Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 2 (38), 2011
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РЕГИОНОВ И ОТРАСЛЕВЫХ КОМПЛЕКСОВ
Трусова К. Е.
соискатель Международного института финансов, управления и бизнеса Тюменского государственного университета

Формирование системы показателей для управления развитием муниципального образования в посткризисный период
В статье обоснована необходимость внедрения методологии устойчивого развития и ее адаптации к условиям посткризисного развития региональной экономики. Проанализированы существующие концепции устойчивого развития и представлена схема разработки и внедрения системы индикаторов устойчивого развития применительно к муниципальному образованию
Ключевые слова: финансово-экономический кризис, методология устойчивого развития, моногород, социальная напряженность, система индикаторов устойчивого развития, точка роста

Проблема выхода субъектов РФ на траекторию устойчивого развития в посткризисный период приобретает особую актуальность [7, 8, 11, 17 и др.]. Докризисные механизмы и подходы к решению проблем управления социально-экономическим развитием территорий оказались непригодными к использованию ввиду изменения экономической ситуации. В условиях новых экономических вызовов и угроз возрастает мера ответственности в принятии управленческих решений. Финансовые траты в условиях дефицита бюджета и неэффективности экономики должны быть более обоснованными и осуществляться объективно с позиции перспективы развития территории, ликвидации технологического отставания в важнейших, в том числе социально-значимых, отраслях экономики. Экономическая оценка возможности применения существующих теорий регионального роста [10] требует переосмысления роли государства в современной экономике [12, 13]. Социальная направленность, повышение занятости и уровня жизни населения должны стать обязательным условием программных решений. Теория устойчивого развития системно подходит к рассмотрению острейших проблем, связанных с обеспечением стабильного, пропорционального и сбалансированного развития [8, 18]. В середине 90-х гг. указом Президента РФ, при разработке планов социально-экономического, было рекомендовано применение методологии устойчивого развития (МУР) [22]. Однако значительные диспропорции в социально-экономическом положении регионов (слабая разработанность регионального аспекта теории устойчивого развития), затянувшийся период трансформации экономики, отсутствие четкого механизма реализации методологии и др., не позволили реализовать ее на практике. В последующий длительный период (с начала века) функционирования экономики в условиях профицита бюджета, МУР не использовалась в силу, на наш взгляд, субъективных причин, что усугубило диспропорциональность развития российских регионов. В посткризисный период системное внедрение МУР является более затруднительным: из-за ограниченности совокупных ресурсов (прежде всего финансовых); необходимости адаптации к новым кризисным условиям развития российских регионов и, в частности, моногородов. Финансово-экономический кризис в наибольшей степени отразился на социально-экономическом положении именно моноспециализированных городских структур. Они обладают ограниченным выбором вариантов перераспределения ресурсов между сферами деятельности, но им принадлежит ключевая роль в решении проблем экономического, социального и природного дисбаланса на основе принципов устойчивого развития [16, 23]. При смене приоритетов общественного развития наличие глубоких внутренних структурных дисбалансов становится причиной резкого ухудшения социально-экономического положения моногородов. Доведенный до некоторого абсолюта подобный монофункционализм ведет к изоляции моноспециализированных городов от региональных подсистем, тем самым, блокируя возможность формирования полноценных региональных сетей городов, обеспечивающих их взаимодополняемость и взаимодействие. В результате, успешное преодоление моноспециализированными городами объективно возникающих в переходный период проблем генерирования новой миссии и ресурсов развития из локальной задачи территориального планирования превращается в глобальную задачу обеспечения устойчивого развития национальной экономики. Это требует разработки концептуально новых подходов как к общеметодологическим вопросам анализа экономики моноспециализированного поселения, так и к обоснованию закономерностей функционирования городов с различной отраслевой специализацией. В связи с этим необходимо, с целью повышения эффективности принятия управленческих решений в условиях ограниченности ресурсов перейти к «усеченной» системе показателей, позволяющей обеспечить устойчивое развитие территории.
Необходимость в разработке индикаторов устойчивого развития была отмечена в «Повестке Дня на XXI век», принятой на Конференции ООН по окружающей среде и развитию в г. Рио-де-Жанейро в 1992 г. Определить надлежащий объем показателей устойчивого развития чрезвычайно сложно. Мониторинг заниженного числа показателей чреват опасностью выхода из-под контроля жизненно важных направлений развития. При необходимости наблюдения за большим числом показателей сбор и анализ данных могут стать неоправданно дорогостоящими и трудоемкими. В связи с этим, оптимальная систематизация показателей устойчивого развития может быть произведена согласно общепризнанной методике подсистемного разграничения Х. Босселя [1]. В соответствии с ней территория (регион, город) может быть представлена в виде совокупности подсистем, выступающих основными частями антропосферы, т.е. сферы, испытывающей на себе воздействие человеческого общества. С другой стороны на общество воздействуют системы факторов и институтов:
— Индивидуальное развитие (гражданские свободы и права человека, социальная справедливость, индивидуальная независимость и право на самоопределение, здоровье, право на труд, социальная интеграция и участие в социальной жизни, роль, определяемая половой и социальной принадлежностью, уровень материального благополучия, квалификация, специализация, образование в зрелом возрасте, перспектива планирования семьи, отдых и досуг, творчество и т.д.);
— Социальная система (динамика населения, этнический состав, распределение доходов и классовая структура, социальные группы и организации, социальное обеспечение, здравоохранение, льготы по старости и др.);
— Политическое управление (правительство и администрация, государственные средства и налоговая политика, участие в политической жизни общества и уровень демократии, разрешение конфликтов (национальных, международных), политика в области прав человека, демографическая и иммиграционная политика, правовая система, контроль за уровнем преступности, политика международного сотрудничества, политика в области развития технологий и др.);
— Инфраструктура (город и деревня, транспорт и размещение промышленных объектов, система снабжения электроэнергией, водой, продовольствием, промышленными товарами, услугами, удаление отходов, услуги в области здравоохранения, связь и средства массовой информации, материальная база в области образования и профессионально-технического обучения, наука (общенаучные исследования и исследования в области развития);
— Экономическая система (производство и потребление, платежные средства, предпринимательство и торговля, труд и найм, доход, рынок, межрегиональная торговля);
— Ресурсы и окружающая среда (природная среда, атмосфера и гидросфера, природные ресурсы, экосистемы, биологические виды, истощение невозобновляемых ресурсов, регенерация возобновляемых ресурсов, поглощение отходов, переработка материалов, загрязнение окружающей среды, экологическая деградация, ассимилирующая способность окружающей среды).
Нами был проведен экспертный анализ качественного и количественного содержания общепризнанных мировым сообществом международных и отечественных концепций устойчивого развития:
1) Показателей устойчивого развития ООН, 2000 г. (134 показателя, 4 группы показателей) [20];
2) Показателей устойчивого развития КУР-3, 2006 г. (50 показателей разбиты на 15 тем, 48 подтем) [21];
3) Индикаторов социального развития ОЭСР (2001, 2003, 2005, 2006, 2009 гг.) (около 30 индикаторов разбиты на 8 групп по социально значимым сферам) [6];
4) Индикаторов мирового развития Всемирного банка (для РФ с 2000 г.) (42 индикатора разбиты на 6 тем, 19 подтем) [14];
5) Показателей мониторинга процессов в экономической и социальной сфере монопрофильных населенных пунктов РФ, разработанные Минрегионразвития, 2009г. [19].
Применение метода экспертного опроса для формирования оптимальной системы индикаторов устойчивого развития моногорода является вполне правомерным, поскольку нормативно-правовой базой РФ закреплено право за муниципальными образованиями при выборе критерия территориальной устойчивости, использовать любой более или менее значимый для данного муниципального сообщества показатель, выявленный экспертным путем.
В качестве экспертов привлекались: высококвалифицированные сотрудники высших учебных заведений Тюменской области, Института проблем освоения Севера, специалисты Управления экономики и инвестиционной политики Администрации города Новый Уренгой, отдела социально-экономического развития Управления экономики и инвестиционной политики Администрации города Новый Уренгой, заместитель Главы города, депутаты Городской Думы муниципального образования город Новый Уренгой, руководители и сотрудники подразделений ООО «Газпром добыча Уренгой». Это позволило, с учетом региональных программ по развитию муниципальных образований [15], разработать, с целью повышения эффективности использования ограниченных ресурсов территории, систему индикаторов для управления развитием моногорода. Проведя агрегирование шести секторных систем, предложенный Х. Босселем, до трех подсистем, мы ограничили число показателей до уровня управляемости, что позволит осуществлять эмерджентное их взаимодействие (рис.1):
Рис. 1. Модернизация взаимосвязи основных подсистем антропосферы [1]
В результате нам удалось перейти от, порядка 240 показателей, предложенных Босселем, к 10 значимым факторам, напрямую увязанным с методологией устойчивого развития. Выбор каждого индикатора осуществляется на основе результатов экспертного опроса, с учетом проведенного нами SWOT-анализа социально-экономического развития муниципального образования. Поскольку эффективность национальной безопасности зависит не столько от объема накопленного военного потенциала, сколько от того, как своевременно разрешаются социально-экономические, политико-правовые и другие противоречия, затрагивающие жизненно важные интересы и потребности личности, общества и государства, в этих условиях с особой остротой встает проблема обеспечения системы национальной безопасности социального сообщества. Поэтому фильтром отбора показателей устойчивого развития явилась степень их влияния на уровень социальной напряженности на проблемной территории.
Количественной мерой выхода территории на траекторию устойчивого развития являются международные нормы и стандарты к выявленным нами индикаторам, исходя из их прямой увязки с МУР (рис.2), где в предлагаемой методологии:
Lэ — совокупный интервал устойчивости (коридор устойчивости) для системы индикаторов устойчивого развития;
Lф. — фактические значения индикаторов муниципального образования (МО).
Показатели, формирующие систему индикаторов устойчивого развития МО обеспечивают эффективное управление и контроль над всеми жизненно важными направлениями регионального развития, а также, в области выявленных подсистем, являются критериями уровня социальной напряженности на территории. Практическая реализация разработанной системы показателей осуществляется методами динамического программирования на среднесрочную перспективу (3-х летнюю) с обязательным соблюдением процедур верификации прогноза и осуществления контроля исполнения бюджета. Это позволит через ликвидацию выявленных узких мест и реализацию перспективных точек роста обеспечить устойчивый социально-экономический рост региона в посткризисный период.


Литература
1. Bossel H. Earth at a crossroads: Paths to a sustainable future.(Cambridge: Cambridge University Press, 1998) [German: Globale Wege — Wege zu einem gesellschaftlichen und okologischen Strukturwandel. Droemer-Knaur, Munich, 1998.
2. Giesch H. Aspects of Growth Structural Change and Employment — A. Schumpeterian Perspective // Weltwirtschinafitiches Archiv. — 1979, Band 115. Hen. 4
3. Fredann J. Urbaniezention Planing and Naitional Development. — Beverly Hills, London, 1973.
4. Perroux F. Multinational Investments and the Analysis of Development and ration Poles // Economies et societies. — 1973. — №56. — P. 838.
5. Richardson H.W. Regional Growth Theory. — London, 1973.
6. Society at a Glance 2009 — OECD Social Indicators [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.oecd.org/document/24/0,3343,en_2649_34637_2671576_1_1_1_1,00.html#data
7. Агранович М.Л. Российское образование в контексте международных индикаторов, 2009. Аналитический доклад / М.Л. Агранович, Г.С. Ковалева, К.Н. Поливанова, А.В. Фатеева. — М.: ИФ «Сентябрь», 2009.
8. Бобылев С.Н. Индикаторы устойчивого развития: региональное измерение: пособие по региональной экологической политике. — М.: Акрополь, ЦЭПР, 2007. www.ecologyandculture.ru/upload/File/Bobylev_1.pdf
9. Всемирная организация здравоохранения. [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.who.int/ru/
10. Гаджиев Ю.А. Неоклассические и кумулятивные теории регионального экономического роста и развития. // Вестник Научно-исследовательского центра корпоративного права, управления и венчурного инвестирования Сыктывкарского гос. ун-та. — 2008. — №1. [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://koet.syktsu.ru/vestnik/2008/20081/1/1.htm
11. Кузнецова О.В. Экономическое развитие регионов: теоретические и практические аспекты государственного регулирования. — М.:Эдиториал УРСС, 2002.
12. Рубинштейн А. Я. Экономика общественных преференций. Структура и эволюция социального интереса. — СПб.: Алетейя, 2008.
13. Гринберг Р. Экономическая социодинамика / Р. Гринберг, А. Рубинштейн. — М.: Изд-во «ИЭСПРЕСС», 2000.
14. Индикаторы мирового развития Всемирного Банка. [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.fao.org/library/library-home/world-bank/ru/
15. Комплексная программа социально-экономического развития муниципального образования город Новый Уренгой до 2010 года [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.newurengoy.ru/program_socio-economic_development
16. Любовный В.Я. Монопрофильные города в условиях кризиса: состояние, проблемы, возможности реабилитации. — М.: ЗАО «Дортранспечать», 2009.
17. Национальная оценка прогресса при переходе Российской Федерации к устойчивому развитию, 2002: доклад [Электронный ресурс]. — Режим доступа: www.rus-stat.ru/stat/6902003-1.pdf
18. Наше общее будущее: Доклад Международной комиссии по окружающей среде и развитию (МКОСР): пер. с англ. / Под ред. С.А. Евтеева и Р.А. Перелета — М..:Прогресс, 1989.
19. Официальный сайт Министерства регионального развития РФ [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.minregion.ru
20. Показатели устойчивого развития: структура и методология: пер. с англ. / Под ред. В.Р. Цибульского. — Тюмень: Изд-во ИПОС СО РАН, 2000.
21. Показатели устойчивого развития КУР-3, Руководящие принципы и методология. Организация Объединенных Наций. Нью-Йорк, Октябрь 2007.
22. Указ Президента РФ от 1.04.1996 № 440 «О концепции перехода РФ к устойчивому развитию» // Российская газета. — 1996. — № 67. — 9 апр.
23. Хартия городов Европы за устойчивое развитие (Аалаборгская хартия). Принята Европейской конференцией по устойчивому развитию больших и малых городов, Аалаборг, 1994. — [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.sustainable-cities.eu/upload/pdf_files/ac_russian.pdf

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия