Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 3 (35), 2010
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РЕГИОНОВ И ОТРАСЛЕВЫХ КОМПЛЕКСОВ
Алушкин Ю. А.
Генеральный директор ООО «Жилищно-строительная компания «ЛТГ» (г. Санкт-Петербург),
соискатель Института проблем региональной экономики РАН


Моногорода в региональной экономике России: основные характеристики и новые условия развития
В статье рассмотрены подходы к определению понятия «моногород», проанализировано влияние градообразующих предприятий на социально-экономическое развитие территории, представлены основные характеристики социально-экономического развития монопромышленного города, дано обоснование необходимости выработки новых механизмов территориального управления в контексте развития моногородов
Ключевые слова: моногород, градообразующее предприятие, механизм территориального управления, региональная политика

Определяющим фактором социально-экономического развития территорий на которых расположены градообразующие предприятия является эффективность их хозяйственной деятельности. Градообразующие предприятия создают преобладающее число рабочих мест для местного населения, являются инициаторами развития и активными потребителями рынков услуг, таких как транспорт, связь, телекоммуникации, энергетика и инженерное обеспечение. В период интенсивного роста экономического потенциала в первом десятилетии третьего тысячелетия успешные градообразующие предприятия стали локомотивами развития местной и региональной экономики.
В успешной хозяйственной деятельности и финансовой стабильности градообразующих предприятий заинтересованы не только их акционеры и работники, но и органы государственной власти субъекта РФ и местного самоуправления. Практика последних лет демонстрирует высокую степень заинтересованности органов власти, но низкую степень их возможного юридического участия в процессах управления деятельностью градообразующих предприятий и их финансовом оздоровлении. Регулятивная функция органов власти в этой сфере реализуется через совместное с градообразующими предприятиями стратегическое планирование и реализацию взаимообусловленного социально-экономического развития территорий, что одновременно является необходимым условием роста основных отраслей отечественной промышленности.
Результаты такого взаимодействия позволяют создавать экономическую основу формирования современного производственно-технологического базиса с учетом главных целей хозяйствования и управления промышленными комплексами, отраслями и территориями.
Любые кризисные явления в экономическом положении предприятия, вне зависимости от того являются ли они следствием нестабильности в определенных сегментах рынка, либо ошибок корпоративного менеджмента, непосредственно негативно отражаются на многих аспектах жизни местного сообщества. Прежде всего, это сокращение налоговых поступлений в бюджеты субъекта РФ и местный бюджет, рост безработицы и социальной напряженности, снижение жизненного уровня местных жителей — работников предприятия, их платежеспособного спроса, сокращение социальных программ, деструктивные изменения социальной и инженерной структуры территорий и т.п. Опосредованно это ведет к снижению объемов производства и нестабильности финансовых возможностей градообразующих предприятий, негативно влияет на смежные сектора услуг в местной экономике.
Мировой финансовый кризис показал неготовность к его проявлениям значительной части градообразующих предприятий. Многие из них, ориентированные на выпуск экспортной продукции, в условиях стремительного падения спроса и цен на важнейших мировых рынках были вынуждены пойти на значительные снижения объемов производства. Особенно это отразилось на таких отраслях как нефтедобыча, производство черных и цветных металлов, строительных материалов, химических удобрений и т.д.
В течение 2009 г. во многих территориальных образованиях сформировался целый ряд негативных тенденций: свертывание инвестиционных программ градообразующих предприятий и программ технической модернизации производства, перевод работников на неполный рабочий день или неполную рабочую неделю, замораживание и сокращение заработной платы, массовые увольнения, банкротство отдельных предприятий, сокращение налоговых поступлений в региональный и местные бюджеты, сворачивание социальных программ.
Органы государственной власти и местного самоуправления вынуждены корректировать свои планы социально-экономического развития и бюджеты в сторону существенного сокращения. Для монопромышленных городов эти негативные процессы протекают особенно болезненно, так как в этих условиях рынок труда менее гибкий, и найти новую работу населению значительно сложнее, чем в крупных городах.
Совершенно очевидно, что проблематика роли градообразующих предприятий в социально-экономическом развитии территориальных образований изучена недостаточно и требует всестороннего научного анализа.
В 2008–2009 гг. произошло временное «свертывание» очевидных положительных тенденций в социально-экономическом развитии государства, основанных как на внешних, так и внутренних ресурсах роста. В этих условиях недостаточное внимание власти и бизнеса к моногородам не могло не остаться без последствий. При этом следует учитывать то, что конец 1990-х и начало 2000-х гг. стал переходным периодом для монопрофильных населенных пунктов, окончание которого означало фактическую передачу социальной сферы в зону корпоративной ответственности. В 2000–2005 гг. значительная часть градообразующих предприятий моногородов была вертикально интегрирована в крупные хозяйствующие субъекты, имеющие, как минимум, общероссийский масштаб и получила возможность пользоваться благоприятной мировой и национальной конъюнктурой. Сказанное относится к редким успешным «союзам» между моногородами и градообразующими предприятиями. Пример Пикалево показал, что при отсутствии системного стратегического управления преобладают отрицательные процессы эволюции моногородов и градообразующих предприятий. Изменения в политической и экономической системе государства не были адекватно восприняты на уровне собственников и менеджеров градообразующих предприятий и руководителей органов местного самоуправления. Социальные изменения, прошедшие в последние 20 лет, привели к демонтажу социалистического государственного проекта, одним из негативных последствий этого стал кризис моногородов — городов с одним градообразующим предприятием.
Кризис в Пикалево стал индикатором того, что в настоящих условиях управление взаимодействием градообразующего предприятия и муниципального образования в контексте задач комплексного социально-экономического развития представляется важной и одновременно крайне сложной задачей региональной политики т.к. ее осуществление проходит в условиях кризиса.
Ситуация сложившаяся в 2009 г. в г. Пикалево Ленинградской области была бы просто невозможна в 1979 г. Если бы министерство ошиблось в организации хозяйственной деятельности (а такие случаи в моногородах, конечно же, бывали), партийная организация города мгновенно довела бы информацию до заведующего отделом промышленности Ленинградского областного комитета КПСС, который передал бы информацию (и ответственность) в соответствующий отдел ЦК КПСС. Председатель Ленинградской областной плановой комиссии — Заместитель Председателя Леноблисполкома получив информацию из своего подчиненного района, довел бы проблему до сведения кураторов из Госплана РСФСР.
Системный анализ явления несогласованности интересов и действий градообразующего предприятия и муниципального образования, поиск путей развития поселения и предприятия предполагает использование подхода, основанного на оценке всего комплекса отношений поселения и предприятия, его можно назвать комплексным или универсальным.
Рассматривая вопросы терминологического определения понятия «моногород» следует отметить, что в современной российской литературе не существует многообразия определений данного феномена. Определяя понятие «моногород» исследователи, как правило, начинают с признаков градообразующих предприятий, а затем указывают на то, что «моногород» это и есть муниципальное образование, на территории которого находится одно или несколько градообразующих предприятий. С этой точки зрения градообразующие предприятия: «формируют значительную долю доходной части местного бюджета; определяют состояние местного рынка труда, обеспечивая социальную стабильность на территории; являются владельцами жизненно важных для местного сообщества предприятий социальной сферы, не переданных в ведение муниципального управления» [1]. Таким образом, мы видим, что рассмотрение данных понятий по отдельности — без взаимосвязи и взаимоучета — просто некорректно.
Следует выделить основные характеристики социально-экономического развития монопромышленного города (рис. 1).
Рис. 1. Основные характеристики социально-экономического развития моногорода
Следующий принципиальный вопрос — это оценка роли моногородов в географии населения и экономике России.
В 1999 г. Министерством труда и социального развития и Министерством экономики Российской Федерации опубликован «Перечень монопрофильных городов и других населенных пунктов с критической ситуацией в сфере занятости». В этот перечень было включено 330 поселений [2]. По другим источникам, более 55% малых городов (353) следует признать кризисными. Количество кризисных городов, по-видимому, только увеличилось после недавних изменений в налоговом законодательстве. На территории России в настоящее время из 1100 городов на монопрофильные приходится не менее 500, а из 1900 поселков городского типа 2/3 представлены узкоспециализированными поселениями. В целом, в монопрофильных поселениях проживает порядка 15–16 млн чел. В 1999 г. Экспертный институт провел исследование по гранту японского правительства. По данным института, на сегодняшний момент моногородами можно назвать 332 поселка городского типа и 467 городов. В них проживают порядка 25% всего городского населения страны. Существует и другая статистика: «Монопрофильные населенные пункты расположены практически повсеместно: в Европейской и Восточной частях России, на севере и на юге, вблизи крупных городов и в удаленных районах. 460 населенных пункта концентрируют 25% населения» [3]. В интервью, данном уже в 2009 г., министр регионального развития России В. Басаргин озвучил следующие цифры: «Моногорода — это 14% всех городов страны, в которых живет 11 млн чел. (7,7% населения России)» [4].
Рассмотрим далее более подробно существующие экспертные и правовые подходы к определению моногородов и градообразующих предприятий.
Постановление Правительства Российской Федерации от 29 августа 1994 г. № 1001 определяет градообразующее предприятие как предприятие, на котором занято не менее 30% от общего числа работающих на предприятиях города, либо имеющее на своем балансе объекты социально-коммунальной сферы и инженерной инфраструктуры, обслуживающие не менее 30% проживающих в населенном пункте. В то же время, в Федеральном законе от 8 января 1998 г. № 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» зафиксировано, что градообразующими признаются предприятия, численность работников которых с учетом членов их семей составляет не менее 50% численности населения соответствующего населенного пункта.
Указанное расхождение в понятиях «градообразующее предприятие» вызвано отсутствием единства методологических подходов в определении критериев отнесения населенного пункта к моногороду.
В классической региональной экономике советского периода объектом территориального управления должен был быть народнохозяйственный комплекс региона в целом, и в особенности те его звенья, которые являются общей основой и создают условия эффективного функционирования всех предприятий и организаций региона, а также производственно-хозяйственные организации, обеспечивающие выпуск продукции и оказание услуг в основном внутрирегионального потребления. На практике в условиях экономического роста в 90-е гг. прошлого века «...пространство приватизируется вместе с институциональной инфраструктурой. Регионы превращаются в квазикорпорации и поступают «на дотацию» к крупным компаниям. Крупные негосударственные образования строятся как негосударственные регионы, их конструирование соответствует сборке компонентов суверенизирующихся регионов. Огромный регион «куплен» посредством приватизации РАО «Норильский Никель» [5]. Сегодня в условиях кризиса очевидно обратное. Крупный бизнес «принявший на баланс» градообразующие предприятия вместе с социальной сферой и не организовавший эффективную реструктуризацию с взаимной формализацией обязательств муниципалитета и предприятия попадает в тяжелейшие условия. Закономерно и то, что муниципалитеты никакой выгоды от «кризисной реструктуризации» не получают. Очевидно, что у государства, самостоятельно, без помощи бизнеса, в ближайшие годы просто не останется возможностей для управления территорией. При этом надо учитывать то, что «...значительная часть обязательств крупных компаний перед муниципалитетами до сих пор существовала только в виде неформальных обязательств» [6].
Таким образом, речь идет даже не о коренной перестройке, но о строительстве новых механизмов регионального развития, которые должны охватывать все звенья и уровни взаимодействия между предприятием и территорией. И здесь исключительно важно иметь глубоко обоснованную концепцию реформы территориального управления. В системе управления экономикой закрепляется определенный тип общественных отношений, основными из которых являются отношения собственности. Экономическая реализация территориальных форм отношений собственности требует создания адекватного механизма территориального управления. В развитии региона взаимодействуют интересы экономического центра, других регионов, предприятий, других звеньев экономики.
Сегодня происходит утрата специфических социальных и экономических интересов для регионов как субъектов Федерации. Именно территориальное управление должно стать механизмом реализации этих интересов. Таким образом, можно сказать, что необходимость и возможность выделения региональной политики (как особого вида управления) базируется на объективных законах развития общественного производства и самой системы управления экономикой. В практике хозяйствования выделились специфические сферы, эффективное управление которыми возможно только по территориальной линии. Региональная политика становится специфическим механизмом реализации объективных законов общественного развития, отношений собственности и общественных интересов. Но сама региональная политика на уровне поселения должна обладать выраженной спецификой, связанной с проблемами градообразующих предприятий.


Литература
1. Развитие депрессивных муниципальных образований: стратегический выбор и механизм реализации / Под ред. В.Е. Рохчина, 2001. — С.18.
2. Письмо Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 30 сентября 1999 года № 6489. (цит. по Лапин В.Стратегия развития наукоградов // Муниципальная власть. — 2002 — 09 дек.. C. 87).
3. Анализ социально-экономических проблем моногородов в контексте мирового финансово-экономического кризиса, влияющего на состояние градообразующих корпораций / Институт региональной политики. — М., 2008. — С.1
4. Чкаников М. Города-заводы на закате. Виктор Басаргин: В моногородах не обойтись без создания непрофильных рабочих мест // Российская газета. Центральный выпуск. — 2009. — №4936 (112) (23 июня).
5. Каганский В.Л. Шесть проблем «Норильского Никеля» // Экспресс-хроника. — 1997. — № 37.
6. Анализ социально-экономических проблем моногородов в контексте мирового финансово-экономического кризиса, влияющего на состояние градообразующих корпораций / Институт региональной политики. — М., 2008. — С.53.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия