Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (29), 2009
ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА
Фадеев В. А.
начальник Северо-Западного института Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков России (г. Санкт-Петербург),
полковник полиции


Теневая экономическая деятельность в сфере предпринимательства и ее детерминанты
В статье рассматриваются детерминанты теневой экономической деятельности. Дается понятие «конфиденциальная юриспруденция» и показана ее роль в усилении криминогенных тенденций в российской экономике. Приводятся результаты опроса участников некоторых корпоративных образований, осуществляющих экономическую деятельность, имеющую «теневую» составляющую
Ключевые слова: теневая экономика, экономическая деятельность, оргпреступность, коррупция, "конфиденциальная юриспруденция"

Теневая экономика современной России — это не только и не столько частое явление хозяйственной жизни и экономической практики, сколько диагноз тяжелой болезни общества в переходную эпоху, системный фактор, без осмысления которого невозможно правильно понять не только экономическую, но и политическую, социальную, общественную и даже культурную жизнь страны.
При исследовании проблемы детерминации теневой экономической деятельности в сфере предпринимательства традиционно выделяют социально-экономические и правовые факторы [1, 2, 3 и др.]. Представляется, что следует выделять политические факторы, детерминирующие экономические процессы в целом и их теневые стороны в частности. К политическим факторам, детерминирующим теневую экономическую деятельность, можно отнести такие негативные социальные явления как протекционизм, коррупция и др.
Ряд авторов в качестве одной из серьезных причин существования теневой экономики, а также организованной преступности и коррупции рассматривают слабость и инертность законодательной власти [3, 4, 5]. Происходит это, как правило, в периоды экономических, политиче­ских и социальных кризисов. Отсутствие необходимого правового регулирования развивающихся новых экономических отношений, ослабление социального контроля экономической деятельности приводят к усилению криминогенных тенденций во всех сферах не только экономики, но и общественной жизни. Этот вид связи законодательной власти и «теневых» процессов в экономике обусловлен негативными явлениями, возникающими в общественно-политических отношениях.
В качестве одного из них можно рассматривать, так называемую «конфиденциальную юриспруденцию», когда на законодательном уровне при декларировании цели пресечения негативных социально-экономических проявлений и преступных посягательств на экономиче­ские интересы государства, вводятся правовые нормы, которые изначально предполагаются неприменимыми или неосуществимыми на практике. Их назначение заключается не в установлении действенного запрета, а в нормативном оформлении пожеланий общественности, направленном на то, чтобы показать, что власть прислушивается к общественному мнению и должным образом на него реагирует. Принятие таких законов лишь создает видимость борьбы с экономической преступностью.
В то же время это явление было бы ошибочно считать политическим «лукавством». Анализ практики принятия и содержания законов, направленных на противодейст­вие коррупции, организованной преступности и теневой экономической деятельности показывает, что сложился и действует определенный механизм, направленный на поддержку и функционирование «конфиденциальной юриспруденции». Часто законопроекты или «застревают», или «выхолащиваются» на президентском уровне, что является отнюдь не капризом главы государства, а результатом пагубного влияния лиц, представляющих интересы правящей политической элиты, деловых и финансовых кругов. Олигархам законы не нужны, они имеют свой свод правил, названный американским профессором права В. Рейсменом деловым или «операционным» кодексом. Указанные деятели предпринимают максимум усилий, чтобы законы, ограничивающие их криминогенную деятельность в сфере экономики, или не были приняты, или не содержали норм, угрожающих их благосостоянию [6, c. 16–23].
Опасность «конфиденциальной юриспруденции» заключается в том, что «операционный» кодекс диктует правила игры, противостоящие праву и закону. В результате право дискредитируется как основной инструмент регулирования жизни государства и общества. В общественном сознании формируется представление о беззащитности граждан и перед преступностью, и перед произволом власти. Существующие сегодня законы, направленные на противодействие экономической преступности, по существу оставляют в неприкосновенности и теневую экономику, и коррупцию, и произвол чиновников, и другие негативные явления.
Проведенный нами опрос юристов, оказывающих правовые услуги коммерческим фирмам (44 респондентов) и предпринимателей (39 респондентов) показал, что подавляющее большинство из них не считает, что действующие законы надежно защищают экономические интересы граждан (97,7%) и являются адекватными сформировавшимся в стране новым экономическим отношениям (98%).
Несмотря на принятие Законов «О борьбе с коррупцией» и «О недопущении легализации доходов, добытых незаконным путем» и др., законодательная база для борьбы с теневой экономикой остается слабой. Со всей убедительностью подтверждают это результаты анализа судебно-следственной практики — несмотря на масштабность теневой деятельности к юридической ответственности за экономические правонарушения привлекаются в основном мелкие предприниматели.
Сами депутаты Госдумы отмечают, что в парламенте имеется определенная часть депутатов, отстаивающих интересы «теневиков», которые и создают трудности прохождения через парламент необходимых для борьбы с экономической и организованной преступностью законопроектов. Такие депутаты, если не сами имеют какое-то отношение к преступной деятельности, то получают материальное вознаграждение за отражение и защиту интересов преступных кланов [6, c. 23].
В процессе исследования проблемы теневой экономической деятельности были проинтервьюированы участники нескольких иерархических корпоративных образований (ИКО), осуществляющих экономическую деятельность, которая, на наш взгляд, имеет определенную криминогенную составляющую.
ИКО можно изобразить в виде пирамиды, на вершине которой находятся, так называемый, «авторитетный» бизнесмен и несколько особо приближенных к нему лиц — «соратников». Они выполняют, как правило, функ­ции его заместителей по каким-то направлениям осуществляемой ими коммерческой и иной деятельности, а также деловые партнеры «авторитетного» бизнесмена — предприниматели крупного бизнеса, с которыми он разрабатывает и реализует экономические и финансовые проекты.
Ниже по рангу располагаются доверенные лица «авторитетного» бизнесмена, сотрудничающие с представителями среднего бизнеса, назовем их кураторами среднего бизнеса. На этих двух уровнях, как правило, инвестируются основные денежные средства, принадлежащие группе, руководимой «авторитетным» бизнесменом.
Рис. 1. Результаты интервью участников ИКО
В основании пирамиды находятся остальные члены группы — кураторы мелкого бизнеса, поддерживающие деловые контакты с мелкими предпринимателями. Через систему фирм мелких предпринимателей, как правило, реализуется продукция, производимая или поставляемая структурами крупного и среднего бизнеса, входящими в систему ИКО.
В круг респондентов вошли «авторитетные» бизнесмены, их «соратники» (кураторы) верхнего и среднего звена ИКО и их деловые партнеры — предприниматели крупного и среднего бизнеса, сформировавшие свой капитал, как правило, в результате теневой экономиче­ской деятельности. Выборка составила по каждой группе респондентов соответственно 37 и 43 человека.
Респонденты — «авторитетные бизнесмены» на вопрос, имеют ли они личные контакты с депутатами регионального и федерального уровня, дали следующие ответы: личный контакт имеют с депутатами регионального уровня — 70%, с депутатами Госдумы — 40%, предприниматели на аналогичный вопрос ответили соответственно 30% и 5% (рис. 1).
На вопрос, обращаются ли они к депутатам с какими-либо просьбами, касающимися их бизнеса, и в свою очередь обращаются ли депутаты к ним с какими-либо просьбами материального характера — все респонденты, обозначившие личный контакт с депутатами, ответили утвердительно. Безусловно, такой личный контакт имеет своей целью, прежде всего, удовлетворение каждой стороной своих интересов, как правило, экономических в соответствии с возможностями другой стороны. Материальная поддержка — лоббирование интересов — материальная благодарность — защита интересов. Такова примерная цепочка «деловых» контактов бизнесменов-«теневиков» и депутатов.
Анализ публикаций в средствах массовой информации и целый ряд разоблачений показывает, что есть все основания полагать, что отдельные законодательные акты принимаются на коррупционной основе для прикрытия «верхушки» бизнесменов-«теневиков».


Литература
1. Корчагин А.Г. Экономическая преступность. — Владивосток, 2001.
2. Сафин С.В. Теневая экономика современной России: сущность, причины, факторы, 2001. — 87 с.
3. Степашин С.В. и др. Экономическая безопасность в России. — СПб., 2001. — 380 с.
4. Тимофеев Л.М. Теневые экономические системы современной России: теория-анализ-модели: Учебник для вузов. — М.: Изд. центр ПГГУ, 2008.
5. Потемкин А. Виртуальная экономика и сюрреалистическое бытие: Россия XXI века. — М.: Экономика, 2000.
6. Босхолов С.С. «Конфиденциальная юриспруденция» и теневая экономика (политологический аспект) // Теневая экономика и организованная преступность: Матер. научно-практ. конф. (9–10 июня 2000 г.). — М., 2000.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия