Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 4 (48), 2013
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ГЛОБАЛИЗАЦИЯ И ПРОБЛЕМЫ НАЦИОНАЛЬНОЙ И МЕЖДУНАРОДНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
Хаматшин А. Д.
аспирант, младший научный сотрудник Центра исследований Юга Африки Института Африки РАН (г. Москва)

Роль стран БРИКС в реализации аграрного потенциала Африки
Анализируются возможности, открывающиеся перед африканским аграрным сектором, в связи с повышенным вниманием к нему со стороны «новых игроков», в первую очередь стран БРИКС. Более подробно вопрос рассматривается на примере вовлеченности Китая в сельское хозяйство Зимбабве и бразильских проектов в Мозамбике
Ключевые слова: аграрный сектор, Африканский континент, БРИКС, международное сотрудничество
УДК 339.96; ББК 65.7   Стр: 134 - 137

Прошедшие пять лет ознаменовались существенным ростом цен на продукты питания и сильными засухами в зоне Сахеля и на Африканском Роге, увеличив, таким образом, внимание к вопросам продовольственной безопасности и развития сельского хозяйства на Африканском континенте. В Африке доходы более 60% населения зависят от аграрного сектора, поэтому улучшение методов ведения сельского хозяйства должно привести к сокращению уровня бедности в этих странах. Однако для реализации обозначенного потенциала потребуется существенное увеличение инвестиций в аграрные исследования и развитие инфраструктуры в сельской местности.
В этом контексте особую роль должно сыграть развитие сотрудничества между развивающимися странами, в том числе в рамках БРИКС. В настоящее время в российской науке все большее признание получает тезис о том, что страны БРИКС становятся одним из «возвышающихся» полюсов новой модели мирового экономического развития [1], причем, что особенно важно, как каждая в отдельности, так и в качестве нарождающегося единого целого — политико-экономического объединения глобальной значимости, обладающего очевидным весом [2].
Страны Юга могут находить подходящие, недорогие и устойчивые решения своих проблем, используя опыт других развивающихся государств, а также объединять усилия в проведении исследований и разработке технологий [3]. Развитие научно-технического прогресса в странах БРИКС уже стало одной из движущих сил сотрудничества по линии «Юг-Юг». Если взглянуть на программы сотрудничества с Африкой таких стран, как Китай, Бразилия и Индия, то можно обнаружить, что сельскому хозяйству в них отводится одно из ведущих мест.
Тому есть несколько объяснений. Первое — существующее восприятие Африки как континента с большим количеством «недостаточно используемой» земли, в результате чего она рассматривается как площадка для крупномасштабных инвестиций в производство продовольствия на экспорт. Второе — утверждение о сходстве почв, климатических и экологических условий среди стран Юга, что позволяет осуществлять прямую передачу технологий и опыта в организации сельскохозяйственного производства. Третье — сравнительные преимущества Африки, такие как доступные и дешевые земля и рабочая сила, и даже преференциальные торговые соглашения со странами Европы и Северной Америки, предоставляющие возможность, например, бразильскому агробизнесу обходить ограничения на импорт их продукции через инвестиции в аграрный сектор Африки.
Еще на первом саммите стран БРИК в Екатеринбурге в июне 2009 г. было принято Совместное заявление по глобальной продовольственной безопасности, в котором, среди прочего, обозначалась необходимость «установления справедливого и разумного режима международной торговли сельскохозяйственными товарами, а также предоставления сельским жителям в развивающихся странах стимулов к участию в сельскохозяйственном производстве» [4].
К моменту образования группы, страны БРИКС уже имели некоторый опыт взаимодействия по вышеперечисленным аспектам. В публикациях, посвященных БРИКС, при рассмотрении истории возникновения группы нередко забывается о роли ИБСА — существующего с 2003 г. блока Индии, Бразилии и ЮАР, влияние которого на формирование повестки дня БРИКС нельзя недооценивать. ИБСА позиционирует себя, прежде всего, как инициатива, главной целью которой является содействие сотрудничеству по линии «Юг-Юг». В рамках программ учрежденного совместно с ПРООН Фонда по борьбе с нищетой и голодом в Гвинее-Бисау, например, было проведено обучение 4500 крестьян (больше половины которых женщины) улучшенной технике разведения риса и производства цитрусовых и манго. Партнерами по ИБСА были представлены новые сорта этих и других растений, благодаря чему стало возможным ведение сельского хозяйства даже в гвинейский сезон дождей. Кроме того, в стране были проведены курсы по эффективному использованию водных ресурсов, а также осуществлена электрификация (посредством солнечных панелей) нескольких деревень [5]. Уже в год образования ИБСА, объединение инициировало создание «группы 20» (G-20), чья позиция в Канкуне (Мексика, 2003 г.) способствовала включению в тематику переговоров в рамках ВТО вопросов, связанных с интересами развивающихся стран (вопросы сельскохозяйственных субсидий, доступа продукции аграрного сектора на рынки США и Западной Европы) [6].
Как и в случае с ИБСА, партнеры по БРИКС создали специальную Рабочую группу по сельскому хозяйству, несущую координирующую функцию и разрабатывающую предложения к официальной встрече профильных министров. К настоящему времени по данному направлению странами БРИКС приняты План действий по сельскохозяйственному сотрудничеству на 2012–2016 гг., а также две совместные министерские декларации. В декларации по итогам министерской встречи в Китае в октябре 2011 г. прямым текстом говорится, что страны БРИКС «полны решимости сделать все возможное, чтобы помочь африканским государствам в улучшении их производственного потенциала с целью повышения продовольственной безопасности, особенно среди мелких фермеров» [7].
Между тем, параллельно с возрастающим влиянием стран БРИКС в мире, изменилась и роль Африканского континента. В 2000-х гг. в большинстве его государств наблюдался самый длительный период устойчивого экономического роста с момента обретения независимости: среднегодовые темпы прироста ВВП в Африке превысили 5% [8]. Отныне континент воспринимается в качестве благоприятного объекта для инвестирования, характеризующегося самыми высокими нормами прибыли в сравнении с другими развивающимися регионами и быстрорастущим внутренним потребительским рынком. В результате продовольственного кризиса второй половины 2000-х гг., усилился интерес к африканскому аграрному сектору, в том числе со стороны стран БРИКС. Тем временем, сами лидеры африканских государств всё больше рассматривают страны БРИКС не только как инвесторов и поставщиков технологий, но также в качестве моделей организации сельского хозяйства.
В этой связи китайские эксперты часто ссылаются на ту роль, которую сельское хозяйство сыграло в процессе трансформации экономики Китая. При этом обычно делается вывод, что китайский опыт интенсификации ведения сельского хозяйства может быть заимствован африканскими странами [9]. В то же время аграрный сектор Китая на настоящем этапе сталкивается с определенными проблемами, связанными с деградацией земельных угодий и истощением водных ресурсов для ирригации. Поддержание достигнутого уровня урожаев осуществляется за счет использования генетически модифицированных сортов и большей химизации сельского хозяйства, а также благодаря постепенной консолидации мелкотоварных хозяйств в крупные механизированные фермы. Таким образом, достаточно сложно говорить о единой устойчивой китайской модели развития аграрного сектора.
Функцию финансирования проектов по сотрудничеству с Африкой, в том числе в сфере сельского хозяйства, а также содействия инвестициям китайских компаний несет Китайско-Африканский фонд развития (China Africa Development Fund). Он осуществляет строительство инфраструктурных объектов (плотины, складские сооружения), снабжение средствами производства и т.п. Посредством Фонда на континенте было открыто более 40 демонстрационных центров аграрной техники [10]. Одновременно в сельское хозяйство стран Африки вовлекаются китайские государственные и частные компании.
На наш взгляд, в качестве конкретного примера было бы интересно рассмотреть роль китайских акторов в развитии сельского хозяйства отдельного африканского государства. В нашем случае — это Зимбабве.
Начиная с 2009 г. экономика Зимбабве стабилизировалась, и быстро восстанавливалась от последствий охватившего страну в 2000–2008 гг. кризиса. В период кризиса в Зимбабве была осуществлена радикальная земельная реформа, полностью перестроившая структуру землевладения. Более чем 150 тыс. новых фермерских хозяйств нуждались в разных формах поддержки. Западные программы помощи намеренно не охватывали районы, где была осуществлена земельная реформа, и не взаимодействовали с государством ввиду введенных против него экономических и дипломатических санкций [11]. В этих условиях в поисках альтернативных инвестиций правительство объявило о новой внешнеэкономической политике «Взгляд на Восток». Благодаря преференциям в рамках данной политики Китай очень быстро стал вовлекаться в экономику Зимбабве, в том числе в сферу сельского хозяйства.
Как и во многих других странах Африки, Китай открыл в 2012 г. демонстрационный центр стоимостью $30 млн на территории сельскохозяйственного колледжа в Гвеби, неподалеку от столицы Зимбабве Хараре. В течение 3 лет центр будет оставаться под управлением китайской компании Minoble, а затем передан зимбабвийскому правительству. Основные задачи центра сводятся к следующему: выступать площадкой для демонстрации успешных китайских технологий и методов производства; служить учебным центром для сельскохозяйственного персонала, студентов и фермеров; осуществлять аграрные исследования.
В 2011 г. Экспортно-импортный банк Китая предоставил Зимбабве ссуду в размере $334,7 млн на приобретение тракторов в рамках государственной программы механизации сектора. Также некоторое количество сельскохозяйственной техники было передано стране правительством китайской провинции Сычуань. Помимо этого, Китай оказывает продовольственную помощь Зимбабве, а также проводит обучающие курсы для сотрудников министерства сельского хозяйства и других сельскохозяйственных служб.
Однако еще большую роль в восстановлении аграрного сектора Зимбабве играют китайские компании, имеющие контрактные соглашения с местными фермерами. В последние годы в Зимбабве контрактное земледелие стало основным способом финансирования сельского хозяйства, так как его традиционные формы (прежде всего, в виде получения кредита) были по большей части недоступны. Наиболее привлекательными в этом плане товарными культурами оказались табак и хлопок, на которые ежегодно приходится до 70% финансовых поступлений в сектор.
Одной из таких компаний, работающих по контрактным договоренностям, является китайская Tianze Tobacco. Компания предоставляет фермерам удобрения, семена и оборудование, а затем восстанавливает свои расходы во время скупки и продажи табака. Более того, Tianze скупает у фермеров табак по более высокой средней цене, чем любая другая иностранная компания. На настоящий момент Китай является крупнейшим скупщиком зимбабвийского табака. Большинство фермеров, имеющих контрактные соглашения с Tianze, сосредоточены на перераспределенной в результате земельной реформы земле, так как компания работает лишь с теми из них, которые выделяют под табак не менее 10 га пашни.
Выращиванием хлопка в Зимбабве занимаются около 300 тыс. мелких фермеров, 95% из них — по контрактным схемам. Опыт китайской компании Sino Zimbabwe Cotton Holdings (SZCH), действующей в «хлопковой сфере» Зимбабве, представляется, пожалуй, негативным. Она часто обвиняется в том, что скупает хлопок без распределения по сортам, что может сказаться на потере зимбабвийским хлопком статуса высокого качества. Также сообщается, что SZCH оказывает недостаточную поддержку фермерам, однако активно скупает хлопок по более высокой цене, в том числе под прикрытием чиновников на местах у фермеров, имеющих контракты с другими торговыми и хлопкоочистительными компаниями. Подобные практики могут негативно сказаться на хлопковой отрасли Зимбабве в долгосрочной перспективе. Однако с ростом производства хлопка в стране, интересы Китая в этой сфере скорее усилятся, и ситуация может исправиться, в том числе и за счет прихода на зимбабвийский рынок других китайских компаний [12].
Что касается сотрудничества в сфере сельского хозяйства Бразилии с Африкой, то здесь особое внимание придается схожести их почв и экосистем, а также возможности применения бразильских успешных технологий и проектов в Африке. При этом в качестве примера приводится опыт трансформации малоосвоенных земель, в частности саванной зоны Серраду, в настоящее время превратившейся в центр бразильского агробизнеса и один из мировых лидеров по производству сои [13].
В то же время сельскохозяйственная политика, ориентированная на поощрение крупного аграрного производства и поддерживаемая министерством сельского хозяйства, подвергается существенной критике в самой Бразилии, в том числе с точки зрения экологических последствий, а также концентрации капитала в руках небольшого количества компаний. За альтернативную модель выступают общественные движения и министерство аграрного развития, продвигающие создание семейных ферм. Данное различие в подходах проявляется и в проектах по сотрудничеству в Африке, в зависимости от вовлеченных в него институтов.
Наиболее заметной в Африке является деятельность бразильской исследовательской корпорации Embrapa, ставшей одной из движущих сил сельскохозяйственного развития в стране и мировым авторитетом по НИОКР в области тропического земледелия. В задачи Embrapa входит не только адаптация собственных технологий под местные агроэкологические условия, но и усиление исследовательского потенциала институтов принимающих стран. Самая крупная группа специалистов Embrapa в настоящий момент сосредоточена в Мозамбике, где они имеют прямые контакты с коллегами из национального института аграрных исследований [14].
Две бразильские национальные программы, осуществленные под эгидой министерства аграрного развития, нашли свое продолжение в Африке. Программа по приобретению продовольствия (The Food Acquisition Programme), поддерживаемая также ФАО, предполагает увеличение закупок продукции, произведенной мелкими фермерами на местах, для нужд государственных учреждений (в первую очередь, речь идет об обеспечении школьным питанием) [10]. Африканская версия программы «Больше продовольствия» (The More Food Africa Programme) имеет целью повысить продуктивность мелкотоварных хозяйств посредством предоставления им доступа к льготному кредиту на приобретение субсидированной сельскохозяйственной техники. На настоящий момент Бразилия уже начала осуществление данной программы в Гане, Зимбабве, Кении, Мозамбике и Сенегале. Что примечательно, трактора и прочая сельскохозяйственная техника поставляются бразильскими производителями. Таким образом, программа открывает последним новые экспортные рынки сбыта [15]. На наш взгляд, Россия также могла бы разработать для развивающихся стран подобную программу (возможно, в сотрудничестве с Бразилией в рамках БРИКС), что качественно повысило бы уровень оказываемой ею помощи развитию и, одновременно, положительно сказалось бы на отечественной отрасли по производству сельскохозяйственной техники.
Особой составляющей бразильско-африканских взаимоотношений в аграрной сфере являются растущие связи между неправительственными организациями и социальными движениями, в том числе в рамках транснационального крестьянского объединения Via Campesina. Так, например, ряд бразильских общественных организаций участвовали в проекте по восстановлению и сохранению семян местных сортов растений в Мозамбике и ЮАР.
Наконец, крупнейшая бразильская инициатива в области сельскохозяйственного сотрудничества с Африкой ProSavana так же, как и вышеупомянутые программы, основывается на национальном опыте. Ожидается, что ProSavana охватит 14 млн га тропической саванны в «коридоре Накала» на севере Мозамбика с целью превращения ее в высокопродуктивный сельскохозяйственный регион — проект, во многом идентичный освоению бразильского Серраду. Он является долгосрочным, рассчитанным более чем на 20 лет, и помимо аграрного производства, включает в себя также вопросы развития инфраструктуры и освоения рынков. Параллельно для поддержки этих проектов и привлечения в регион частных инвестиций был создан Фонд Накала (The Nacala Fund), интерес к которому проявляют, прежде всего, бразильские и японские компании. Среди стимулов для инвестирования в аграрный сектор Мозамбика называются относительно низкая стоимость земли, поощрение участия в проекте со стороны бразильского правительства, выгодное месторасположение страны с легким доступом к азиатским рынкам, а также отсутствие строгого природоохранительного законодательства. Таким образом, налицо связь между проектом по техническому сотрудничеству и интересами иностранного агробизнеса [14].
В самом Мозамбике отношение к ProSavana неоднозначное. С одной стороны, предполагается, что проект интегрирует местных земледельцев в продуктовые цепи, и способствует инвестициям и модернизации сельского хозяйства. В то же время, многие общественные организации обращают внимание на тот факт, что ProSavana обсуждается только на уровне правительств, а местное сообщество никак не принимает участия в разработках проекта. Также высказываются опасения по поводу судьбы 4 млн крестьян, живущих в настоящий момент на территории трех провинций «коридора Накала» [16].
Без сомнения, таким странам, как Мозамбик и Зимбабве, необходимы инвестиции в аграрный сектор для реализации его потенциала, однако остается открытым вопрос, насколько они осуществляются действительно в интересах местных крестьян, и насколько предлагаемые странами БРИКС модели развития сельского хозяйства являются примерами, достойными подражания.
Очевидно, что африканские государства нуждаются как в новых сельскохозяйственных стратегиях, так и в технологиях и опыте других развивающихся стран. По нашему мнению, рост производительности в сельском хозяйстве Африки важен для обеспечения глобальной продовольственной безопасности в долгосрочной перспективе. Поэтому попытка координации деятельности в данном направлении в рамках БРИКС видится весьма своевременной. Остается надеяться, что данное сотрудничество не останется лишь декларативным, а выльется в реальные проекты развития африканского аграрного сектора.


Литература
1. Фитуни Л., Абрамова И. Закономерности формирования и смены моделей мирового экономического развития // Мировая экономика и международные отношения. — 2012 — № 7.
2. Фитуни Л. Дифференциация развивающихся стран и новая архитектура мировой экономики (вопросы теории) // Азия и Африка сегодня. — 2012 — № 10.
3. Juma C. et al. Forging New Technology Alliances: The Role of South-South Cooperation // Cooperation South Journal. — 2005.
4. Совместное заявление стран БРИК по глобальной продовольственной безопасности. Екатеринбург, 16.06.2009 — http://archive.kremlin.ru/
5. IBSA Fund Project Portfolio Overview / UNDP. — 2013 — http://tcdc2.undp.org/ibsa/
6. Восходящие страны-гиганты на мировой сцене XXI века // Латинская Америка. — 2005 — № 7.
7. Joint Declaration of the Second Meeting of BRICS Ministers of Agriculture and Agrarian Development. Chengdu, 30.10.2011 — http://www.mid.ru/brics.nsf
8. Абрамова И. Развивающиеся страны в мировой экономике ХХI века: формирование новой архитектуры международных экономических отношений // Проблемы современной экономики. — 2011 — № 1. С. 57.
9. Li X. et al. Agricultural Development in China and Africa: A Comparative Analysis. — L.: Routledge, 2012. — 328 p.
10. Amanor K. South-South Cooperation in Africa: Historical, Geopolitical and Political Economy Dimensions of International Development // IDS Bulletin. — 2013. — № 4.
11. Scoones I. et al. Zimbabwe’s Land Reform: Myths and Realities. — Oxford: James Currey, 2010. — 304 p.
12. Mukwereza L. Reviving Zimbabwe’s Agriculture: The Role of China and Brazil // IDS Bulletin. — 2013. — № 4.
13. The Miracle of the Cerrado // The Economist, 26.08.2010.
14. Cabral L. Brazil-Africa Agricultural Cooperation Encounters: Drivers, Narratives and Imaginaries of Africa and Development // IDS Bulletin. — 2013. — № 4.
15. Patriota T., Pierri F. Family Farming for Greater Food Sovereignty in Africa: Relevance of Brazil’s More Food Africa // Poverty in Focus. — 2012. — № 24.
16. Leaked copy of the Master Plan for the ProSavana programme in Northern Mozambique confirms the worst (Joint Statement), 29.04.2013. — http://www.grain.org/

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия