|
| | | | Проблемы современной экономики, N 3 (95), 2025 | | | | СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ ЕВРАЗИЙСКОГО СОТРУДНИЧЕСТВА | | | |
| | Ли Цянь
соискатель кафедры внешней политики России и стран СНГ факультета мировой политики
Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова
| | | | В статье проводится сравнительный анализ миротворческой практики, концепций и приоритетов России и Китая как постоянных членов Совета Безопасности ООН. На основе этого анализа делается вывод о том, что миротворческая деятельность каждой из двух стран имеет уникальные особенности, что позволяет им дополнять друг друга в определённых аспектах. | | Ключевые слова: миротворческая деятельность, ООН, региональные организации, Россия, Китай | | УДК 321.02 Стр: 11 - 14 |
Введение. Россия и Китай, будучи постоянными членами Совета Безопасности ООН, играют значительную роль в международной и региональной миротворческой деятельности. В статье проведено сопоставление действий обеих стран в области миротворчества для выявления их сходств и отличий с акцентом на различиях подходов и практик в отношении субъектов миротворчества, а также принципов, концепций и приоритетов. В результате исследования делается вывод о том, что выявление различий на фоне общих свойств и поиск способов взаимодополнения этих различий будет способствовать созданию более эффективных механизмов сотрудничества для достижения общих глобальных и региональных целей безопасности.
Разнообразие и единообразие субъектов миротворчества. С точки зрения субъектов миротворческой деятельности, Россия действительно демонстрирует более диверсифицированный подход к участию в операциях по поддержанию мира (ОПМ). Миротворческая деятельность России в целом может быть классифицирована в зависимости от характера участвующих субъектов — выделяются три основные формы: под эгидой ООН, в рамках региональных организаций и на основе трёхсторонних соглашений или договорённостей.
В качестве постоянного члена Совета Безопасности ООН Россия несёт ответственность за участие в миротворческой деятельности ООН. Следует заметить, что Россия проявляет высокую активность и вне рамок миротворческой деятельности ООН. Приоритетным районом российского миротворчества является постсоветское пространство, которое имеет важное геополитическое значение для России. Россия приняла участие в общей сложности в шести операциях в этих регионах: в Приднестровье/Молдове (с 1992 года по настоящее время), в Южной Осетии/Грузии (1992–2008), в Таджикистане (1993–2000), в Грузии/Абхазии (1994–2008), в Нагорно-Карабахской Республике (НКР) (09.09.2020, 09.2023 и 01.2024) и в Казахстане (01.2022). Операции в Приднестровье/Молдове, в Южной Осетии/Грузии и в НКР основываются на трёхстороннем соглашении, подписанном Москвой и конфликтующими сторонами; операции в Таджикистане и в Абхазии проходили под эгидой СНГ; операция в Казахстане — под эгидой ОДКБ.
Такая эластичная миротворческая структура России с участием различных субъектов, с одной стороны, оптимизирует эффект различных форм миротворчества, с другой стороны, отражает характерную особенность её внешнеполитической стратегии — способность адаптироваться в соответствии с геополитическими интересами.
В отличие от этого, Китай в своей миротворческой деятельности неизменно придерживается более осторожного и принципиального подхода, строго ограничиваясь участием в миссиях, санкционированных ООН. Несмотря на то, что статья 8 Устава ООН предоставляет определённое правовое основание для проведения миротворческих операций региональными организациями, на практике часто возникают сомнения в правомерности таких действий. Иногда их даже обвиняют во вмешательстве во внутренние дела государств. В определённой степени это противоречит принципу невмешательства во внутренние дела государств, поэтому Китай по-прежнему с осторожностью относится к участию в миротворческой деятельности под эгидой региональных структур.
Однако, в связи с реальным действием международных и внутригосударственных факторов, принцип невмешательства во внутренние дела государств был обогащён и развит Китаем.
В 2007 году ООН и международное сообщество стремились создать миротворческую миссию в Дарфуре (Судан), но встретили сопротивление со стороны суданского правительства. Западные державы, применяя санкции против Судана, не смогли эффективно повлиять на его правительство. В то время Китай был единственной державой, поддерживавшей эффективные контакты с суданским правительством. В мае того же года Китай назначил специального представителя по Дарфуру для содействия политическому решению дарфурской проблемы. Используя эти отношения, Китай провел переговоры с суданским правительством, в результате чего удалось убедить его согласиться на создание совместной миссии Африканского союза (АС) и ООН в Дарфуре [1]. Это свидетельствует о том, что Китай, несмотря на твёрдую приверженность принципу невмешательства во внутренние дела других стран, также готов идти в ногу со временем и сохранять баланс между принципиальностью и гибкостью.
Кроме того, Россия накопила богатый региональный опыт в области миротворчества, что открывает перспективные возможности для двустороннего сотрудничества и обмена опытом
Различие подходов России и Китая к поддержке миротворческой деятельности ООН. Анализ динамики поддержки миротворческой деятельности ООН со стороны России и Китая, как в аспекте кадровых ресурсов, так и в отношении объёмов финансового вклада позволяет выявить противоположные тенденции в подходах двух стран. Более того, в составе миротворческих контингентов ООН двух стран наблюдается взаимодополняемость, что способствует повышению эффективности их участия в операциях ООН.
По сравнению со скептическим отношением [3, c. 83] в период существования Союза Советских Социалистических Республик (СССР), обусловленным идеологическими противоречиями [4], Россия, как правопреемник СССР, в начале 1990-х годов активно стремилась интегрироваться в западное сообщество и проявляла значительный энтузиазм в отношении участия в миротворческих операциях ООН. В 1995 году Россия достигла самых высоких показателей по количеству предоставляемого для миротворческих миссий ООН персонала (рис. 1). Этот период стал важной вехой в истории участия России в международных миротворческих миссиях ООН.
Однако по мере того, как Россия постепенно осознавала истинные намерения Запада и сталкивалась с растущими геополитическими вызовами, её подход к миротворческим миссиям ООН стал более сдержанным и избирательным. Начиная со второй половины 1990-х годов степень участия России в миротворческой деятельности ООН в целом постепенно снижалась (рис. 1). | | |  | | Рис. 1. Количество миротворцев, направленных Россией в ООН с 1992 г. по 2022 г. [2] | | |  | | Рис. 2. Количество миротворцев, направленных Китаем в ООН с 1990 г. по 2022 г. [2] |
Эволюция отношения Китая к участию в миротворческих операциях ООН демонстрирует почти противоположную динамику по сравнению с Россией в тот же период. В 1990-х годах Китай начал участвовать в миротворческих миссиях ООН, но сохранял осторожный подход к таким операциям. Но с XXI века Китай демонстрирует растущую активность (рис. 2), с 2019 г. по настоящее время Китай постоянно занимает второе место среди постоянных членов СБ ООН и по объему финансирования ОПМ [5]. Это отражает его стремление к укреплению своей роли в международных делах и готовность вносить значительный вклад в глобальное управление. | | |  | | Рис. 3. Начисленные взносы постоянных членов Совета Безопасности на ОПМ ООН в 2024 году [6] |
С точки зрения финансовых взносов в миротворческий бюджет ООН, вклад двух стран также существенно различается. Китай, как вторая по величине экономика мира, значительно увеличил свои финансовые обязательства перед ООН в последние годы. Действительно, доля расходов России на миротворческие миссии ООН возросла с 0,5679% в 2003 году [7] до 3,9912% в 2018 году [8]. Однако эта тенденция оказалась недолговечной, согласно имеющимся данным, фактическая доля российского взноса на ОПМ ООН среди постоянных членов Совета Безопасности в 2021 году составляет 3,0490%, доля Китая — 15,2195% [9], в 2024 году фактическая доля России — 2,2858%, доля Китая — 18,6856 (рис.3).
В общем, на основе проведённого анализа можно сделать вывод, что динамика участия России и Китая в предоставлении персонала для миротворческих миссий ООН, а также данные о финансовой поддержке этих операций, демонстрируют противоположные тенденции. Этот контраст отражает различия приоритетов внешней политики и национальных интересов двух стран. Россия делает акцент на миротворчество в рамках региональных структур и накопила богатый опыт в этой области, а Китай демонстрирует растущую активность к участию в миротворческой деятельности под эгидой ООН.
Нельзя не отметить, что вклад России в миротворческую деятельность ООН в определенной степени носит символический характер [3, c. 86]. Как считает российский эксперт Акоп Торосян, Россия занимает промежуточное положение среди основных групп стран-доноров: её нельзя отнести к группе развивающихся стран, которые, не внося большого финансового вклада, предоставляют большие по численности воинские контингенты для участия в миротворческих операциях, однако Россия не входит и в группу развитых стран, которые вносят наиболее значительный вклад в создание бюджета ОПМ ООН. Такая специфика приводит к ситуации, когда вклад России, которая стремится играть более существенную роль в деле миротворчества и достигла определенных успехов за несколько десятилетий, все еще не соответствует масштабу деятельности страны и не отвечает ее заявленному месту в международных отношениях [10].
Кроме того, следует отметить, что по составу миротворцев с 2017 года по настоящее время Россия прекратила направлять военнослужащих в ОПМ ООН, российские миротворцы в основном состоят из военных экспертов, полицейских и штабных офицеров. По состоянию на конец августа 2024 года, Россия принимала участие в 7 из 11 миссий ООН по поддержанию мира, предоставив для этого в общей сложности 86 чел., в том числе 25 военных экспертов, 43 полицейских, 18 штабных офицеров [2].
Если говорить о составе китайских миротворцев, то большинство из них — военнослужащие: по состоянию на конец августа 2024 года, Китай также принимал участие в 7 из 11 миссий ООН по поддержанию мира, предоставив для этого в общей сложности 1798 чел., в том числе 25 военных экспертов, 20 полицейских, 42 штабных офицеров и 1711 военнослужащих [2]. Таким образом, можно констатировать, что существует определённая взаимодополняемость состава миротворческих контингентов, предоставляемых Россией и Китаем.
Также важно отметить, что Африка является ключевой областью миротворческой деятельности России и Китая в рамках ООН. С повышением статуса Африки в мировой политике Россия и Китай стремятся обеспечить безопасность и стабилизацию в этом регионе, что не только способствует защите национальных интересов, но и содействует укреплению возможностей Африки для самостоятельного развития, а также усиливает влияние стран Глобального Юга в международных делах. По состоянию на 31 октября 2024 года, из 11 миротворческих миссий ООН — 5 расположены в Африке. Обе страны участвуют во всех миссиях, развёрнутых на африканском континенте[2].
Различие в мотивах участия России и Китая в миротворческой деятельности. Миротворческая политика России в целом основывается на прагматично-реалистическом подходе. Изменение международной ситуации и геополитические факторы играют для неё ключевую роль в принятии решений по вопросам миротворческой деятельности [11, c. 402]. В настоящее время миротворческая деятельность РФ осуществляются главным образом на основе решений ОДКБ или межгосударственных договоренностей [11, c. 401]. Особенно на фоне сегодняшней турбулентной международной обстановки, российско-украинского конфликта и расширения НАТО на Восток, ОДКБ играет всё более важную роль в поддержании безопасности и стабилизации на постсоветском пространстве. По мнению доктора Шамарова П.В. принципы перспективного миротворчества России могут основываться на внешнеполитической проактивности, рациональной прагматичности, а также на целесообразности и результативности [11, c. 401].
В отличие от регионального и целенаправленного характера российской миротворческой деятельности, участие Китая в миротворческой деятельности ООН имеет более комплексный и инклюзивный характер. В глобальном аспекте участие в миротворческой деятельности ООН способствует повышению национального имиджа Китая на международной арене, усилению его дискурсивных возможностей в международных делах. В региональном аспекте миротворческая активность укрепляет его влияние в данном регионе и помогает развитию двусторонних и многосторонних отношений с соответствующими странами и другими государствами-участниками. В национальном аспекте это способствует ускорению модернизации китайской армии и позволяет защитить интересы китайских предприятий и граждан за границей.
Концепции России и Китая, существенно отличающиеся от западной либерально-демократической концепции. В целом, концепции миротворчества России и Китая очень схожи. Для коллективного Запада цель миротворчества и разрешения конфликтов заключается в защите индивидуальных прав и свобод, а также в осуществлении «демократического транзита» с целью установления либерально-демократического режима на месте авторитарного [12]. Поэтому они более охотно участвуют в таких делах, как наблюдение за выборами и реформы государственной системы. Однако Россия и Китай, являясь развивающимися странами, признают за всеми участниками процесса право на ошибки [12], уважают право страны выбирать собственный путь развития и не выдвигают политических условий при осуществлении миротворческих операций.
Несмотря на то, что основные концептуальные подходы России и Китая к миротворчеству в целом схожи, существуют и определённые различия. По мере развития китайского миротворчества постепенно вырабатывается уникальная миротворческая модель с китайскими характеристиками — «мир через развитие» (发展和平, Фачжаньхэпин, developmental peace) [1]. Западная либеральная парадигма подчёркивает тесную связь между миром и политической системой государства, где демократия, права человека и верховенство закона являются основополагающими для достижения устойчивого мира, а в экономической сфере внедряется модель рыночной экономики [13]. Модель «мир через развитие» акцентирует внимание не только на традиционном политическом и военном вмешательстве, но и на реализации устойчивого мира через экономическое развитие и социальное строительство, что способствует заполнению вакуума между миротворчеством и миростроительством. Хотя на данный момент китайская модель миротворчества не включена официально в повестку дня ООН, однако с учётом дальнейшего совершенствования китайских миротворческих действий, эта модель может получить более широкое признание и применение.
Заключение. Как постоянные члены Совета Безопасности ООН, Россия и Китай неизменно поддерживают миротворческую деятельность ООН и единодушно считают, что она играет незаменимую роль в поддержании международного мира и безопасности.
Активная кадровая и финансовая поддержка миротворческой деятельности ООН является одним из важных проявлений активного участия Китая в глобальном управлении. С одной стороны, это повысило международный статус Китая и улучшило имидж государства, а с другой — способствует усилению дискурсивных возможностей Китая на глобальном уровне.
Россия в области миротворчества уделяет большее внимание соображениям геополитической безопасности и в основном осуществляет миротворческие миссии под эгидой региональных организаций или на основе трёхсторонних соглашений. ОДКБ является основной платформой российского миротворчества; развитие потенциала этой организации в данной области отвечает потребностям решения новых задач миротворчества, позволяет эффективно реагировать на постоянно меняющиеся региональные вызовы безопасности.
Несмотря на определённые различия между двумя странами в отношении субъектов, принципов, концепций и акцентов миротворческой деятельности, обе страны считают, что цель миротворческой деятельности заключается не только в обеспечении глобальной и региональной безопасности и стабильности, но и в защите собственных национальных интересов. В основе концепции миротворчества, как для России, так и для Китая лежит соблюдение следующих основных принципов: уважение суверенитета заинтересованных стран, признание права этих стран выбирать собственные пути развития.
Миротворчество является важной составляющей глобального управления. Укрепление обмена и сотрудничества между Россией и Китаем в области миротворчества соответствует общим интересам обеих стран и способствует поддержанию мира в Африке и прилегающих регионах, а также их дальнейшему развитию. Это также содействует созданию и поддержанию мирной и стабильной международной обстановки. Обе страны могут усилить сотрудничество по многим аспектам, таким как подготовка миротворцев, взаимодействие и обмен опытом, совместные учения и развитие миротворческих возможностей, что обеспечит глобальную и региональную безопасность и стабильность. |
| |
|
|
|
