Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 4 (56), 2015
СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ГОСУДАРСТВ ЕВРАЗИИ И ДРУГИХ ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН
Михалёва И. В.
старший преподаватель кафедры менеджмента и экономики
филиала Владивостокского государственного университета экономики и сервиса (г. Находка),
аспирант Дальневосточного федерального университета


Экономические преобразования как результат социально-политической трансформации Республики Корея
В статье исследованы причины экономического подъёма и развития Республики Корея, начавшиеся во второй половине XX века и определившие становление государства как активного актора политико-экономических процессов современности. Проведён анализ отличия модели экономического развития Республики Корея от других стран Азии с учётом особенностей внутреннего социально-культурного становления. Южнокорейский опыт экономических преобразований рассмотрен в контексте сравнения с опытом РФ
Ключевые слова: Республика Корея, социально-политическая трансформация, экономический потенциал, государственные финансы, экономические реформы
УДК 339.972; ББК 65.9   Стр: 252 - 254

Для большинства теоретиков и исследователей Республики Корея представляется неким экономическим чудом: государство, которое в кратчайший период времени шагнуло от авторитаризма к демократии, причём к достаточно развитой модели рыночной экономики.
С точки зрения заимствования положительного опыта, видится целесообразным исследовать предпосылки позитивных экономических преобразований Республики Корея, выведших государство в число «тигров экономики» Азиатско-Тихоокеанского региона.
Как показывают исследования, большинство азиатских государств на начало ХХ века выглядели как более или менее цивилизованные структуры, но практически с рудиментарной политической системой, для которой характерны такие черты как: династизм, клановость, кастовость, родовые и иные политические формы отношений, базирующиеся на иерархии социального происхождения, религиозного отношения и традиций [1]. Конечно же, это негативно влияло на экономические процессы.
Многие государства Ближнего Востока и Азии стремятся соответствовать современным принципам развитого демократического государства со стабильной рыночной экономикой. Но, как правило, в большинстве случаев государство не может контролировать самостоятельные сообщества и собственное участие в политико-экономических процессах, инициаторами которых выступают группы граждан, коммерческие объединения и партнёрства.
Если сравнить южнокорейскую экономическую модель с европейской или латиноамериканской, то налицо характерное отличие, которое связано с глубокой традиционной укоренённостью в личных и общественных отношениях, в исконно корейских культурных ценностях [2].
Именно такие ценности, как сохранение культурных связей и глубокое уважение к старшим прослеживается в корпоративной культуре крупных южнокорейских компаний и, бесспорно, является результатом глубоких социально устоявшихся принципов. Можно предположить, что данные связи качественно изменяются во времени, но, тем не менее, они остаются стабильными.
За период существования более чем шести республик, экономическая система Республики Корея претерпела существенные изменения. Так, экономика государства изначально была зависима от Японии, а с 1953 г. была ориентирована на развитие модели проамериканской рыночной экономики. В связи с этим были необходимы качественные изменения, направленные на корректировку сложившейся экономической ситуации. Однако, модель раннебуржуазного классического рынка оказалась несостоятельной [3].
Кризисная ситуация была скорректирована выходцами из класса «чеболь» (социальная, а позже — политико-экономическая верхушка корейского общества). Главное преимущество южнокорейских чеболей — это особые отношения с государством, выражающиеся в возможности льготного кредитования. Именно этот класс долгое время удерживал основную денежную массу в своих активах, манипулируя и спекулируя на экономической нестабильности государства и финансовых махинациях.
Примером может служить процесс акционирования предприятий и поступления в открытую продажу незначительной доли акций, которая в кратчайший срок скупалась корпорациями, входящими в тот же чеболь. Трудовому коллективу доставалась лишь небольшая часть, основная же масса активов оставалась в руках семьи-основательницы. Стоит отметить, что позже данный факт повлиял на процесс формирования политических элит.
В Республике Корея формирование политических элит и становление институтов государственной власти началось на довольно позднем этапе экономического развития, особенностью и предпосылкой данного феномена стало, как было сказано ранее, длительное колониально-зависимое положение от Японии. Механизмы же взаимодействия между горизонтальными направляющими интересов так и не сформировались [4].
Вполне возможно, что причиной является преобладание в южнокорейской республике ярко выраженной классической диктатуры, в основу которой положена усиленная экономическая помощь извне (американское влияние), причём такой тип диктатуры был направлен на проведение модернизации авторитарного характера в среде двухполярного соперничества, так называемого, контекста «холодной войны». Несмотря на это, Республика Корея сегодня представляет собой успешно развивающуюся экономическую систему, которая прошла долгий путь от авторитаризма до демократии.
Южнокорейские достижения в развитии экономики, сформировавшие явно выраженную прослойку среднего класса, также повлияли на создание экономической оппозиции, которая вполне могла бы повлиять на внедрение либерализационных тенденций в действующий режим.
В настоящее время влияние государственного управления на развитие денежно-кредитных и финансовых систем в стране весьма высоко, но такие факторы как величина государственного долга и общий бюджетный дефицит, величина налога в действующем секторе экономики оказывают самое прямое влияние на вид и структуру южнокорейской экономики. С этой точки зрения, система государственных финансов Республики Корея представляет несомненный интерес для исследователей [5].
Экономика Республики Корея развивается поступательными шагами с положительной динамикой. Только за последние 50 лет родились высококонкурентные производственные отрасли мирового масштаба: автомобилестроение в лице Hyundai motors, Kia motors, производство телекоммуникационных мобильных систем (Samsung), кораблестроение (Hyundai heavy industries), сталелитейная промышленность (сталелитейная компания POSKO).
Представляется целесообразным описать систему государственных финансов Республики Корея, дав характеристику, определяющих их структуру и сущность.
Система бюджета Республики Корея представляет собой двухуровневую структуру, включая в себя местные бюджеты и бюджет правительства. Местные бюджеты имеют многоступенчатую составляющую и подразделяются на 6 крупногородских бюджета и 9 провинциальных.
В свою очередь, городские бюджеты подчинены местным органам власти. Государственная финансовая система Республики Корея характеризуются наличием 1 Генерального счета и 20 Специальных счетов, а также 57 государственных фондов. По предпочтениям покупательной способности показатели южнокорейской экономики занимают 14 место в мире и 10 мировое место по росту ВВП.
В этом показателе основная функция принадлежит государ­ству, потому как именно поступательное планирование южнокорейского развития началось с 1954 г. при поддержке экспертов ООН и носило название плана Натана. Данный план не имел под собой целостной концепции экономического развития и не опирался на какие-либо значимые подтверждающие цифры.
Только к началу 60-х гг. при участии экспертов по международному развитию из США была создана долгосрочная двадцатилетняя программа, направленная на экономическое развитие Республики Корея. Были учтены рекомендации Международного валютного фонда, указывающие на то, что необходимо развивать именно те экспортные отрасли, которые приоритетны и востребованы на мировом рынке и в последствии могут повысить степень эффективности общественных производственных процессов.
Концепция плана базировалась на отправных ориентирах индустриального развития и на развитии международных экономических связей с маститыми в сфере промышленности государствами. Не упускался из внимания экспортный сектор и феномен мирового разделения труда. Главная роль в данной концепции отводилась государству, которое контролировало все рыночные отношения и должно было инвестировать денежные средства в максимально конкурентоспособные отрасли.
Реализация данной концепции происходила поэтапно и укладывалась в четыре пятилетних плана: это было тем условием, которое должно было задать темп и динамику в развитии экономики. Только на первом этапе, в начале 60-х гг. XX века государство оказывало поддержку тем отраслям, которые были способны заменить импорт внутри южнокорейского рынка.
Предполагалось резко сократить ассортиментный состав импорта и ввести в широкие круги потребления отечественную южнокорейскую продукцию. С этой целью государство даже намеренно ввело высокие пошлины на импорт [6].
Взятый правительством курс повлиял на динамичное развитие индустрий в Республике Корея. Проявилась чёткая структура промышленного производства. Южная Корея изначально применяла западные производственные образцы и технологии, что сохранилось и в настоящее время — в пик своего экономического расцвета стратегия заимствования с запада осталась [7]. Это и отголоски взаимодействия с транснациональными корпорациями, и ориентация на развитие наукоёмких отраслей производства.
Остаётся и основная задача, решаемая государством — это жёсткое регулирование внутриэкономических процессов. Конечно же, сегодня правительством Южной Кореи осуществляется политика, которая направлена на то, чтобы на Генеральном счёте не происходило концентрации всех доходов бюджета, но пока процесс консолидации поступлений и расходования бюджетных средств остаётся неизменен.
Кроме того, только в Республике Корея введена система национальных индикаторов оценки деятельности министерств и ведомств. Обществу ежегодно предлагается оценивать эффективность указанных государственных институтов по предложенным показателям и в зависимости высоты оценки принимается решение о величине финансирования данного ведомства на будущий год.
Пример индикаторов представлен в таблице 1.

Таблица 1
Категории системы Индикаторов Национальной политики за 2 полугодие 2015
 КатегорииКатегорииПримерыСовокупный показатель
Совокупность индикаторов31355Население Сеула
Экономика1877383Темпы роста ВВП, CSI, BSI
Общество1150244Прожиточный минимум
Культура41042Зарегистрированных музеев и художественных центров
Закон, правосудие и связанные с ними области51894Освобожденных

Однако, процессы глобализации повлияли на, казалось бы, стабильную экономическую систему, о чём говорят политиче­ские технологи, как на Западе, так и в самой Южной Корее. Тем не менее, на сегодня южнокорейское правительство занимает главную позицию в вопросах внутренней и внешней экономической политики. Конечно же, существуют и неформальные политические институты, но с 90-х гг. XX века южнокорейская политика обладает жёсткими институциональными основами ведения дел.
Обращая внимание на опыт Республики Корея, стоит подчеркнуть, что южнокорейским правительством очень успешно используются методы монетаристов и сторонников кейсианской теории. Именно такая теоретическая база позволяет организовать движущие процессы саморегуляции системы и обеспечить её функциональность. Реформы, проводимые в Республике Корея в 1960-м году при президенте Пак Джон Хи (отце нынешнего президента) породили группировки общественных и семейных объединений, которые стали твёрдой опорой для последующего динамичного развития южнокорейского государства [7].
Традиции продолжает администрация президент Пак Кын Хэ, которая формирует будущую экономическую элиту, взаимодействуя с высшими учебными заведениями Республики Корея в рамках «государственного заказа».
Схема взаимодействия представлена на рис. 1.
Одним из примеров может стать процесс стабильного поддержания уровня внутренних цен в Республике Корея. Главным субъектом этого процесса выступает не только правительство, но и центральный Банк (Бэнк Корея), который отслеживает малейшие колебания национальной валюты и её конвертируемость относительно валют других государств [8]. Показателем выступают строго фиксированные цены, прописанные на упаковках продуктов питания.
Не может не влиять на фактор экономической стабильно­сти социальный аспект современных трансформационных процессов в Республике Корея. Одним из таких вопросов является объединение Севера и Юга. На сегодня от единого национального наследия осталось только процентов двадцать-тридцать культурной схожести в северо и южнокорейском социуме [7], а экономический разрыв и коэффициент общего экономиче­ского состояния и того выше.
Новейшие политические силы Южной Кореи, представляют интересы зарождающегося класса бизнесменов, представителей малого бизнеса, для которых представлены не самые лучшие стартовые позиции при переходе к рыночной экономике, нежели, к примеру, для государственных служащих, админи­стративной верхушки, представителей «теневой экономики».
Если сравнивать трансформационные процессы в Республике Корея с Российской Федерацией, то можно сказать, что в Республике Корея именно экономический успех способен породить реформу, а в РФ — наоборот, реформа должна внести структурные преобразования в экономику и породить положительный внутриэкономический сдвиг.
Рис. 1. Конфигурация с отрицательным и положительным наложением взаимодействия трех подсистем развития национального экономического потенциала Республики Корея


Литература
1. Brief History of Korea — English. — URL: http: // www .geocities. com/mokkim/koreahistory.html.
2. Югай Г.А. Общность народов Евразии — арьев и суперэтносов как национальная идея. Россия и Корея. — М., 2007.
3. Чо Пён Вон Перспективы социальных реформ и разоружения в северной Корее / Аннотированный пер. М.В. Широких // Корея Фокус. — 2007. — №10. — URL: http://korea.sakh.com.
4. Воронцов А.В. Россия и Корейский полуостров: современные реалии и перспективы // Проблемы Дальнего Востока. — 2007. — № 3.
5. Булычев Г.Б. Политические системы государств Корейского полуострова. — М.: Весь мир, 2006.
6. Ким Джонгвон. Политические процессы в Корее после освобождения. — Сеул: Тольбэге, 2010.
7. Сон Намхон История 30 лет после освобождения (Хэбан самсимнёнса). — Сеул: Хангукса ёнгусо, 2009.
8. Trotter R.T. The life cycle of collaborative partnerships: Evolution of structure and roles in industry-university research networks. — London: Little Brown, 2010. — Р.9.
9. Азия как лидер мировой электронной промышленности // Бюллетень иностранной коммерческой информации. — 2010. — № 97.
10. Толстокулаков И.А. Начальный этап демократического процесса в Южной Корее // 100 лет корееведения в ДВГУ: Тез. и докл. междунар. науч. конф. — Владивосток: Изд-во Дальневосточного ун-та, 2000. — С.34.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия