Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 2 (26), 2008
ФИЛОСОФИЯ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ЦЕННОСТЕЙ
Орлов А. В.
доцент кафедры политической экономии
Санкт-Петербургского государственного политехнического университета,
кандидат экономических наук


О природе и роли труда в экономическом анализе
В рассматривается вопрос об использовании понятия труд в экономическом анализе, а также категорий стоимость и ценность, которые этому понятию непосредственно обязаны

В научных кругах давно и активно обсуждается вопрос об исходных положениях экономических теорий и категорий, их обслуживающих. Немного найдется авторитетных публикаций, в которых не поднималась бы эта тема. К поиску ответа на этот вопрос подключается все больше ученых, неравнодушных к сложившемуся в экономической науке состоянию *. Но большинство предложений по изменению ситуации основываются на хорошо известных положениях, содержание которых не позволяет выйти на новые рубежи экономических знаний. Отказ от сложившихся представлений и создание обновленной экономической концепции, отвечающей критериям научной строгости и запросам практики, зависит не столько от субъективных причин и обращения за ответом к прошлому, сколько от достигнутого уровня общественного развития и требования практики – иметь надежный оценочный инструментарий. Нет сомнения в том, что экономические концепции, не выдержавшие проверку времени с потерей к ним общественного интереса, постепенно сойдут с научного олимпа, но не менее важно исследовать и проследить этот исход.
В данной работе предполагается рассмотреть вопрос об использовании понятия труд в экономическом анализе, а также категорий стоимость и ценность, которые этому понятию непосредственно обязаны.
В политической экономии труд и рабочее время выражают понятия, которые были положены в основу трудовой теории стоимости и экономических категорий, определяющих составные элементы цены товара-блага. С этой целью обратимся к наиболее известным определениям труда.
Согласно Священному Писанию: «Труд, или делание – заповедано человеку Самим Богом и требовалось от него еще в Раю до его падения. (Быт. II: 15) и особенно после его падения» (Быт. III: 19, V: 29) *.
По В.И. Далю: «Труд м. работа, занятие, упражнение; дело, все, что требует усилий, старания и заботы; всякое напряжение телесных или умственных сил; все, что утомляет» *.
По К. Марксу: «Процесс труда… есть целесообразная деятельность для созидания потребительных стоимостей,… всеобщее условие обмена веществ между человеком и природой, вечное естественное условие человеческой жизни, и потому он не зависит от какой бы то ни было формы этой жизни, а, напротив, одинаково общ всем ее общественным формам» *.
Российская социологическая энциклопедия: «Труд – целесообразная деятельность человека, в процессе которой он при помощи орудий труда воздействует на природу и использует ее в целях создания предметов, необходимых для удовлетворения своих потребностей» *.
Современный философский словарь: «Труд – процесс создания людьми условий и средств существования; воплощение человеческих сил, умений, знаний, преобразование и приспособления природного материала к человеческим потребностям». «Т. – способ воспроизводства и накопление общественного опыта» *.
Современный экономический словарь: «Труд – осознанная, энергозатратная, общепризнанная целесообразной деятельность человека, людей, требующая приложения усилий для осуществления работы; один из четырех основных факторов производства» *.
В представленных определениях труд выступает как результат номинализации – превращения глагола (в данном случае трудиться, работать, делать, действовать) в абстрактное существительное, не выражающее какого-либо определенного значения. Такие существительные нельзя потрогать, увидеть, измерить, или, как говорят лингвисты, – «их нельзя положить в тележку». Попытка оценить труд временем, пусть даже рабочим, означает измерение трудоемкости конкретной работы, но к целесообразной деятельности человека это измерение не имеет отношения.
Целесообразная деятельность человека – в свернутом варианте труд – является атрибутом человеческой жизни и принимается априори как данность, ниспосланная свыше, аналогично самой жизни и наличия окружающего мира. В рассматриваемом аспекте труд выступает в качестве общесоциологического понятия и, следовательно, не является экономической категорией. С ним нельзя проводить различные манипуляции, т.е., присоединяя к нему слова-эпитеты, пытаться с их помощью обосновать или раскрыть содержание того или иного экономического явления.
Содержание труда, согласно представленным определениям, безгранично и неисчерпаемо. Этим моментом обусловлена многозначность данного понятия и невозможность вложить его в прокрустово ложе какой-либо экономической категории или представить в виде фактора производства. При реализации подобных намерений в полной мере обнаруживается неопределенность труда как абстракции высшего порядка сложности. Этим обстоятельством обусловлено появление большого количества слов-приставок, совместно с которыми он только и применяется в экономическом анализе.
К. Маркс, например, широко использовал термин труд в различных сочетаниях: простой – сложный; частный – общественный; живой – прошлый (овеществленный); абстрактный – конкретный; производительный – непроизводительный; необходимый – прибавочный и др. В экономической литературе встречаются прямо-таки экзотические названия-определения труда: дальнейший, действительный, жизнеобеспечивающий, застывший, лишний, мертвый, неопределенный, полезный, потенциальный, потребительский, равный, реальный, человеческий, честный, чужой и многие-многие другие. Существует мнение о наличии родовой и видовой ценности труда, а также об определении его со стороны содержания, характера, вида деятельности и по другим основаниям. Подобная многозначность труда ведет к неоднозначному результату в экономическом анализе, и в таком виде он не может быть принят для оценки экономических явлений. За счет использования неограниченного количества трактовок, характеризующих ту или иную сторону целесообразной деятельности человека, пытаются придать ей определенное конкретное содержание. Но здесь, как и в случае с определениями социализма: реальный, зрелый, полный, развитой и пр., самые продвинутые характеристики-эпитеты труда не содержат качественно-количественной определенности и не могу быть положены в основу стоимости – затратной по определению категории, характеризующей расход материальных средств для получения результата-ценности в виде конкретного блага, обладающего некой полезностью.
Кульминационным пунктом достижения «научной политэкономии» считается введение К. Марксом в экономический анализ абстрактного труда, или труда вообще. Принятие такого труда за источник стоимости автоматически превращает ее в нечто виртуально-бестелесное. Абстрактный труд – это несуществующая реальность, и такой труд может создать только такую стоимость, которая представляет «трансцендентную величину» и «непознаваемую тайну» *. Понятно, что никакая абстракция не в состоянии создать что-либо материальное, поскольку метод абстракции призван способствовать раскрытию содержания явления и не предназначен стать самим явлением. Сама по себе целесообразная деятельность человека, т.е. труд есть абстракция, а абстрактный труд – представляет абстракцию вдвойне.
К выводу о невозможности раскрыть природу стоимости на основе труда экономистов подвиг фрагмент фразы К. Маркса о том, что в стоимость не входит ни одного атома вещества природы и что проявляться она может лишь в общественном отношении одного товара к другому *. Но, если Wert (нем.) перевести не как стоимость, а как ценность (на необходимость именного такого перевода настаивал П.Б. Струве и с этой целью представил иную редакцию первого тома «Капитала» *), то при таком прочтении содержание этой фразы приобретает определенную логику.
Ценность – это не только индивидуальное, но и общественное отношение к благу-результату, обладающему определенной полезностью, и как отношение действительно не содержит ни одного атома вещества природы. Стоимость же, как основополагающие затраты по созданию блага-полезности, не может быть бестелесной и нематериальной величиной, т.е. быть абстракцией.
Непроизвольно следует вывод о необходимости иметь для сравнения различные варианты перевода «Капитала», чтобы к минимуму свести возможные искажения содержания авторского текста. При переводе «Капитала» явное предпочтение было отдано термину стоимость вместо ценности, и сделано это было без должного обоснования и учета мнений большинства российских ученых. До 1918 года явное предпочтение отдавали ценности перед стоимостью, о чем свидетельствуют названия книг по экономической теории *.
В словарях русского языка стоимость и ценность часто означают синонимы: «Стоимость. Выраженная в деньгах ценность чего-либо или величина затрат на что-либо» *; «Ценность. Выраженная в деньгах стоимость чего-либо» *. В экономическом анализе различия между ними приобретают принципиальное значение, и игнорирование или недоучет этого обстоятельства способно привести к потере экономического смысла и неверным выводам. Данный факт в отечественной практике наблюдается сплошь и рядом.
Стоимость выражает затраты по созданию блага-полезности, которое оценивается потребителем с точки зрения субъективной ценности. Суммирование в обществе этих оценок приводит к получению общественно-объективной оценки блага-результата, т.е. к ценности. Стоимость и ценность – это две стороны одного и того же экономического явления: на одной стороне – затраты, на другой – результат. Важно отличать стоимость от издержек производства. Стоимость отражает основополагающие затраты экономики в целом и они же определяют издержки производства конкретного предприятия. Первые являются источниками стоимости, вторые – отражают себестоимость продукции.
Наименование явления в максимально возможном приближении должно соответствовать своему содержанию. Но в экономике со словом стоимость произошла странная метаморфоза, которую нельзя принять за случайную оговорку или недоразумение из-за последствий, вызванных этим обстоятельством.
Стоимость соответствует затратам по созданию блага, поэтому равноценные по содержанию сочетания слов: потребительская стоимость – потребительские затраты; меновая стоимость – меновые затраты; прибавочная стоимость – прибавочные затраты – воспринимаются как нелепость *.
Налицо грубое искажение экономического содержания реально имеющих место явлений. От неудачных наименований необходимо отказаться в пользу терминов, соответствующих содержательной стороне явления и использовать: потребительская ценность (а не потребительная); меновая ценность; добавленная стоимость и дополнительная ценность, поскольку избыток в виде амортизации и прибыли к затратам не относится *. В отечественной экономической литературе пишется и говорится одно, а подразумевать следует совсем другое. От использования принятой терминологии до неверного понимания реально происходящих в экономике процессов – всего один шаг.
Обращение создателей трудовой теории стоимости к труду как основополагающему фактору производственного процесса понятно и объяснимо. С развитием машинного производства отчетливо обнаружилась ограниченность концепции физиократов о производительности только земли и получения избытка ценности в процессе сельскохозяйственного производства. Наступившая эра промышленной революции настоятельно потребовала раскрыть причину высоких темпов накопления в промышленности. Кроме различных вариантов труда (прибавочного – необходимого и др.) в качестве источника стоимости экономистам предложить было нечего, а факт явного ущемления имущественных интересов наемных рабочих был налицо.
Принятие труда за субстанцию стоимости закономерно привело к подмене причины следствием. Создание блага первично, и для его изготовления требуется израсходовать продукты, обладающие потенциальной энергией, к которым относятся жизненные средства и энергоносители; распределение блага вторично, и оно подчинено иным законам и правилам. Прежде чем распределить продукт, он должен быть не просто создан, но и реализован. Работник и его труд в этом процессе не источник, а потребитель энергии, точно так же как средства труда функционируют за счет расходования топлива и энергии. Работникам можно как переплачивать, так и недоплачивать за их работу, что изменит пропорцию в распределении уже созданных благ, но не изменит его общего произведенного количества. Однако в экономической науке на десятилетия утвердилось мнение, что только труд – оплаченный и неоплаченный (он же абстрактный, он же общественно-необходимый) создает и определяет всю величину стоимости-ценности блага. Но если труд – один из четырех основных факторов производства, как утверждается в экономической литературе, то почему только он один является источником стоимости?
Вне предмета анализа остается вопрос: каково содержание самого труда, его количество и качество. Отсюда обращение к рабочему времени, якобы способному представить меру труда. Но понятие рабочего времени в данном контексте, а не как оценка конкретных трудозатрат, столь же неопределенно, как и содержание целесообразной деятельности человека, т.е. труда.
Целесообразная деятельность человека и рабочее время качественно разнородные и несопоставимые понятия, но в трудовой теории стоимости они выступили в неразрывном единстве, как тождества, полностью подменяя и заменяя друг друга. Привлечение труда и рабочего времени в качестве субстанции стоимости обусловило мифологизацию созданной на этой основе всей экономической конструкции. Это обстоятельство закономерно привело к неадекватному представлению связей и отношений реальности, т.е. ложному отражению действительных ценностей. Вслед за К.В. Томашевской можно сказать, что современная экономическая наука – элитный и эзотерический механизм подавления и манипуляций сознанием человека путем отчуждения его от реального мира *. Данный процесс осуществляется посредством эшелонированного воздействия мнимой теории (лженауки) на сознание масс с помощью экономического тоталитаризма. В результате реальный мир подменяется иллюзией действительности.
Сторонники «научной» политической экономии глубоко убеждены в том, что стоимость товара труд «образует в своей абстрактно-всеобщей определенности» *. Утверждение этого положения непроизвольно означает признание за любой абстракцией, в том числе и в одежде ее всеобщей определенности, возможность создания конкретно-материального блага, т.е. товара.
С помощью абстрактного труда может быть создана только абстрактная стоимость в виде абстракции более высокого порядка, а на ее основе сконструирована виртуальная экономическая теория. Речь же должна идти об отражении реальных экономических процессов и познании действительно имеющих место явлений. История распорядилась таким образом, что авторитетное мнение оказалось сильнее здравого смысла, а распространение экономических знаний, основанных на привлечении абстракции в качестве материального источника стоимости, сродни распространению эпидемии, причем чем выше уровень абстракции, тем сильнее и глубже оказалась вера.
Следует признать, что в основу стоимости было положено недостоверное основание, и это позволило мнимому представлению о природе стоимости восторжествовать над реальностью. Но сказанное не умаляет вклада основоположников и творцов экономических теорий, которые искали истину и не преследовали корыстных интересов, а, как известно, поиск не свободен от ошибок и заблуждений. Можно понять и поведение последователей классиков экономической науки. В условиях общественного внимания к трудовой теории стоимости это означало бы выставить напоказ свое недомыслие по поводу создания стоимости трудом-абстракцией. Для противодействия трудовой теории стоимости требовалось представить достойную альтернативу в виде материальной субстанции стоимости. Не лучше обстояло дело и с полезностью, как основой цены, она столь же многозначна, как труд и рабочее время.
Задача состоит в нахождении и обосновании материальной основы стоимости и на этом фундаменте разработке и предложении рационалистического подхода к объяснению реально происходящих в экономике процессов. В настоящее время экономическая наука находится в самом начале этого пути – на пути к созданию общей экономической теории.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия