организаций.
Авторский коллектив ГУ «Институт экономики и прогнозирования» под руководством академика НАН Украины Гееца В.М., провел исследования влияния Зоны свободной торговли (ЗСТ) с Европейским Союзом для внутренних производителей. Остановимся на основных факторах, которые будут иметь негативные последствия для экономики Украины.
Доля Украины во внешней торговле в совокупности со странами ЕС составляет лишь 1,1% от общего объема внешней торговли стран ЕС в 2012 г. То есть для стран ЕС она не является критической, так как по общепринятым стандартам она должна быть не менее 5%.
В проекте Соглашения об ассоциации с ЕС не учтены масштабы усилий, необходимые Украине для формирования надлежащего уровня внутреннего рынка, который бы обеспечил эквивалентность в отношениях между Украиной и странами — членами ЕС, являющуюся базовым принципом международного права и основой экономической безопасности государства.
Отрицательное сальдо внешней торговли Украины с товарами из стран ЕС достигло 9,07 млрд долл. США. При таких условиях заключение Соглашения не улучшит ситуацию даже в среднесрочной перспективе, более того, нанесет ощутимый конкурентный «удар» по внутреннему рынку и отечественным товаропроизводителям.
Углубленная и всеобъемлющая зона свободной торговли, создание которой имеет цель Соглашение с ЕС, и которая связана с процессом широкомасштабной адаптации украинского законодательства, должна способствовать дальнейшей экономической интеграции Украины во внутренний рынок ЕС, как это предусмотрено Соглашением, а фактически способствует распространению внутреннего рынка ЕС на территорию Украины. В лице фирм и транснациональных монополий большинства высокоразвитых стран-членов ЕС Украина получит циничных, решительных и безжалостных конкурентов, стремящихся (т.к. для этого будут все условия) к тотальной экспансии на отечественные рынки.
Все это обязывает наше государство ответственно и взвешенно отнестись к возможным последствиям интеграции в зону свободной торговли с ЕС, кардинально изменить отношение к роли экономической политики в условиях глобализации, поскольку в противном случае возникнет угроза национальным интересам, экономической, а в дальнейшем и политической безопасности государства. Из принципиальных позиций национальных интересов, по большому счету объективно, Украина к таким изменениям на сегодня не готова.
В соответствии с Соглашением, квота на ввоз в ЕС пшеницы первоначально устанавливается в размере 950 тыс. т, после чего она будет увеличена до 1 млн т, ячменя — 250 тыс. т с увеличением до 350 тыс. т, а кукурузы — 400 тыс. т и 650 тыс. т соответственно через пять лет.
В то же время положения Соглашения о всеобъемлющей ЗСТ Украины с ЕС содержат определенные угрозы для отдельных подотраслей пищевой промышленности. Так, отмена экспортных пошлин на семена подсолнечника может создать проблемы с обеспечением сырьем и вызвать рост цен на подсолнечное масло.
Разделом 4 «Торговля и вопросы, связанные с торговлей» Соглашения об ассоциации с ЕС определен комплекс требований санитарных, фитосанитарных мер, технических регламентов, стандартов и процедур безопасности и качества продукции, соблюдение которых является обязательным при производстве и реализации продовольственных товаров. Несоответствие промышленных пищевых продуктов украинского происхождения требованиям этого раздела является основным препятствием для отечественных пищевых и перерабатывающих предприятий на пути продвижения и закрепления своих позиций на европейских рынках и не позволит заполнить даже те тарифные квоты, которые предоставлены европейской стороной.
Острым проблемным вопросом остается интеграция электроэнергетической системы Украины в европейскую электроэнергетическую сеть (ст. 338 Договора). Для полного присоединения необходимо привлечь дополнительные инвестиции для модернизации объектов электроэнергетики с целью достижения европейских стандартов, по официальным и экспертным оценкам, около 1–1,5 млрд долл. США. Потенциальные же риски, связанные с выполнением обязательств в отношении второго энергопакета ЕС, обусловлены не столько содержанием директивных требований, сколько способом их реализации в Украине.
Создание консорциума по совместному управлению ГТС несет риск образования новых неформальных монопольных объединений и неконтролируемого со стороны государства перераспределения рынка, а также дальнейшего увеличения финансовой нагрузки на государственные компании.
Металлургические предприятия ЕС могут добиться установленных им целевых показателей выбросов вредных газов через использование украинского потенциала снижения выбросов, применяя механизмы Киотского протокола. Существующий низкий текущий уровень выбросов у нас также делает выгодным перенос мощностей по производству стали из ЕС в Украину.
На сегодня уровень выбросов на отечественных тепловых электростанциях (ТЭС) в 5–30 раз превышает стандарты ЕС и для соответствующей модернизации энергоблоков необходимо привлечь (по экспертным оценкам) от 5 до 17 млрд долл. США. Таким образом, инвестиции только на обеспечение соответствия украинских ТЭС требованиям ЕС по выбросам в атмосферу должны в несколько раз превышать существующий ежегодный совокупный объем инвестиций в тепловую генерацию. По прогнозам международных экспертов, так называемая «углеродная пошлина» может быть введена в ближайшие 2–3 года, что существенно снизит экспортный потенциал и конкурентоспособность украинских товаров.
Следовательно, выполнение Украиной экологических условий Соглашения в заданные сроки потребует неподъемных инвестиций государства и производителей, к чему Украина сегодня не готова. Нам крайне трудно будет привлечь такие объемы инвестиций для модернизации промышленного и энергетического оборудования с соответствующими рыночными механизмами их окупаемости. Нужен переходный период и существенная финансовая помощь на приемлемых условиях.
Если в торговле продукцией машиностроения со странами Таможенного союза положительное сальдо составляет 5,1 млрд долл. США, то в торговле со странами ЕС отрицательное сальдо составляет 6,8 млрд долл. CШA. Перспективы создания ЗСТ между Украиной и ЕС становятся фактором дополнительных рисков по развитию украинского машиностроения в целом и формированию импортной зависимости, поскольку формирование зоны свободной торговли с ЕС, безусловно, вызовет негативную реакцию России, может затруднить и вообще сократить наш машиностроительный экспорт. В 2012 году экспорт в ЕС продукции украинского машиностроения составил 1% от общего объема украинского экспорта этой отрасли промышленности. Возможные потери национальной экономики от сокращения экспорта в страны СНГ, по экспертной оценке, могут составить 5–6 млрд долл. США, то есть 40–50% от современного уровня внешней торговли продукцией машиностроения. Объемы импорта из стран ЕС будут расти еще большими темпами.
Вместе с формированием зоны свободной торговли с ЕС возникает реальная угроза потери собственного машиностроения как отрасли национального значения, как в свое время это произошло с легкой промышленностью.
В результате подписания Соглашения об ассоциации с ЕС возможен и весьма вероятен отказ России от кооперации с украинскими предприятиями в ряде совместных проектов. Реально вероятными являются потери перспектив отечественного судостроения, открывшиеся в связи с принятием в РФ стратегии развития военного и гражданского флотов. При этом необходимо отметить, что Украиной согласовано с РФ совместных крупных проектов в целом на общую сумму 56,4 млрд долл. США.
Доля экспортируемой в страны ЕС продукции химической промышленности в общем объеме ее экспорта составляет около 20% (2012 г.), в то время как более 80 % химической продукции импортируется из стран ЕС. Учитывая, что формирование зоны свободной торговли со странами ЕС предусматривает снижение импортных тарифов, такая негативная тенденция может углубиться.
Европейский же рынок может остаться закрытым для отечественной фармпродукции из-за несоответствия ветеринарных препаратов, производимых на украинских предприятиях, требованиям технического регулирования ЕС.
Потери из-за низкого уровня конкурентоспособности большинства отечественных химических предприятий, невозможность быстрыми темпами наращивать объемы производства и экспорта различных видов химической продукции в страны ЕС, довольно призрачный шанс поставки высокотехнологичной украинской продукции в Европу, реальная возможность предъявления претензий ЕС к Украине из-за несоответствия экологического и трудового законодательства (а в соответствии с Соглашением об ассоциации Украине необходимо адаптировать 31 экологическую директиву и максимально ограничить деятельность крупнейших предприятий — загрязнителей окружающей среды) — все это является дополнительными рисками присоединения Украины к ЗСТ с ЕС.
Отечественная отрасль транспортного машиностроения не будет в состоянии решать задачи, определенные европейскими стандартами, что грозит потерей выхода на рынки перевозок ЕС. Принимая во внимание условия по «сотрудничеству», которые выставляет ЕС, абсолютно очевидно, что он не пойдет на перестройку структуры собственного подвижного состава под наши стандарты.
Что же касается сотрудничества, содействия реструктуризации и обновлению транспортного сектора Украины, то многолетний опыт такого сотрудничества Украины с кредитными фондами ЕБРР и МВФ свидетельствует, что кредиты выдаются преимущественно под условия закупки техники железнодорожного транспорта зарубежных производителей.
Таким образом, либерализация транспортного сектора, которая предусмотрена Соглашением, будет иметь тяжелые, плохо предсказуемые последствия для экономики Украины. Однозначно, что отечественные перевозчики не выдержат жесткой конкуренции со стороны европейских компаний.
В соответствии с Соглашением, рынок госзакупок Украины станет полностью открытым для участия в нем иностранных участников, причем на условиях реальной и свободной конкуренции с отечественными субъектами хозяйствования, и, очевидно, будет не в пользу последних.
Украина, сталкиваясь с мировыми проблемами экономической стагнации и замедления роста, подвергается высокому риску очередной волны кризиса на внутреннем рынке.
Однако критерии или порядок определения целесообразности соответствующей помощи Украине в Соглашении отсутствуют, что фактически означает определение целесообразности ее предоставления ЕС по своему усмотрению, а реальность получения помощи при нынешнем состоянии дел в ЕС — непредсказуемой и явлением наивным.
Украина является нетто-импортером в торговле товарами со странами ЕС, начиная с 2005 г., причем отрицательное сальдо торгового баланса постоянно увеличивается: от 1,96 млрд долл. США в 2005 г. до — 9,08 млрд долл. США в 2012 г. Такая ситуация создает угрозу ощутимого роста товарного импорта из стран ЕС в результате имплементации ЗСТ между ЕС и Украиной.
Более низкий текущий уровень тарифной и нетарифной защиты Украины по сравнению с ЕС создает дискриминационные стартовые условия для региональной интеграции.
Определенные опасения вызывает отсутствие в тексте Соглашения порядка принятия Советом Ассоциации решений, в том числе и решение об утверждении ее регламента, а также других решений, которые будут обязательными для сторон. Отсутствие в Соглашении исходных положений о порядке и процедуре принятия решений Советом, в первую очередь о количестве учитываемых и решающих голосов и порядке голосования, согласно которым также будут утверждаться обязанности и порядок деятельности Комитета и других институтов ассоциации, создает неравные ущербные условия для Украины, тем более учитывая то, что численное представительство в составе Совета и количестве решающих голосов со стороны Украины и со стороны ЕС также будет неэквивалентным (поскольку эквивалентность представительства и голосов Соглашением обусловлена). Такая ситуация фактически создает для одной из сторон, а именно для ЕС — возможности доминирования в процессе выполнения Соглашения. Для примера, в странах Таможенного союза и ЕЭП голосования проводятся консенсусом, Российская Федерация не обладает большинством голосов, несмотря на то, что объем ее ВВП в 10 раз превышает объем стран-участниц.
Несостоятельность на сегодня большинства отечественных производителей удовлетворить технические, санитарные, фитосанитарные условия для экспорта продукции на рынки ЕС, будет существенно препятствовать наращиванию экспорта отечественной продукции в рамках выделенных Украине тарифных квот. В частности, отмена ввозных пошлин в рамках тарифных квот не означает автоматического доступа к европейскому рынку для животноводческой продукции, произведенной в Украине. Процессы гармонизации и адаптации законодательства в сфере технического регулирования и СФЗ требуют не только длительного времени, но и значительных материальных и финансовых ресурсов.
Существуют риски ослабления позиций отечественных производителей мяса и мясных продуктов, молочных продуктов, овощей и фруктов в результате роста импорта из ЕС. Либерализация торговых режимов между Украиной и ЕС наиболее вероятно приведет к увеличению импорта готовой продукции ликероводочной, винодельческой и пивоваренной отраслей на отечественный рынок.
В результате изменений правил функционирования рынка электроэнергии Украины в соответствии с Директивой 2003/54/ЕС можно ожидать роста общего (среднего) уровня цен на электроэнергию на внутреннем рынке для всех типов потребителей. В сфере торговли электроэнергией открытие рынков ЕС не будет означать реализацию экспортного потенциала украинской электроэнергетики не только из-за технического состояния ее объединенной энергетической системы, но и из-за несоответствия украинской энергосистемы стандартам показателей надежности энергоснабжения и качества электроэнергии, а также экологичности объектов энергосистемы ЕС.
Выполнение Украиной экологических условий Соглашения в заданные сроки потребует значительных инвестиций государства и производителей.[7]
И все это — лишь часть тех рисков и ущербов, которые грозят Украине в случае подписания Соглашения об Ассоциации с ЕС.
Совместное исследование оценки макроэкономического эффекта различных вариантов участия Украины в процессах региональной экономической интеграции, проведенные Институтом экономики и прогнозирования НАНУ и Институтом народнохозяйственного прогнозирования РАН, показывают, что «вступление Украины в ЗСТ с ЕС повлечет ухудшение условий торговли с государствами-членами ЕЭС на 2,5%, Украина будет терять ежегодно до 1,5% ВВП»[13], а это — 22 млрд грн. в ценах 2012 года.
Президент Украины В. Ф. Янукович на саммите в Вильнюсе удержался от подписания Соглашения об ассоциации и ЗСТ с ЕС, взял временную паузу и правильность такого решения сразу же подтвердилась. Лидеры Европейского союза мгновенно и кардинальным образом сменили свою риторику, продемонстрировав этим политику двойных стандартов. Запад, применяя наработанные политтехнологии, начал оказывать массированное давление и запугивание руководства суверенного государства Украина, подбивать слабо ориентирующееся в вопросах современной экономики население страны на массовые протестные акции.
Выводы. Проведенный анализ рисков от интеграции Украины с ЕС при существующих на данный период условиях показывает, что Украину в ЕС даже не приглашают и равным партнером ее не видят, экономические издержки от интеграции компенсировать не собираются. Поэтому существующие риски могут перерасти в угрозы, а угрозы — в опасности для нашего государства и народа.
С началом пятого технологического уклада еще в 1972 году наступил период третьего эволюционного цикла. Американский период развития сменился Азиатским. После мирового финансово-экономического кризиса 2008 года период финансовой экспансии сменился на материальную экспансию. Необходимо учитывать то, что до момента наступления расцвета цикла Гармоничного общества, вплоть до 2020 года, будут происходить великие потрясения, и мы должны встретить их подготовленными.
У нас своя миссия, а у Европы — своя. И осуществить свою миссию мы можем только общими усилиями, сообща со странами Содружества, построив инновационную модель нравственной экономики на ноосферных принципах.


Литература
1. Пахомов Ю. Украина и вызов глобализации // День. — 2001. — № 189. — 7 июля. — С. 2.
2. Кругман П. Выход из кризиса есть! / Пер. с англ. Ю. Гольдберга. — М: Азбука Базис, 2013. — 320 с. — С. 16, 229.
3. http://korrespondent.net/business/national_idea/1212351-shok-i-trepet-reformy-v-polshe
4. Мир перемен: научно-общественный журнал / Под ред. Р. Гринберга. — М.: «ТДДС СТОЛИЦА-8», 2013. — С. 140, 144, 145, 146.
5. Занимательная ДНК-генелогия. Новая наука дает ответы / А. Клесов. — М.: Вече, 2013. — С. 8–12
6. Осипов О.С. Жизнь в системе традиционных ценностей древних славян и русского народа. Жизнь как ценность / Институт Философии РАН. — М.: 2000. — С. 125–127.
7. Возможности и предостережения относительно последствий введения в действие положений Соглашения об ассоциации между ЕС и Украиной / Под ред. акад. НАН Украины В.М. Гееца; ДУ «Институт экономики и прогнозирования». — Киев, 2013. — С. 17, 19, 21, 23, 25, 34, 44, 47, 53, 55, 57, 59, 61, 63, 66, 67, 70, 72, 75.
8. Яценко Б.И. Велесова книга. — К.: Велес, 2004. — 256 с.
9. Миролюбов Ю.П. Ригведа и язычество. — К.: КНТ, 2009. — 216 с.
10. Наливайко С.И. Індоарійські таємниці України. — К.: «Просвіта», 2004. — 448 с.
11. Трипільська цивілізація у спадщині України / Материалы науч.-практ. конференции /Под ред. И. Чернякова.– К.: «Просвіта», 2004. — 328 с.
12. Кафишин А.Г. Древнее святилище Камянная могила. Опыт дешифровки протошумерского архива XII–III тысячелетий до н.э. В 8 т. — Т. I. — Киев: «Арата», 2001. — 872 с.
13. Оценки макроэкономического эффекта различных вариантов участия Украины в процессах региональной экономической интеграции / Институт экономики и прогнозирования НАН Украины; Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН. — Киев, 2011. — С. 2.
Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2015