Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 4 (44), 2012
ЭКОНОМИКА И УПРАВЛЕНИЕ В СФЕРЕ УСЛУГ
Шибалко А. Н.
аспирант Санкт-Петербургского государственного университета сервиса и экономики

Особенности российской практики формирования и развития фармацевтических кластеров
В статье раскрыта актуальность проведения кластерной экономической политики и ее особенности в Российской Федерации на современном этапе перехода от ресурсодобывающей к инновационной экономике. Рассмотрены особенности организации фармацевтических кластеров в России и роль государства в данных процессах
Ключевые слова: кластер, региональная экономика, инновационная экономика, фармацевтический кластер, холдинговые компании, фармбезопасность
УДК 334.025; ББК 653   Стр: 341 - 343

Формирование конкурентной промышленной политики России на ближайшую перспективу связано с необходимостью учета мировых тенденций развития экономики, обусловленных процессами глобализации. В мировой промышленности, наряду с глобальной конкуренцией на рынках товаров, капитала, технологий и рабочей силы, идут процессы глобальной интеграции и, что не менее важно, фундаментальной и долгосрочной кооперации и партнерства промышленности с разработчиками новой продукции, поставщиками и потребителями.
Российская промышленность принимает вызовы, связанные с новыми технологическими изменениями, касающимися, в числе прочего, разработки и эффективного использования новейших достижений в области биотехнологий и генной инженерии, информационных технологий и нанотехнологий, создания материалов с принципиально новыми свойствами, в том числе в здравоохранении и в других высокотехнологичных сферах. При этом следует учитывать, что адекватный ответ на эти вызовы требует повышения качества профессиональных кадров, их навыков и умений действовать в условиях перехода к инновационной экономике.
Рассматривая современное состояние фармацевтической отрасли России, следует указать на наличие следующих системно обусловленных проблем:
● Хроническое технологичное отставание России от западных стран на всех этапах жизненного цикла фармацевтических средств (от их разработки до реализации и применения).
● Преобладающее использование и производство недостаточно рентабельных, воспроизведенных ранее известных прототипов лекарственных средств (дженериков), а не внедрение инновационных продуктов (требующих значительных капиталовложений и временных затрат).
● Несовершенство законодательства в сфере регистрации сертификации фармацевтических препаратов.
● Недостаточное количество фармацевтических предприятий, система качества которых сертифицирована по международным стандартам GMP и ISO серии 90001.
На российской территории в настоящее время функционируют 630 иностранных компаний, поставляющих препараты примерно с 1200 промышленных площадок, разбросанных по всему миру, в то время, как количество фактически действующих отечественных заводов — немногим больше 350. При этом, несмотря на динамичный рост лекарственного рынка (достигавший в предкризисные годы 20% ежегодного прироста), доля российской продукции на нем ежегодно снижается на 1–2% (Денисенко Е. Перепрыгнуть разрыв // Эксперт «Северо-Запад». — 2011. — № 13 (4–10 апреля). — С. 18–19.).
Наличие данных проблем рассматривается научной общественностью и рядом политиков не только в качестве факторов, характеризующих состояние фармацевтической отрасли, но и в качестве обстоятельств, создающих проблемы для национальной безопасности (для чего используется термин «фармбезопасность»).
Как свидетельствует мировой опыт, в развитых странах мира кластерная форма организации предприятий фармацевтической отрасли. Так, в США действует около десяти фармацевтических и биотехнологических кластеров.
В Великобритании создано три крупных кластера и четыре создается в настоящее время. При этом государством выделено около 3 млрд долл. для поддержки новых кластерных инициатив.
В Германии создано четыре кластера. Государственная поддержка новых кластерных инициатив составила (в 2001–2005 гг.) около 900 млрд долл.
Во Франции создано десять центров биотехнологий (кластеров), а также восемь центров генетических исследований. Государственная поддержка этих инициатив оценивается в размере 500 млн долл.
Здравоохранение в настоящее время регулируется как нормами Евросоюза, так и законодательством входящих в него государств.
В качестве примера кластеризации экономики развитых стран, применительно к развитию биотехнологий и фармацевтики, можно назвать Францию, в которой сформировано сразу три кластера международного значения, специализирующихся на биотехнологиях и фармацевтике: «Медицинский регион» Парижа, «биополюс» Лиона и «терапевтический кластер» вокруг Страсбурга [2].
Также ряд быстроразвивающихся стран активно совершенствует развитие своих национальных отраслей биотехнологий. В 2000 году в Сингапуре была принята Инициатива по развитию медико-биологических наук и уже создана мощная биофармацевтическая база. Южная Корея применила аналогичную схему в конце 1990-х годов и уже выделила 14,3 млрд долл. на реализацию своей программы «БиоКонцепция 2016». Только за последние 18 месяцев Китай инвестировал 9,2 млрд долл. в исследования и разработку в области технологий, включая биотехнологии. А Индия сейчас рассматривает возможность к 2020 г. стать одним из пяти ведущих мировых производителей биосимиляров.
Более того, многие из компаний в развивающихся странах не просто подражают Западу, но и учатся на его ошибках. Они обходятся без дорогой обременительной инфраструктуры, что позволяет создавать новые более экономичные и высокоэффективные модели бизнеса и стимулирует создание инновационных продуктов и процессов. Использование этими странами кластерных инициатив, встроенных в национальные инновационные системы, привело к тому, что США постепенно начинает терять свои лидерские позиции в качестве глобального центра медико-биологических исследований.
Компанией IMS Health были проанализированы 8 крупнейших фармацевтических рынков мира (Канады, Японии, Италии, Франции, Испании, США, Англии и Германии). В результате выявлены особенности современного запуска препаратов на рынок, а также определены характерные тенденции, касающиеся данных рынков, в том числе: вследствие значительного роста количества продуктов терапевтические классы быстро приближаются к стадии насыщения; количество новых препаратов, одобренных официальными инстанциями (такими как FDA), сокращается; имеют место неудачи в клинических испытаниях [3].
Следует отметить, что в мировой фарминдустрии продолжают успешно функционировать не только кластеры, но и более традиционные структуры — холдинговые компании. При этом холдинги могут становиться центрами (ядрами) кластерной структуры. В качестве примера можно привести британского фармацевтического гиганта GlaxoSmithKline [4]. Эта компания сосредоточилась на разработке новых препаратов, в том числе орфанных, для чего была реорганизована исследовательская работа, а основные ресурсы были перенаправлены на развивающиеся рынки и в предсказуемые секторы вроде вакцинации и потребительских товаров.
Чтобы активизировать разработку лекарств, GSK отказалась от разработки препаратов-аналогов и создала 40 малых автономных исследовательских подразделений, фокусирующихся на рискованных областях науки (в том числе на генетических технологиях, которые должны были быстро привести к появлению множества новых лекарственных средств).
Инновационная активность является важнейшим условием формирования и развития кластера. Так, по данным исследования компании «Gallup Organization» [2006 г.]: 60% кластерных компаний ЕС внедрили инновационный продукт за два года, предшествовавших исследованию, и около половины — инновационную технологию [5].
Отличительной особенностью кластера является то, что кластер можно рассматривать в рамках концепции «цепочки ценностей»2. Например, в лесном кластере, комплекс предприятий и организаций, объединенных в кластер, может структурироваться по «цепочке ценностей» от лесозаготовительных предприятий до производителей конечной продукции (бумаги, мебели и т.п.). В фармацевтике — от разработки принципиально нового лекарственного средства до его реализации и применения.
Следует учитывать, что в отличие от нормативно-правовой базы касающейся организации особых экономических зон, регулируемых специальным федеральным законом [6], соответствующей нормативно-правовой базой проведения кластерной политики в регионах Российской Федерации выступает ряд отраслевых подзаконных актов. К их числу, в частности, относятся:
● Распоряжение Правительства РФ от 17.11.2008 № 1662-р «О Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года»;
● Распоряжение Правительства РФ от 17.11.2008 № 1663-р «Об утверждении основных направлений деятельности Правительства РФ на период до 2012 года и перечня проектов по их реализации»;
● Приказ Минпромторга РФ от 23.10.2009 № 965 «Об утверждении Стратегии развития фармацевтической промышленности Российской Федерации на период до 2020 года»;
● Постановление Правительства РФ от 23.04.2010 № 282 «О национальной нанотехнологической сети»;
● Распоряжение Правительства РФ от 01.10.2010 № 1660-р «Об утверждении Концепции федеральной целевой программы «Развитие фармацевтической и медицинской промышленности Российской Федерации на период до 2020 года и дальнейшую перспективу»;
● Приказ Минэкономразвития РФ от 16.02.2010 № 59 «О мерах по реализации в 2010 году мероприятий по государственной поддержке малого и среднего предпринимательства».
Согласно Методическим рекомендациям по реализации кластерной политики в субъектах Российской Федерации, подготовленным Минэкономразвития России, к числу основных направлений содействия развитию кластеров отнесены следующие задачи.
1) Содействие институциональному развитию кластеров, заключающееся в:
● инициировании и поддержке создания специализированной организации развития кластера;
● деятельности по стратегическому планированию его развития;
● координации информационного взаимодействия между участниками кластера;
● развитии механизмов аутсорсинга и субконтрактации;
При этом ряд структур, необходимых для полноценного функционирования кластера, может быть создан заново или на базе уже действующих на территории организаций (относящихся преимущественно к сервисной инфраструктуре).
2) поддержка проектов, обеспечивающих рост конкурентоспособности товаров и услуг.
3) Реализация мер по стимулированию сотрудничества между участниками кластера (в том числе создание специализированных интернет-ресурсов и различных форм электронной коммерции, в режимах «B2B», «B2C», «G2B»). Важную роль в этом контексте может играть создание ассоциаций предприятий и организаций, входящих в кластер (или в кластеры), в том числе приобретающих статус и возможности саморегулируемых организаций.
В соответствии с данными методическими рекомендациями кластер (в рекомендациях — территориальный кластер) определяется как: объединение предприятий, поставщиков оборудования, комплектующих, специализированных производственных и сервисных услуг, научно-исследовательских и образовательных организаций, связанных отношениями территориальной близости и функциональной зависимости в сфере производства и реализации конкурентоспособных товаров и услуг3.
В частности, в Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года было отмечено, что переход от экспортно-сырьевой к инновационной модели экономического роста, в качестве одной из приоритетных стратегий определяет формирование территориально-производственных кластеров, ориентированных на высокотехнологичные производства в приоритетных отраслях экономики, с концентрацией таких кластеров в урбанизированных регионах.
Таким образом, в настоящее время в России осуществляется переход от экономики, в которой доминирующую роль играют крупные холдинговые компании — к экономике, в которой на первый план выходит более открытая и гибкая форма кооперационного взаимодействия предприятий и организаций, то есть, кластеры.
Особенностью кластерной формы организации региональной экономики является включение в состав партнеров органов государственной власти органов местного самоуправления. Характерно, что роль и функции органов государственной власти в рассматриваемом контексте является одной из специфических особенностей, которая отличает российские кластеры от кластеров развитых стран (США, Италии и др.), в которых эта роль касается выработки законодательных норм, поддержки развития инфраструктурной сферы, стимулирования участия в кооперации организаций и предприятий малого и среднего бизнеса. В России роль государства существенно отличается, что видно, в частности, на примере государственной поддержки таких крупных структур, как ОАО «АвтоВАЗ». По мнению М. Портера, при таком подходе искажается исходное понимание механизмов развития кластеров.
Вместе с тем, опыт показывает, что сформировать настоящий кластер в российских условиях, особенно в условиях депрессивного региона может только государство, стимулирующее налогообложение, создающее благоприятный инвестиционный климат, инфраструктуру и пр.
В качестве исключения, подтверждающего общее правило, можно привести пример формирования примерно за 15 лет уральского фармацевтического кластера (в Свердлов­ской области), созданного практически с нуля. За этот период времени в регионе удалось запустить заводы по производству фармацевтических средств и расходных медицинских материалов, создать несколько клиник и исследовательских групп. В результате ряд разработок, полученных в уральском фармацевтическом кластере (в частности, противовирусные препараты, нанодиагностические средства), позволяет предприятиям и организациям выйти на зарубежные рынки. Соответственно комплекс предприятий и организаций, входящих в состав данного кластера, ставит перед собой задачу к 2020 г. выйти на уровень консолидированной выручки в размере 66 млрд руб.[7].
При создании кластера в российских условиях важно учитывать ту роль, которую при этом исполняют органы власти. Здесь обычно используются два варианта участия: полный цикл и фрагментарная поддержка [8].
Как указано в отчете НИР Высшей школы4 по результатам исследования (The Gallup Organization, 2006) большинство менеджеров опрошенных компаний получают наиболее значимую поддержку государства в форме поиска и опубликования информации (организация публичных мероприятий — 45%, обеспечение передачи информации — 43%). В ЕС 41% фирм также отмечают, что власти внесли вклад в финансирование совместных проектов участников кластера. Почти такая же доля компаний утверждает, что государство обеспечило налаживание сетей с университетами и администрацией и другими компаниями (около 40%). Менее распространенной формой поддержки кластеров является упрощение и выполнение административных процедур, поддержка международных отношений (1/3). Помощь через предоставление зданий и других элементов инфраструктуры получают 1/3 компаний.
Таким образом, наличие инструментов поддержки, нацеленной на формирование кластеров первого типа, объединяет российские и зарубежные компании. Что же касается политики содействия проектам кооперации, то есть развитию кластеров второго типа, ни российские предприниматели, ни российские власти не проявляют в ней заинтересованности, в отличие от европейских коллег.
Обобщение результатов анализа тенденций развития пространственной структуры производства в России позволило выделить следующие ключевые факторы формирования региональных производственных центров (кластеров, не предполагающих кооперацию между участниками экономической деятельности): развитая производственная база (исторический фактор), высокий локальный спрос на продукцию отрасли, хороший доступ к ресурсам, наличие технологически связанных отраслей, инновационный потенциал (образование, наука).
Целесообразно учитывать, что фармацевтическая и смежные отрасли, в силу специфики выпускаемой продукции (требующей длительного срока испытаний новых препаратов, значительных затрат на проведение необходимых процессов) базируются преимущественно на холдинговых компаниях, которые, при этом, имея все атрибуты холдинга, тем не менее успешно вступают в новые кластерные инициативы, расширяя масштабы своей деятельности и возможности поиска новых идей. Более того, данные компании нередко сами становятся системообразующими центрами для формирования новых кластеров.
Таким образом, главная стратегическая задача создания кластеров, обусловленная общими закономерностями развития экономики на современном этапе, заключается в развитии партнерства между государством, экономикой и наукой. К тому же кластер выступает как схема, согласно которой все производство продукции, начиная от ее разработки, первичного изготовления и заканчивая продажей, идет по единой цепи ценностей. Это обуславливает необходимость вовлечения максимально широкого круга потенциальных участников кластерных инициатив в проекты формирования кластеров.
Только полноценная инфраструктура кластера, ориентированная на рост инновационного вклада всех участников кластерного взаимодействия: университетов, бизнеса, отраслевой науки будет способствовать восстановлению России в качестве полноценного участника глобальных инновационных процессов в фармацевтической отрасли.


Литература
1. Новости фармкомпаний. 22 Февраля 2011 // http://www.pharma2020.ru/discussion/section/1.html
2. Международный опыт. Кластерное будущее // Обзоры стран. - 2009. - № 4 (18 мая) // http:www.expert.ru/printissues/
3. Денисова М., Паутова Е. Некоторые аспекты вывода препарата на рынок: мировая практика // Издание: Ремедиум, 2010. - № 9. - С. 24-26.
4. Лангрет Р. // Форбс //www.chemrar.ru
5. Отчет о НИР Формирование региональных инновационных кластеров по теме: Инновационные кластеры и структурные изменения в Российской экономике. Проект № 09-08-0006 (итоговый). - М.: ГУ ВШЭ, 2010. - С. 95.
6. Федеральный закон «Об особых экономических зонах в Российской Федерации». - М.: Изд-во Омега-Л, 2005.
7. Огородников Е., Обухова Е. Инъекция инсулина // Эксперт. - 2012. - № 32. 13 авг. - С. 28-31.
8. Отчет о НИР Формирование региональных инновационных кластеров по теме: Инновационные кластеры и структурные изменения в Российской экономике. Проект № 09-08-0006 (итоговый). - М.: ГУ ВШЭ, 2010. - С. 29-30.

1 По данным исследований к началу разработки данной программы, доля зарегистрированных дженериков в России составляла 78-80%, в то время как в США она не превышала 25, а в Японии - 20% [1].
2 Шанк Дж., Говиндараджан В. Стратегическое управление издержками. - СПб.: Бизнес-Микро, 1999; Отчет о НИР Формирование региональных инновационных кластеров по теме: Инновационные кластеры и структурные изменения в Российской экономике. Проект № 09-08-0006 (итоговый). - М.: ГУ ВШЭ, 2010.
3 Методические рекомендации по реализации кластерной политики в субъектах Российской Федерации, подготовленные Министерством экономического развития России (письмо от 26.12.2008 г. № 20615-АК/Д19).
4 Там же. - С. 90-91.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия