Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 2 (26), 2008
ЭКОНОМИКА И РЕЛИГИЯ
Лукин С. В.
заведующий кафедрой бизнес-менеджмента Высшей школы управления и бизнеса Белорусского государственного экономического университета (г. Минск),
доктор экономических наук


Мир свободных благ

Современная экономическая теория делит блага, которыми пользуются люди, на свободные и экономические. Она также констатирует, что мы живем в мире, где практически все блага являются экономическими, то есть ограниченными и, следовательно, не бесплатными. Редкими или ограниченными производственные и потребительские блага делает превышение потребности в них над их наличием. Этот разрыв и является двигателем хозяйственной деятельности людей. Экономика ограниченных благ неизбежно порождает институт частной собственности и имущественное неравенство. В позитивном плане с этими исходными теоретическими положениями трудно не согласиться.
С точки зрения православного христианского вероучения такое положение вещей является следствием грехопадения прародителей и появления тягостной стороны труда. Неутолимая потребительская жажда является одной из характерных черт поврежденной грехом человеческой природы. В нормативном аспекте православного вероучения экономика ограниченных благ есть устойчивое отклонение от нормы, своеобразная «патологическая экономика». Ее альтернативой является мир свободных благ. В книгах Священного Писания о таком мире идет речь в первой Книге Бытия и в заключительных главах Апокалипсиса, завершающего Библию.
Вторая глава Книги Бытия повествует об условиях жизни первых людей в Эдеме: «И насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке, и поместил там человека, которого создал. И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая, и дерево познания добра и зла» *. Человек в Эдеме ощущал присутствие Бога и Его заботу о нем, т.е. в избытке обладал великим духовным благом. Красота рая доставляла пищу душевную. С избытком в Эдеме было и плодов для питания телесного. Райские условия позволяли обходиться без одежды и жилища. Не существовало и самого главного ограничения – определенного времени жизни. Согласно повествованию Книги Бытия, древо жизни обладало свойством давать бессмертие тому, кто вкушает его плоды *. Человеку была дарована и свобода выбора: остаться в таком состоянии, проявляя послушание Богу и не нарушая Его запрет, или отказаться от него, стать смертным, т.е. перейти в мир ограниченных благ, вкусив плод древа познания добра и зла. Совершив последнее, поддавшись на искусную «рекламу» коварного змия, Ева, а за нею и Адам незамедлительно почувствовали последствия. Первое из них – появление потребности в одежде. Далее последовало изгнание прародителей человечества из рая за нераскаянность в содеянном и начало жизни людей в мире ограниченных благ.
Мир свободных благ в Апокалипсисе – это то, что ожидает праведников, претерпевших до конца и прошедших горнило мира сего, в «жизни будущего века». В XXII главе Откровения Св. Иоанн Богослов повествует о древе жизни, растущем на берегах «реки воды жизни» и приносящем плоды для питания спасенных народов *. Исчезнет главное ограниченное благо – время *. Вода и древо жизни – это имеющиеся с избытком пища и питие. По словам толкователя Апокалипсиса, протоиерея Николая Орлова: «Вода жизни будет именно тем питием, которое будет утолять жажду обитателей нового Иерусалима. Берега этой реки усажены деревом жизни, плодами которого будут питаться обитатели. Даже и листья этого дерева будут годны для употребления в пищу с пользою для организма (исцеление – в смысле дальнейшей ступени совершенства)» *. Обитатели нового Иерусалима не будут иметь нужду в храме и потребности в тех благах, которые были близки к свободным даже в мире ограниченных благ – солнечном и лунном свете *.
Согласно христианскому вероучению приход Спасителя мира разделил историю человечества на ветхозаветный и новозаветный периоды. Богочеловек Иисус Христос «победил мир», в том числе и мир ограниченных благ. Искупительная Жертва, принесенная на Голгофе, стала величайшим свободным благом, путем в жизнь вечную, в мир свободных благ для всех людей, уверовавших в Спасителя и составивших Церковь Христову. Вне Церкви сохранялся мир ограниченных благ, но жизнь самих христианских общин стала в большей или меньшей степени подобием мира благ свободных. Во многих эпизодах евангельских повествований прослеживается мысль о том, что идущий за Христом приобщается к нему уже в этом мире. По свидетельству евангелистов о насыщении Спасителем более пяти тысяч человек, ограниченное благо – пять хлебов и две рыбы – стало благом свободным *. Евангелисты отмечают количество оставшейся пищи, после того как все насытились. Например, у Матфея: «И ели все и насытились; и набрали оставшихся кусков двенадцать коробов полных» *. Это означает, что еда стала в данном месте в данное время свободным благом, ее хватило с избытком. Свидетельствуют евангелисты об оставшейся пище и при насыщении семью хлебами и небольшим количеством рыб 4000 человек: «И ели все и насытились; и набрали оставшихся кусков семь корзин полных. А евших было четыре тысячи человек, кроме женщин и детей» *. Спаситель, согласно свидетельству св. евангелиста Иоанна, акцентирует внимание на отличии мира ограниченных благ от «жизни будущего века», приобщиться к которой Он призывал Своих учеников. В этом видится один из смыслов краткого диалога между Спасителем и св. Филиппом, предшествовавшего насыщению пяти тысяч человек: «Иисус, возведя очи и увидев, что множество народа идет к нему, говорит Филиппу: где нам купить хлебов, чтобы их накормить? Говорил же это, испытывая его, ибо Сам знал, что хотел сделать. Филипп отвечал Ему: на двести динариев не довольно будет хлеба, чтобы каждому из них досталось хотя понемногу» *.
Отправляя апостолов на проповедь, Спаситель заповедовал им по возможности жить по законам мира свободных благ. Для того чтобы не иметь нужды ни в чем, они должны минимизировать потребности и свое движимое имущество и отдавать даром даром же и полученное: «Больных исцеляйте, прокаженных очищайте, мертвых воскрешайте, бесов изгоняйте. Даром получили, даром давайте. Не берите с собою ни золота, ни серебра, ни меди в поясы свои, ни сумы на дорогу, ни двух одежд, ни обуви, ни посоха. Ибо трудящийся достоин пропитания» *. Следуя этим заповедям, апостолы, по их собственному свидетельству, не испытывали нужды ни в чем *.
Образом мира свободных благ стала первохристианская апостольская община в Иерусалиме. Автор Деяний апостольских пишет, что «не было между ними никого нуждающегося; ибо все, которые владели землями или домами, продавая их, приносили цену проданного и полагали к ногам апостолов; и каждому давалось, в чем кто имел нужду» *. Материальное изобилие достигалось благодаря самоограничению каждого члена общины (без этого нуждающийся остается нуждающимся при любом богатстве), стремлению больше отдать, чем взять, а также благодаря добровольному отказу от частной собственности: «…и никто ничего из имения своего не называл своим, но все у них было общее» *. Но главным великим свободным благом во все времена и поныне является Тело и Кровь Христова, к которым приобщаются в Таинстве евхаристии все верующие в истинность пресуществления на литургии хлеба и вина в истинные Тело и Кровь Христа, Сына Божия. Для приобщающегося с верой в каждой частичке Святых Даров содержится вся полнота свойств Тела и Крови Спасителя.
Попытки приблизиться к внутриобщинному миру свободных благ предпринимались и в дохристианскую эпоху. Например, члены существовавших в Палестине в I веке до Р.Х. и в I веке после Р.Х. общин ессеев, не обладая великим евхаристическим свободным благом, тем не менее стремились к самоограничению в потреблении и созданию внутриобщинного изобилия материальных благ. Они были, вероятно, не чуждыми понимания того, что свободным человек может стать лишь в мире свободных благ. По свидетельству Иосифа Флавия, в этих общинах существовала общность имущества: «По существующему у них правилу, всякий, присоединяющийся к секте, должен уступить свое состояние общине; а потому у них нигде нельзя видеть ни крайней нужды, ни блестящего богатства – все как братья владеют одним общим состоянием, образующимся от соединения в одно целое отдельных имуществ каждого из них» *.
В христианской общине Иерусалима не все находили в себе силы отказаться от семейной собственности. Не случайно, что автор Деяний апостольских подробно описывает случай с Ананией и женой его Сапфирой *. Это было, по-видимому, одной из основных причин того, что впоследствии немонашеские христианские общины не практиковали общность имущества. В возникших позднее общежительных монастырях создавались условия, в которых легче было приблизиться к достижимому в земной жизни подобию мира свободных благ. Обет нестяжания ослаблял конкуренцию в потреблении, обет безбрачия – тяготение семейной собственности, а обет послушания давал внешнюю поддержку самоограничению.
Здоровые иноческие общины добивались изобилия даже в скудости, следуя принципу отдать больше, чем взять. В житии преподобного Сергия Радонежского описывается яркий эпизод из ранней истории обители, будущей Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, дающий понятие об одном из важнейших принципов, на котором строилась жизнь монастыря. Первоночально в обители не было общежития, и каждый инок содержался на свои средства. Иноки часто испытывали недостаток в пище, но преподобный Сергий строго запрещал просить пропитания у мирян, принимались лишь добровольные пожертвования. Однажды у самого Сергия не осталось ни одного куска хлеба. Он обратился к старцу Даниилу, жившему в его монастыре, и предложил ему пристроить сени к келье, что давно планировал Даниил, собиравшийся пригласить для этого плотника из деревни. Даниил высказал опасения, что Сергий возьмет с него слишком большую плату, однако преподобный ответил, что ему нужно только несколько кусков старого гнилого хлеба. Старец вынес решето с кусками хлеба, но Сергий сказал, что берет плату, только выполнив работу. Целый день усердно трудился святой и к вечеру закончил работу. Только после этого он принял хлеб и, помолившись, начал вкушать его *. Подобные примеры, которые можно найти в Житии преподобного Сергия, лучше любых поучений рождали традиции обители и приближали иноков к миру свободных благ. Вскоре вокруг обители вырос посад, и прекратилась его «пустынная скудость», поскольку поселяне в изобилии приносили разные припасы. Но изобилие родилось не от количества приносимого, а от самоограничения насельников монастыря.
С первого века христианства получила распространение межобщинная взаимопомощь. Христиане более развитых экономически областей Леванта и всей Византийской империи (Антиохия, Македония, Ахайя, Рим) посылали пособие христианам, живущим в более бедных областях, прежде всего в Иудее. Примечательно, что в Деяниях святых апостолов св. евангелист Лука сообщает о сборе средств для такой помощи сразу после упоминания о том, что в Антиохи ученики впервые стали называться христианами *. Апостолы не раз участвовали в доставке упомянутых пособий. Во Втором послании к Коринфянам св. апостол Павел свидетельствует о том, что македонские христиане в оказании помощи были «доброхотны по силам и сверх сил» *. Желание послужить своим имуществом братьям у первых христиан было настолько сильно, что автор послания вынужден даже сдерживать добровольное межобщинное перераспределение: «Не требуется, чтобы другим было облегчение, а вам тяжесть, но чтобы была равномерность. Ныне ваш избыток в восполнение их недостатка; а после их избыток в восполнение вашего недостатка, чтобы была равномерность, как написано: «кто собрал много, не имел лишнего; и кто – мало, не имел недостатка» *.
Христианским домохозяйствам, монашеским общинам, благочестивым семьям и, в меньшей степени, церковным приходам, объединяющим людей близкого мировоззрения, легче приблизиться к образу мира свободных благ. Чем здоровее христианское домохозяйство, тем ближе оно к этому образу. Гораздо сложнее двигаться в данном направлении на макроуровне даже в христианских странах. Св. Иоанн Златоуст в IV веке после Р.Х., веке особенно яркого пламени христианской веры, в своих проповедях неоднократно обращался к состоятельным христианам с призывом предпринять действия для уменьшения имущественного неравенства в городах Византии. Движение к миру свободных благ могло осуществляться на уровне города или страны по доброй воле богатых. На ее пробуждение и направлены были слова св. архипастыря. Во время одной из своих проповедей в Антиохии он сказал: «Я не заставляю тебя уменьшить имение, не потому, чтоб я этого не желал, но потому, что мало вижу в тебе к этому расположения. Итак, не об этом уже говорю тебе; но уделяй хотя бы из прибытков и не скрывай от них ничего. Довольно с тебя, что у тебя есть как бы источник, из которого текут денежные доходы; сделай же участниками в них нищих, и будь добрым распорядителем в данном тебе от Бога» *. Показывая бесчеловечие и неразумие богатых, не заботящихся о бедных, св. Иоанн Златоуст подчеркивает мысль, что средства благотворящего не оскудевают, поскольку Господь усиливает имеющиеся у него источники их поступления и открывает новые. Для благотворителя как бы сокращается пространство мира ограниченных благ и расширяется пространство мира благ свободных.
Мир свободных благ в христианском понимании в полной мере откроется после завершения истории человечества, когда исчезнет важнейшее ограниченное благо – время: «времени больше не будет» *. Образ мира свободных благ в христианских общинах и семьях и степень его распространения в мире благ ограниченных является важным видимым проявлением внутреннего состояния христиан, их способности быть «светом мира», «светильниками горящими и светящими».

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия