Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 2 (58), 2016
ВОПРОСЫ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ. МАКРОЭКОНОМИКА
Тарандо Е. Е.
профессор кафедры экономической социологии
Санкт-Петербургского государственного университета,
доктор экономических наук

Никифорова О. А.
доцент кафедры экономической социологии
Санкт-Петербургского государственного университета,
кандидат социологических наук

Таранова О. А.
ассистент кафедры экономической социологии
Санкт-Петербургского государственного университета


Распределение как механизм взаимосвязи труда и собственности
В статье обосновывается положение о том, что основным общественным механизмом взаимосвязи труда и собственности оказываются распределительные отношения. Анализируются основные социально-экономические принципы распределения с позиции особенностей взаимосвязи субъекта, его производящего, и субъекта, присваивающего общественный продукт. Делается вывод о смещении сфер действия выделяемых принципов распределения в сторону усиления трудовых оснований собственности
Ключевые слова: трудовая теория собственности, распределение, социально-экономические принципы распределения, принцип распределения по труду, абстрактный и конкретный труд
УДК 316.334.2; ББК 65.01   Стр: 79 - 82

На современном этапе развития общества, когда капиталистическая система достигла одной из высших стадий своего развития, стало очевидным, что в системе капитализма стали появляться элементы присвоения, преодолевающие капиталистические принципы осуществления социально-экономических отношений. К таким элементам обычно относят расширение сферы общественных благ, появление и распространение предприятий с собственностью работников, расширение сферы реализации принципов социальной ответственности бизнеса, демократизацию трудовых отношений. Все это связывается в современной научной литературе с понятием социализации собственности, которая предполагает усиление трудовых принципов в распределении общественного продукта, расширение трудовых начал в сфере частнособственнических отношений.
Анализ этих процессов имел место в современной трудовой теории собственности, в рамках которой был сформулирован закон собственности, соответствующий следующей стадии развития экономики и общества. Этот закон — закон собственности на результат совместного труда в условиях высокообобществленного производства — преодолевает закон собственности на чужой труд, соответствующий капитализму. Одновременно предполагается, что элементы присвоения, выходящие за рамки капиталистических принципов, образуют зачатки нового способа производства, вызревающие в системе старых капиталистических отношений. Все это актуализирует вопрос об исследовании механизма взаимосвязи труда и собственности не только в современных условиях, но и применительно к общим принципам осуществления этой взаимосвязи.
Основной проблемой, которую стремиться решить трудовая теория собственности, является проблема увязывания доли общественного продукта, получаемой каждым членом общества с результатами труда этого члена общества. При этом вложенный работником труд, воплощенный в его результатах — общественном продукте, выставляется в данной теории в качестве главного основания для определения этой доли. Это положение оказалось отправной точкой построения трудовой концепции социальной справедливости, согласно которой единственным правильным принципом распределения общественного продукта является принцип распределения по труду.[1] Данная концепция является одним из оснований идеологии трудящихся классов и обслуживает их интересы.
Механизм взаимосвязи труда и собственности как механизм соотнесения доли общественного продукта, получаемой работником, и его трудового вклада, предполагает определение элементов, посредством которых осуществляется эта взаимосвязь. В самом общем виде взаимосвязь труда и собственности опосредуется обществом, т.е. всей системой общественных отношений. Это положение вытекает из рассуждений К.Маркса относительно общественной природы собственности. Собственность как общественное отношение, по мнению К.Маркса, не может возникнуть у изолированного человека, она — продукт совместной деятельности людей. Маркс, рассуждая об отношениях собственности в общинном производстве, пришел к выводу, что община как некое социальное образование является предпосылкой собственности. [2] Развивая эту мысль Маркса, В.Я.Ельмеев предположил, что не только община, но и любое социальное сообщество, начиная от малой социальной группы и заканчивая обществом в целом, может выступать предпосылкой собственности. [3] И, действительно, в рамках любого социального сообщества мы имеем дело с социальными взаимодействиями людей, их деятельной активностью относительно формирования комфортного для них физического и социального пространства, неотъемлемой стороной которого является предметный мир, а значит в рамках любого человеческого сообщества складываются отношения собственности.
Помимо этого К.Маркс определяет труд как обязательное условие продолжения жизни человеческого общества. Тем самым получается, что условием (предпосылкой) существования отношений собственности выступает общество в виде системы общественных отношений, а условием существования общества, в свою очередь, оказывается труд. Таким образом, взаимосвязь собственности и труда оказывается опосредованной всей общественной системой, которая в зависимости от конкретно-исторических условий дает возможность существования либо трудовой собственности, когда осуществляется соединение труда и собственности, либо реализует собственность, основанную на отчужденном труде.
Однако указание на то, что общественная система опосредует взаимосвязь труда и собственности, является недостаточным. Это слишком общее положение должно быть конкретизировано, т.е. необходимо определить какие именно общественные отношения из всей совокупности общественных отношений, составляющих общество, оказываются задействованными в процессах взаимодействия труда и собственности. Этот вопрос, крайне важный для трудовой теории собственности, до сих пор, к сожалению, не привлек к себе должного внимания исследователей. Этот пробел мы постараемся восполнить в данной статье.
Система общественных отношений — система сложная, состоящая из множества сфер, уровней, звеньев, которые находятся между собой в различных типах взаимосвязей и взаимозависимости. Поскольку отношения, отвечающие за связь трудового вклада каждого человека в производство общественного продукта и получение им его доли, — это отношения, задающие движение общественного продукта в общественной системе, то данные отношения будут осуществлять взаимосвязь труда и собственности в обществе. Известно, что движение общественного продукта проходит четыре стадии — стадии производства, распределения, обмена и потребления.
Стадия потребления оказывается зависимой от предыдущих стадий — работник потребляет ту долю общественного продукта, которую уже получил в процессе осуществления отношений предыдущих стадий. Остальные стадии, точнее общественные отношения, которые обслуживают их реализацию, оказываются вовлеченными в процесс соотнесения трудового вклада работника и получаемой им доли общественного продукта. [4] Однако не все они оказываются определяющими это соотнесение. В самом общем виде процесс определения того, сколько общественного продукта должен получить работник, представляет собой определение пропорций, в которых все участники общественного производства будут присваивать произведенный продукт, что есть не что иное как процесс распределения общественного продукта. Поэтому представляется, что именно отношения распределения являются ключевым звеном общественного механизма соотнесения трудового вклада работника и получаемого им продукта. При этом отношения распределения должны пониматься в широком смысле, так как условия, из которых исходят принципы распределения (применительно к трудовой теории собственности и ее основной проблеме таким условием будет трудовой вклад работника) относятся к сфере производства. Так, в этой сфере осуществляется распределение работников по рабочим местам, каждое из которых (место) представляет собой определенную позицию в иерархической системе производства с соответствующими возможностями влияния не только на свои социальные роли в ходе осуществления производственного процесса, но и на способы распределения получаемого продукта и, как следствие, на размер присваиваемой доли этого продукта. Кроме того, доля продукта, получаемая в процессе распределения, в условиях развитого общественного разделения труда должна быть обменена на разнообразные жизненные средства, причем пропорции этого обмена изменяются в зависимости от колебания рыночной конъюнктуры, а потому можно говорить о наличии в сфере обмена возможностей изменения размера доли присваиваемого продукта посредством гибкости пропорций обмена в каждом конкретном случае купли–продажи. Тем самым именно сфера распределения выступает тем общим механизмом, через который осуществляется соотнесение трудового вклада работника и присваиваемой доли общественного продукта. [5] [6]
Известно, что распределение как общественный механизм осуществляется через реализацию определенных принципов, которые четко оговаривают условия получения определенными социальными группами доли общественного продукта. Причем труд, вложенный в производство этого продукта, является далеко не единственным таким условием, что означает участие в его распределении представителей других социальных групп, а не только работников.
В целом можно выделить три исторических социально-экономических принципа распределения: 1) распределение по потребительной силе труда (по потребностям); 2) распределение по труду; 3) распределение по праву собственности.
Условием получения доли общественного продукта в рамках первого из перечисленных принципов распределения является наличие соответствующих потребностей и необходимости их удовлетворения через распредмечивание этого продукта. А поскольку такие потребности присущи всем членам общества, то данный принцип предполагает участие всех в распределении и потреблении общественного продукта. Тем самым данный принцип обслуживает общественную форму собственности и был единственным принципом распределения, существовавшим в первобытную эпоху.
Одной из основных задач существования первобытной общины была задача гарантировать ее воспроизводство через воспроизводство жизни каждого общинника независимо от природной случайности получения результатов труда. [7] В ситуации, когда каждый общинник добывает то больше, то меньше продукта, необходимого для восстановления его жизненных сил, а также когда в общине присутствуют и нетрудоспособные ее члены, обеспечить воспроизводство каждого возможно только путем учета его потребностей как условия распределения добываемого продукта. При этом механизм распределения, реализующий данный принцип, в качестве своего основания предполагает обобществление добываемого трудоспособными общинниками продукта, когда полученный каждым из них продукт не потребляется единолично, а складывается в общий котел для последующего дележа. Такое основание не только уравновешивает постоянные колебания результатов труда трудоспособных общинников, но и формирует ресурсную базу для обеспечения нетрудоспособных членов общины.
В данном принципе распределения труд учитывается в качестве основного условия, но учитывается не со стороны своей производительной силы, а со стороны потребительной в качестве основы воспроизводства человека как носителя способности к труду. Фундаментальность данного принципа распределения подтверждает тот факт, что он не исчез как таковой, а остался в определенных нишах общественной системы. Так, в современных обществах этот принцип реализуется в рамках семьи, являющейся основным социальным институтом, который обеспечивает физическое и социальное воспроизводство общества.
В то же время возникает вопрос о том, как в рамках данного принципа соотносится субъект труда и субъект собственности на продукт труда, когда каждый отдельный общинник может потреблять больше, чем добыл сам. Очевидно, что главным субъектом и трудовой деятельности, и собственности на продукт выступает община как некий социальный коллектив, а значит в рамках данного принципа реализуется трудовой вид собственности на основе ее общественной формы.
Следующий принцип распределения — принцип распределения по труду — предполагает соотнесение трудового вклада отдельного работника и размера доли общественного продукта, которую он получает. Этот принцип — результат развития общества, когда появление устойчивого воспроизводства прибавочного продукта определило институционализацию частной собственности. Обычно, когда речь заходит о трудовой собственности, то имеется в виду именно этот принцип. В то же время у труда как условия осуществления данного принципа имеются разные стороны. Труд может производить потребительную стоимость и тем самым выступать как конкретный труд, а может быть абстрактным трудом, производить стоимость, соответственно в каждом из этих случаев принцип распределения по труду будет определять разную долю общественного продукта, полагающуюся работнику. [3]
Когда труд в качестве условия осуществления принципа распределения по труду берется как производитель потребительной стоимости, в качестве конкретного труда, предполагается, что производимый работником продукт полностью поступает в его собственность. А поскольку право собственности на продукт порождается не только трудом, вложенным в его производство, но и собственностью на средства производства, то реализация такого распределения по труду требует, чтобы работник был собственником этих средств.
Исторически исходной ситуацией была собственность трудящегося субъекта (общины) на природные условия своего существования (землю с ее ресурсами как средство производства). Разрушение этого исходного отношения собственности изначально происходило по линии индивидуализации собственности со становлением различного рода частных ее форм, развитием форм эксплуатации труда, предполагающих социально-политические механизмы отчуждения продукта труда от работника. При этом частная собственность становится общественным институтом, определяющим в многообразных своих формах механизмы участия различных социальных групп в распределении общественного продукта. Среди этих общественных групп оказываются и такие, которые не участвуют в производстве этого продукта. Однако среди частных форм собственности институционализируются и те, которые оказываются механизмом реализации принципа распределения по труду, производящему потребительную стоимость.
Распределение по труду абстрактному, производящему стоимость, появляется гораздо позже с развитием рыночных отношений в сфере труда. Эта сторона принципа распределения по труду привлекла пристальное внимание К. Маркса и потому стала предметом отдельного исследования. Данная форма принципа распределения по труду реализуется в условиях, когда работник, лишенный своих средств производства, свободно распоряжается своей способностью к труду, продавая ее и получая взамен ее стоимостной эквивалент, т.е. в условиях капитализма, хотя отношения наемного труда зародились еще в рабовладельческих обществах и вызревали в недрах феодализма. Абстрактный труд как труд, взятый безотносительно к своим конкретным формам и представляющий собой затраты человеческих сил и человеческой энергии, предполагает, что эта затраченная сила и израсходованная энергия должны быть восстановлены, чтобы процесс труда можно было начать снова. А для этого у работника должно быть в наличии определенное количество жизненных благ, потребление которых обеспечит это восстановление. Поэтому распределение по абстрактному труду предполагает, что работнику достается стоимость его рабочей силы как стоимость жизненных средств, необходимых для ее воспроизводства. В этом — суть принципа распределения по абстрактному труду как принципа распределения, соответствующего капитализму. Поэтому можно сказать, что при капитализме реализуется принцип распределения по труду, но с существенным уточнением, что это распределение осуществляется по труду абстрактному. Вопрос здесь заключается в том, насколько адекватно стоимость жизненных средств, которая достается работнику в рамках реализации такого принципа распределения, соотносится с продуктом, который он произвел?
Маркс, отвечая на этот вопрос, обращался опять-таки к анализу двойственной природы труда. Работодатель, являясь собственником средств производства и покупая рабочую силу, оказывается собственником всего продукта, произведенного соответствующими факторами производства. При этом в производственном процессе реализуется потребительная стоимость рабочей силы, способная создавать стоимость бульшую, нежели стоит она сама. Поэтому в структуре создаваемого работником продукта выделяется необходимый продукт, принимающий при капитализме форму стоимости рабочей силы, и прибавочный продукт, создаваемый работником сверх необходимого и безвозмездно присваиваемый работодателем. Если бы этого не было, работник был бы просто невыгоден работодателю в условиях господства капитала.
Тем самым вышеуказанный принцип распределения позволяет отчуждать от работников прибавочный продукт их труда, что в условиях капитализма является обязательным моментом обращения капитала. Такое отчуждение оказывается экономически эффективным, так как позволяет через концентрацию отчужденного продукта осуществлять внедрение прогрессивных дорогостоящих новаций в сфере хозяйства с целью оптимизации процесса самовозрастания стоимости.
Принцип распределения по праву собственности, также как и принцип распределения по труду, является результатом развития общества. Процесс его становления — это сторона институционализации частной собственности, одной из основных функций которой является закрепление доли общественного продукта за социальными группами, напрямую не участвующими в материальном производстве. Изначально частная собственность выступала механизмом жизнеобеспечения членов общества, занимающихся непроизводительным трудом. В более развитом своем виде частная собственность позволила безбедно существовать таким социальным группам, которые вообще не участвуют в создании общественного продукта. Безусловно, такие социальные группы изначально обосновывали необходимость получения ими доли общественного богатства особыми социальными функциями, которые они выполняли. Однако в процессе развития общества эти функции модифицировались, изменялись сами социальные группы, падала эффективность выполнения ими изначально заявленных социальных обязанностей, что определяло их (обязанностей) перекладывание на плечи других социальных групп, начинающих на основе этого претендовать на соответствующие права и прежде всего на право получать соответствующую долю общественного продукта.
При капитализме данный принцип дополняет принцип распределения по абстрактному труду. Если последний принцип определяет отчуждение прибавочного продукта от работников, то принцип распределения по праву собственности регламентирует присвоение этого продукта собственниками капитала.
В современном обществе все три принципа распределения сосуществуют и сочетаются между собой так, что один и тот же человек в разных жизненных ситуациях может быть участником распределения согласно разным принципам. Однако в настоящее время все же начинают смещаться акценты в системе взаимодействия указанных принципов распределения на уровне общественного производства. Современное высокотехнологичное производство требует, чтобы ему соответствовал высокообразованный работник, обладающий значительным трудовым потенциалом.[8] При этом воспроизводство этого потенциала предполагает воспроизводство каждого из его компонентов, не только непосредственно связанных с выполнением трудовых функций квалификации и профессионализма, но и здоровья, ресурсов активности и творчества. А это требует соответствующего увеличения количества жизненных средств, которые должен получать работник. Это не может не вносить коррективы в расклад сил между сферами действия основных принципов распределения.
Прежде всего, в экономической системе западных стран появились, распространились и прочно утвердились предприятия с собственностью работников. В США порядка 10% занятых в экономике страны работают на предприятиях указанной формы собственности. Суть ее состоит в том, что работники предприятия являются его же акционерами-собственниками, а потому получают не только заработную плату, но и дополнительное количество жизненных средств, доставляемых их прибавочным трудом. Причина эффективности таких предприятий — в актуализации мотивации собственника у работников, побуждающей их работать с полной отдачей сил. [9] Распространение этой формы собственности — это расширение сферы действия принципа распределения по труду, производящему потребительную стоимость.
Другое направление смещения границ соприкосновения указанных принципов распределения — это расширение сферы общественных благ, производимых государством. Общественные блага, к которым относятся оборона страны, охрана внутреннего порядка, пожарная безопасность, поддержка фундаментальной науки, транспортные системы, создание рыночной инфраструктуры и мн.др., обладают фундаментальным свойством — неисключаемостью (неотчуждаемостью). Это означает, что потребление таких благ возможно для всех желающих это сделать. Поэтому сфера реализации общественных благ — это сфера функционирования общественной собственности с соответствующим ей принципом распределения по потребительной силе труда.
Исторический анализ динамики границ сферы общественных благ показывает, что эта сфера, начиная с XIX в. постоянно увеличивается по двум направлениям. Во-первых, возникают новые виды общественных благ в связи с прогрессом экономического основания общества (например, формирование инфраструктуры рынка). Во-вторых, некоторые блага, которые изначально были частными благами, начинают востребоваться обществом как общественные (образование, здравоохранение). В последнем случае в сфере потребления таких благ утверждается принцип распределения по потребительной силе труда, и они становятся доступными всем членам общества, в то время как их бытие в качестве частных благ определяло их потребление только теми общественными группами, которые могла платить за их присвоение.
Важным направлением расширения границ сферы действия трудовых оснований принципов распределения является развитие направлений социальной ответственности бизнеса. Применительно к соотношению субъекта, осуществляющего затраты труда, и субъекта, присваивающего его соответствующую долю, значимым оказывается направление развития социальной ответственности бизнеса, касающееся проведения социальной политики в организациях, т.е. социальной ответственности работодателя по отношению к работникам. [10] [11] Проведение социальной политики в организациях предполагает, что работникам предоставляются социальные услуги коллективного пользования на безвозмездно или лишь на частично оплачиваемой ими основе. При этом производство данных услуг финансируется как правило из средств, образующих прибыль данной организации. Поэтому получается, что работники в такой ситуации начинают получать дополнительное количество жизненных средств сверх стоимости своей способности к труду. [12]
В то же время решение вопроса о том, является ли проведение социальной политики в организациях корректировкой принципа распределения по абстрактному труду в сторону утверждения принципа распределения по конкретному труду не является однозначным. Дело в том, что проведение такой социальной политики определяется необходимостью расширенного воспроизводства трудового потенциала работника, что дает возможность развития производственного потенциала организации и, соответственно, стимулирует процесс самовозрастания стоимости. С этих позиций производимые организацией для своих работников социальные блага оказываются составной частью необходимого продукта, а значит, речь в данном случае может идти только об обычной реализации принципа распределения по абстрактному труду.
Однако далеко не все организации реализуют у себя направления социальной политики, при этом они не только успешно функционируют, но и имеют возможность для своего экономического развития. Это говорит о том, что меры социальной политики в организациях не являются обязательными, они реализуются на добровольной основе.[13] [14] Работодатель в данном случае изыскивает другие способы развития трудового потенциала работников. Необязательность проведения социальной политики в организациях говорит в пользу того, что данные коллективные блага не являются составной частью необходимого продукта, получение которого оказывается обязательным для работника. Поэтому с нашей точки зрения проведение такой политики корректирует принцип распределения по абстрактному труду, а все более широкое распространение практики ее проведения расширяет сферу действия принципа распределения по конкретному труду.
Таким образом, в сфере распределительных отношений как сфере, обеспечивающей взаимосвязь труда и собственности, наблюдаются изменения в сторону расширения сферы действия принципов распределения, предполагающих труд в качестве основания присвоения доли общественного продукта. Логика развития производительных сил, определяющая возрастание значимости работника в производственном процессе, требует соответствующих трансформаций в системе производственных отношений, трансформаций, которые обеспечивают увеличение реальных доходов работников, а значит изменения в распределении получаемой прибыли, когда наемные работники оказываются одним из субъектов ее присвоения. [15] Это ставит вопрос о преходящем характере капитализма, когда внутри капиталистической системы начинают вызревать и накапливаться элементы, отрицающие основополагающие принципы функционирования этой системы, и актуализирует необходимость исследования современных обществ на предмет их перехода на более высокую ступень социально-экономического развития.


Литература
1. Пруель Н.А., Карапетян Р.В., Емельянова Т.В. Возможна ли справедливость? // Известия Санкт-Петербургского государ­ственного экономического университета. — 2006. — № 2. — С. 150–156.
2. Маркс К. Экономические рукописи 1857–1859 гг. // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.46. Ч.1.
3. Ельмеев В.Я. Социальная экономия труда: общие основы политической экономии. — СПб, 2007.
4. Пруель Н.А., Всеволодов О.Б. Социальная экономия труда как общая основа политической экономии // Вестник Санкт-Петербургского университета. Сер.12. Психология. Социология. Педагогика. — 2008. — № 3. — С.348–365.
5. Малинина Т.Б. Человек и его мера труда и мера потребления в социальном развитии // Глобальный научный потенциал. — 2011. — № 9. — С. 80–88.
6. Малинина Т.Б. Соотношение производства и потребления: диалектика значения для социологии // Глобальный научный потенциал. — 2013. — № 7(28). — С.25–28.
7. Кузьминов Я.И. Основное отношение первобытнообщинного способа производства: Автореф. дис. на соиск. уч.ст. к.э.н. — М., 1984.
8. Борисов А.Ф. Управление интеллектуальным капиталом как социальная технология // Вестник Санкт-Петербургского университета. Сер.12. Психология. Социология. Педагогика. — 2012. — № 3. — С.222–229.
9. Борисов А.Ф. Личность работника и его собственность. СПб.: МВД России, 1995.
10. Липатова Л.Н., Еремкина Т.В. Занятость населения региона в условиях экономических реформ // Регионология. — 2011. — № 4(77). — С.234–240.
11. Игнатьева М.В., Липатова Л.Н. Человеческий потенциал экономического развития: федеральный и региональный аспекты // Регионология. — 2014. — № 3. — С.71–78.
12. Липатова Л. Оплата труда на российских предприятиях //Экономист. — 2010. — № 3. — С.71–78.
13. Рубцова М.В. Социологическая теория управляемости. СПб.: Книжный дом, 2010.
14. Рубцова М.В. Управляемость и власть: соотношение понятий в социологии управления // Социология власти. — 2009. — №  1. — С.57–59.
15. Синютин М.В., Сергеев С.Ю. Кризис интеллектуального основания капитализма // Известия Санкт-Петербургского государственного аграрного университета. — 2013. — № 31. — С.241–246.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия