Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 2 (26), 2008
ЭКОНОМИКА И ЭКОЛОГИЯ
Белик И. С.
доцент Уральского государственного технического университета (УПИ), (г. Екатеринбург),
кандидат экономических наук

Стародубец Н. В.
ассистент Уральского государственного технического университета (УПИ), (г. Екатеринбург)

Влияние Киотских соглашений на инвестиционную привлекательность территории

Как правило, выбор инвесторов сориентирован на объекты, имеющие наилучшие перспективы развития и обеспечивающие высокую эффективность вложений. Традиционный выбор инвестиционных объектов на рынке капитальных вложений основывается на коммерческих критериях и предполагает получение максимальных выгод при наименьших суммарных затратах средств и времени. Важную роль в этом процессе, особенно в долгосрочной перспективе, играет фактор инвестиционной привлекательности территории, намечаемой к размещению капитала.
В последнее время вновь оживилась дискуссия по вопросам инвестиционной привлекательности. Из наиболее известных подходов к указанной проблеме наибольшее распространение получила точка зрения, согласно которой инвестиционная привлекательность территории представляет собой систему или сочетание различных объективных признаков, обуславливающих в совокупности потенциальный платежеспособный спрос на инвестиции в данный регион. Мировая и отечественная практика предлагает несколько методов ее определения.
Один из них основывается на оценке установленного набора факторов, влияющих на инвестиционную привлекательность экономических объектов (А. Привалов, М. Кныш, Б. Перекатов, Ю. Тютиков, К. Гусева и др.). Другой подход в качестве базы рассматривает риски инвестиционных вложений. Инвестиционная привлекательность региона в последнем случае оценивается как функция двух составляющих: инвестиционного потенциала и инвестиционного риска (Г. Марченко, О. Мачульская, Е. Ананькина и др.).
В рамках «рискового» подхода популярна методика, разработанная аналитиками рейтингового агентства «Эксперт-РА». Согласно принципам, на которых она строится, совокупный потенциал территории оценивается ресурсно-сырьевыми, производственными, потребительскими, инфраструктурными, инновационными, трудовыми, институциональными, финансовыми факторами, а в последнее время и туристическими. Общий риск региона рассчитывается с учетом политических, экономических, социальных, криминальных, экологических, финансовых и законодательных рисков. При этом предполагается, что равноценность рисков переменна во времени.
Разработчики подхода имели своей целью оценить влияние экологического фактора на инвестиционную привлекательность региона, в связи с этим следующим образом аргументировалось положение об изменении во времени паритетности рисков. Рост антропогенной нагрузки на окружающую среду снижает ее качество, при этом падает рыночная стоимость земельных участков, опускается оценочная стоимость объектов бизнеса, функционирующих на территории, и, соответственно, экологический риск и экологическая составляющая в совокупном инвестиционном потенциале региона приобретает больший удельный вес. Последствия негативных антропогенных воздействий могут проявляться в виде снижения ресурсно-сырьевой обеспеченности, увеличения влияния качества изменившейся среды обитания на здоровье населения, повышения доли естественных экосистем с выраженной неспособностью к самовосстановлению.
Анализ причин этих последствий обнаруживает, что, как правило, они вызываются ростом экологических угроз (не риском), т.е. фактором экологической безопасности. Поэтому, на наш взгляд, рассматриваемый подход требует уточнения в характеристике факторов, влияющих на инвестиционную привлекательность.
Очевидно, что для исследования проблем теории безопасности активно привлекается инструментарий теории рисков, поэтому не всегда удается избежать подмены предмета и сущностных характеристик понятия «безопасности» понятиями «риска». Вероятно, те же основания имели место при формировании подходов методики рейтингового агентства «Эксперт-РА», поэтому, по нашему мнению, она требует уточнения. Спорным вопросом оказывается проблема оценки действия экологического фактора на инвестиционную привлекательность территории, так как речь идет о влиянии экологической безопасности на инвестиционную активность и привлекательность территории. В дальнейшем в статье под оценкой действия «экологического фактора» мы будем понимать оценку влияния экологической безопасности.
До недавнего времени экономическим инструментом управления состоянием экологической безопасности, позволяющим снизить антропогенную нагрузку на окружающую среду, были экологические платежи. Однако размер их был несопоставимо меньше потенциальных затрат на природоохранные мероприятия по снижению выбросов, сбросов, размещению отходов, что позволяло предприятиям-природопользователям осуществлять выбор в пользу уплаты экологических платежей.
На взгляд аналитиков рынка природоохранного оборудования, ситуация изменилась в связи с ратификацией РФ в ноябре 2004 г. Киотского протокола, который стал рассматриваться как дополнительный экономический механизм снижения антропогенной нагрузки на окружающую среду и привлечения экологических инвестиций. Ратифицированный на сегодняшний день правительствами ста пятидесяти стран, он устанавливает обязательства развитых стран по ограничению выбросов парниковых газов с 2008 по 2012 гг., в том числе для России эмиссия не должна превышать уровня выбросов, имевшего место в 1990 г.
Российская Федерация, в отличие от европейских стран, а также Японии и Канады, сможет выполнить свои обязательства по первому бюджетному периоду, не прибегая к механизмам, предложенным Киотским протоколом. На первый взгляд, для России проблематика адаптации инструментария реализации протокола, предусматривающая сокращение выбросов в рамках проектов совместного осуществления (ПСО), механизма чистого развития, квотирования и торговли выбросами до 2012 г., кажется не совсем актуальной. Однако существует опасность того, что задержка и недостаток внимания к участию в предложенных формах реализации протокола могут снизить возможность привлечения дополнительных внешних инвестиционных ресурсов, рассматриваемых в качестве источника финансирования природоохранных проектов.
Отмеченное в полной мере актуально для Свердловской области, поскольку на протяжении ряда лет она занимает ведущее место в РФ по эмиссии СО2 [1]. Основными отраслями, лидирующими по выбросам СО2, являются энергетический сектор (около 45%), металлургия (11%), транспорт (10%), промышленность стройматериалов, химическая промышленность (около 7%) [2].
Согласно исследованиям, выполненным авторами1, были получены математические модели, описывающие зависимость между объемами выпуска промышленной продукции и массой выбросов CO2 по отмеченному кругу отраслей [3]. Целью исследования являлось получение прогнозных характеристик уровня выбросов на территории Свердловской области, в том числе углекислого газа. В математической модели связывались объемы выбросов CO2 каждой выделенной отрасли (Yi), объемы промышленного производства отраслей (Хi) и эластичность загрязнения атмосферы CO2 (Еi). В ходе изучения зависимости было установлено, что форма связи имеет нелинейный характер и описывается степенной функцией вида:
где bi – показатель степени, численное значение которого равно эластичности загрязнения, соответствующей отрасли; b0 – параметр регрессионной модели, имеющий постоянное значение.
При логарифмировании нелинейной функции, выполняемом для преобразования ее в более удобную линейную форму, было получено выражение расчета массы загрязнения (СО2) для каждой i-той отрасли:
С целью среднесрочного прогнозирования темпов роста массы CO2 была применена двухфакторная модель динамики объемов загрязнения CO2 от изменения выпуска продукции (Y = f (X, t)).
На рисунках 1 и 2 выборочно представлены результаты исследования зависимости массы выбросов СО2, объемов производства и прогнозного уровня выбросов по металлургическому и нефтехимическому комплексам.
Рис. 1. Исследование зависимости «масса выбросов СО2 – объем промышленного производства» и прогнозирование уровня выбросов (металлургический комплекс)
Рассчитано по: [1; 2]
Рис. 2. Исследование зависимости «масса выбросов СО2 – объем промышленного производства» и прогнозирование уровня выбросов (нефтехимический комплекс)
Рассчитано по: [1; 2]
Расчеты прогнозной массы выбросов СО2 до 2012 года, проанализированные по отраслям Свердловской области (табл. 1), показали, что будущий размер эмиссии СО2 не превысит уровня 1990 г. Следовательно, в перспективе область столкнется с ситуацией, позволяющей создать потенциальный резерв по выбросам СО2, являющейся благоприятной, с точки зрения участия в потенциальных проектах совместного осуществления и привлечения такого инструмента, как торговля выбросами.
В перспективе инвестиционная активность области может выразиться в участии в таких инструментах, как торговля выбросами и проекты совместного осуществления (ПСО).
Для осуществления торговли выбросами предполагается наличие развитого мирового и внутреннего углеродного рынка, поэтому на начальной стадии эта форма участия в меньшей степени может быть привлечена к реализации Киотских соглашений, хотя возможные выгоды от ее использования просматриваются достаточно отчетливо.
По предварительным оценкам, полученным авторами, потенциальный доход Свердловской области в 2008–2012 гг. от продажи СО2 в рамках механизма Киотского протокола даже при неблагоприятной ситуации на углеродном рынке (при цене 1 долл. США за тонну СО2) составит 1825,33 тыс. долл., а при выгодной (цена – 10 долл. США за тонну СО2) – 18253,30 тыс. долл. (табл. 2).
Таблица 1
Объем выбросов СО2 по отраслям, тыс. т. Свердловская область
Составлено по: [1; 2]
Поступившие от продажи квот средства могут быть направлены Правительством области на природоохранные мероприятия, улучшение качества окружающей среды, на повышение ресурсно-сырьевой обеспеченности территории, производственной и экологической безопасности, что в целом может существенно повлиять на инвестиционную привлекательность территории.
Таблица 2
Потенциальный доход от продажи СО2 для Свердловской области
Рассчитано по: [1; 2]
Вторая форма Киотского протокола – участие в проектах совместного осуществления (ПСО) – позволяет повысить инвестиционную активность и привлекательность территории, поэтому она является более эффективным инструментом, нежели торговля квотами.
Как отмечалось, основными источниками выбросов СО2 на территории Свердловской области являются предприятия металлургического, нефтехимического, строительного и транспортного комплексов, обладающих достаточно изношенным парком природоохранного и основного оборудования [2]. В этой связи есть основание сделать следующее заключение: высокий потенциальный резерв снижения выбросов СО2 скрыт в модернизации основных средств предприятий, применении ресурсосберегающих и энергосберегающих технологий, в осуществлении природоохранных мероприятий.
В рамках ПСО страны-участницы Киосткого протокола могут инвестировать средства в мероприятия, позволяющие снизить уровень выбросов СО2 на промышленных предприятиях, в том числе Свердловской области, в обмен на так называемые «единицы снижения выбросов». В отношении участия в ПСО основной задачей предприятий является выполнение инвестиционного анализа потенциальных природоохранных проектов с целью выбора приоритетных и предложения их в качестве проектов совместного осуществления.
Для выполнения стандартной процедуры ранжирования проектов мы предлагаем использовать не только формальные критерии и показатели оценки, отражающие коммерческую эффективность (чистая текущая стоимость – NPV; индекс рентабельности – PP; внутренняя норма доходности – IRR), но и ряд дополнительных индикаторов. К их числу можно отнести изменение объемов выбросов СО2 в абсолютном (усл.т) и относительном (%, доля) выражении, отношение прироста (снижения) массы выбросов к суммарным затратам по проекту (%), отношение NPV к затратам по проекту (табл. 3). Перечисленные дополнительные показатели в процессе отбора выступают как неформальные критерии оценки, задающие условия ограничения при ранжировании проектов. Кроме того, последовательность операций процедуры ранжирования, выполняемой для отбора проектов, требует установления предельных значений по перечисленному кругу показателей и определения значимости (весомости) каждого из них.
Таблица 3
Матрица исходных показателей
С целью определения весомости показателей предлагается использовать метод экспертных оценок. Значимость каждого из показателей устанавливается в баллах, например, по трехбалльной шкале (3 – наиболее значимый показатель, 1– наименее значимый), с обязательным представлением в табличной форме (табл. 4).
Таблица 4
Пример оценки показателей
Дальнейший порядок определяет условие, в соответствии с которым показатели должны быть нормированы. Процедура заключается в следующем: каждый параметр исходной матрицы (табл. 3) делится на лучший показатель и затем строится матрица нормализованных значений. Далее определяется рейтинговая оценка каждого показателя по анализируемым проектам, которая представляется в виде взвешенной величины его нормированного значения на соответствующий балл, по формуле:
– весовые коэффициенты показателей, определяемые экспертным путем.
В завершение выполняется итоговое ранжирование природоохранных проектов (табл. 5) и определяется наиболее эффективный из них.
Таблица 5
Пример итоговой матрицы рейтинговой оценки проектов
В матрице рейтинговой оценки проектов в колонке «балл» фиксируются значимость каждого показателя, а в соответствующих столбцах «проект i» – нормированные значения параметров, взвешенных на весовой коэффициент. Результирующая итоговая строка формируется как суммарная оценка. Выбор осуществляется в пользу проекта, набравшего максимальное число баллов по рейтингу каждого показателя. В дальнейшем наиболее привлекательные с позиций коммерческой и экологической эффективности проекты представляются для реализации в рамках проектов совместного осуществления.
Предложенная схема ранжирования проектов для последующего участия в ПСО, включающая систему дополнительных показателей, оценку их значимости и итоговый рейтинг, на наш взгляд, делает более объективной процедуру отбора. Она не исключает приоритета коммерческой эффективности, но при этом привлекаются и критерии, оценивающие экологический результат.


Литература
1. Государственный доклад «О состоянии и об охране окружающей среды РФ в 2005 году». – М., 2006.
2. Государственный доклад «О состоянии окружающей природной среды и влияния факторов среды обитания на здоровье населения Свердловской области в 2006 году». – Екатеринбург, 2007.
3. Выварец А.Д, Белик И.С. Оценка загрязнения атмосферы промышленными выбросами. – Екатеринбург: ГОУ ВПО УГТУ-УПИ, 2006.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия