Logo Международный форум «Евразийская экономическая перспектива»
На главную страницу
Новости
Информация о журнале
О главном редакторе
Подписка
Контакты
ЕВРАЗИЙСКИЙ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ English
Тематика журнала
Текущий номер
Анонс
Список номеров
Найти
Редакционный совет
Редакционная коллегия
Представи- тельства журнала
Правила направления, рецензирования и опубликования
Научные дискуссии
Семинары, конференции
 
 
 
 
Проблемы современной экономики, N 4 (12), 2004
СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ГОСУДАРСТВ ЕВРАЗИИ
Ларченко Л. В.
доцент Государственной полярной академии,
доктор географических наук


ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ОСВОЕНИЯ УГЛЕВОДОРОДНЫХ РЕСУРСОВ ЕВРОПЕЙСКОГО СЕВЕРА: МЕЖДУНАРОДНЫЙ АСПЕКТ

Важнейшим направлением развития хозяйственной системы Европейского Севера России является освоение нефтегазовых ресурсов. В последние десятилетия разведаны существенные запасы нефти в северной части Тимано-Печорской нефтегазоносной провинции (на территории Ненецкого АО), а также нефти и газа на шельфе арктических морей - Баренцева и Карского. Тимано-Печорская - единственная из новых провинций в России, которая сегодня практически готова к эксплуатации. Ее потенциал по нефти составляет почти 2 млрд т, включая запасы Республики Коми. Такого количества может хватить на 40-50 лет промышленного освоения.
Шельф западной Арктики - также мощный потенциальный источник углеводородов. В целом его начальные суммарные нефтегазовые ресурсы составляют около 100 млрд т условного топлива. На Баренцево и Карское моря приходится около 80% начальных потенциальных ресурсов углеводородов всего континентального шельфа России[1] . Наиболее подготовленными к эксплуатации являются Приразломное нефтяное и Штокмановское газоконденсатное месторождения.
Нефтяные ресурсы Европейского Севера России попадают в сферу интересов стран Западной Европы. Это объясняется, прежде всего, сокращением собственной ресурсной базы западноевропейских государств, географической близостью к ним месторождений российской Арктики, а также наличием мощностей для транспортировки.
Ожидается, что импортная зависимость Евросоюза, по нефти, в ближайшие 15-20 лет возрастет с 74,4 до 86,1%[2] . В абсолютных величинах нетто-импорт нефти к 2020 г., по данным Международного энергетического агентства, составит около 800 млн т[3] . При этом вполне естественно стремление Европы избежать монополизации поставок углеводородов из стран ОПЕК.
Сегодня позиции ОПЕК на мировом рынке нефти очень сильны. На долю стран, входящих в эту организацию, приходится более 40% мировой добычи, около 60% ее мирового экспорта, 30% экспорта нефтепродуктов. Но основой их влияния на рыночную динамику является мощнейшая ресурсная база - 77% доказанных мировых запасов нефти, и они стабильно пополняются. Средние издержки нефтедобычи в таких крупных странах -членах ОПЕК, как Ирак, Иран, Саудовская Аравия, Кувейт, составляют менее 2 долларов за баррель, что свидетельствует о безусловной конкурентоспособности ближневосточной нефти по сравнению с латиноамериканской (от 2 до 5 долл./ барр.), североамериканской и российской (от 5 до 10 долл./барр.), и тем более западноевропейской (свыше 10 долл./барр.)[4] .
Тем не менее, по утверждению экспертов Европейской Комиссии ЕС и Международного энергетического агентства, в долгосрочной перспективе мировые цены на нефть будут расти (рис.1). Это связано не только с увеличением спроса, но и с общей тенденцией повышения себестоимости ее добычи, по причине неизбежного перехода на месторождения с более трудноизвлекаемыми запасами. На рост цен может также повлиять подтверждение предположения, что доказанные запасы ОПЕК все-таки процентов на 30 завышены. При таком развитии событий в более выгодном положении окажутся компании, располагающие высокоэффективными технологиями добычи, транспортировки и переработки сырья; развитыми системами сбыта продукции; первоклассным менеджментом.
Возможности импорта российской нефти ЕС рассматривает в контексте своей комплексной экономической политики на севере Европы. С этой точки зрения российский Север характеризуется, с одной стороны, как высокоперспективная территория, обладающая большим природно-ресурсным потенциалом, с другой - как проблемная, т. е. неэффективно использующая как природные, так и другие экономические ресурсы, что тормозит ее социально-экономическое развитие и приводит к нарушению экологического равновесия.
Рис. 1. Прогноз мировых цен на нефть до 2020 г.
[European Commission..., 1999, p. 45].

Принципиально разные сложившиеся модели хозяйствования России и европейских стран, в первую очередь скандинавских (Норвегия, Швеция, Финляндия), предопределили и существенные расхождения в размещении производительных сил, формировании производственной, социальной инфраструктуры, организации хозяйственной деятельности в условиях Севера. Очевиден факт - наша модель оказалась хуже. Показатель валового национального дохода на душу населения наглядное тому свидетельство (рис.2). Это является серьезным препятствием для международной хозяйственной интеграции, организации полноценных региональных рынков капитала, товарной продукции, труда.
В Мурманской, Архангельской областях, республиках Карелия, Коми, как, собственно, и в большинстве других субъектов Российской Федерации, существует серьезная проблема воспроизводства основных фондов промышленных предприятий. В течение двадцати лет они не обновлялись должным образом, в результате чего износ большинства из них достиг 60-70%. Несколько менее острая ситуация лишь в ориентированных на экспорт отраслях - нефтедобывающей и металлургической.
Инвестиции в промышленность Севера пока остаются на критически низком уровне. Сказываются общая экономическая нестабильность, дефицит финансовых ресурсов у предприятий, низкие доходы населения, что не позволяет территориям создать необходимые накопления для последующих вложений, а также чрезмерная централизация капиталов в межрегиональных финансово-промышленных группах и монополиях. Привлечение иностранных инвестиций осложняется еще и спецификой российского налогообложения, бухгалтерского учета, статистики, которые пока не приведены в соответствие с мировыми стандартами. Аналогичная ситуация складывается и с капиталовложениями в возобновимые природные ресурсы (лесные, рыбные), которые являются основой функционирования традиционных отраслей экономики региона.
Рис. 2. Валовой национальный продукт на душу населения в 1999-2000 гг., USD
В 1997 г. Финляндия и Швеция вышли с инициативой формирования Евросоюзом новой системы взглядов на политику в отношении регионов европейского Севера и, в первую очередь, его российской части. В результате этого на свет появилась концепция "Северное Измерение". Главной ее целью стало обеспечение взаимовыгодных условий существования и деятельности для всех партнеров, участвующих в сотрудничестве в северных областях Европы, включая экономическую, социальную и экологическую сферы. Стратегической установкой концепции является поэтапный выход севера Европы на вектор устойчивого развития, основные принципы которого сформулированы в Декларации, которая была принята в Рио-де-Жанейро. "Северное Измерение" не субрегиональная инициатива, которая распространяется на ограниченное число стран-участниц. В географическом аспекте концепция охватывает Баренцевоморский регион, Исландию, страны восточной Балтики, Ленинградскую, Новгородскую, Псковскую, Вологодскую, Калининградскую области, Санкт-Петербург.
Важнейшими направлениями экономической политики "Северного Измерения" определены: 1) решение энергетической проблемы ЕС; 2) улучшение транспортной инфраструктуры региона и развитие в нем современных информационных систем.
Очевидно, что для ЕС стабильное обеспечение экономики углеводородным сырьем становится одной из важнейших проблем нового столетия. Но для того, чтобы нефть российского Севера стала хоть в какой-то мере конкурентоспособной по сравнению с нефтью стран ОПЕК, необходимо удерживать на минимальном уровне себестоимость ее добычи и транспортировки. Здесь решающую роль должны сыграть экономически и экологически эффективные технологии, консолидация финансовых и интеллектуальных ресурсов западного и российского бизнеса, согласованная государственная политика по этим вопросам как со стороны ЕС, так и со стороны России. Появляется новое обширное поле для международного экономического сотрудничества.
Европейский Союз объективно заинтересован в следующем:
- долгосрочном импорте нефтегазовых ресурсов с месторождений Тимано-Печорской нефтегазоносной провинции и континентального шельфа Арктики;
- формировании оптимальной транспортной инфраструктуры с целью снижения затрат по перевозке углеводородов;
- размещении инвестиций в высокорентабельной нефтегазовой отрасли, сфере транспорта на севере России;
- сохранении благоприятной экологической обстановки на севере Европы.
Долгосрочные экономические интересы территорий Европейского Севера России, как и страны в целом, совпадают с интересами ЕС, но не в полной мере. Они состоят:
- в организации добычи и ограниченном экспорте углеводородов с месторождений Тимано-Печорской нефтегазоносной провинции и континентального шельфа для обеспечения устойчивого экономического роста;
- в формировании развитой транспортной инфраструктуры для обеспечения нормальной жизнедеятельности на обширных территориях с малой плотностью населения;
- в привлечении иностранных инвестиций как в сырьевые, так и в обрабатывающие наукоемкие отрасли;
- в модернизации и переводе предприятий на экологически чистые технологии по критерию "максимум производства / минимум загрязнения".
Приведение экономических интересов сторон к компромиссному, общему знаменателю должно сопровождаться не только поиском взаимоприемлемых форм сотрудничества, но и разрешением ключевых противоречий.
По нашему мнению, основное противоречие в экономических интересах состоит в том, что каждая из сторон, в целях создания максимальной добавленной стоимости у себя, стремится перерабатывать основную часть нефтяных ресурсов на своей территории. Странам ЕС это необходимо для достижения стабильного обеспечения экономики сырьем, нефтепродуктами, более полного использования перерабатывающих мощностей, решения проблемы занятости, российским же северным регионам - для достижения высоких темпов экономического роста посредством создания, по сути, новой нефтеперерабатывающей отрасли.
Вторым противоречием являются разные взгляды на временной период освоения запасов углеводородов Арктики. ЕС рассматривает эти запасы как стратегический резерв энергоресурсов, который следует использовать по мере истощения нефтегазовых месторождений в Северном море (приблизительно через 10-15 лет), Россия рассматривает эти запасы как ресурс, который может "вытащить" экономику региона из депрессивного состояния в ближайшие 5 лет.
К третьему противоречию, производному от двух предыдущих, можно отнести стремление сторон сконцентрировать у себя максимальное количество рычагов влияния на функционирование нефтедобывающей промышленности региона, что, кстати, вполне вписывается в усиливающиеся процессы глобализации мировой хозяйственной системы. Неизбежно столкновение интересов между ЕС и Российской Федерацией в будущем относительно регулирования экспортно-импортных товарных, инвестиционных потоков, распределения нефтегазовых доходов и так далее. Прогнозирование конфликтов такого рода обеими сторонами уже сейчас влияет на их решения.
В настоящее время формирование нефтегазового сектора промышленности Европейского Севера идет крайне трудно. Сказываются как общая неблагоприятная ситуация в реальном секторе экономики России, так и не всегда последовательная государственная экономическая политика. Трудно назвать эффективными действия и ведущих российских нефтяных компаний. Несмотря на внешнее относительное благополучие, они обременены проблемами высоких издержек производства, технической отсталостью, несовершенством менеджмента, что делает их неконкурентоспособными по сравнению с зарубежными компаниями.
Отечественным нефтяным компаниям, созданным на базе старых госпредприятий, свойственны проблемы не только низкой технологичности производства, корпоративного менеджмента, но и маркетинговые, особенно на мировом уровне. Использование традиционных методов работы на внешнем рынке не может дать существенного эффекта, поскольку российским вертикально интегрированным компаниям, весьма "рыхлым" в организационном плане, противостоят хорошо сбалансированные международные нефтяные монополии с мощным потенциалом и новейшими технологиями конкурентной борьбы.
Для российских нефтяных компаний в последние годы было характерно стремление к экстенсивному росту посредством наращивания ресурсной базы в ущерб перерабатывающим мощностям, что усиливает сырьевую ориентацию экономики, и приобретения непрофильных активов. Слабым местом остается экологическая безопасность производства. С определенной вероятностью можно прогнозировать, что активизация деятельности на новых месторождениях будет сопровождаться низким мультипликативным экономическим эффектом и обострением экологических проблем. К положительному результату можно будет отнести лишь некоторое пополнение госбюджета за счет ресурсных платежей, да и то заниженных. В связи с этим привлечение в регион иностранных добывающих компаний, особенно западноевропейских, представляется весьма позитивным. Целесообразно их участие в международных консорциумах по освоению крупных месторождений Арктики, требующих больших капитальных вложений и передовых технологий, а также в создании совместных предприятий с российскими нефтегазовыми компаниями. Это в полной мере соответствует долгосрочным интересам и России, и Европы.
Следует помнить, что добыча углеводородов в арктических условиях, а особенно на континентальном шельфе, чрезвычайно сложна и ответственна. Капиталоемкость морской нефтегазодобычи сопоставима с проектами освоения космоса. В среднем она в 2-3 раза (а на шельфах Канады, Аляски, Норвегии в 15-20 раз) превышает капиталоемкость добычи нефти на суше[5]. К примеру, для реализации проекта разработки Приразломного месторождения необходимо только прямых инвестиций более 1 млрд долл., что сопоставимо с полугодовым объемом иностранных вложений в экономику всей страны. Безусловно, отечественным инвесторам такие проекты в ближайшие 10-15 лет просто не "поднять".
Устойчивое развитие Европейского Севера России, на основе использования нефтяного потенциала, может быть достигнуто при построении сбалансированной региональной экономической системы. Баланс должен быть установлен между: нефтедобычей и нефтепереработкой; хозяйственной активностью и ассимиляционной способностью арктических экосистем; потреблением и капитализацией доходов от работы нефтяной отрасли; производственной и социальной сферами. Только при таком подходе природно-ресурсный потенциал позволит получить максимальную отдачу в течение продолжительного периода времени, а сам регион будет развиваться стабильно.
Для решения обозначенных выше противоречий с ЕС российской стороне потребуется: сместить приоритет экономических целей в пользу долгосрочных; отказаться от экономики "сырьевого" типа в пользу экономики "инновационной"; перейти на общемировые методики измерения экономических, социальных и экологических процессов.
Макроэкономический эффект от использования нефтяного фактора в этом регионе может быть достаточно высоким. Но для этого нужно избавиться от имеющего место заблуждения, что Западная Европа, из-за растущей нефтяной зависимости, будет вынуждена финансировать нефтедобычу на российском Севере и импортировать углеводороды по тем ценам, которые наша сторона установит. Такая перспектива маловероятна. Скорее всего, основной поток иностранных инвестиций, даже при нормализации инвестиционного климата в России, пойдет через 5-10 лет, не раньше. Главными объектами инвестирования станут новые добывающие предприятия. В значительно меньшей степени инвестиции затронут транспорт и нефтепереработку. Надо быть готовыми и к тому, что все крупные проекты будут реализовываться при условии рентабельности, а значит, бизнесмены будут чувствительны абсолютно ко всем рискам. Развивать же перерабатывающие мощности, создавать производственную инфраструктуру надо будет государственным структурам федерального и регионального уровней, разумеется, с привлечением частного капитала.
"Иностранный" фактор в организации нефтедобычи в регионе нельзя как недооценивать, так и переоценивать. Во-первых, Западная Европа - это емкий, но и высококонкурентный рынок сбыта. Во-вторых, это мощный, но "привередливый" источник инвестиций. В-третьих, это доступ к новейшим технологиям, но с жесткими ограничениями.
Важно не просто начать добычу и экспорт нефтяного сырья, необходимо ставить задачу шире - освоение углеводородов российской Арктики должно стать одним из "локомотивов" экономического роста всей страны. Это предполагает, с одной стороны, неукоснительное соблюдение ключевых экономических интересов России, с другой - тесное и продолжительное сотрудничество с западноевропейскими партнерами.


1 Эксперт "Северо-Запад".- 2001.- N 25(54).- С. 18.
2 European Commission Economic Foundations for Energy Policy. - Bruxelles, Dec. 1999. - Р. 53.
3 International Energy Agency, "World Energy Outlook" (1998 Ed.) - Paris, 1998. - Р. 117.
4 Цветков Н.А. Российский нефтегазовый комплекс: международное инвестиционное сотрудничество. - М.: Архив-М, 2001.-
С. 147, 169.
5 Остистый Б.К., Лузин Г.П., Меркулова О.Н. Проблемы освоения углеводородных ресурсов шельфовых акваторий Западной Арктики. - Апатиты: Изд-во КНЦ РАН, 1999. - С. 138.

Вернуться к содержанию номера

Copyright © Проблемы современной экономики 2002 - 2020
ISSN 1818-3395 - печатная версия, ISSN 1818-3409 - электронная (онлайновая) версия