Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 1 (41), 2012
ВОПРОСЫ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ. МАКРОЭКОНОМИКА
Сопин В. С.
доцент кафедры экономической теории и социальной политики экономического факультета Санкт-Петербургского государственного университета,
кандидат экономических наук

Смагаринский Ю. А.
директор по маркетингу Северо-Западного региона ОАО «Вымпелком»,
соискатель кафедры экономической теории и социальной политики экономического факультета Санкт-Петербургского государственного университета


Причины повышения корпоративной социальной ответственности как института современной экономики
В статье раскрываются причины, побуждающие корпорации менять общепринятые принципы поведения. Дается анализ основных рисков, влияющих на деятельность современных корпораций. Доказывается необходимость повышения корпоративной социальной ответственности для успешного ведения бизнеса в современных условиях
Ключевые слова: общемировые проблемы, глобальные риски, глобальная корпорация, корпоративное управление, корпоративная социальная ответственность
УДК 65.0; ББК 650.290.2   Стр: 74 - 77

На рубеже XX–XXI вв. главными особенностями становления новой экономической модели назывались процесс глобализации и информационные технологии. Однако за последнее десятилетие человечество не только не приблизилось к пониманию особенностей нового миропорядка, а, по сути, продемонстрировало бессилие перед лицом новых глобальных угроз. Мир стал слишком велик и сложен, чтобы до конца можно было понять его структуру и принимать верные, рациональные решения. В результате многие люди стали чувствовать себя так, словно живут в мире, который они перестали понимать. Сложность среды в сочетании с изменениями, происходящими в ней, по сути, зовут нас в новый мир, где отсутствуют привычные ориентиры, где действуют новые законы.
В последнее десятилетие подавляющее большинство всех научных работ акцентирует внимание на усилении глобальных противоречий человеческой цивилизации. Тезис о том, что мир уже никогда не будет таким как прежде и стоит на пороге еще более глубокой трансформации, по сути, является фундаментом дискуссий во всех сферах знаний.
Возрастание угрозы самому существованию человечества продемонстрировало в первую очередь слабость и несовершенство институтов в самых развитых странах мира. Терроризм, радикальный ислам, эпидемии, финансовые потрясения и изменения климата — все эти явления, как полагают эксперты, произойдут с высокой долей вероятности и будут иметь серьезные последствия. Влияние этих рисков будет чрезвычайно велико, а в случае климатических изменений — еще и необратимо. И, прежде всего, это затрагивает социально-экономическую сферу, деятельность корпораций и призывает к переосмыслению роли мирового бизнеса.
Нередко глобализацию отождествляют с появлением обширного круга общемировых проблем. Представляется, что глобализацию следует рассматривать как двуединый процесс. С одной стороны, это объективный процесс, присущий мировым экономическим изменениям, т.е. глобализация мировой экономики включает свободное, не сдерживаемое никакими национальными границами перемещение товаров, услуг, факторов производства, информации. С другой — это проявление и трансформация основных экономических институтов — глобальных компаний.
Параллельно с возрастанием глобальных угроз происходит усиление роли корпораций в мире. В условиях глобализации основными субъектами хозяйственных отношений становятся уже не государства, а глобальные корпорации. Среди 100 крупнейших хозяйствующих субъектов более половины являются корпорациями (в соответствии с сопоставлением с объемом продаж крупнейших корпораций и размерами ВВП государств). Как сказал бывший вице-президент США и лауреат Нобелевской премии мира Альберт Гор: «Наше время — время корпораций. Корпорация как институт играет в современном мире такую же определяющую роль как институт церкви в Средние века». Весьма характерна на этот счет точка зрения одного из руководителей «Дженерал электрик» Уилсона, согласно которой современная крупная корпорация есть не что иное как «микрокосм общества», т.е. элемент, призванный выражать общественные ценности. Современная корпорация — это непросто экономический субъект с конкретным материальным продуктом и планированием товарного успеха. Корпорация создает образцы будущего, предлагает план по обустройству определенной социальной ниши и борется за осуществление этого будущего. Глобализация ведет к тому, что темпы международного объединения бизнес-структур возрастают из года в год, хотя и не очень стабильно. В перспективе скорость интеграции, равно как и ее масштабы, будут только расти, и это приведет к еще большему усилению позиций глобальных корпораций. На мировой арене могут возникнуть поистине глобальные гиганты с капитализацией, превышающей 1 трлн долл.
Таким образом, по завершении первого десятилетия XXI в. наиболее важны и отчетливо различимы, помимо прочих, две взаимосвязанные тенденции.
Первая — нарастание важности общих мировых проблем, усложнение и рост многообразия социальных, экономических и политических отношений, усиление неоднородности, многослойности и даже пестроты окружающей действительности, взаимовлияние различных рисков, растущая угроза глобальных катастроф. Эта тенденция во многом вызвана и резко усиливающимся эффектом смещения разнородных составляющих общего мирового пространства и понимания необходимости сотрудничества в интересах их решения. Это ведет к появлению по внешнем контуру взаимодействия стран и народов единых правил, стандартов и практик, подчиненных логике сотрудничества в интересах стабильного развития всей планетарной системы.
Вторая — усиливающаяся экономическая мощь современных глобальных корпораций, их участие в национальной экономике в качестве независимого от национальных государств субъекта. Этому способствует и либерализация условий экономической деятельности глобальных корпораций во многих странах. Всего несколько десятилетий назад национальное производство было нормой, а международное исключением. Сегодня ТНК юридически имеют национальную принадлежность, фактически же их деятельность распространяется по всему миру. По сути, карта современного мира — это в большей степени карта ТНК, чем традиционная политическая карта мира, представленная государствами. ТНК в настоящее время превратились в главные движущие силы процесса глобализации экономики, потеснившие в некоторых регионах мира национальные государства и деформировавшие социально-экономические системы этих стран. Правительства суверенных государств начинают играть роль марионеток, управляемых сверхмощными корпорациями.
Усиливающаяся мощь корпораций с одной стороны и бессилие существующих институтов справиться с глобальными рисками — фактически, являются главными особенностями современной эпохи.
В свою очередь крупный бизнес, в силу своих возможностей, способен обладать как созидательными, так и деструктивными возможностями. Крупные корпорации, в существенной мере определяющие развитие мирового хозяйства в целом, сами пребывают в центре названных выше процессов и генерируют их нарастание. Будучи двигателями глобализации, ТНК в отдельных случаях способствуют возникновению и углублению сильнейших межнациональных и даже межрегиональных конфликтов. Д. Кортен в книге «Когда корпорации правят миром» рисует получеловеческий уровень жизни тех стран, которые уже попали под власть ТНК. Кроме того, деятельность глобальных корпораций серьезно ухудшает экологическую ситуацию на планете. Наконец, многие из них стремятся отстаивать собственные экономические интересы в ущерб обществу в целом. Реализуется подобная политика, как правило, при помощи политических инструментов.
К тому же начало XXI в. стало периодом серьезного обострения проблем корпоративного управления. Осмысление кризиса 1920-х гг. и последовавшей за этим великой депрессии позволило американскому бизнесу выработать определенную систему мер, которая включает в себя как формальные, закрепленные законами, так и неформальные морально-этические меры. Эта система в целом была достаточно успешна и позволила американскому бизнесу развиваться без особых спадов вплоть до конца XX в. Принципы, заложенные в ней, сделали корпоративное управление в США образцом, моделью для подражания, которую стремились копировать новые промышленные страны.
Однако, череда крупномасштабных скандалов в начале XXI в., потрясшая самые влиятельные корпорации в различных отраслях экономики, заставили критически взглянуть на положение дел в корпоративном управлении, на многие, казалось бы, незыблемые правила и процедуры бизнеса, на состояние корпоративной морали и этики. Толчком, запустившим цепную реакцию кризиса, было объявление 2 декабря 2001 г. банкротства крупнейшей энергетической компании США — Энрон. Это банкротство вызвало настоящий шок на биржах США своими масштабами (крупнейшее за всю историю корпоративной Америки). В течение всех 1990-х гг. Энрон считалась «компанией будущего», использующей новейшие принципы организации и управления, активно осуществляющей нововведения, как в технической, так и социально-экономической областях. Скандал с Энрон показал, что наличие писаных кодексов морально-этического ведения бизнеса не защищает от серьезных сбоев. В ходе этого скандала и последовавших за ним событий вскрылось, что большинство ведущих корпораций США в той или иной степени добивались наибольшего успеха в изобретении финансовых схем, вводящих в заблуждение как акционеров и потенциальных инвесторов, так и государственные контролирующие органы.
Произошедшее с Энрон высветило серьезные недостатки в системе корпоративного управления в целом (и не только в США). После Энрон многие компании с мировыми именами начали существенно корректировать опубликованные данные за ряд прошлых лет. Этот и последующие более слабые корпоративные кризисы рассматривают в США как самое сильное потрясение устоев системы корпоративного управления.
После скандала с Энрон регулирующие органы подчеркивали, что «директора компаний, добиваясь в качестве основной цели успеха компании в коллективных интересах акционеров, должны также признавать необходимость развития взаимоотношений со служащими, клиентами и поставщиками, настоятельную потребность поддержания деловой репутации компании и взвешенного отношения к влиянию компании на общество и бизнес-среду». Главным стало устранение фундаментальных причин, сделавших такие массовые нарушения возможными.
Компании оказались перед необходимостью долгих и трудных размышлений о том, как их воспринимают за пределами внутреннего рынка и в какой степени они могут считаться позитивными символами глобального капитализма.
Сдвиги в общественном мнении и увеличение возможностей внешних заинтересованных сторон влиять на это мнение стимулировали возникновение новых важных проблем, новых границ приемлемого поведения и связанных с этим ожиданий. Общество решило, что теперь новые проблемы бизнеса касаются и его, тогда как раньше этого не было. Проблемы стали приоритетными для компаний, потому что они значимы для более широкого круга заинтересованных сторон, имеющего в настоящее время гораздо больше возможностей влиять на успех организации. Каждая из групп использует влияние более действенно, чем когда-либо раньше.
Проблемы, которые прежде относились к сфере ответственности исключительно государства, — все это новые для компаний проблемы, чреватые новыми рисками. Решение проблемы понимания и предупреждение рисков состоит в том, чтобы уяснить себе мнение, восприятие и учесть их точку зрения при определении корпоративного поведения.
Компании всегда подвергались рискам, связанным с неправильным пониманием ожиданий заинтересованных сторон. Всегда существовала коммерческая практика, представляющаяся недопустимой. Компания могла неправильно истолковать действующие нужды своих клиентов, нарушить установленные официальные правила игры или недооценить значение определенных проблем, важных для ее акционеров. С этой точки зрения компании всегда подвергались стратегическим рискам, возникавшим в результате недопонимания некоторых влиятельных групп общества.
Однако одновременное нарастание общемировых проблем создало беспрецедентные вызовы бизнесу, действующему на глобальных рынках. Сегодня риск неудачи в бизнесе возникает из-за множеств разных факторов: террористической атаки на крупный финансовый центр, эпидемии птичьего гриппа, кризиса в стране-производителя нефти, масштабной антиглобалистской забастовки, которая может заблокировать экспорт (или импорт) товаров крупных ТНК, проблем в работе отдельного поставщика, чреватых сбоем во всей цепи поставок. Любой из этих факторов или все они в бесчисленных своих сочетаниях могут привести к краху компании. Основные опасности нашей беспокойной эпохи, с которыми сталкиваются компании: растущая сложность и ускоряющиеся изменения — определяющие элементы среды, где мы все (индивиды, компании и правительства) вынуждены работать. Если еще 10–20 лет назад риски, связанные с гражданскими волнениями, терроризмом или пандемией, акции протеста против свободной торговли, оказывали незначительное воздействие на бизнес, то сейчас ситуация изменилась. Бизнес в XXI веке подвержен множеству системных по своей природе и глобальных по масштабу рисков. В современном мире внешние риски (риски, возникающие за пределами рыночной среды, в которой действует компания, и находящиеся вне ее контроля) влияют на бизнес так сильно, как никогда ранее. Сферы деятельности, где действительность, восприятие и ожидания не совпадают, могут создать в будущем существенные репутационные проблемы. Приоритеты при выборе тех или иных действий могут быть установлены с использованием методов управления риском.
Работая с такими рисками, компании должны развивать исключительные свойства устойчивости. По сути дела, устойчивость компании связана с ее способностью восстанавливаться после потрясений, оправляться от последствий катастрофических событий. Устойчивость предполагает умение восстанавливаться после потрясений таким образом, чтобы избежать этих потрясений в будущем или перенести их без лишних потерь. Она также означает способность реорганизовать ресурсы и принять необходимые меры по обеспечению непрерывности работы и дальнейшего развития после появления угрозы. Устойчивости также можно добиться, научившись предвидеть проблему и заранее подготовившись к ее решению. Устойчивость предпринимательской структуры к кризисам — способность предпринимательской структуры своевременно реагировать на негативное изменение внутренних параметров в сторону их улучшения, и внешних условий — выработкой оперативных мер по его нейтрализации. Организации считаются устойчивыми, если определенное время способны существовать в узнаваемом варианте. Устойчивое развитие можно определить термином «способность к выживанию».
Ни одна корпорация не в состоянии игнорировать факт наличия общемировых проблем, необходимости так или иначе соотносить свою деятельность с потребностями в их решении и вступать в связи с этим в отношения с другими субъектами мировой экономики. В мире, где царит неопределенность, умение предугадывать и учитывать влияние самых различных факторов — необходимое условие успеха и даже выживания. Тот, кто раньше своих конкурентов сумеет предвидеть возможные последствия событий мирового масштаба, обеспечит себе преимущество и извлечет из этого существенную выгоду. Как показывают результаты исследований, все успешные лидеры отличались способностью точно определять степень влияния таких факторов, как технологические изменения, глобализация, государственное регулирование и общественные настроения. Умение понимать ситуацию и извлекать выгоду из осознания масштабных тенденций, определяющих в данный период времени ситуацию на рынках, является главной характерной чертой ведущих деятелей бизнеса. Компания, которая слушает и слышит эти голоса и реагирует на них быстро и позитивно, сможет, вероятно, избежать крупных проблем. Компания, которая имеет репутацию живо откликающейся на изменения обстановки и для которой характерно ответственное поведение, почти наверняка преуспеет. Реакция компании на риски, грозящие нарушить баланс своей деятельности, анализируются в рамках корпоративной социальной ответственности (КСО).
Несмотря на то, что одним из первых этапов развития социальной ответственности стало подписание Всемирной декларации прав человека в 1948 г., концепция КСО получила развитие в результате процессов глобализации. Множество движущих сил как-то: географические, экономические, демографические — управляют этим процессом и способствуют изменению ожиданий общества и бизнеса.
Бизнес нес бремя социальной ответственности задолго до изобретения самого этого термина. Еще на заре развития корпоративной филантропии в XIX веке компании начали «отдавать взятое назад». Риски, связанные с КСО существовали и раньше, но приоритетными стали именно теперь.
Социальная ответственность корпораций растет настолько быстро, что теперь это часть корпоративного сознания. КСО стало общепринятой аббревиатурой, отчеты о социальной деятельности приобретают все большую распространенность, а менеджеры по КСО начинают появляться в компаниях всех секторов экономики. Понятие КСО — довольно многозначный феномен, поскольку в различные времена оно представляло собой результат общественной реакции на изменение роли предпринимательского сообщества в социально-экономическом развитии. Корпоративная ответственность — это то, как компания управляет своими глобальными взаимоотношениями и обязательствами. Несмотря на то, что социальную ответственность понимают настолько по-разному, существует вполне четкое и ясное определение этого термина, например данное Еврокомиссией: КСО есть понятие, которое выражает добровольную озабоченность компаний социальными и экологическими вопросами, встающими как в процессе ведения бизнеса, так и при взаимодействии со стейкхолдерами». Подобно многим другим, это определение подчеркивает добровольный характер КСО.
Понятие о КСО опирается на скрытое допущение, что компании приносят обществу некий потенциальный или реальный вред. Оно предполагает, что социальная ответственность не свойственна корпорациям по природе, а раз так, то требуются некие специальные условия, чтобы они могли существовать в человеческом обществе. Усваивая это понятие, компании тем самым скрыто соглашаются и с предпосылкой данного понятия, которая состоит в том, что без КСО они плохие и безответственные. Корпорации виноваты уже самим своим существованием, следовательно, они должны искупать эту вину, участвуя в решении проблем человечества и творя добро. Компании часто критикуют за «подозрительную» успешность ее бизнеса и размеры получаемой прибыли. Термин КСО используется в таком контексте, который словно бы предполагает, что без соблюдения принципов КСО бизнес будет безответственным и неэтичным.
Сегодня сам термин «КСО» превратился в своеобразную дубинку, с помощью которой мелкие группы активистов сражаются с крупными корпорациями. Тема КСО используется активистами для нападок на бизнес и его базовые ценности. По мнению антиглобалистской группы Corporate Watch, открывающей составленный этой группой отчет — обзор положения дел в области КСО: «Вопрос о КСО возник в качестве реакции бизнеса на ту угрозу своей деятельности, которую начали представлять общественные компании, направленные против корпораций». КСО есть защитный механизм, выработанный бизнесом против враждебного отношения окружающего мира.
Смысл КСО состоит отнюдь не в размышлениях об устройстве мира в целом, о том, как крупные компании могут использовать свои возможности, опыт и средства для того, чтобы капитализм и глобализация приносили пользу многим, а не только избранным.
Один из самых важных факторов, стимулирующих рост корпоративных инвестиций в социально ответственное поведение, — управление риском и его предотвращение. Проблемы, которые инвесторы и менеджеры когда-то считали второстепенными (например, права человека, отношения с сообществами, окружающая среда, здоровье и безопасность), теперь стали первоочередными. Вопрос о КСО есть не что иное, как элемент управления репутационными рисками. Этот вопрос лишний раз напоминает, что корпорации сегодня находятся под перекрестным огнем.
Существуют разные точки зрения о месте крупного бизнеса в развитии отечественной экономики. В России крупный бизнес сформировался, пожалуй, быстрее и удачнее, чем другие экономические институты, а его удельный вес и роль оказались выше, чем в большинстве развитых и переходных экономик. Это вполне естественно, поскольку СССР был, как известно, страной больших и очень больших заводов. Российский крупный бизнес слишком молод, чтобы делать выводы о том, какие из его нынешних характеристик являются устойчивыми чертами национальной модели, а какие — изживаемым наследием переходного периода. Как показывает опыт всех успешных стран, крупный бизнес является каркасом национальной экономики, ее основным представителем в мировом хозяйстве, важнейшим партнером и оппонентом государства при выработке и осуществлении промышленной политики. Но основную часть занятости, доходов и налогов, а также инноваций приносит средний бизнес (естественно, по масштабам соответствующих стран). Классический же малый бизнес выполняет главным образом социальные функции, обеспечивая огромному количест­ву людей приемлемый уровень дохода и статус, а некоторой их части — еще и предпринимательский опыт плюс начальный капитал для карьерного роста. Эта модель верна для России с двумя поправками. Первая связана с повышенной долей природной ренты в первичных доходах. В результате крупный бизнес, контролирующий подавляющую часть сырьевого сектора, является у нас основным налогоплательщиком, а также донором остальной экономики. Вторая состоит в том, что отечественный крупный бизнес, вероятно, играет и будет играть большую, чем в других странах, роль в процессах внедрения, тиражирования и распространения инноваций. Однако поправки не отменяют основного содержания модели. Следовательно, и в России темпы и качество роста, инновационная активность и прочие слагаемые успеха в экономике в решающей степени зависят не от крупного, а от среднего бизнеса. Именно последний должен выступить главным мотором экономического развития страны.
К крупному бизнесу (глобальным корпорациям) мы относим экономических агентов (субъектов), которые в процессе текущего функционирования оказывают существенное влияние на международную экономику в целом или, по крайней мере, на некоторые ее сектора. В качестве содержательного критерия отнесения той или иной структуры к крупному бизнесу выбирается ее способность изменять экономические институты («правила игры») в сфере своей деятельности. Такая способность определяется, прежде всего, масштабами этой структуры. В экономической теории (исключая марксистскую традицию в широком понимании) никогда не вставала задача анализа глобальной корпорации в целом. Исследуются и регулируются, как правило, лишь те или иные отрасли или сектора, юридические формы, аспекты функционирования (например, взаимоотношения между собственниками и менеджерами, концентрация рыночной власти и др.) или специальные разновидности (например, естественные монополии). В прямо противоположной ситуации находится малый бизнес. Он чаще всего является объектом специальных исследований и регулирования именно в целом как сектор экономики или экономический институт. Поэтому существует большое количество его определений, разработанных в разных странах и для разных периодов.
Постепенное выдавливание государства из процесса управления отдельными территориями, приводит к тому, что корпорация перенимает часть социальных функций государства и, становясь государством в государстве, выступает источником власти. К. Девис подчеркивал, что социальная ответственность бизнесменов непосредственно вытекает из той реальной социальной власти, которой они обладают, и должна ей соответствовать. К. Девис сформировал так называемый «железный закон ответственности»: «Те, кто не берет на себя ответственности, адекватной их власти, в результате утратят эту власть».
Представляется, что анализ этих вопросов с позиций современной экономической теории мог бы дать дополнительную аргументацию в пользу того или иного подхода, а в ряде случаев — по-новому ответить на эти вопросы. В последнее десятилетие среди отечественных ученых отмечается интерес к институциональной трактовке мирового экономического развития, истории и современного этапа. Появились работы (не только абстрактно-теоретические, но и конкретно-эмпирические) по использованию институциональных идей. Неопровержимым становится тезис, что исторически сложившиеся экономические институты существенным образом влияют на формирование национальных моделей хозяйствования и определяют уровень экономической эффективности.
Ожидания и восприятие заинтересованных сторон компании со временем изменяются, поэтому рассмотрение КСО как экономического института на основе методологии институционально-эволюционной экономики имеет все основания, так как основной провозглашаемый методологический прин­цип — изучение институтов в процессе их эволюционного развития — выражается в стремлении понять, как происходит процесс изменений, выявление движущих сил и факторов развития, основных тенденций общественной эволюции, какова роль и соотношение формальных и неформальных институциональных рамок.


Литература
1. Кортен Д. Когда корпорации правят миром. - М. 2002.
2. В 2002 г. вступил в действие закон Сарбанеса-Оксли, обязывающий открытые акционерные компании, акции которых котируются в США, следовать расширенным стандартам корпоративной отчетности, которые теперь включают нефинансовые аспекты управления рисками.
3. Термин КСО с англ. точнее было бы перевести как «корпоративная социальная обязанность», а не ответственность (liability).
4. Corporate Watch (2006). What is Wrong With CSR? Отчет доступен по адресу: http://www.corporatewatch. org/?lid-2670
5. Паппэ Я. Ш. Российский крупный бизнес: первые 15 лет. М. 2009. с. 27
6. То же. С. 15.
7. Davis K. Can business afford to ignore social responsibilities? California Management Review. 1960, p. 71.
8. Davis K. Understanding the social responsibilities puzzle: what does the businessman owe to society. Business Horizons. 1967, с.49.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия